Мы собрались в штабном здании. Сам майор, еще офицеры, Измайлов, и парни из группы “ Крупа» — тот самый Гречка, и еще двое, с которыми познакомиться я не успел. Тесновато даже было как-то, да и вообще.

Было накурено. Курили вообще все, никто не стеснялся, так что в помещении хоть топор вешай, честно говоря. Впрочем, это нормально, когда закона нет, первое, что падает — это запрет на курение в общественных местах. Какая уж тут борьба за здоровье, когда все под смертью ходят.

В том числе и я, чего уж тут греха таить.

— Ну что, товарищи спецназеры, — начал Платон, едва мы вошли в помещение. — Вот. Это Рама. Тот самый парень, который шпиона взял. И с которым мы будем работать по вопросу груза.

Я сел на свободный стул, складной такой, больше на рыбацкий похожий. Платон же встал у карты, похоже, что он вставать не собирался.

— А дела, товарищи спецназеры, между прочим, хреновые. Ситуация следующая. У нас есть груз, который необходимо вернуть. Сейчас он находится у бандита по кличке Жирный, который контролирует базар на том берегу. Ну, все знаете.

— Да, знаем, — подтвердил мужик с шрамом через всю щеку. Он сидел рядом с «Гречкой», да и до этого я его видел, когда карты играли. — Даже бывали.

— Мы забрали критические компоненты, но остальное тоже нужно. Во-первых, потому что без всего комплекта толку мало. Во-вторых, потому что если Жирный решит продать груз литовцам или еще кому, у нас будут проблемы.

— Да штурмануть базар и все, — заявил Гречка. — Жирного вздернем, груз отберем. И все.

— Проблемы есть, — покачал головой Платон. — У него есть данные, которые если в сеть утекут… Головы полетят. И наши, и наших командиров. Так что сами мы тут ничего сделать не можем, напрямую. Если только чужими руками. Вот их руками.

Он кивнул на меня. Все и уставились на меня, и от взгляда этих внимательных глаз мне как-то не по себе стало, честно говоря. Да откровенно говоря страшновато, это ведь не просто военные, они в натуре повоевали. И на счету у каждого не по одному трупу. Особенно у этих спецназовцев.

— Майор, без обид, но его парни вообще в курсе, как такие дела проворачивают? Бандиты же, но не солдаты.

— Есть у нас вояки, — сказал я. — Фрай и его группа. Они вроде как повоевали все.

— Фрай? — повернул ко мне голову один из офицеров. — Серьезно? Он по бандитской пошел? А как так вышло, почему не к нам?

— Я понятия не имею, — только и оставалось покачать головой мне. — Я сам в банде без году неделя. И вообще не уверен, что мне возвращаться смысл есть, что меня не расстреляют просто. Про то, что я с вами связаться собирался, я никому не сказал, людей обманом увел.

— А как решился? — спросил мужик со шрамом.

— Да так вышло, — ответил я. — Считайте, что из чувства патриотизма. Но в целом у нас три десятка бойцов есть, в передрягах они бывали. Да и не забывайте, мы уже почти под сотню из людей Жирного видели. Их осталось, может быть, десятков семь.

— Ну так штурмануть, — тут же заявил Гречка. — И вынести всех подчистую.

Я промолчал. Остальные переглянулись.

— Нет, — заявил Платон. — Действовать будем через них. Нам вообще соваться туда нельзя. Рис, твои парни с ними пойдут, будете координировать. Но давайте так, чтобы никто никого из ваших не признал. По гражданке двинетесь, да и вообще.

— Ладно, ладно, понял, — кивнул мужик со шрамом. Понятно, значит это и есть у той самой группы командир.

— А раз действовать будем через вас, то давайте и обсудим. Рассказывай, Рама, какие у тебя идеи есть?

Я замер. Идей у меня не было вообще никаких, если совсем честно. Да и как-то не так я это себе представлял. Когда шел сюда, думал, что тут парни, которые на боевых операциях собаку съели. Я, значит, притащу к ним шпиона, а Жирного сами вздернут, Надю вернут, груз заберут, а потом мы свалим из города через коридор, который они этим своим супероружием пробьют.

