Я лежал на спине, раскинувшись на мягком одеяле — матрас в палатку всё же не вмещался. Мия сидела рядом и кормила меня с рук тёмным виноградом без косточек — на днях большущая миска, целый таз, досталась нам в качестве подношения мёртвым богам на алтарь. Пожалуй, такие вот экзотические в здешних широтах фрукты на данный момент были лучшими из полученных подношений. Нести мёртвым богам сокровища никто как-то не спешил. Впрочем, монет у Мии в хранилище и без того хватало.

— Как я устал, — протянул я.

— Я заметила, — хмыкнула моя древняя эльфийка, поведя плечами.

От этого движения лямка полупрозрачного пеньюара сползла. Я поднял руку и поправил. Реально слишком устал!

Махать киркой и лопатой мне, конечно, не приходилось. Но вот магически я выкладывался на все сто сорок шесть процентов! Одновременно качать свежий воздух, держать несколько светляков, прощупывать землю впереди и удерживать своды… Ну, ладно, последнее — только до тех пор, пока Мия не проращивала укрепляющие тоннель корни. Но вот сам процесс требовал дополнительного напряжения, иначе корни могли бы обрушить потолок.

Мы не стали скрывать эту магию Мии от остальных, списав на очередной артефакт. Благо у эльфийки в хранилище нашлась жилетка с кучей карманов, в которых можно было запрятать целый магический арсенал. И какие-то побрякушки она туда распихала для видимости.

Некоторые наши спутники поглядывали на эти карманы с явной алчностью. Они-то предполагали, что где-то там и артефакт, который создаёт хранилище. От попытки бессовестного грабежа спасала только легенда о том, что все артефакты привязаны непосредственно к Мие и не будут работать в чужих руках. Впрочем, настоящие древние артефакты не бывают одноразовыми — во всяком случае, чтоб при этом они не были привязаны к кому-то древнему и давно покойному. Просто ребята Мариса Кривого сами магией не владели, перенастраивать артефакты не умели, а доверенного мага-артефактора среди знакомых у них тоже не было.

Хотя ведь с ошейником кто-то помог им разобраться. Но, видимо, взял за это весомую долю. Иначе отряд уже ушёл бы на покой, продав ценный артефакт. А он в перспективе очень ценный — всё зависит от того, на кого ошейник надеть! Хоть на самого короля, так-то!

— Думаю, стоит снизить темп, — заметила Мия. — Зачем так выматываться? Подвал храма ждал тысячу лет. Подождёт ещё недельку.

— Подвал-то подождёт, — согласился я. — А вот толпа искателей сокровищ…

— Они вроде бы неплохие человеки, — пожала плечами Мия, на этот раз сбрасывая с плеч обе лямки.

Я не стал реагировать на провокацию. Зачем раздражать уставших мужиков звуками страстных женских стонов из нашей палатки? А чтоб Мия не шумела, это надо ей рот затыкать. И у меня правда нет на всё это сил сегодня!

— Даже неплохие люди могут совершать плохие поступки, — вздохнул я. — А уж если бы они знали, сколько ценностей в твоём хранилище…

— Они не смогут их забрать, — хмыкнула Мия. — Даже держать меня, чтоб пытать, не получится. Только прикоснутся — я их самих в хранилище засуну. И выкину обратно бездыханные трупы.

— Мне кажется, до них это плохо дошло, — покачал головой я.

Мия пару раз очищала мужикам одежду, изгвазданную в земле, оставляя их в одних трусах. Но авантюристы только радовались мгновенной сухой чистке. Будто не понимали, что Мия может и не возвращать вещи.

Впрочем, мы не настолько далеко от города. Можно и в одних трусах дотопать. Будет некомфортно, особенно на ночёвке, но не смертельно.

Из-за такого расположения, руины давно разобрали по камешку. Буквально, остались только груды ломаных камней и парочка удивительно прочных, до сих пор торчащих над землёй стен, которые не сумели или поленились разломать. Остальное вывезли в качестве строительного материала. Я и прежде слыхал, как некоторые гордо заявляли, мол, при строительстве моего дома использовался камень из древнего храма… Иногда — буквально всего один камень. Очень престижно, если у соседей даже этого нет.

