Давно уже не видел столько девичьих задниц, обтянутых кожей. У нас вообще такое не принято носить. Даже штаны наездниц и близко не выглядят так вульгарно. А тут целых шесть принцесс вышли в обтягивающей униформе, не побоявшись дождя, а главное публики. Оделись так, будто конкурируют между собой не в стрельбе, а в конкурсе красоты.

Мне лишь одно на ум приходит. Видимо, их кураторы из — за моих отлучек решили, что я потерял к ним интерес. Поэтому решили разжечь его таким образом.

Приём достаточно подлый, учитывая, что там есть на что посмотреть. Только я настроился всего себя отдать Василисе, как судьба подкинула мне новое испытание. И не только мне! Всем жёнам и девушкам, чьи мужья и парни сейчас любуются этими аппетитными попами всех калибров.

Даже у девочки Мари из Дарии оказывается есть небольшие, но торчащие булочки. А практически бразильской задницей тут может похвастать самая надменная принцесса из Кастилии черноволосая Бенедикта. Чуть сдаёт позиции сисястая блондинка из Уэльса, зато у неё самые аппетитные бёдра. Остальные три принцессы сзади тоже ничего, но в комплексе, они и рядом не стоят с этими тремя. Последняя седьмая, похоже, тоже на очереди в другой группе. Но пока её не видно. Хотя я сюрпризов не жду.

И всё же, в каком бы благоприятном ракурсе не предстали прелести иностранок, вывод один: а у ростовской княжны задница всё равно лучше. Всем задницам задница. И не просто от природы, от образа жизни такая. А эти нежные, вот — вот растают под моросящим дождём, поэтому с ними заботливые слуги, которые над цацами держат зонтики.

Пока группа готовится, завозившись больше положенного, им на главной трибуне все кости перемывают. И с явным аппетитом в моём присутствии.

— Срам какой, — ворчит Истислава. — Культуру нам свою суют позорную.

— Согласен, матушка, — выпалил Вячеслав, но в голосе я уловил нотки сарказма. — Нечего свои бабские сраки выставлять.

— Пап, — осекла его Василиса. — Ну полно уже…

А этот делает вид, что не слышит.

— Хороши девки, ничего не скажешь, — посмеивается Юрий, спевшись со Всеволодом. — Был бы я король, всех бы забрал без разбору.

— И то верно, — хихикают другие князья. — Хороши принцессы.

Это они разговорились, потому что без жён сегодня.

— И какая тебе по душе, мой король? — Ошарашила меня Василиса, шепнув на ухо свой каверзный вопрос.

— Ты мне по душе, моя милая, — ответил, отбиваясь от любых женских атак единственно верным способом.

Но Василиса пошла дальше:

— А выбирать придётся. В Европе только так союзы делаются.

Только после этой фразы до меня дошло, к чему она вообще затеяла этот разговор. Она меня от ростовской княжны отвадить хочет. Похоже, там дело принципа. Ведь с ней брак, по сути, не обязателен. Тогда как с европейской принцессой — меня в угол загоняют.

Но Василиса сама не до конца понимает, чем это чревато для неё. Пройдёт время, и кровная принцесса перехватит всю власть. Она по статусу выше моей первой жены. Вот такой у них план. К гадалке не ходи.

— А ты бы какую выбрала? — Парирую.

— Француженку, она милая, — выпалила Василиса, имея в виду дурнушку, на которую я бы обратил внимание лишь за неимением иных вариантов.

— Хм, ясно.

— На бал прибудет принцесса из Пруссии, — добавила жёнушка, нашёптывая мне в ухо сладенько. — Вот её бы я рассмотрела, как главную партию. На данный момент это самое сильное королевство в Европе, нам выгоден союз с ними.

— Какие грамотные суждения, — делаю вид, что серьёзен.

— Ну так какую, мой король? Вы не ответили.

Похоже, не отстанет теперь. Подзываю Шан. Та обходит живенько через ряд и покорно склоняется ухом к моим устам.

— Спроси у госпожи Мейлин, какую бы она посоветовала взять мне принцессу в жёны, — выдал.

Китаянка секунды две потупила, затем кивнула и пошла к цаце. Наклонилась к ней, прошептала. Затем кивнула и вернулась обратно. Быстро же они…

— Она передала, что тебе стоит взять самую молодую. Принцессу из Дании, — передала Шан.

