Глава 8

Ривер

Я продолжаю облизывать губы, запоминая вкус Ани. Смотрю на бокал со скотчем, не спеша сделать глоток — не хочу так быстро смывать остатки её вкуса.

Напротив, меня в баре сидит Доусон Тейлор. Бар принадлежит Крю Монти, главе итальянской мафии. Бизнес Доусона — индустрия секса, как в легальном, так и в не совсем легальном её проявлении. Я знаю обоих мужчин уже много лет, ведь любой, кто решает танцевать в этой тёмной части города, всегда нуждается в оружии.

— Крю не смог прийти, да? — спрашиваю, наконец смирившись и поднося бокал к губам.

Доусон наблюдает за девушками, работающими в заведении. В основном потому, что они работают на него. Он всегда внимательно следит за персоналом и их безопасностью. Редкость, учитывая сферу, в которой он крутится.

— Нет, всё так же влюблён и занят. Они с женой ждут первенца, так что он практически приклеился к ней, — буднично говорит он.

Усмехаюсь, на мгновение замирая с бокалом у губ. Кто бы мог подумать, что такие люди, как Крю и Доусон, найдут себе вторые половинки? И что ещё удивительнее, будут говорить о них с искренним теплом.

— Ты ведь только что с аукциона, да? — Доусон ухмыляется. — Раз ты всё ещё дышишь, значит, тебе каким-то образом удалось не разозлить Аню Иванову. Надеюсь, ты не сдал ей, что это я подкинул тебе приглашение?

Смеюсь и качаю головой.

— Нет, Доусон, я тебя не сдал.

— С Аней шутки плохи. Да, я имею право приглашать кого угодно на аукцион, но теперь ты мне серьёзно должен.

— Разве я не продолжаю обеспечивать защиту твоему персоналу на Западном побережье? — парирую я.

— Пока ты не портишь мне бизнес здесь, — предостерегает он.

Мне всегда нравился Доусон. Под всей этой внешностью красавчика скрывается опасный хищник.

— Ты же понимаешь, что она абсолютно сумасшедшая, да? — продолжает он. — Ты как-то слишком спокойно к этому относишься. Ты уже больше месяца здесь, но тебя до сих пор не считают своим.

— Что могу сказать? Меня очаровывают её характер и формы.

Он смеётся, недоверчиво качая головой.

— Ты втрескался, а ведь даже не видел, насколько она безумна.

— О каком безумии идёт речь? — спрашиваю я.

Мне нужно узнать Аню полностью, до последней детали.

Может, тогда я пойму, почему она так меня завораживает, и смогу выбросить её из головы.

— Ты же в курсе, что она не заводит партнёров? — начинает он. — У неё есть телохранители, которые её обслуживают, когда ей это нужно.

— Да, я как раз на это наткнулся, — признаюсь я.

Доусон удивлённо приподнимает бровь.

— Ты просто взял и зашёл, когда она была…?

В весьма компрометирующем положении.

А потом я заплатил ей уйму денег за вкус.

Но ему я об этом не скажу.

Молчание говорит само за себя, потому что он тут же запрокидывает голову и начинает хохотать.

— Её выражение лица в тот момент… — говорит он сквозь смех. — Это, должно быть, было бесценно.

Он качает головой, постепенно успокаиваясь.

— Я в шоке, что она не швырнула в тебя нож. Или, не знаю, не вырвала тебе глаза? Она ведь любит красивые вещи.

— Ты сейчас намекаешь, что у меня красивые глаза, Доусон?

— Да пошёл ты. Я предупреждаю: она — не тот человек, с которым ты сможешь справиться. Доделай свои дела и возвращайся на Западное побережье.

Отступить? Без вариантов.

Хотя, да, это немного отвлекает меня от первоначальной цели моего приезда.

— Когда это я не справлялся с делами? — усмехаюсь я.

На самом деле, я рассчитывал встретиться и разобраться с её братом, Алеком.

Это не должно было ничего менять, но… почему-то изменило.

— Ты считаешь, что то, как ты уничтожаешь конкурентов, жестоко? Так вот, эти близнецы расправляются с теми, кто даже просто косо на них посмотрел. Однажды я зашёл в комнату и увидел их обоих с головы до ног в крови. Они «играли» с мужчиной, который висел на потолке, привязанный за руки. И скажем так… он выжил. Потому что они настолько искусны. Они знают, где резать и как резать, чтобы продлить мучения.

Он делает паузу.

— Если ты у них на радаре — тебе крышка.

Я смотрю на него с восхищением.

— Думаю, я хочу на ней жениться.

Может, это говорит обо мне больше, чем мне хотелось бы признать.

Меня тянет к такой безумной, смертоносной женщине.

Я не могу избавиться от ощущения, что она была создана для кого-то вроде меня.

— Ты её вообще встречал? — изумляется он. — Ты правда хочешь больше, чем она тебе дала?

— Я хочу всё.

— Ну, тебя хотя бы предупреждали, — вздыхает Доусон, качая головой, будто я тут единственный сумасшедший.

— Ты же меня знаешь, Доусон. Ты действительно думаешь, что я не смогу с ней справиться?

Он медлит чуть дольше, чем должен был, прежде чем ответить:

— Ривер, я понимаю, что ты ведёшь успешный бизнес, потому что с тобой никто не смеет связываться. Но она — никогда не будет такой. Она свяжется. Она возьмёт у тебя каждый цент, заставит тебя истекать кровью, но не убьёт, просто чтобы ты знал, чьих это рук дело.

— Я собираюсь на ней жениться, — ухмыляюсь я. — Пусть обчистит меня до нитки.

— Ты реально не понимаешь, на что она способна, — бросает он.

— Я очень хочу узнать. Она будет моей в течение месяца.

Майкл, мой заместитель, неловко двигается позади меня. Я знаю, что он не одобряет смешивание бизнеса с личным.

Но меня это не волнует.

Потому что всё это время я держу ситуацию под контролем.

А Аня до сих пор не осознаёт, в каком серьёзном дерьме оказалась.

— Я всё же советую тебе покинуть город до конца месяца, прежде чем она предпримет ответный удар. Ты не можешь вести дела на их территории без их разрешения. Даже если у тебя уже есть заинтересованные клиенты.

Я равнодушно пожимаю плечами и делаю ещё один глоток.

— Я приехал разбираться с её братом. К сожалению, для неё, он оставил слишком много недочётов в наших сделках. Так что, похоже, расплачиваться за это придётся ей.

— Ты собираешься шантажировать Аню Иванову? — Доусон качает головой, не веря своим ушам.

— Шантаж — слишком грубое слово. Я предпочитаю выражение «убеждать». Или даже «очаровывать».

Доусон фыркает, делая глоток.

— Ты уже труп, чувак.

Мне нравится этот вызов.

Сначала я не знал, что делать с сестрой.

Но теперь я точно знаю.

Мне любопытно, как она поведёт себя, когда окажется загнанной в угол.

Наверняка впервые в жизни.

И пока местонахождение её брата остаётся загадкой, она, должно быть, уже сходит с ума.

Я не могу дождаться, чтобы подлить масла в этот огонь.

Насколько разрушителен может быть гнев Ани Ивановой?