Впервые за долгие годы женщина, которую раньше звали Ханной, была полна энергии.

От возбуждения она даже похудела. Потом купила в аптеке краску для волос и очки. Блестящая синяя оправа хорошо сочеталась с цветом глаз; волосы заблестели.

Под именем Джилл Уильямс она даже начала посещать один класс.

Это был бесплатный вечерний курс, от которого Ханна не ждала ничего великого. Просто участие в нем должно было подтолкнуть ее к более активным действиям. Учитель давал много информации. Каждое занятие сопровождалось списком сайтов и блогов. В классе она старалась помалкивать, что было непросто, так как женщина по имени Джилл Уильямс была громкой и любила гнуть свою линию.

Внутреннее возбуждение помогало во время долгих часов на работе, пока она мыла посуду и туалеты. План был гениальным. Этот год пройдет не зря. Она накажет всех этих людей.

Были, правда, и сложности. Многое можно было сделать без денег, но не все. Ханне была нужна приличная сумма. Она постоянно размышляла над тем, как их найти, и, так как считала себя самой умной, в голову приходили разные идеи. В любом из планов надо было учитывать действия полиции. Это непросто, но она преодолеет все трудности и покажет этой выскочке Джен / Дженни. И, конечно, Фрэнку. Отец пожалеет, что перестал ей платить.

Во время работы в кафе она носила под форменной одеждой обычную, чтобы не показывать свою худобу. Женщина трудилась по выходным на максимальной скорости: загружала и разгружала посудомоечную машину, отмывала чайники, вешала дурацкие индивидуальные кружки на дурацкие колышки.

Однажды совершенно случайно услышала, что в приличном отеле не хватает персонала. На те работы, на которые она обычно устраивалась, можно было просто прийти, и тебя сразу нанимали, а в этом отеле надо было договориться о времени и пройти собеседование. На нем Ханна произвела хорошее впечатление прекрасными волосами и новыми очками. Ее приняли.

Женщина научилась складывать полотенца в форме розы и вставлять в него маленькие бутылочки с шампунем. Работать в подобном отеле оказалось не проще, чем в дешевом мотеле. Она была там с понедельника по пятницу, убирая шестнадцать комнат, на каждую из которых уходило тридцать минут. И ее работу каждый день проверяли! Очень часто приходилось возвращаться и переделывать. Имя женщины, контролирующей ее, Ханна добавила в список тех, кому когда-нибудь отомстит.

Прошло больше шестнадцати лет после того дня в торговом центре в Нью-Джерси. Ханна Джейвенсен постучала в дверь номера, подождала, опять постучала и вошла.

Гость был настоящей свиньей. Он использовал большую часть полотенец. В ванне валялся хлам и мусор. Покрывало лежало на полу вместе с декоративными подушечками. Гость ел крекеры, крошки от которых были рассыпаны по всему полу, креслу и постельному белью. Пустая упаковка лежала на ковре.

Мужчины чаще оставляли чаевые, чем женщины, но такие свиньи, как этот, никогда. Даже доллара.

В ее тележке была упаковка одноразовых перчаток, в которых надо было мыть туалет. Ханна надела их, чтобы не оставлять отпечатков пальцев.

Как всегда, в первую очередь она проверила сейф. Гости могли положить что-нибудь ценное и забыть закрыть дверцу. Потом пощупала рукой внутренности открытого чемодана, пространство под одеждой, брошенной в верхний ящик комода. Нигде ничего не было. После сняла простынь и поискала под матрасом. Тоже ничего.

Дальше перешла к карманам висевшей на плечиках одежды. Постоялец был, конечно, свиньей, но с хорошим костюмом.

Ханна сотни раз так осматривала номера, но ничего не находила. Однако сегодня удача ей улыбнулась: во внутренних карманах пиджака лежали пачки стодолларовых купюр.

В наши дни люди редко используют наличные, платят дебетовыми или кредитными картами.

Владелец вряд ли сообщит о пропаже, потому что, скорее всего, это были черные деньги. Или связанные с каким-нибудь преступлением.

Судьба.

Она привела ее в этот день именно в эту комнату.

Ханна не общалась с остальными уборщицами, потому что все они были из Латинской Америки и говорили на испанском. Женщина была уверена, что коллеги не узнают ее в обычной уличной одежде. Гость не сообщит о пропаже денег, да и если не выйти на работу, никто не станет искать Джилл Уильямс. Среди уборщиц была текучка, к которой все привыкли. Более того, непосредственная начальница будет даже рада исчезновению одной.

Она вышла на лестницу, сняла униформу, направилась на улицу и исчезла. Ханне нравилось уходить из мест совершенного преступления.

Интернет оказался прекрасным инструментом. Каждый день появлялись новые блестящие идеи. Она чувствовала себя, как глава секты много лет назад в лучшие времена. Она стояла у руля, руководила, и люди возлагали на нее надежды.

Проект, которым Ханна занималась, настолько сильно ее захватил, что не было времени заходить на Facebook. Посты Адаир, которые она читала до этого, были незрелыми и детскими. Бывшие школьники, а теперь студенты тратили жизнь на бесполезную болтовню, а у взрослой женщины много дел.

Она стала меньше спать. Работы было много.

В мае снова зашла на Facebook, чтобы узнать, чем занимаются маленькая Джен / Дженни и ее псевдодрузья.

Социальные сети были полезны только для одного – хвалиться.

Но на этот раз никто этого не делал.

На этот раз Ханна увидела видео.

Оно удивило не только ее, но и Адаир, и ее 476 друзей.

Джен / Дженни и ее бойфренд Рив обнимались, целовались и смеялись в аэропорту.

Женщина не могла летать на самолетах, потому что для этого надо было предоставлять документы. И во всем виновата девчонка!

Люди в толпе свистели и улюлюкали, охранники улыбались.

Она не заслуживала быть любимой! Она отнимала любовь, принадлежавшую по праву ей, Ханне.

А потом вспомнился проект, над которым кипела работа.

Похитительница засмеялась сначала тихо и низко, а потом смех прокатился по комнате, становясь все более надрывным, высоким и зловещим.