— Неужели ничего нельзя сделать? — спросила Лея.

— Эй, а что ты сделаешь? Это же проклятье. Оно просто есть. И всё.

— Должен быть способ его снять.

— Думаешь, никто не пробовал? Предки мотались по странам в поисках ответа. Да так и не нашли.

— Жаль.

— Да ладно. Ерунда. Главное, не нарушать правила. А они, слава Магии, известны.

— Интересно, у всех проклятий свои правила?

— Эй, конечно!

— Значит, можно подчинить проклятье? И... не страдать? — с надеждой спросила Лея.

— Подчинить можно. А вот страдать или не страдать... это уже личный выбор каждого.

— Ну что, сходили? — Сара поднялась навстречу, когда девочки вошли в центральный холл.

— Лучше бы не ходили, — проворчала Соня.

— Не берите в голову. Касперович склонна к преувеличениям. Это каждый знает. Идёмте, я в комнате досуга чай с мелиссой заварила. Чтобы не мучила бессонница.

Следуя за Сарой по холодному коридору, Лея мечтала поскорее увидеться с тётей. Пожить наконец в тепле.

Рано утром сёстры уехали. Лея осталась в комнате одна. Вновь и вновь она перечитывала письмо. "Артефакт". Называл ли этим словом дядя Хенг медальон ранее? Лея не могла точно вспомнить. Она откинула крышечку, провела пальцем по рыжему локону. Захлопнула. Надела медальон и спрятала под одежду.

Между завтраком и обедом делать было абсолютно нечего. Учеников, кроме Леи, в школе не осталось. Библиотека закрыта. Учителя разъехались по домам. На месте были только директор, Касперович, сеньор Дельгадо и месье Леру. Снежински, конечно, тоже. Но он не жил в общем корпусе.

Пообедав в буфете, Лея вышла в холл. Просторный. Никогда он не бывал таким тихим. Звуки шагов эхом отражались от каменных стен. Было не по себе. Не хотелось будить это место шумом. Где-то щёлкнул замок. Из-под лестницы показалась чёрная фигура мистера Снежински. Мужчина на мгновение замер. А когда проходил мимо, Лея решилась:

— Простите, сэр. Можно мне... увидеть их?

Он остановился.

— Нет, — металл в голосе, колючий взгляд.

По коже пробежал холодок.

— Мне снова нужно спрятать ЭТО, — Лея потянула за цепочку.

Глаза мужчины расширились.

— Немедленно уберите, — прошипел он, протягивая ключ. — Не запирайте дверь.

— Спасибо, сэр, — чуть дыша, пролепетала Лея.

— И не вздумайте... — он пригрозил пальцем, — соваться дальше холла.

— Хорошо.

— А ещё лучше... вернитесь ДО того, как я окажусь на этом самом месте, — он сбросил с плеч тёплую накидку. — Там очень холодно, — накинул её Лее на плечи и зашагал прочь.

Неужели это могло быть так просто? Заветный ключ в руках. Лея юркнула в подвал. Только бы никто не вошёл, пока она будет колдовать. Но для начала нужно сделать в блокноте чертёж ключика, чтобы создать новый дубликат в случае потери или неустойчивости магии. С этим как раз у Леи и были проблемы. Ракушка, в которой она делала отверстие, срослась с цепочкой. Только бы тётя не отругала за то, что испортила её подарок.

Вопреки ожиданиям, на чертёж ключа ушло слишком много времени. И проводить преобразование Лея не решилась. Да и ничего подходящего не было под рукой. Жаль. Тётя ведь учила её быть всегда готовой к любым поворотам.

Одна из ламп в подземном коридоре не горела. Лея зажгла её заклинанием в надежде, что его действие продлится до прихода Снежински. Ведь сам он больше не мог колдовать.

Статуи снова болтали и резко смолкли, едва петли старой двери скрипнули. Используя магию света, Лея выбралась из закутка под лестницей. В полумраке холла всё было как прежде.

— Я принесла медальон, — без предисловий начала Лея.

Статуи оживились. Федерико Кастильо смерил её суровым взглядом:

— Не позволю лишать дочь голоса, — пробасил он.

— Даже не смотрите на меня, — сразу откликнулся юный Цезарь, хотя на него никто и не смотрел.

— Папа, сейчас же зимние каникулы. Это ненадолго, — Бланка умоляюще сложила руки.

— Я ей не доверяю, — был ответ основателя.

— Почему? — Лея удивилась ответу мужчины.

— Откуда мне знать, что это не проделки Чёрной Тьмы? От кого ты прячешь этот медальон? — он скрестил руки на груди и сощурился.