— Почему же? — Возмутилась Василиса.

— Её ещё можно воспитать, — улыбнулась Шан хищно, многозначительно посмотрев на мою жену.

— Хм, верно подмечено, — выпалила Василиса ехидно. — Ну а ты сама как считаешь? Скажи, а то мой король в таких делах слишком скромен.

— Уэльскую бери, — слышу вбросы от подвыпивших князей.

Ещё бы, этим старикам сочную молодую кобылку подавай. У нас на Руси «суповой набор» не особо котируется.

— Надо забирать всех, — ответила Шан с довольной улыбкой. — Так принято в Китае.

— Но здесь не твой Китай, милочка, — покривилась Василиса.

— Китай везде, Китай в сердце, — произнесла Шан чувственно и поклонилась, отступая. — И не только у меня.

Это она добавила уже себе под нос, на мгновение подняв на меня свой диковатый взгляд.

Ох уж эти чёрные манящие глаза. Она намекает, что я какой — то частью себя — тот ещё китаец. Ну… кое — что, конечно, отложилось в моём сердце после путешествия. Иногда вспоминается с тоской, иногда тянет повидаться и с той и с этой.

Но покой нам только снится. Я даже поспать нормально не могу в последнее время. Такое было лишь во время войн, когда ни на мгновение нельзя было расслабляться.

Труба воет протяжно, и начинается стрелковая баталия среди принцесс. Поначалу решил, что бьются они только обтянутыми задницами и выдавленной грудью, но нет! Оказывается, ещё решили помериться мастерством. Это видно по профессиональным движениям. Как берут лук, как проверяют тетиву, как накладывают стрелу. Даже малышка Мари выглядит в новом качестве вполне умелой.

— Не желаете ли сделать ставку на победителя этой группы, ваше величество? — Подскочил ко мне сотрудник Белки. Он уже пособирал монеты с князей. И решился на всякий случай уточнить у меня, хотя я его и не звал.

— А не поздновато ли? — Спрашиваю, наблюдая, как девицы взводят стрелы.

— До первого выстрела, ваше величество, — пояснил ушлый мужичок.

— Ставлю сотню золотых на Бенедикту, — выпалила Василиса. — Я же должна хоть как — то отыграться. Кстати, где эта выскочка из Ростова?

— Она снялась с этого вида состязаний, ваше величество, — ответил мужичок учтиво.

— Вот и славно, — прокомментировала жёнушка и кивнула мне. — Ну, каков ваш ответ, мой король?

— Ладно, ставлю сотню на Мари, — отмахнулся.

— Уверены, ваше величество? — Уточнил сотрудник, но тут протрубили, сигнализируя начало состязаний.

Вырвал у него талон нетерпеливо. Конечно, уверен! Пусть Василиса выиграет и успокоится уже. Ну… или хотя бы не выиграю я.

Немного посуетившись, принцессы начинают стрельбу. Публика явно ожидает комических ситуаций, ведь пассии смотрятся, как белоручки. Трибуны затаились, в толпе прокатываются сдержанные смешки. Но следом приходит и удивление, потому что ни одной принцессе слуга не помогает взвести. Когда луки натягиваются с прямыми спинками в практически идеальных позах, рот раскрываю даже я. Похоже, девки — то обученные.

Однако, видно по трём принцессам, что сильно волнуются. Они и мажут, два недолёта, в том числе и у Изабеллы. Остальные хотя бы достреливают до мишеней. Англичанка попадает в центр, зарабатывая аж девяносто очков! Ох — хо — хо! Многим участникам мужского пола есть чему у неё поучиться. Жаль, что на лицо она не вышла, слишком пресная.

Тем временем более яркая и харизматичная Бенедикта попадает левее, выбивая семьдесят.

Последней стреляет малышка Мари. Долго тянет. Подумал было, вообще бросит это гиблое дело. А её стрела залетает чётко в центр!

— Принцесса Мари — девяносто два балла! — Объявляет помощник судьи, подбежав к мишени, чтоб измерить.

Вот это рыжая крошка дала! Переплюнула даже англичанку. Впрочем, и многих участников, что уже отстрелялись.

Люд аплодируют, на моей трибуне господа не скрывают восторга.

Василиса смотрит на меня ехидно.

