Низкие, густые тучи, опустившиеся на Берлин, спеленали город в свой серый кокон, пряча за собой лучи полуденного солнца. Тяжёлые и гнетущие, они словно предупреждали людей оставаться в своих домах и офисах, вот-вот готовые осыпать землю холодным дождём. Стеклянный небоскрёб «М-Групп», прорезающий серую пелену облаков и уходящий куда-то ввысь, казалось, уж точно дотягивался до скрытого от глаз солнца, оставляя клубы туч где-то внизу. Место под вечными солнечными лучами, светящими только для избранных.

Появившись на рынке всего каких-то пятнадцать лет назад, «М-Групп» стремительно завоевала лидирующую позицию, преобразовавшись в крупный строительный холдинг и став фактическим монополистом не только в сфере строительства, но и в отрасли недвижимости в целом. Имея репутацию неоспоримой стабильности, «М-Групп» была лакомым рабочим местом с хорошими перспективами карьерного роста и высокой зарплатой, создавая на своём пороге неиссякаемый ажиотаж из желающих в ней работать, но открывая двери только лучшим.

Лиза Миллер повезло иметь доступ входить в стеклянный небоскрёб «М-Групп» как сотрудник вот уже почти пять лет, старательно поднимаясь по карьерной лестнице от простого менеджера финансового отдела до заместителя директора этого самого отдела. Достойный результат, за которым стоит кропотливая работа, полная отдача делу и миллион потраченных нервов. Лиза собой гордилась, как гордился бы каждый на её месте — в свои двадцать восемь она уже занимает хорошую должность в одной из крупнейших компаний. Ещё несколько лет, и она, возможно, сможет претендовать на место директора финансового отдела.

Лиза нажимает кнопку вызова лифта и думает, была бы её карьера такой же успешной, будь она не из Берлина, а из какого-нибудь маленького городка на окраине географии страны. Наверняка нет. В таких огромных компаниях всегда была большая конкуренция, и она прекрасно знает, как быстро можно сойти с дистанции, выгорая от бесконечных переработок, если не иметь за спиной вообще ничего. Лиза была из обычной семьи, но зато с берлинской пропиской, с детства пользуясь всеми льготами и возможностями, что давала столиц. У неё была поддержка родителей и её не беспокоил вопрос с жильём.

Лифт с тихим щелчком останавливается на нужном этаже, пропуская её в просторный мраморный холл со стойкой ресепшена с одной стороны стены и окружённой панорамными окнами зоной ожидания для посетителей с другой. Она никогда раньше не поднималась на этот этаж, обитель самого сердца «М-Групп», где располагались всего три кабинета: генерального директора, его заместителя и конференц-зал. Мало кто из работающих здесь рядовых сотрудников лично видел владельца холдинга, все вопросы с которым решали директора отделов. Лизу Миллер можно считать избранной — ей поручили участвовать с отчётом в ежемесячном совещании руководства, пока директор её отдела был на больничном.

Секретарь за стойкой бросает на неё короткий взгляд, указывая на двери конференц-зала, и тут же возвращается к монитору своего компьютера. Большое, светлое помещение с панорамными окнами, за которыми где-то внизу расположился шумный город, выглядящий с такой высоты почти что игрушечным. Вытянутый массивный стол с мягкими стульями по бокам и уже занявшие свои места директора других отделов, серьёзные и перелистывающие принесённые с собой документы. Кресло генерального директора ещё пустует, словно давая время что-то повторить, как перед экзаменом.

