В надежде обсудить вопрос с амулетом без свидетелей я прихожу за четверть часа до занятия. Увы, меня ждёт облом: дверь кабинета закрыта, а явившаяся через пять минут после меня девушка-помощница поясняет, что Ирина приходит ровно к началу урока, потому что раньше у неё другая работа. Я вздыхаю, устраиваюсь на стульчике в коридоре, готовясь всё оставшееся время протупить в телефон – но не тут-то было.

– А, Катенька! Здравствуйте!

Ко мне спешит одна из соучениц, единственная в группе пенсионерка – невысокая, худощавая дама за семьдесят, в бежевом пальто и аккуратной тёмно-зелёной шляпке, из-под которой выбиваются слегка завитые седые прядки. Я изображаю вежливую улыбку и честно пытаюсь вспомнить, как её зовут. Эх, надо было записывать…

– Вам тоже не терпится начать? – Она устраивается на соседнем стуле и кладёт на колени расшитую бисером сумочку. Гошка очень интересуется блестящей штучкой, тянет к ней любопытную морду и шумно принюхивается. – Ох, я уже всем соседкам по пять раз рассказала про наши занятия, надоела всем ужасно, еле дожила до воскресенья, так интересно!

Она смеётся, я улыбаюсь чуть шире, пересаживаю дракона на плечо, чтоб не хулиганил, и пытаюсь сделать вид, что читаю, но манёвр не проходит.

– А вы знаете, я после медитации начала куда лучше чувствовать свой дар! У меня и прежде интуиция была развита очень хорошо, а теперь – ух! Иду в магазин за хлебом – и вдруг точно понимаю, что нет там такого батона, как я люблю! Захожу – и действительно, нет! Можете себе представить? И ведь оберег у меня сова, а Ирочка говорила, что он связан с прорицанием…

Меня так и тянет ляпнуть, что мой дар довёл меня до встречи с Ундиной и боя с драконами, но я сдерживаюсь. Незачем людей пугать.

– Вы не переживайте, – по-своему растолковывает моё молчание собеседница. – У вас тоже получится, вот увидите! Я прямо чувствую! Это, знаете, как в игре «горячо – холодно»? Вокруг вас, Катенька, сейчас очень даже теплеет. Я, к сожалению, не могу чётко увидеть, с чем это связано… Хотя вы ведь с драконоборцами работаете, верно? И вот этой ужасной историей с убийством дракона тоже вы занимаетесь?

Я теряю вежливое выражение лица.

– Откуда вы знаете про дракона?

Она хитро улыбается, и вокруг её глаз собираются лучики морщинок.

– Внук у меня там работает, он и проболтался. Сказал, мол, девушка прямо на ровном месте пропала! Вы ведь это были?

Я нехотя киваю, замечаю жадное любопытство в её взгляде и поспешно уточняю:

– Дело ведёт полиция, рассказать не могу, простите.

– А и не надо, – легко соглашается она. – Только полиция, конечно, хорошо, но и вы им помогайте! У вас и дар, и ум есть, и элементали вас выбрали… Ну не смотрите на меня так, кто ж ещё способен открыть портал? А я прямо чувствую, что всё у вас получится!

Чувствует она. Прямо. А мне как будто делать больше нечего, как преступления раскрывать, нашли, блин, Шерлока Холмса…

– Настоящее преступление ещё не совершено.

Я аж вздрагиваю – до того странно звучит её голос. Гошка недовольно фыркает и утыкается носом мне в шею. Собеседница ласково улыбается, а потом вдруг берёт меня за руку – пальцы у неё тонкие, но жёсткие и хватка крепкая.

– Он всё ещё не добился своей цели и будет убивать дальше. Хорошо, если только драконов.

Слово «он» интонацией выделено так, что я ощущаю неприятный резонанс под рёбрами, а в голове появляется некая смутная мысль, в которую очень не хочется верить.

– Это вы тоже даром «прямо чувствуете»? – спрашиваю я по возможности скептически.