— Ты знал? — Возмущается.

Вторые выстрелы девицы делают уже более уверенно. Секс — бомба из Уэльса долбит на сто двадцать метров, перестреливая через мишень. Вторая неудачница втыкает стрелу чётко в ножку мишени, вызывая гадливый смех у зрителей.

Теперь всё внимание на тройку лидеров! Бенедикта теперь не спешит, целится долго, пускает стрелу чётко. Попадание! Девяносто одно очко! Хм, а может, когда хочет.

Следом стреляет англичанка, улучшая свой результат.

— Девяносто четыре! — Объявляет помощник судьи. И сомнений больше нет, прежний выстрел зашёл явно не наудачу.

Мари пускает свою стрелу. Но что — то на этот раз не заладилось. Попадает ниже центра, выбивая восемьдесят два. Однако ей аплодируют яростно. Наивная рыжая мордашка быстро завоевала сердца публики.

Участницы готовятся к третьим выстрелам. По итогу двух заходов впереди всех англичанка, за ней идёт Мари, третья Бенедикта. Шанс на победу есть у каждой. Многое зависит от ошибки оппонентов.

Три принцессы аутсайдерши даже не заморачиваются. Два выстрела в молоко, а вот Изабелла на расслабоне попадает прямо в центр, выбивая девяносто один! Визжит от счастья, прыгает на месте, как дитя, тряся своими бидонами. Зрители рукоплещут ей яростно, лишь бы не прекращала.

Обозлившись, кастильская красотка лупит чётко в центр, выбивая аж девяносто пять! У неё все шансы на победу, если другие оплошают. Видимо, из — за такого результата англичанка и занервничала, рука у неё дрогнула. И стрела вонзилась на линии в область мишени на восемьдесят девять очков. Психанув, она откинула лук. Но увидев с разворота, что я наблюдаю, исполнила реверанс, сдержанно улыбнувшись. В общем, выкрутилась.

В принципе она сохраняет своё лидерство, имея суммарно двести семьдесят три очка. Чтобы её победить, Датчанке нужно сделать невозможное — попасть в точку размером с горошину, тогда она получит сотню.

— Давай Мари! — Орут с трибун. — За принцессу Мари!!

— А она хороша, — слышу от Василисы. — Такая невинная, целеустремлённая.

Видимо, это она так колдует.

Под затаившуюся публику, Мари взводит стрелу. Тишина такая, что сквозь морось слышно треск тетивы. Поначалу эта девочка казалась мне слабым котёнком, но теперь я чую бойца с сильной рукой.

Пуск! Стрела летит чётко в центр! Втыкается, как надо. Похоже, никто не дышит, когда подбегает помощник судьи, чтоб измерить результат. Явно же попала в точку, но нет…

— Девяносто девять! — Объявляет тот. — На сегодня это шестой лучший выстрел турнира!!

Ого. Всего пятеро из двух сотен отстрелявшихся показали такой же результат.

Зрители аплодируют рыженькой, та сдержанно сияет. Поначалу её взгляд растерян, но затем она смотрит на меня, пытаясь выловить мой взор. Затем исполняет глубокий реверанс, ой, а улыбочка какая теперь лисья.

Спохватившись, остальные принцессы тоже выказывают мне почтение реверансами. Вообще забавно видеть исполнение не в платье. Смахивает на полнейший сарказм.

Суммарно у Мари с англичанкой вышло равное количество очков. Но по лучшему выстрелу победу в группе присудили Мари. Тысячу шестьсот сорок монет я заработал, как с куста. Однако радоваться нечему, Василиса надулась.

Последняя на сегодня принцесса выступила слабенько. Дальше пошли уже сборные солянки, где стали мелькать и китайцы. Ксинг сразу обозначил, что не приветствует участия своих учеников, мол — навык убийцы должен быть скрыт. Но это никак не ограничивало вольных китайских наёмников, которые появились в Ярославце относительно недавно. И целых три искателя удачи записались на стрельбу. Однако отработали слабенько, лишь один подавал надежды, но тоже обосрался на последнем выстреле.

Примерно треть участников отстрелялась, и в очередной группе вышла покрасоваться Белка. Я знал, что она записывалась на этот вид соревнований, просто подзабыл.