Ну, значит, будут они действовать, как в фильмах, как в боевиках. Как в «Лучших в аду» каких-нибудь.

Но что-то не так, похоже.

— Ну… — сказал я. — Жирный думает, что груз до сих пор у нас, о том, что мы с вами связались, он не в курсе, так?

Только это и смог промямлить. Хотя в мысль я уже как-то машинально вцепился, и принялся ее разворачивать.

— Ну и вот. А у него наш человек, наша точнее. Женщина главаря нашего. И вот, мы можем попытаться договориться на том, что он груз на нее обменяет. Встретимся где-нибудь на нейтральной территории, а потом ваши толстяка отработают.

— Ага, конечно, так он сам куда-нибудь и сунется, — хмыкнул один из офицеров. — Жирный за пределы базара не выходит. Он и с нашими-то общался исключительно через посредников. И по рации.

— Ну… — проговорил я. — Тогда мы еще сколько-то из его людей убьем. И потом, если получится, в действительности будем штурмовать базар.

— Народа при этом поляжет, конечно… — сказал другой офицер, с лейтенантскими погонами. В очках на носу, круглых таких.

— Да нет, — покачал я головой. — Если действовать днем, то все нормально должно пройти. Там обычно не так много народа, все под вечер подгребают. Днем же по городу практически никто не ходит из-за…

Хотел сказать, что из-за вояк, но заткнулся, не стал. Как-то не стоит им такое говорить, как мне кажется.

— Нельзя штурмовать, — сказал Платон. — Нам, по крайней мере, нельзя. Если вы сами…

— Им-то базар штурмовать? — хмыкнул Гречка. — Ага, сейчас. Положат их всех на подходах еще, и этим-то все и закончится. Я тебе говорю, командир, отдай приказ.

— А если одновременно? — спросил я.

— Это как? — повернулся ко мне Рис.

— Ну, мы вызываем их на встречу. Кто-то идет к нам. Пока мы там общаемся, вы штурмуете базар, Жирного на фонарь, ноутбук его забираете, а потом груз. И всем счастье, и никто не уходит обиженным. Если не считать самого Жирного, конечно.

Они явно задумались. На самом деле эта идея вполне себе имела право на жизнь, как по мне. Да только вот и оно закончиться могло плохо. Жирный ведь в засаду к нам не придет, нужно будет как-то незаметно ее организовать. Причем, подозреваю, что место он будет подбирать сам.

Короче, слишком много но. Проблема в том, что враг нам достался хитрый. Это вовсе не тупой бандит, какими их показывают в фильмах про давно забытые девяностые. Это умный человек, несмотря на свою внешность. И как-то так вышло, что он за яйца сумел взять вообще всех. В том числе и нас.

— Вообще идея неплохая, — проговорил Рис. — Может сработать. Если вы часть народа отведете, тогда так вообще.

— Ну я и говорю, — я как-то даже духом воспрял. Если уж командир группы спецназа признал мою идею годной, то и остальные вполне могут. Только вот придется достать из бочки с медом ложку дегтя. — Но есть проблема.

— Это какая? — повернулся ко мне Илья.

— Ну, я же сказал уже. Я пришел сюда без разрешения своего… Руководства, так скажем. Главарь наш, Сека, с вами связываться не хотел, особенно после того как шпиона послушал. Потому что понял, что тогда мы влезем в какие-то ваши тайные игры. С оружием секретным и всем прочим. Этот Лехас еще и про лаборатории что-то базарил…

— Так, — прервал меня Платон. — А вот про это я сделаю вид, что не слышал. И остальные тоже. Но тему больше не поднимаешь, добро? Потому что в носители военных секретов мне тебя записывать определенно не хочется.

— Молчу-молчу, — развел я руками.

— А по поводу того, что тебя обратно не примут… Какая вероятность-то? — спросил майор.

— Пятьдесят на пятьдесят, — сказал я. — Кое-какой авторитет в банде у меня есть, да и вообще. Сека — человек разумный. Мне кажется, именно поэтому-то он с вами связываться и не горит желанием. И если кто-то из вас доводы мои подтвердит, то может и согласиться. Доверие все равно подорвано будет.

— Я сам с ним поговорю, — сказал Рис. — Если на встречу к нам его вызовешь, то думаю, смогу убедить, что все нормально будет.