— От Ворона. Это мой дядя. Он злой волшебник. Он охотится за мной и медальоном. Зачем — не знаю. Но тётя очень переживает за меня. А недавно... я получила странное письмо... В общем, медальон брать с собой на каникулы никак нельзя. И в спальне оставлять тоже. Его могут украсть.

— Однажды Чёрная Тьма уже нашла этот медальон здесь, — задумчиво произнесла Диана.

— Правда? — с трепетом спросила Лея.

— Да.

— Но... КАК он оказался у меня?

— Вот в этом-то и вопрос, девочка, — ответил бас. — Откуда нам знать, что ТЫ...

— Она не Чёрная Тьма, Федерико, — сказал старик Кастильо.

— А вдруг? — с подозрением спросил юноша.

— Я говорил вам. И не раз, — черты лица Альберта были мягкими и добрыми. — Она обычная девочка.

— Да, — подтвердила Лея, хотя и сомневалась в своей обычности.

— Но Чёрная Тьма всегда возрождается, — не унимался бас.

— И всегда помнит каждое своё воплощение, — парировал старик.

Статуи замолчали. Молчала и Лея, не зная что сказать.

— Мы должны проверить её, — наконец пробасил Федерико.

— Не стоит, — решительно сказала Диана. — Я доверяю ей и готова взять медальон на хранение.

Лея так боялась заставить мистера Снежински ждать. И переживала, что он будет в холле не один. Преодолев коридор, она побежала к заветной двери. Накидка развевалась за спиной. На верхней ступеньке Лея остановилась отдышаться. За дверью слышался голос Касперович:

— ... повторится!

— Эсмеральда, я настоятельно прошу не наводить в школе панику, — строгий голос МакГрегори сложно не узнать. — Мы и так сейчас не в лучшем положении. Если уволится хоть один преподаватель, Эль Кастильо закроют. И всё из-за ваших горе-предсказаний.

— Но ведь они сбываются! Всегда сбываются! Имеющий глаза — да увидит! — Лея была уверена, что при этих словах цыганка воздела руки к небу — послышался звон браслетов.

— Когда уже ВЫ наконец увидите, что только распугиваете персонал? — посетовала директор.

— Эль Кастильо не нужны слабаки и трусы!

— Действительно, если бы мистер Ланде не... — МакГрегори резко замолчала, а после раздался её возглас: — Серафим Всемогущий!

— Всеволод, когда вы уже зайдёте на чашку чая? — браслеты цыганки звякнули.

— Как только мне захочется услышать о скорой кончине, — грубо ответил мужчина.

— Мистер Снежински, идёмте, я выдам вам тёплую одежду, — заботливый голос МакГрегори.

— Не нужно. Слишком жарко. Позвольте.

Шаги. Открывающаяся дверь. Чёрные глаза.

Он протянул руку, требуя вернуть ключ, затем жестом приказал спуститься. Лея старалась сделать это как можно тише.

— Вам придётся вернуться в школу через улицу, мисс, — тихо сказал он. — Будет лучше, если директор не узнает о вашем визите в Шато.

Она спешила вслед за учителем по подземному коридору. Потом через холл и боковой коридор цокольного этажа к южному выходу из замка. И уже у самой двери вдруг спросила:

— Сэр, а где дракон?

— Спит. Простите, накидку я должен забрать.

— Конечно. Спасибо. Сэр, — зелёные глаза встретились с чёрными.

Пальцы коснулись пальцев. Боль. Лея схватилась за плечо. Снежински тоже. Накидка упала на пол. Оба дрожали от холода. Наконец, приступ прошёл. Это была ЕГО боль.

— Как много снега! — удивилась Лея, когда человек в чёрном открыл дверь.

Ключ от неё висел здесь же на крючке. В прошлый раз его не было. Лея точно помнила.

Симптомы простуды не заставили себя ждать. Горло скребло так, будто там танцевали ежи. Тело бил озноб.

— Тридцать девять и одна, — констатировал месье Леру, показывая градусник МакГрегори.

— Мисс Ли, я не могу вас отпустить сегодня. С такой температурой куда-то ехать — безумие. Месье Леру быстро поставит вас на ноги. Отдыхайте. Я распоряжусь, чтобы вам приготовили бульон на ужин. И на ночь лечебный отвар.

Лея не могла ответить точно, спала она этой ночью или нет. Всё было, как в дурмане. Наутро стало немного легче, и после принятого лекарства она уснула.

— Мэй-Мэй... Мэй-Мэй... — знакомый голос...

— Тётя... — глаза слепил яркий свет.

— Ты получила моё письмо?

— Да. Из Москвы. От дяди Хенга, — говорить было больно.

Лея приподнялась и, прищурившись, посмотрела на Чунь Шэн, с лица которой медленно сползла улыбка.

— Из какой ещё Москвы? Я писала тебе из Канады. Онтарио...