– Это я головой думаю, – усмехается она.

Мне чудится что-то знакомое, словно из-за маски восторженной старушки выглянул кто-то ещё, но наваждение тут же пропадает, стоит ей отпустить мою руку.

– Ох, опять я увлеклась, – сетует она. – Соседки вот тоже нервничают. Ты, говорят, Марья Николавна, совсем на старости лет головой повернулась с магией энтой. К психиатру посылают, представляете?

Она звонко, совсем не по-старушечьи смеётся. Не то чтобы я в жизни видела много сумасшедших, но по спине пробегает холодок. И ладно, если у старушки и впрямь поехала крыша…

Он.

Не добился.

Цели.

Всё ещё.

Нет, Катерина, у тебя паранойя.

С другой стороны, драконьи кристаллы – это не только потенциальный источник дохода, а ещё и энергия. Та самая, ради которой Элис убивала ведьм. Почему бы Учителю не переключиться с девушек на драконов?

Если я являюсь с этой гипотезой к Князеву, он меня пошлёт – не исключено, что тоже к психиатру.

И всё же…

Чем больше камешек, тем он сильнее. На территории нашей области обитают в основном некрупные драконы, их кристаллы ценятся не за размеры, а за специфические свойства. У водяников, к слову, особое магическое чутьё, позволяющее быстро разыскивать добычу в мутной реке, а их дракониты используются в системах, с помощью которых спасатели находят людей под завалами или в глухом лесу.

Какими свойствами обладает кристалл топазового феникса, я не знаю. Но если дело в количестве энергии и, соответственно, в размере…

Я вскакиваю, извиняюсь и отхожу в конец коридора, разыскивая номер в контактах.

Князев на удивление откликается почти сразу.

– Мы тут с Семёном посовещались, – заявляет он, – и решили, что, если твой жених заявит самоотвод, мы свистнем ОМОН, набьём ему морду и притащим в загс в наручниках.

Я представляю эту эпическую картину: Сашка в камуфляже и наручниках, я в джинсах, потому что платье до сих пор не выбрала, и с драконом вместо букета – и временно теряю дар речи и мысль.

– Водохранилище, – выговариваю наконец.

– Что, прости? – изумляется он.

– В водохранилище живут крупные драконы. Речные псевдодельфины, про них ещё в газетах периодически пишут, туристов туда возят и магнитики печатают! – Князев молчит, и я нетерпеливо поясняю: – Если маньяку нужны большие кристаллы, то это самый подходящий вариант!

В трубке слышится отчётливый вздох.

– То есть ты хочешь, чтоб я бросал всё и шёл следить за водохранилищем, правильно я тебя понял?

В такой формулировке идея и впрямь выглядит не слишком адекватно. Я прикусываю губу, но всё-таки решаюсь и выкладываю полную версию посетившей меня мысли.

– У тебя паранойя, – немедленно оправдывает мои худшие ожидания капитан. Я скисаю, но он тут же нехотя признаётся: – У меня, кажется, тоже. Ладно, попробую пнуть Иванченко, пусть сагитирует своих орлов там полетать, в качестве тренировки перед турниром. Ему ж это тоже нужно.

Мысль в целом здравая, драконоборцам неизвестный маньяк как кость поперёк горла. Вот только…

– И Кожемякина?

– А Кожемякина, – говорит Князев, и я прямо вижу предвкушающую ухмылку на его физиономии, – в самую первую очередь. Всё, бывай, у меня звонок на второй линии.

Связь тут же со щелчком обрывается, а я остаюсь размышлять о том, что если Сашка помирится с Кожемякиным, а не со мной, то я его в ближайшие дни не увижу даже на работе.

Инициатива, чтоб её, наказуема.