Зорина и пять мужчин — как символично. В группе с ней и наш саксонский принц Альберт. Ещё два наших и два европейца. А жёнушка снова за своё, подозвала сотрудника тотализатора и заявила:

— Ставлю двести золотых на победу Роксаны в группе.

— Может, хватит казну транжирить? — Прошипел ей в ухо.

Василиса насупилась ещё больше, вообще от меня отвернувшись.

— Двести золотых на Роксану! — Воскликнула Истислава в её поддержку.

— Так! — Возмутился я уже в голос. — Хочу напомнить, дорогая бабушка, у вас столько пенсии за год не набегает. А вообще, пора всех дворцовых на голодный паёк посадить, золота им девать некуда.

Бабуля язык и прикусила. А Морозова едва заметно кивнула мне с ободрением. Согласен, Галь, пора уже всех приструнить. А то совсем разошлись, пока я на внешних врагов отвлекаюсь повсеместно.

Как и ожидалось, Белка была на высоте, стреляла стабильно в центр, выбивая от девяносто трёх и выше, суммарно настреляв двести восемьдесят пять очков. В конце ведущий объявил, что на данный момент это лучший результат по стрельбе среди прошедших. При том, что она не сумела обойти по лучшему выстрелу Мари, попав максимально на девяносто семь.

А вот Альберт выступил совсем хреново, набив двести сорок очков и явно не пройдя во второй тур. Один из наших, оказался охотником и отстал от Белки на каких — то пять единиц. Остальные участники группы даже не стоили внимания зрителей.

Вторым принцем, изъявившим желание поучаствовать, стал сын Сиги Август, который принял странную позицию весельчака. Улыбается и любезничает со всеми подряд. А я и думаю, где он сегодня запропастился. Оказывается, готовился к выступлению. Решительный вид поляка никак не сказался на результате. Первый на семьдесят очков, второй на шестьдесят и только третий попал в центр на девяносто один. Тенденции ясны, но увы — перестреливать никому не дано. Время на тренировку с этими луками и такими мишенями было.

Спустя полтора часа добили первый тур, оставив судьям подсчёт. Но уже примечателен тот факт, что сотню с выстрела ещё никто не выбил. И явных лидеров, как таковых нет.

Пользуясь большим перерывом, всей главной трибуной мы выдвинулись в беседки на канал трапезничать. Хотя я грел мысль поспать в тихом замке эти два часа, но, когда увидел, что за нами плетутся все принцессы в стрелковых нарядах, понял, что придётся присутствовать.

При этом ни Ксинг с дочкой, ни Мейлин на застолье не пришли. Такое ощущение, что мои китайские товарищи не из — за скромности так делают. Видимо, брезгуют с европейцами общаться. Или же не видят смысла находиться в моей политической сфере.

Что ж, нам и так гостей хватает. Как мне доложили, три новые группы делегатов прибыли вчера вечером и ещё четыре сегодня утром. Князь Борис из Ростовского княжества тоже, наконец, явился, о чём мне доложили прямо перед перерывом. Видимо, поэтому его дочери сегодня на турнире и не видно даже в качестве зрителя. Встречает отца.

Ну а мы с женой всех приветствуем, принимая на свою пирушку. Без княжеских жён и детей да половины фрейлин ограничиваемся тремя столами, садимся компактно. При этом вокруг нас два кольца гвардии, дальше стража. Люта бдит со стороны воды, Гайка в трёх метрах от меня стоит, спину охраняя. Моя Чёрная рысь фиксирует любое дёрганное движение, любой неверный взор, жест, мимику. Она с каждым днём в этом праздновании становится злее, будто ждёт повода перерезать горлышко кому — то в пёстрой европейской одежде.

Знаю, что накручена из — за подруги. У меня и самого сердце не на месте. В своё время Руяна настрадалась. А теперь и я не смог её защитить. Наверное, такие же мысли посещают и Гайку — она не смогла защитить свою лучшую подругу.

Дурные мысли улетучиваются с прибытием очаровательных гостей.

Взмыленные принцессы с чёлками навыпуск ай да хороши. Одно загляденье. Восторга скрыть не могут и наши, и заграничные господа. Столько жадных взглядов, даже мне неловко. Чую и Василиса заёрзала на стуле. Ведь она пока совсем не в форме. Хотя и почётно ходить с беременным животиком, на бабский фронт соваться — самоубийство.