Впрочем, людям вообще свойственно гордиться всякой ерундой. Даже если в наличии этой ерунды нет их заслуги. Даже в моём родном мире некоторые гордились цветом глаз, густотой волос или формой носа. Хотя они с этим родились, это случайность. Впрочем, те, кто пользовались услугами пластических хирургов — гордились ещё больше. Великое достижение, конечно — быть голубоглазым блондином. Но если больше гордиться нечем… Что уж говорить о престижном и дорогом жилище. Даже если это пятикомнатная квартира в Мухосранске, а вовсе не вилла на берегу тёплого моря. Но у соседей-то хуже!

Вот я никогда не любил все эти понты. Особенно когда геморроя в виде оплаты за коммунальные услуги в большой квартире больше, чем профита от её размеров. Свою задницу больше, чем в одно кресло за раз не посадишь. Впрочем, сейчас у меня и одного кресла-то нет. И меня это ничуть не парит. У меня есть весь мир! По крайней мере, та его часть, куда я могу дойти на своих двоих. Сплавать, что ли, на Южные острова когда-нибудь? Но тамошние темнокожие туземки меня совсем не привлекают. А вместе с Мией… Так со своим салатом в чужой огород не ходят!

* * *

— Сегодня будет выходной! — объявил Марис на следующее утро.

— А чего это? — удивился я.

В ответ Герман продемонстрировал ладони, покрытые вздувшимися мозолями. Хотя лапищи у него и без того выглядели грубыми и натруженными, явно кирку и лопату не впервые держал. Да и в рукавицах работал. Но всё же перетрудил, натёр.

— Ну, знаете, — вздохнул я, неохотно поднимая эту тему. — У меня есть целительный артефакт… Не особо мощный. Но уж на мозоли хватит.

— Замечательно, — покивал Марис. — Если он не ограничен по числу использований, то подлечи ребят, Риан. Однако отдохнуть нам всем всё равно стоит. Один день ничего не изменит. Подвал никуда не убежит. Сотни лет нас ждал.

— А я вчера Риану то же самое говорила, — хмыкнула Мия.

— Ты мудрая женщина, — улыбнулся ей наш командир.

Причём там по простому, по-человечески улыбнулся. Как старой знакомой или соседке. Даже при всей подозрительности, никаких намёков я в его выражении лица не заметил.

— Тогда мы с Рианом отправимся на охоту, — объявила Мия. — Добудем свежей дичи к ужину. К обеду нас не ждите.

Кое-кто из мужиков многозначительно хмыкнул. Я же вздохнул, согласный с их мнением. Учитывая, что охотиться мы будем с помощью моих земляных ловушек, свободного времени будет много. А кровать у Мии всегда с собой. Не то, чтоб я возражал. И даже крайне маловероятно, что кто-то из отряда последует за нами, чтобы застать без штанов.

— Добро, а то каша с вяленым мясом уже поперёк кишок! — одобрил Шрам, чьё имя я так и не запомнил, ограничившись прозвищем, которое сам же ему и дал.

— А может, ещё выпивки ящик нам оставишь? — попросил круглоухий деревенщина.

— А и оставлю, — кивнула Мия, взмахом руки материализовав на земле возле себя ящик с бутылками.

Ну, теперь уж точно за нами следом никто не потащится. Во всяком случае, пока не выпьет лишку. А тогда уж не найдёт нас. Эти ребята вовсе не следопыты. Мы и по пути к руинам-то едва не заблудились, хотя они тут бывали уже не раз прежде.

— А если они спьяну вечером бузотёрить начнут? — укорил я Мию за её решение, когда мы отошли от стоянки.

— Думаю, тушка кабанчика без ранений должна им напомнить, что я могу убивать одним прикосновением, — отмахнулась Мия. — А если кто-то по пьяни ко мне всё же полезет… Значит, уже его труп станет уроком остальным.

Я покачал головой. Вот если кого-то убить, остальные точно на нас озлобятся.

— Стой! — спохватился я. — Ты же не можешь отходить больше, чем на километр от Мариса!