* * *

– Наши предки, – рассказывает Ирина, – считали, что при изготовлении обереговой куклы нельзя пользоваться никакими металлическими инструментами. Это правильно, потому что металл имеет свойство искажать потоки энергии…

Я пытаюсь приткнуть в кресле рядом с собой набор тряпочек, катушку красных ниток, моточек оранжевых и несколько отрезков тесьмы. Столы, как оказалось, годятся только для хранения материалов и инструментов, а сворачивать куклу лучше всего на коленях.

– Куколок делали из старой одежды, её, конечно, руками порвать несложно. Нам с вами нужно, чтоб вышло ещё и красиво, поэтому лоскуточки у нас новые, аккуратно разрезанные, отглаженные, и бусинки можем пришить, и пуговки, и вышить что-то. Но если мы хотим получить не просто интерьерную игрушку, а оберег, всё это нужно сделать до начала сборки.

Кошусь по сторонам. Большинство внимательно слушает, Ангелина с подругой о чём-то шепчутся, Лерка двумя пальцами за уголок держит розовый лоскуток в белый горошек и рассматривает его весьма скептически: в выданных Ириной стартовых наборах чёрной ткани ожидаемо не попалось, и вообще в предложенных материалах преобладают красный, жёлтый и оранжевый.

Кукла, которую мы будем сегодня делать, называется Веснянка, потому что изготавливали её как раз весной: по одним данным, до равноденствия, по другим – до Пасхи. Упомянутые Ириной предки сильно различались во мнении, что именно эта кукла символизирует: тут и защита от врагов и болезней, и призыв тёплой погоды после долгой зимы, и привлечение удачи-здоровья-богатства. Короче, вещь многофункциональная.

На ковре перед нами лежат несколько образцов. Выглядят нарядно и ярко: пышная двухслойная юбка, цветастые рукава, толстая коса из ниток украшена бантиком и забавно торчит вверх – за неё, как выяснилось, куклу полагается подвешивать. Гошка уже обнюхал каждую и улёгся посередине, весь такой в цветнике.

– Этих куколок матери делали для дочерей, незамужние девушки – для подруг… – Ирина хитро улыбается и поправляет кружевной фартучек на кукле, которую держит в руках, – у той красная юбка, красные цветочки на рукавах и красные же волосы.

– А брату можно? – встревает вдруг Лерка.

Смотрит она при этом на меня недовольно как-то. А что я сделала?

– Да, конечно, – кивает Ирина. – И брату, и родителям, и любимому мужчине. Собственно, наша с вами сегодняшняя задача заключается именно в том, чтобы вложить в куклу доброе пожелание для близкого человека – и научиться простейшим приёмам работы с энергией.

– А вот если он поссорился с девушкой, заперся в комнате с пивом и орёт мрачные песни под гитару, кукла может помочь? – не успокаивается Лерка.

Ирина удивлённо изгибает бровь. Я стараюсь убрать с лица все эмоции и смотрю на свои тряпочки. Нитки для косы мне попались оранжевые, а лоскуток, которому предстоит стать юбкой, – голубой и в васильках. К чему тут, спрашивается, розовые ленточки?

– Кукол, которые традиционно считались оберегом для пары, мы будем делать на пятом занятии, – обещает Ирина. – Там будут особенные узлы и приёмы. А пока что можешь попробовать поднять брату настроение.

Ну-ну, пусть пробует. А то чего всё я должна? Возьму и сделаю куклу… А вот хотя бы для Настасьи, ей понравится. Что-то давненько мы не общались, кстати.

– А вы же нам личный оберег обещали, – напоминает Милана, строго глядя поверх очков. Сегодня она заплела одну косу и уложила её в пучок. – А теперь дарить…

– Личный – в конце занятия, – кивает Ирина. – Это работа не на один раз. Сперва вам нужно научиться видеть энергию и управлять ею.

Она даёт ещё немножко теории: например, я узнаю, что народных кукол всегда делали без лиц, потому что если лицо есть, то в куклу может вселиться злой дух, который будет делать хозяину оберега пакости. Интересно, можно ли нарочно заманить одного конкретного духа в куклу, а потом сжечь гада вместе с ней?..

Хорошо бы.