— И я рассчитываю на то, что это не просто так, — сказал я. — Я рассчитываю на то, что вы нас из города вытащите. Нас — я имею в виду всех.

— Ага, нам бы самим выйти, — проговорил Гречка.

— В смысле? — я не понял.

— Да в прямом, — за спецназовца ответил Платон. — Оружие всю работу за нас не сделает, оно только шанс на прорыв даст. А остальное придется уже самим, ножками. Ну и пострелять надо будет. Вашим в том числе, на нашем горбу у вас выехать не получится.

Да, если Сека еще и об этом узнает, то боюсь, что он меня пристрелит просто, и на этом дело с концом. С чухной воевать, я подозреваю, он точно не согласится.

— Да чего ты с лица сбледнул-то, — хмыкнул Платон. — Не погонит вас никто не штурм, не бойся. Побудете на второй линии. Да и снаряжение нормальное выдадим, не с берданками пойдете. Считайте, мобилизуем вас всех.

Похоже, что шутка про мобилизацию у него была одной из любимых. Ну ладно, я не откажусь, на самом деле. В том числе и потому что у военных с медициной должно быть все нормально, со связью, да и вообще. Как-то оно понятнее будет.

— Короче, все нормально будет, — сказал он. — А теперь, господа спецназеры, вторая новость. И она гораздо хуже, чем первая. На то, чтобы груз достать, у нас неделя есть. Максимум — две. Потому что чухна наступление готовит.

Все переглянулись. Рис только посмотрел на него, и спросил.

— Надежная информация?

— Да, — кивнул Платон. — Шпион этот выдал. А врать он не мог, при наших методах допроса, сами понимаете, врать невозможно.

— Откуда пойдут, как…

— Сперва будут ДРГ вводить, потом — артподготовка, а потом уже все вместе. Так что нам наши терки надо закончить как можно скорее. Подозреваю, что это из-за того, что наши со стороны Новгорода идут уже. А если получится на север пройти.

— То те части, которые под Питером сейчас, отрезаны окажутся, — сказал тот самый очкастый офицер. — И на этом для них все закончится, никто их никуда не вывезет, и морем не уйдут. Балтика полностью под нашим флотом.

Если честно, я не был уверен, что оно в действительности так случится. Что пиндосы, если их припечет, и что-нибудь новое могут придумать. И придумают наверняка. Причем что-нибудь такое, чтобы просто поднасрать. Вообще всем. Война-то в действительности на уничтожение идет.

Но мысли свои при себе оставил. Что там дальше будет — это не так важно. Нам бы хоть один день пережить, и на том спасибо можно будет сказать.

— Ну неделя — это не так уж и мало в наших масштабах, — каким-то философским тоном проговорил Рис.

— Но поработать придется быстро, — кивнул Платон. — Я сообщу всем, что и как, пусть настороже будут. И наверх тоже сообщу. Ладно, давайте ближе к нашим делам.

Он подумал несколько секунд, после чего сказал:

— Двинетесь в гражданке, сегодня ночью. Сперва надо на контакт с группой Рамы выйти, как это сделать — его забота.

— Я постараюсь что-нибудь придумать, — без особой надежды, но все-таки проговорил я. — Если получится Секу убедить, то и остальные тоже пойдут. Но думаю, ради женщины своей, которую люди Жирного взяли, он на все согласится.

— Хорошо, — подтвердил Платон. — Грузом я вас обеспечу. Взрывчатку возьмете, все остальное.

И тут мне в голову пришла идея. С моей точки зрения, так неплохая, все должно неплохо сложиться, если сработает. И мы тогда их всех уберем, и даже особо напрягаться не нужно будет.

— А что если нам груз им отдать? — спросил я.

— В смысле? — не понял Платон.

— Ну, вы же из контейнеров все уже достали, и на какой-нибудь охраняемый склад положили, верно? — спросил я и усмехнулся. — Так ведь все?

— Ну да, естественно, — сказал Платон, хотя подтверждения тут на самом деле не требовалось.