— Расслабься. Я уже обсуждала это с ним вчера, пока ты торчал в тоннеле, — отмахнулась эльфийка. — Марис нам соврал. На самом деле расстояние в десять раз больше.

— И почему же он тебе в этом признался? — взглянул на неё с подозрением я.

— А я уговаривала его спуститься в тоннель вместе, на всякий случай, — усмехнулась Мия. — Мол, я так боюсь, вдруг отойду слишком далеко, и у меня голова взорвётся. Вдруг слой почвы помешает связи браслета с ошейником. Ой, так страшно… — Она захихикала. — А ему неохота в духоту и грязь лезть. Ещё и копать пришлось бы. Вот и сознался. Это же ничего принципиально не меняет.

Ну, кое-что меняет. На расстоянии в десять километров можно и место для тайника организовать, например. Правда, в этом нет смысла. Хранилище всё равно надёжней. Но Марис-то думает, будто хранилище находится в артефакте. Который можно отобрать. И, возможно, перенастроить.

— Значит, просто поговорили, — протянул я.

— Ревнуешь? — хмыкнула древняя эльфийка. — Думаешь, я соблазняла этого человечка? Или даже выжала из него признание в постели? Пока ты торчал в земляной дыре, подсвечивая и поддувая воздух?

— Вряд ли, — демонстративно зевнул я. — Тогда бы ты вчера вечером ко мне не приставала. Просто не склонен верить на слово. Километр, десять… Может, вообще никакого ограничения по расстоянию нет в принципе. А взорвётся ошейник только по команде. Или…

Или вообще никакой магической взрывчатки в ошейнике нет. Ну, он точно зачарован и его нельзя так запросто снять. Но это может быть вовсе не рабским ошейником, а каким-нибудь брачным украшением, символизирующим то, что жена принадлежит мужу. Но при этом вполне безвредным. Чисто символичная штука. Конечно, если б Древние такое практиковали, Мия бы знала. Но это могли придумать позже, за ту тысячу лет, что она проторчала в лесу. Или вообще не всеобщая практика, а штучная работа.

Сначала-то я Марису поверил. А вот теперь, когда он начал менять показания, уже возникают сомнения. Но лучше не проверять, конечно. Если он так здоровски сблефовал — я первым пожму ему руку и поздравлю!

— Проверять не будем, — озвучила полностью солидарное с моим мнение Мия. — Как думаешь, ещё долго копать придётся?

— Долго, — вздохнул я. — Там почва глинистая пошла. И с каждым шагом всё хуже.

— Тогда нам точно нужны иногда выходные, чтоб устроить пикник вдвоём, — хитро улыбнулась эльфийка. — А то я уже соскучилась.

Ну да, за тысячу лет одинокой жизни в лесу она не заскучала. А теперь быстро привыкла, что мужик всегда под боком. И, похоже, решила наверстать все упущенные годы. Хорошо, что я маг жизни, а то уже натёр бы себе самое ценное. Так-то я не особо против, но иногда всё-таки хочется отдохнуть и от такой в целом приятной трудовой повинности, как выполнение «супружеского» долга. И не за счёт того, чтобы упахаться иным трудом. А просто отдохнуть.

Хм, а насчёт супружества… Если этот ошейник на самом деле не взрывается, а является магическим символом брачных уз — пожалуй, я его у Мариса куплю. Очень мне нравится, как он смотрится на шее Мии. Особенно когда больше ничего на ней не надето. Ну, сначала морду Марису начищу, за то, что носил связанный с ошейником браслет. Потом руку пожму за хитрый блеф. А после выкуплю артефакт. В таком качестве — он не особенно дорогим должен быть. Просто чуть-чуть волшебная побрякушка же.

Но пока мы в этом не уверены, лучше сохранять осторожность и слишком далеко от лагеря не отходить. Вдруг Марис в другую сторону зачем-то попрётся. Ну, места тут достаточно дикие и безлюдные, так что живность должна водиться, не особенно пуганная. По крайней мере, мелкая, оленей мы тут вряд ли встретим. Но для демонстрации смертоносности хранилища хватит и подсвинка. Да и на ужин его хватит тоже.