Первые пять минут кушаем молча, но чую я, что у половины присутствующих в задницах зудит что — то высказать.

— Ваше величество, — начинает Василиса, как по заказу. — Не желаете ли сказать своё первое слово?

Ах да, по этикету вроде так и положено. Это в первый день знакомства мы тут устроили варварский балаган. Но теперь должны показать, какие мы цивилизованные.

Что ж, поднимаю бокал:

— Надеюсь, эта пасмурная погода не омрачает наш славный турнир. Очень рад видеть молодых и красивых барышень в рядах участников. Крайне удивлён, что вы такие умелые стрелки. Похвально, весьма похвально. За вас, милые принцессы!

Поднялся, наблюдая, как послы нашёптывают многим перевод сказанного. И даже, когда все из — за столов подрываются следом, продолжают это делать.

Принцессы засияли пуще прежнего, народ за столом развеселился. Напряжение в одночасье спало. С моего позволения следом высказались и князья, нахваливая девиц, и в особенности закидывая комплиментами крошку Мари, которая в итоге раскраснелась, как переспелый помидор, и вообще есть перестала. Затем уже иностранцы перехватили инициативу и давай сыпать комплиментами на мою жену. Василиса заулыбалась, расплылась.

Второй час застолья пошёл уже, как со старыми добрыми друзьями.

Тут и принцессы стали подавать голос. Первой выступила Уэльская кобылка Изабелла.

— У вас в королевстве столько сильных мужчин, — выпалила она сочными губами с большим и очень эротичным акцентом. — И их объединяет такой сильный король. Молва о вашем героизме и вашей непобедимости не умолкает. Не сочтите за дерзость, ваше величество, но я бы очень хотела увидеть вас в действии.

Мне послышалось, что в постели. Продрал горло.

— Так и что вы хотите увидеть, моя дорогая? Как я сшибаю с коня противника или мне поучаствовать в поединке?

— Люд хвалит короля за то, что он король, — выпалила на испанском Бенедикта. Вроде своему делегату сказала, но укол я уловил чёткий.

— Что вы имеете в виду, ваше высочество? — Обратился к ней на её родном языке.

Черноволосая принцесса не растерялась, хотя весь стол затаился, будто у нас с ней наметилась баталия.

А Бенедикта за словом в карман не полезла.

— У меня на родине из уст в уста ходит история об одном хитром правителе, который делал себе репутацию сильнейшего воина, распространяя слухи о своих подвигах через вельмож, — чирикает сучка. — Уверяю вас, что искренне верю в реальность славной молвы о сыне Ярило. Но пока я видела только, как вы за мгновение ока растите цветы и превращаетесь в огромную ворону, чтобы полетать и подышать свежим воздухом. Надеюсь, не задела ваше самолюбие.

Остроумие на лицо. Улыбаюсь и мотаю головой.

— Вам смешно? — Возмутилась Бенедикта. — И что же вас так развеселило?

— Ваша наивность, — ответил с вызовом.

— Вот как? Позвольте узнать, в чём она заключается?

— Вы судите меня по внешности. По — вашему, я слишком смазлив?

— Ах, вы слышали, простите… — заюлила.

— Вернёмся к вашей наивности, — усмехнулся я. — Вы так легко купились на мою внешность, что потеряли бдительность.

— Что вы, ваше величество, — покривилась. — С вами я очень бдительна.

Хотел уже ответить, но тут мне в ухо проворчала Василиса:

— Я бы очень хотела послушать о чём вы так мило болтаете на басурманском.

Напомнив тем самым не только о себе. Но и о том, что мы тут не одни.

Надо же, с этой стервозной принцессой я даже успел забыться.

— Простите, её высочество за дерзкий нрав, — вмешался кастильский посол, говоря на русском. — Из — за плохой стрельбы принцесса сильно расстроилась.

— Принцесса Мари может её поучить, — выдал французский делегат с серьёзным видом и явным сарказмом.

— Молоко на губах не обсохло, чтоб кого — то учить, — фыркнула вдруг англичанка на своём.

— Вам ли судить, девочка, — раздалось от француженки тоже на английском. Ну эта явно старше всех принцесс тут лет на пять.

Пошла какая — то нездоровая перепалка между европейцами из — за сущей ерунды. При этом наши господа ни черта не понимают, но по тону и так ясно.