— Ну так вот, — сказал я. — Берем пустые контейнеры. И кладем туда какое-нибудь взрывоопасное говно, его, я подозреваю, у вас, как говна. На неизвлекаемость закладку ставим, чтобы по радио ебашило. А еще лучше — чтобы сработало, когда контейнеры откроются. И вот, относят они это на базар, открывают, а оно ебашит, значит. Если не жалеть — ебанет как следует. Суматоха поднимется, и вообще. И мы соответственно, в этот момент начинаем штурмовать. Все вместе, нас тогда почти пять десятков будет, не меньше народа, чем у Жирного, так?

— Ну…

— Ну и берем базар, — сказал я. — И как уже раньше говорили, Жирного на фонарь, хотя его не каждый фонарь в городе выдержит, ноутбук его себе берете, а мы получаем оружие.

— А если они на месте их открыть решат? Чтобы проверить?

— Тогда по первоначальному плану действуем, — пожал я плечами.

Военные замолчали, кажется такая идея им в голову не приходила. Потом Платон покивал:

— Да, нормальная идея. Может и сработать на самом деле.

— Только вот, — пришло мне в голову. — А если ваши остальные контейнеры будут рядом с этими, с этим супероружием внутри ничего не будет?

— Да не, ты чего, — покачал головой майор. — Они на очень серьезные нагрузки рассчитаны, даже ядерный взрыв выдержат, если не в самый эпицентр попадут, естественно. Так что плюс тебе, спецы сегодня займутся. Теперь вопрос: как переправляться будете. Нашими каналами пользоваться нельзя. Вы же сюда как-то переправились.

— У нас лодка есть, — сказал я. — Резиновая, самая обычная, рыбацкая. На берегу припрятана.

— Сойдет, — кивнул Платон, посмотрел на карту города, которая висела позади него. Как мне показалось, глядел он именно на торговый центр, где и располагался базар. Хотя я мог ошибаться, видно мне не было. — Значит, план у нас есть, так?

— Да, командир, — заявил Гречка. — Сделаем все в лучшем виде.

— Тогда расходимся, готовимся. Сегодня в двадцать ноль-ноль — выход. Главное — сделайте все чисто.

Все поднялись, и естественно я вместе с остальными. И двинулись на выход из штаба. Меня к моему удивлению провожать никто не стал, я вышел, вытащил из кармана электронную сигарету. Подумалось о том, что лекарства добыть не получится. Хотя, если возьмем базар, то возможно у них там хоть что-нибудь есть. Наверняка ведь эта армянка взяла по бросовой цене у кого-нибудь, кто все подряд тащил. Хоть пара пачек, но найдется.

Ладно, на пару дней у меня таблетки остались. Ламотриджин, только, сука, кончился, а без него. Колбасит. Вчера настроение приподнятое было, перло как-то, сегодня наоборот в уныние клонит.

Время утреннее, выдвигаемся мы в восемь вечера. А я не поспал толком. Так что пойду прилягу что ли, раз время есть.

Продолжая курить, я двинулся дальше по блокпосту в сторону казармы. Военные ходили кругом, занимались какими-то своими военными же делами, меня провожали удивленными взглядами. Но никто ничего не говорил — так надо, значит, так надо.

— Эй, Рама, стой! — услышал я позади голос.

Повернулся, и увидел Риса и Гречку, которые так вместе и шли.

— Стою, — спокойно ответил я.

— Нам нужно расклады по той части города узнать, — сказал Рис. — Кто там есть, кто чем занимается, ну и вообще. По нашим мы знаем, а вот ваша бандитская житуха все это время как-то мимо проходила.

— Это не у меня надо спрашивать, — я покачал головой. — Я совсем недавно в том районе, до этого в Родине жил.

Жил он, ага. Если это можно было назвать жизнью. Жить я начал как раз в тот момент, когда меня Сека к себе принял. И вместо уже ставшего привычным выживания настоящая жизнь началась. Опасная, правда, сука, и ныкаясь по подвалам шансов пулю словить у меня было гораздо меньше.

Но ладно, жалеть об этом нечего.

— Пошли в казарму тогда, — сказал я. — Моих расспросите, они вам все, как есть и расскажут.

— Ну, двинули тогда, — кивнул Рис.

Вот. Заодно и будет повод познакомиться с будущими боевыми товарищами получше.