В размышлениях о духах едва не пропускаю момент, когда начинается практика. Так, белый лоскуток свернуть, сложить пополам, добавить внутрь немного синтепона для объёма головы…

– Теперь берём скрутку в левую руку, катушку в правую. Кончик нити прикладываем вот сюда, здесь будет шея, и прижимаем большим пальцем левой руки вот так, всем видно? А теперь, прежде чем сделать первый виток, ненадолго прикроем глаза и представим, как тонкая ниточка нашей внутренней энергии тянется от сердца, через левую руку… Чувствуете, как теплеют ладони, как начинают пульсировать кончики пальцев?..

В целом идея проста: нужно попытаться проассоциировать свою внутреннюю магию с материальным носителем. Ниточка тянется, делает витки, завязывается в узелки – строго чётное количество, – аккуратно отрывается. Но оторвать нужно только материальную красную нитку, энергетическая должна тянуться дальше вместе с благими пожеланиями будущему владельцу куколки. Поэтому нельзя использовать ножницы – пока мы не научились видеть энергию, можно неосторожно перерезать обе нити разом.

Узелки предлагается завязывать строго определённые – рабочая нить дважды оборачивается вокруг оставшегося кончика и зятягивается. Я с удивлением узнаю туристический «штык», которому меня учил папа, но Ирина называет его «двойной узел-петля». Что ж, петля так петля. Один виток, второй-третий-четвёртый, завязать два узелка, оборвать нить, кончиком заострённой деревянной палочки расправить складочки…

Я честно напрягаю воображение, но стоит ощутить знакомое покалывание в пальцах, как тут же на рефлексах пытаюсь загнать магию поглубже, опасаясь выпустить огонь. В итоге никаких ниточек, кроме тех, что в катушке, мне увидеть так и не удаётся. А вот у соучениц получается – и Мария Николаевна, и Милана, и ещё половина группы сумели-таки взглянуть на проявление своего дара.

Ну хоть куколка у меня вышла не самая кривая, пусть и пёстрая без меры. Гошка моё рукоделие всецело одобряет – стоит мне отвернуться, как он цапает куклу за косу, вместе с ней забирается в сумку и там сворачивается клубком. Кажется, для Настасьи придётся делать другую.

– Ничего страшного, – утешает Ирина тех, кому магия сегодня не отозвалась. – Можно взять ещё по набору лоскутков, дома попрактикуетесь, я уверена, что к следующему уроку всё получится. А теперь займёмся нашими амулетами.

С выбранными в прошлый раз подвесками дело обстоит лучше, некую связь с заготовкой сумели поймать все. Следующий этап – научиться наполнять амулет энергией. Приём используем тот же самый: представить ниточку, намотать в два витка, завязать. Правда, теперь это нужно сделать без катушки, чисто на воображении, и я чувствую себя несколько по-дурацки, а потому инструкцию выполнять не спешу. И потом, если моя «лапка» работает – может, в ней и энергия уже есть?

– Это самое первое упражнение, которое вам нужно освоить как следует. Чем чаще вы будете его выполнять, чем больше энергии передадите вашему амулету, тем более функциональным он выйдет в итоге. Когда витки и узлы будут получаться уверенно, можете попробовать вести нить вдоль узора на металле и тоже закреплять узлом. Рекомендую не лениться, в этом деле важна регулярность… Катя, у вас вопрос?

Да, но знала бы я ещё, как оный правильно сформулировать. А, спрошу в лоб.

– А это не опасно? Если мы будем выполнять упражнение слишком часто, не получится так, что вся энергия уйдёт в амулет? Мне знакомый из полиции рассказывал, совсем недавно девочка из-за этого погибла.

Народ перестаёт шушукаться. Ирина смотрит на меня очень внимательно.

– Мои методы, – говорит она наконец, – проверены неоднократно, в том числе Особым отделом. На занятиях вы в полной безопасности, и, даже если кто-то случайно ошибётся с зарядкой, амулет просто не станет работать.