— Ваше величество! — Воскликнул Юрий, вероятно, решив разрядить обстановку. — А как вы оцениваете стрельбу очаровательной гостьи из Дании?

— Способная девочка, — похвалил уже без особого восторга.

Поняв, что речь о ней, Мари тихонько прочирикала:

— Благодарю, ваше величество.

Ох уж эти веснушки на детских щёчках.

— По безобидным мишеням стрелять — дело нехитрое, — выпалила Изабелла с ухмылочкой, легко морально забивая малолетку.

— Позвольте, возражу, вам коллеги, — вмешался пожилой датский посол довольно ревностно. — Да будет вам известно, принцесса Мари с трёх лет держит лук и на родине часто посещает королевские охоты. Белке в глаз попасть ей не составляет труда, уж поверьте моему слову.

Какое счастье, что наша Белка этого не слышит, прибыль подсчитывает. В то время, как Гойник с Иваром шерстят город, как проклятые денно и нощно в поисках десятника Борасвета и его подельников.

Дождь поутих. Поэтому последние полчаса задницу отсиживать не видел смысла. Коль все уже перекусили, предложил прогуляться по каналу в сторону нашего центрального парка. Всей толпой и выдвинулись. Европейские гости, находящиеся в городе уже не первую неделю, смотрят на ажурные мостики и беседочки, как бараны на новые ворота. И первые вопросы звучат о том, почему такое диво не во Дворце для господ, а тут разгуливают простые крестьяне. Они ещё не видели, как горожане катаются на прогулочных лодочках, их бы тут же разорвало.

Но и без того некоторые особы идут хмурые, как наше пасмурное небо.

Гости разбрелись по парку, но уже собрались обратно на Стадион. К жене посыльный нарисовался со встревоженным видом, тут я уши и навострил. Но когда тот начал рассказывать ей о проблемах приготовления к балу, я отошёл в сторонку. Пусть там со своими поставщиками роскоши сами разбираются. Тут не довезли, там недоделали. Качество, видите ли, плохое.

Гайку подозвал и отправил проведать Руяну. А то предчувствие у меня дурное.

— С ней оставайся, — добавил.

Чернявка вопросов не задаёт, срывается поскорее. А я глазами с Бенедиктой встречаюсь. Кастильская принцесса уводит недовольный взгляд в сторону. Хотя чую, что ещё не полностью высказалась. Мне даже интересно, что ещё она обо мне скажет.

Пользуясь тем, что жёнушка отвлеклась на Истиславу, подступаюсь к Бенедикте, будто мимо прогуливаюсь. Как раз от меня отлипли другие гости. Может, без публики она не будет так критична.

— Ваше величество, — приседает быстро, выполняя формальность. Да с таким видом, словно я, как самый неугодный жених, в очередной раз собрался её безнадёжно добиваться.

— Позвольте поинтересоваться, ваше высочество, почему вы такая хмурая? — Начинаю ехидно. — Вам с подъёма неровно поставили тапочки? Перина недостаточно мягка? Или вас не устраивает этаж ваших хором с видом на наши просторы?

Хотел ещё спросить, может попка трусики зажевала. Но сдержался, хотя, подумав об этом, сам себе улыбнулся, чем ещё больше раздраконил кастильскую красотку.

— Спасибо за заботу, ваше величество, — покривилась Бенедикта. — Дворец у вас великолепен, как символ вашего величия — впечатляет.

А сама на посла поглядывает, который над ней коршуном встал. Видимо, пропесочил её за резкое словцо. Но увы, следующей колкой фразой все мои заблуждения были развеяны:

— Должна признать, ваше богатство неоспоримо. Каждый монарх знает, что за золото можно купить всё. Сильный воинов, армию, любовь народа.

— К чему вы клоните?

— Дурачки из Европы… — начинает принцесса, но посол с шипением одёргивает её. — Да отстаньте уже, вы мне не отец. Я пожалуюсь ему, как только вернёмся.

— Вы неисправимы, — пробурчал делегат, отступая.

— Дурачки из Европы напугались слухами о вашей триумфальной победе над Польской империей, — выдаёт Бенедикта то, что хотела. — О вашей особой силе ходит множество слухов. И они настолько противоречивы, что даже смешно верить во что — то из озвученного. Я приехала покорить сердце мудрого правителя или великого воина. А вижу богатого мальчишку, разбрасывающегося достоянием своего рода. Богатые крестьяне? Вы шутите? Скоро они возомнят себя королями. Тогда кем при вас буду я?

