Я нажала на желтую. Послышался скрип, клеть слегка качнулась и поехала вверх. Сначала очень медленно, а затем быстрее и быстрее. Когда она сравнялась с пространством возле двери и открылась, я не смогла сдержать всхлип облегчения. Ной пулей вылетел оттуда.

Что же тогда делает синяя кнопка? Может быть, она сольет воду из бассейна? Я нажала на нее и двери на выход раскрылись. Насчет кита моя первоначальная догадка оказалась верна. Но зачем тогда медуза? Я потянулась к последней кнопке, чтобы проверить.

«Нет, Имоджен. Просто оставь все как есть. Не нажимай больше ничего. Медуза это опасность, ловушка. Забирай Ноя и выходите», — мне потребовалась вся сила воли, чтобы не посмотреть на Фенриса. Я медленно отвела руку назад, и бросила дерзкий взгляд на Руана. А потом бросилась бежать по парапету со всех ног.

Часть толпы недовольно шумела, но голоса Черной Лошади я не слышала.

Поравнявшись с Ноем, я схватила его за руку и потащила за собой к двери.

Толпа за нами взорвалась. Они так кричали, что мне пришлось прижать ладони к ушам.

Даже не верится. Кажется, я прошла второе испытание.

Ной радостно сгреб меня в охапку. Буквально следом за мной тихо появился Айварс, а после него — «мой» отряд гвардейцев и Дарис. Мы отправились к лошадям. Тяжело было не дожидаться Фенриса. Не пытаться встретиться с ним взглядом. Но мы не собирались давать Руану желаемое.

— Кажется Его Величество остался доволен уровнем подготовки, который я тебе обеспечил, — Дарис смотрел мне прямо в глаза. — Ты хорошо постаралась, Имоджен.

Я чуть дольше обычного задержала на нем взгляд и кивнула.

Дарис буквально взлетел на коня, и они исчезли из моего поля зрения, словно их вел ветер.

Я удивленно покачала головой. Он поблагодарил меня, хотя на секунду мне показалось, что он собирается сказать что-то ещё.

Когда я вернулась в свои покои, Вивея позвала ко мне целителей. Я пыталась выяснить у нее, где Моргулия, но ничего не узнала. Я опасалась, что история может повториться.

Спустя три дня я полностью восстановилась. За это время меня не раз посещали мысли о том, что сделал со мной Грондард и о том, как Рис меня спас. Я не была готова ни с кем этим делиться, да и задавать вопросы тоже. Во мне прочно поселились новые страхи. Фенрис понимал меня, и тактично не говорил на эту тему.

Ною выделили комнату через три двери от моих покоев. Выходить за пределы территории замка ему было запрещено, хотя я ничего другого и не ожидала.

Я собиралась вернуться к тренировкам с Дарисом, потому что они держали меня в тонусе. Большинство времени Дарис вел себя подчеркнуто отстраненно, и это меня устраивало. Риса же они все больше напрягали. Но и сидеть постоянно в своей комнате я не могла. Руана я старалась избегать сильнее, чем Дариса, а последнее время мне все чаще казалось,что он заходит ко мне.

После второго испытания я твердо решила, что теперь буду заниматься на верхних канатах. Жаль мне никогда не увидеть, как здесь занималась Дейтерия. А я ведь могла бы догадаться обо всем раньше, если бы слушала Дариса внимательнее. Нужно было лишь задаться вопросом о том, почему у нее тоже были белоснежные волосы… Кто бы мог подумать, что это отличительная черта всего рода Виалар.

Сегодня после обеда я попросила приготовить Мергула, как раз чтобы отправиться на одну из таких тренировок. Мне нужно было отвлечься и выбить тревожные мысли из головы. Естественно, со мной отправился Айварс, один незнакомый мне гвардеец, который напрягал меня своими суровыми взглядами из под бровей и Дарис, который, как оказалось, ночевал в лаборатории. Мы скакали по уже привычным мне местам, когда мне вдруг захотелось взять южнее и вернуться в развалины с термами, в которых всего три дня назад проходило второе испытание. Меня будто бы манило туда незавершенное дело.

Я остановилась и объяснила Дарису, что хотела бы изменить маршрут, потому что мои планы насчет тренировки изменились, и теперь я собираюсь осмотреть окрестности.

Один за другим переливающиеся ножи из перьев панфир полетели в Айварса.

— Предатель, — захрипел тот, падая с лошади.

— Какого черта ты творишь? — заорала я и уже собралась спрыгнуть с лошади, когда Дарис добил второго гвардейца.

— Поезжай туда, куда собиралась, — холодно отчеканил он.

Я побоялась пререкаться с Дарисом, когда он находился в таком состоянии, и направила Мергула туда, куда еще совсем недавно не собиралась возвращаться. За всю дорогу он не проронил больше ни слова.

Когда мы были уже совсем близко, я почувствовала, что мне нужно не в сам замок. Где-то здесь, поблизости, что-то будто бы пульсировало, и эти удары отдавались во мне. На свой страх и риск я повела Мергула по наитию. Дарис не воспротивился. Он кинул на меня такой взгляд, будто бы знал что-то, о чем я даже не догадывалась.

Да уж, телохранители долго у меня не задерживаются. И, видимо, Айварсу повезло меньше всех.