– А как такое вообще можно сделать? – удивляется всезнайка Милана. – Внутренний резерв жизненной энергии не используется для магии, иначе каждый мог бы колдовать! У нас, – она обводит собравшихся жестом, – дар есть и есть дополнительная сила…

Ирина вздыхает, оглядывает аудиторию – все смотрят внимательно и чуть ли не ушами шевелят.

– Управлять энергией на самом деле может практически каждый, – отвечает она с явной неохотой. – Есть определённые практики, позволяющие ненадолго увеличить резерв, отдать часть внутренних ресурсов… Слышали, возможно, что магия забирает у неумелых колдунов годы жизни? Это потому, что контролировать процесс неодарённые практически не способны и могут потратить больше, чем следует.

Народ переглядывается, годы жизни терять явно никто не хочет. Ирина улавливает настроение и поспешно поднимает руки в успокаивающем жесте:

– Подобных вещей я вам, разумеется, показывать не буду. Наоборот, в первую очередь вам нужно научиться видеть и чувствовать свой резерв, чтобы даже случайно не выйти за пределы. И тренируемся мы нарочно на самых простых формах, чтобы исключить случайности. Так что домашнее задание можете выполнять спокойно, это совершеннно безопасно. Я ответила на ваш вопрос?

Моя паранойя ненавязчиво шепчет, что фраза «показывать не буду» отнюдь не означает, что сама Ирина ничего подобного не умеет. Приходится напомнить себе, что коллеги Кощеева её проверяли и сочли благонадёжной.

Хотя ведь и у Элис были все нужные для работы лицензии, и проверки она наверняка проходила…

Ой, всё.

– У меня ещё один вопрос, – говорю поспешно. – Только можно не при всех?..

Когда Ирина отпускает группу, я честно и подробно рассказываю про Ундину, драконов и реакцию «медвежьей лапы». Она крутит амулет в руках и хмурится.

– Да, похоже, что он действительно заряжен, – резюмирует она. – У портала мощное магическое поле, амулету с лихвой хватит. А переполненный резерв очень чутко реагирует на внешний запрос. Сперва зов Ундины, потом ваше желание отбиться от драконов… Структура в итоге вышла с двойной функцией, насколько я могу судить: поиск и способность нанести правильный удар. – Она улыбается и разводит руками: – Я ведь говорила, что это заготовка для драконоборческого амулета?

Я киваю. В целом похоже на правду, хотя очень надеюсь, что необходимости в правильных ударах у меня в ближайшее время не появится. А может, Сашке эту штуку подарить?..

– Можно, – соглашается Ирина. – Переделать не получится, продать тоже, он на вас завязан, а вот если подарить близкому человеку в качестве оберега, выйдет хорошо. Только для домашнего задания вам теперь нужна другая основа.

Она задумчиво щёлкает пальцами, подходит к столу с материалами, достаёт из ящика давешний мешочек, полминуты в нём роется и протягивает мне подвеску-лунницу.

– А разве я не должна выбрать сама? – интересуюсь я, разглядывая будущий амулет: серебристый полумесяц украшен вязью узлов в том же стиле, что моя «лапка».

– Ну нет, – улыбается Ирина. – Во второй раз я хочу исключить случайности. Итак, два витка и узел, а потом вдоль узора, помните? Отлично. Удачи и до четверга!

Убираю новый амулет в карман, старый – под футболку, подхватываю сумку с задремавшим драконом, прощаюсь. Паранойя жужжит что-то подозрительное про новую подвеску и про очевидную попытку меня выставить, но я уже слишком устала, чтобы на это реагировать. А ведь мне ещё материалы по колдунам читать, ужин готовить, блузку на завтра гладить…

…Перед сном пытаюсь дозвониться Сашке, но он не абонент. Ладно, гитара и пиво не самое криминальное времяпрепровождение, пусть восстанавливает душевное равновесие. Завтра пообщаемся.

А если что – воспользуюсь предложением про наручники и ОМОН.