Мир людей за барьером встретил нас апрелем во всей его красе. Небо было затянуто весенними белесыми, словно крахмал, облаками, обещающими, скорее, теплый плед и книгу с чаем, нежели прогулки на приятно посвежевшем, вымытом дождем, воздухе.

— Как зовут твою мать? — вдруг спросил меня Лирин. — И брата?

— А что? Боишься попасть в затруднительное положение? — То, как он волновался перед встречей с ними, позабавило меня.

Лирин умоляюще посмотрел на меня, прося избавить его этого цирка. Я сдалась.

— Мою маму зовут Хейвен. Хейвен Уайт. А брата — Ной. Не перепутай, понял? — Я отвесила ему шутливый подзатыльник.

— А я смотрю, близость к дому сделала тебя смелее, — улыбнулся Лирин.

Но меня этой улыбкой уже не проведешь. За две недели я успела изучить Лирина, и знала, как он напряжен.

Я поймала себя на мысли, что представляла дом, в котором мы жили в Альбионе, и потому дом, который я сейчас вновь увидела перед собой, находясь в Бодега Бей поверг меня в шок.

«А ведь мама, наверняка, на работе», — подумалось мне. Все шло своим чередом, словно бы Черная Лошадь не забирал меня отсюда. Следующая мысль успела напугать меня до чертиков. Вдруг служба защиты свидетелей узнала о новом инциденте с нашей семьей и попросту увезла мою мать и брата?

Лирин, заметив мое переменившееся лицо, положил мне руку на талию, и тихонько подтолкнул к выкрашенной в лимонный цвет, двери. Я замешкалась, сделав шаг в сторону к одному из шести гвардейцев, собираясь, на всякий случай, узнать их имена. Но потом передумала, подумав о том, что мне не следует к ним привыкать, потому что, мне, возможно, придется убить их всех до единого.

Я постучала в дверь. Прошло несколько минут, а потом мне открыл Ной. Его вид оставлял желать лучшего. Складывалось впечатление, что он открыл мне дверь после долгого сна, или ночной вечеринки. Но мы с Ноем не ходили по вечеринкам.

— Имоджен? — Ной резко изменился в лице. Его сонная аура развеялась, и засиял широкой улыбкой, заключив меня в объятия и подняв над землей. — Имоджен! Ты вернулась! Ты жива! Слава Богу! С тех пор, как тот странный фейри король утащил тебя с собой, наша мать ведет себя странно. Возможно теперь это прекратится.

Я с непониманием посмотрела на Ноя.

Он пропустил меня внутрь. Лирин вошел следом за мной. Гвардейцы остались снаружи. Ной остановил меня у входа.

— Я серьезно, Джинни! Она никуда не сообщила о твоей пропаже и мне не дала! А когда я распечатал листы с твоим фото — мама сожгла их. Она говорила что-то про королевство Ясеня, про нашего отца и фейри. Мне кажется, из-за того, что ты пропала, наша мать двинулась умом. Потом через несколько дней после твоей пропажи она стала приводить к нам в дом каких-то ведьм, и они говорили что-то про Источник, раз за разом обсуждая это.

А ты… Ты не насовсем вернулась, да? Ты просто в гости?

— Сынок, ты что, привел кого-то в гости? Ты же знаешь, что нам нельзя, милый? — звонкий крик застиг нас врасплох.

— Мама что, не на работе? — Удивленно спросила я.

— Это я и пытаюсь тебе втолковать, Джинни! Она бросила одну из работ. И близка к тому, чтобы ее уволили со второй.

Послышались шаги, и вскоре мама уже обнимала меня и гладила по волосам. Когда она меня, наконец, отпустила, я сообщила, что нам всем есть что обсудить за обедом.

— И это Лирин. Он мой телохранитель. Пока я живу здесь, он будет тоже жить здесь.

— Тогда ему придется спать на диване в гостиной, потому что у нас всего три комнаты, и все они заняты, — извиняясь, произнесла мама.

Я кивнула. Лирин хотел что-то возразить, но я закрыла ему рот рукой, шикнув.

Обедать мы сели за столом в гостиной. И тут я обратила внимание, сколько всего вдруг у нас на столе: запеченное мясо, хлеб, овощи, разные свежие фрукты, мед.

Проследив за моим взглядом, мама сказала:

— Правитель королевства Бузины каждый день отправляет к нам гвардейца с корзиной еды.

Так вот что Руан имел ввиду под «благосклонностью»? Мне потребовались все усилия, чтобы не выплюнуть обратно грушу, которую я жевала. Она стала пахнуть крысятиной.

— То есть ты поверила Ною? — удивленно спросила я.

— Имоджен, дорогая, тебе стоит спросить, почему Ной не верит мне. Ты задала не тот вопрос.

— Откуда ты знаешь, какие королевства существовали за барьером? — Мне было стыдно, что я ухватилась за слова Ноя, но происходящее здесь, как и изменения моей мамы вынудили меня пойти на такой отчаянный шаг. — Например, про королевство Ясеня?

Я была уверена, что она скажет, что это были предположения. Раз есть королевство Бузины, вдруг есть и другие с похожими названиями.

Но мама лишь положила свою руку рядом с моей, и посмотрела на Лирина.

— Ты ему доверяешь? — сорвался с ее губ вопрос.