Мне казалось, мы движемся через заросли по спирали, и, когда перед нами расстелилась огромная поляна, я поняла, что мы добрались до ее центра. Посреди поляны над травой высился полуразрушенный каменный круг, выложенный из небольших каменных блоков, размером с кирпич. Диаметр круга, на вскидку, был больше полутора метров, а в высоту он достигал моей талии. У круга с ближайшей к нам стороны виднелось что-то вроде огромной каменной ступеньки, которая была покрыта какими-то бурыми пятнами.

— Ты знаешь, где мы? Что это за место? — спросила я у Дариса.

Дарис искривил губы.

— Твоя наивность, Имоджен, поражает меня до глубины души, — тихо сказал Дарис. — Как ты думаешь, что тебя сюда привело? Можешь не стараться и не напрягать извилины. Я тебе и так скажу: филактерий. Это он позвал тебя. Между тобой и им, также как между им и Фенрисом есть особая связь. Только вот… Ты думаешь я купился на слова своего братца о том, что он поможет мне получить силу, в которой я так нуждаюсь?

Я начала судорожно искать пути к отступлению. Продумывать варианты побега. Но в голову из-за накатившей на меня паники ничего не шло.

— Фенрис всегда говорил мне то, что я хотел услышать, лишь бы я побыстрее отстал. Думаешь, он давал мне это впоследствии? Никогда. А вот в книгах я нашел занимательную информацию.

Дарис медленно приближался ко мне.

— Видишь вооон тот камушек? Это ритуальный камень. У Источника. Да-да, этот неприглядный, почти ничем незащищенный колодец — и есть один из Источников. Руан где-то здесь спрятал филактерий, представляешь? Ну так вот. Источник ещё не успел вернуть полностью былую мощь, но мне хватит и ручейка. Книги поведали мне, что, чтобы стать бессмертным, вовсе и не обязательно самому окунаться в Источник. Превращение может пройти куда мягче, если девственница отдаст свою кровь вон на том камне.

Я бросилась к Мергулу, но Дарис оказался быстрее. Он в три шага подлетел ко мне и повалил на землю, не дав мне ни единого шанса достать атаме. Он сразу же выдернул его и откинул на приличное расстояние. У меня под кожей начала скапливаться сила. Дарис прижал мою руку к земле и одним движением застегнул на ней обсидиановый браслет. А потом резко поднял меня с земли и поволок к тому самому камню. Может быть, филактерий защитит меня, как защищал все это время от Руана? Было непохоже, чтобы Дарис ощущал удары током или что-то подобное. Я задрожала и громко всхлипнула. Дарис правой рукой придавил мою грудь, буквально вдавливая меня в камень, а левой рукой резко тянул вниз штаны.

— Ты сама меня об этом просила, Имоджен. Помнишь? Хватит рыдать. Таким ты хочешь запомнить свой первый раз? — Дарис впился в мои губы своими губами и придавил меня своими бедрами, руками удерживая руки.

Я пыталась отбиваться.

— Я не люблю, когда кто-то трогает мое. Сдается мне, я об этом предупреждал, — голос Руана прокатился через всю поляну.

Пятеро гвардейцев ринулись к Дарису и оттащили его от меня.

Я всхлипывала и тяжело дышала.

«Он бы ничего не успел сделать. Руан был совсем близко», — прошептал мне Фенрис успокаивающе, но несмотря на это в его голосе отчетливо читались гнев и ужас. — «Если бы не он, я бы сделал аркан и оказался бы возле тебя, тш-ш-ш»…

Гвардейцы оттеснили Дариса к краю поляны и на него сразу же налетела пара панфир.

Я закрыла себе руками уши, чтобы не слышать его ужасающих криков. Осознание меня прошибло, словно молния: Руан уничтожил всю семью Фенриса.

Я не буду питать пустых надежд на то, что он меня благородно спас. Он считал меня такой же собственностью, как филактерий. Руан — тот самый мальчик, который забрал игрушку, которую считает своей, у другого мальчика — Дариса, в песочнице.

Я перевернулась на живот и натянула штаны обратно. Мои слезы превратились в шок и гнев.

— Имоджен, неужели я не услышу от тебя ни единого, даже самого крохотного словечка благодарности? Я ведь так стараюсь, чтобы ты досталась мне нетронутой. Беспокоюсь за твою честь до свадьбы. А ты? А ты словно магнит постоянно притягиваешься к филактерию. Или он к тебе. Вы как два магнита.

Руан подошел ко мне и помог встать.

— Можешь не бояться, в эти байки про девственность и силу я не верю. Но и позволить тебе забрать отсюда шкатулку не могу.

Ко мне подскочили два гвардейца и отвели к Мергулу. У меня в душе в очередной раз все переворачивалось. Я чувствовала, как и эхо моих мыслей в этот момент свернулось клубочком. Кажется, здесь, в Аркадии, жизнь может стать ещё ненормальнее каждую секунду. Я ощутила, что снова плачу, когда не только мои щеки, но и мои фиолетовые локоны стали влажными от моих слез. Судьба играла со мной в странные игры: я была так близка к филактерию, но не смогла забрать его, а потом меня спас тот, кого я ненавижу. Благодаря Черной Лошади я сегодня осталась цела.