— Простите, барышня, — усмехнулся в ответ. — Но вы так рассуждаете, будто я намереваюсь на вас жениться.

— А разве нет? — Отшатнулась. — Что ж, тем проще будет полюбовно расстаться.

— Мы и не сходились.

— Увольте, ваше величество, лишь слепой не увидит, как вы пожираете меня взглядом, — заявила.

Чуть слюной не поперхнулся.

— Вот это самомнение, — рассмеялся, отворачиваясь от неё.

— Позвольте возразить, ваше величество? Считаете, что у меня завышенная самооценка? А что до вас? — Лепит принцесса дальше.

— А что до меня? — Спрашиваю, чувствуя, как забавен этот совершенно бессмысленный разговор.

— Вы слишком молоды, чтоб строить из себя уставшего старика на троне, — заявила. — В ваши годы мой отец лично участвовал во всех войнах, больших охотах и турнирах. Но вас не было ни на сшибках, ни на стрельбе вы не записаны, где уж точно ваш драгоценный прекрасный лик не пострадал бы.

Блин, я даже злиться на неё не могу. Такая наивная.

— Вам смешно? — Возмутилась. Похоже, это у неё коронная фраза.

— Вот именно, — снова вмешался делегат. — Королю смешно ваше неподобающее поведение. Простите Бенедикту, ваше величество.

— Да всё хорошо, — отмахиваюсь и собираюсь уже уходить.

Ну повеселила.

— Нечего сказать, ваше величество? — Раздалось от Бенедикты с нотками яда. — Если не умеете стрелять из лука, так и признайтесь. Пора бы развеять слухи о вашем безупречном мастерстве во всём и непобедимости. Последнее скорее выражено в вашей армии гвардейцев, которой вы себя окружили.

— Если вы не замолчите, мы завтра отбудем обратно, — прошипел на неё посол.

— Да всё в порядке, — улыбаюсь. — Ваша принцесса просто хочет, чтобы я выступил на состязании и попросил у неё цветочек из венка. Другими словами, она больше других жаждет моего внимания.

— Вы мудры… — кланяется засиявший делегат.

Дав нам время для приватной беседы, тактичные и деликатные иностранные господа начинают приближаться.

— Ваше величество, а мы не опоздаем на турнир, — проскакивают фразы.

Тут и жена подскочила, хватая меня под локоть.

— Милые бранятся — только тешатся, — прошептала она в ухо с подковыркой.

Проигнорировав выпад Василисы, я призадумался. Что — то в Бенедикте есть. Нет, речь не о том, что по такой принцессе порка плачет. Она не выглядит импульсивной, она не выглядит той, кто теряет контроль. Я вижу явную провокацию. Эта коза со мной играет, прощупывает, расшатывает. Вот только не могу понять, что ей на самом деле нужно? Влюбить в себя? Заставить скакать для неё перед публикой? Так она утрёт нос конкуренткам?

Всё бы ничего, но чуйка Кумихо на мгновение поддавила, когда я повернулся к ней спиной. Сперва, не придал этому значения. Но чуть позже призадумался.

И здесь дело даже не в плохих намерениях в целом. Я вообще сомневаюсь, что мне тут хоть кто — то из делегатов желает здоровья и процветания. У Бенедикты возник порыв атаковать — это чуйка и зафиксировала.

Может, я уже стал параноиком, но исключать нельзя… На испанском имя Бенедикты пишется «Benedicto». И тут я снова обращаюсь к сообщению, засевшему у меня в мозгу.

«План изменился, обратись к В.»

Допустим, кастильская принцесса ни при чём. Тогда что можно сказать о других делегатах? Проблемы в городе начались с их наплыва. Мои церберы перешерстили весь город, весь военный штат. Но ведь гостей никто не трогал. Неужели и мне придётся столкнуться с этой долбанной дипломатической неприкосновенностью⁈

Пока я мысленно вычисляю заговорщика, у нас намечаются финальные этапы состязаний по стрельбе. Ну а за мероприятием грядёт ночь.

И неизвестно, что нам уготовано врагами.