Я тоже посмотрела на Лирина, а потом кивнула.

— Твой отец, Джинни… Саламандр был правителем королевства Ясеня.

Я рассмеялась, сложив руки на груди и отодвигаясь от стола.

— Он полюбил меня, человеческую женщину, встретив на Источнике. Я думаю, за эти две недели ты успела многое узнать… Ты ведь знаешь про Источники?

Я всмотрелась в глаза мамы. Не похоже, чтобы она была под влиянием Руана. Но казалось, этот смехотворный спектакль подстроил он, чтобы в очередной раз качнуть мой мир из стороны в сторону.

Я сжала губы, усмехнувшись. Мама встала из-за стола и села перед мной на колени.

— Я понимаю, вам с Ноем сложно поверить моим словам. Особенно Ною…

— Нет! — гневно прервала ее я. — Особенно мне!

Я тяжело дышала.

— Особенно мне! Я возвращаюсь домой, а моя мать вдруг сообщает мне, что мой отец был частью того ада, из которого я стремительно пытаюсь вырваться.

О да, наша прошлая жизнь теперь уже не казалась мне плохой.

— Просто выслушай меня. Ладно?

Лирин шокировано переводил взгляд с меня на мать. А Ной ковырялся в брокколи так, словно он все это уже слышал от матери не раз. Хотя, возможно, так оно и было, и именно это он пытался до меня донести?

Мне было неловко от того, что мама сидит передо мной на коленях. Но ещё я злилась, а это значит, что ни куска в горло мне больше не полезет. Я встала, указав на окно, подоконник которого при помощи мягкого матраса и подушек был превращен в зону отдыха. Но мама покачала головой.

— Никто, кроме Лирина не должен услышать то, что я скажу. Поэтому лучше всего нам уйти в комнату Ноя.

Комната Ноя располагалась под самой крышей, и окно в ней было не такое большое, как везде, и к тому же, было сделано на дальней от кровати стене. Я не понимала, как мы вчетвером уместимся там, но все же кивнула.

Однако Ной не пошел с нами.

— Развлекайся. Я все эти сказки про отца-фейри уже слышал, так что предпочту остаться здесь, — кивнул он мне.

Мы расположились по разным краям кровати.

— Я не так много знаю о мире за барьером. Ведь я была там всего пару раз…

— Ты была за барьером? — в моем вопросе смешались негодование и изумление.

— Понимаю, ты ведь попала в королевство Бузины, и, скорее всего, не встречала Цендра…

— Да при чем тут еще и Цендр? Мама, ты можешь говорить по…

Я не успела договорить. Лирин удивленно качнул головой. У меня перед глазами встал Ной. Мама ведь всегда шутила, что мы с ним — как день и ночь. Он унаследовал золотые кудри и голубые глаза от отца, а я черные прямые волосы и серые глаза — от матери. Он был его точной копией, а я — ее. Так вот кого невольно напомнил мне Цендр тогда… Но я не смогла понять. Меня сбили с толку острые черты лица Цендра, когда как у Ноя они были мягкими, словно вылепленными из пластилина.

— О, так ты видела Цендра, — продолжила мама.

Я заправила волосы за ухо, и с тех пор она смотрела только на мои изменившиеся уши.

— Получается, Цендр — мой брат? — озадаченно поинтересовалась я.

— Сводный. Подожди, попробую рассказать тебе эту историю сначала. Я жила в Сан-Франциско. Это совсем недалеко от Источника. И когда мы с твоим отцом поняли, что хотим строить совместное будущее, он был не против поселиться со мной в этом чудном городе. Вы с Ноем не помните, но вы родились там. Время от времени Саламандр уходил за барьер. Он был правителем королевства Ясеня, и ему нужно было проверять, как там идут дела. И вот однажды, вернувшись, он был очень встревожен. Сказал, что узнал от урду, что скоро наступят темные времена. Помню, он показал мне проколы на шее… — Мама вдруг посмотрела туда, где у меня остались две еле заметные точки и заволновалась.

Лирин слушал ее, ловя каждое слово.

— Он заставил меня собрать вас. Мы погрузили все вещи в машину, закрыли дом на ключ и уехали на другой конец страны — в Массачусетс. С помощью друзей изменили фамилию, и ваш возраст в ваших с Ноем свидетельствах о рождении. Отец хотел, чтобы ради вашей безопасности другие считали, что вы — не его дети, и я родила вас ещё до знакомства с ним.

— То есть моя фамилия не Уайт? Так вот почему все так удивлялись, что я рано закончила обучение…. А мне казалось, я училась слишком долго. То есть, получается, меня не оставляли на второй год? То есть оставили, но это все из-за поддельного возраста в свидетельстве…

— Да. Не Уайт. Настоящая фамилия нашей семьи — Морель. — Мама увлеченно разглядывала свои пальцы, а Лирин спрыгнул с кровати и начал ходить туда-сюда по комнате.

— Семь лет мы с Саламандром прожили в спокойствии душа в душу. Его поездки в Аркадию стали редкими. Можно сказать, что он уже тогда большинство дел передал Цендру. Дел, но, естественно, не силу. Но беда все же пришла. Саламандр не смог не откликнуться на зов Фенриса Третьего.

От этих слов моя кровь стала холоднее льда.