Глава 7

Ривер

Ходячий секс. Вот что она такое, и она прекрасно знает, чего хочет. Чёрт возьми, почему это делает мой член таким твёрдым, я никогда не пойму. Я жертва собственного желания, и я хочу её попробовать. В отличие от других мужчин, у меня есть все средства, чтобы получить то, что я хочу. Даже если это стоит целое состояние.

Я не собирался на неё натыкаться, но, когда услышал её стон, любопытство взяло верх. И я рад, что зашёл.

— Тридцать миллионов, — говорю я. Чёрт, в этот момент я, наверное, отдал бы ей все свои сбережения.

Дерьмо. Я думаю не головой. Сейчас говорит мой член. Но как только я увидел Аню с её мужчинами, во мне проснулся примитивный инстинкт — подчинить и забрать её себе.

Я приехал сюда ради бизнеса, но это всё что угодно, только не бизнес.

Нет, я просто хочу попробовать.

О делах можно будет подумать потом.

— Скажи мне, Ривер, — её бархатный, плавный тон завораживает. Она держит ситуацию под полным контролем. И самое опасное в ней — она знает об этом. Она владеет своей силой.

— Так ты всё-таки знаешь моё имя? — усмехаюсь я.

Она хлопает ресницами, изображая непонимание, а потом осознаёт, что только что случайно выдала себя. Но её это нисколько не сбивает с толку.

Мы ведём свою маленькую войну, и её дерзость даже начинает меня очаровывать.

— Мои мужчины обслуживают меня так, как мне нужно. Скажи, зачем мне позволять тебе прикасаться ко мне? Ты вообще кто такой? — она скользит по мне взглядом, медленно изучая каждую деталь. Её взгляд задерживается на выпирающем в моих чёрных брюках напряжении.

Она облизывает губы, и это что-то во мне меняет. Мы можем отрицать это сколько угодно, но мы находим друг друга привлекательными.

Аня привыкла контролировать ситуацию, но это не отменяет её чисто женского любопытства.

А я, если хочу женщину, всегда добиваюсь своего.

И она хочет сравнить меня с этими двумя лакеями?

Если бы она была со мной, ей не понадобился бы второй мужчина в комнате. Она была бы так идеально заполнена, что ей хватило бы одного.

— Я могу стать твоим самым страшным кошмаром… или твоей величайшей победой, — улыбаюсь я. В любом случае она будет моей. Она просто пока этого не понимает.

— Тридцать миллионов за один вкус? — Аня медленно облизывает свои алые губы, намеренно затягивая меня в фантазию о том, что может сделать этот рот и этот дьявольский язык.

— За то, что у тебя между ног. Один вкус этого, — я киваю на её платье, и она ухмыляется.

— Хм… — Она задумчиво постукивает дулом пистолета по губам.

Благодушная улыбка появляется на её лице, но в этом есть что-то зловещее.

— По рукам. Переводи деньги прямо сейчас — и я дам тебе попробовать.

Я достаю телефон и протягиваю ей.

Она вводит данные, и я нажимаю «отправить».

Как только она проверяет свой телефон и убеждается, что деньги поступили на один из её многочисленных нелегальных счетов, её улыбка становится шире.

— Сделка есть сделка. Хотя я ненавижу большинство людей, ты предлагаешь любопытные условия, — говорит она, её рука опускается по платью к краю подола.

Наблюдаю, как она приподнимает его, обнажая бёдра, а затем скользит пальцем между ног.

Я вижу её киску, и как она медленно проводит по своим складкам, её глаза прикованы ко мне.

Потом она убирает палец и делает последний шаг вперёд, останавливаясь нос к носу со мной.

Изящно, почти грациозно, она подносит палец, только что бывший внутри неё, к моему рту и скользит им между моих губ.

Рай.

Я засасываю её палец, обвиваю языком, не сводя с неё взгляда.

Аня облизывает губы, и я думаю, что она даже не осознаёт, что делает это, пока смотрит, как я смакую её вкус.

И вдруг она резко вырывает палец, делает четыре шага назад и лениво прислоняется к столу, улыбаясь мне.

— Было приятно иметь с тобой дело. А теперь возвращайся на аукцион, иначе тебя выведут.

Я осознаю, что только что произошло.

Соблазнение — опасная игра.

И я добровольно заплатил ей тридцать миллионов долларов за возможность попробовать её.

Это стоило каждой потраченной копейки.

Открываю рот, чтобы что-то сказать, но она лишь поднимает бровь.

Есть некая ирония в той власти, которую эта женщина думает, что имеет надо мной, учитывая ситуацию и деньги, которые её брат мне должен.

Но, несмотря на это, я лишь самодовольно ухмыляюсь.

Я ещё не закончил с Аней Ивановой.

Нет, всё это только разбудило во мне нечто совершенно нечестивое.

— До скорого, Ред. В следующий раз я получу больше, чем просто вкус, — говорю я, ухмыляясь. (Ред - в переводе с англ. «красный/рыжий»)