Лиза проходит в зал и растерянно окидывает занятые за столом места. Где обычно сидит директор её отдела? Взгляд сам собой опускается на свободное место рядом с безразлично сидящим в телефоне парнем, который кажется самым непугающим человеком среди всех остальных, слишком важного вида присутствующих. Перед парнем не лежит никаких документом, даже ручки, а сам он расслабленно играет в какую-то незамысловатую игру на телефоне, едва ли обращая внимание на происходящее вокруг. Лиза осторожно присаживается на свободное место рядом с ним, кладя на стол свои бумаги, и несмело окидывает взглядом своего соседа. Сколько ему лет? Он явно младше, чем она и все присутствующие в этом зале, и вряд ли может быть директором какого-то отдела, однако растерянным и взволнованным не выглядит, словно такие совещания являлись для него обычной рутиной. Он откровенно скучал, убивая время в телефонной игре и ожидая начала собрания.

— Извините, — негромко зовёт парня Лиза, немного осмелев. — Вы здесь работаете? Не подскажете, во сколько начнётся совещание?

Парень, немного хмурясь от появившейся на экране надписи «You lose», отрывается от телефона и бросает быстрый взгляд на подсевшую к нему девушку. Лиза во все глаза смотрит на сидящего рядом незнакомца и внутренне начинает волноваться ещё больше, потому что смотрящий на неё ледяными голубыми глазами парень оказывается ожившей картинкой из журнала. Красивое лицо, острые хищные черты лица и равнодушный скучающий взгляд. Его волосы свободными белыми прядями спадали на лоб, а в ушах блестели серебряные цепочки серёжек. Это явно был не рядовой сотрудник «М-Групп», одетый по всем правилам делового тона. Он чувствовал себя более чем свободно в стенах офиса, где в воздухе витало чувство вышколенной правильности. Будь лучшим или твоё место займёт другой. Этот парень точно не боялся, что его место кто-то займёт.

— Через две минуты, — отвечает он, бросая взгляд на экран телефона.

Лиза буквально пропускает через себя низкий глубокий голос и прослеживает за его движением руки, замечая дорогие наручные часы на запястье. Она знает, сколько примерно могут стоить такие, и от этого интерес к парню возрастает ещё больше. Молодой, но уже источающий холодную уверенность и силу. За ним хочется следовать, ему хочется подчиняться. Парень выглядит отстранённым, но Лиза почти что на инстинктивном уровне чувствует: это состояние обманчиво. Под внешним спокойствием явственно проскальзывает скрываемая буря силы, опасной, хищной и подчиняющей.

— Спасибо, — старается мило улыбнуться она. — А вы здесь работаете, да?

Парень приподнимает с усмешкой одну бровь, тут же переводя взгляд на заходящего в зал мужчину, и оставляет вопрос без ответа. Томас Мейер, являясь генеральным директором «М-Групп», никогда не пренебрегал своими обязанностями, приходя на совещания и встречи ровно в назначенное время и ответственно изучая каждый вынесенный на повестку дня вопрос. Влиятельный человек, жёсткий и любящий порядок во всём. Являясь небезызвестной фигурой в бизнесе и городе, о его личной жизни и семье тем не менее практически ничего не было известно. Женат ли он, есть ли дети, чем увлекается и каких политических взглядов придерживается? Вопросы, ответы на которые журналисты пытались получить с самого начала появления его компании на рынке, но которые до сих пор так и оставались без ответов.

Лиза смотрит на статного мужчину в кресле генерального директора перед ней и неосознанно внутренне сжимается. Томас Мейер ощущался так же, как и парень рядом с ней: властно и хищно. Единственные два человека в этом зале, которые чувствовали себя уверенно и свободно. Мужчина начинает совещание с итогов месячной отчётности, внимательно выслушивает каждого присутствующего руководителя и делает какие-то пометки в своих документах. Лиза Миллер готова умереть от волнения, когда очередь доходит до неё, зачитывая свой отчёт сбивающимся голосом и получая спокойный кивок от господина Мейера по итогу. Ей не задают вопросов и не комментируют сказанное. Значит, всё в порядке. Это немного успокаивало, заставляя сердце вернуться в нормальный ритм.

Парень рядом с ней, казалось, не слушал никого из говорящих, отстранённо смотря куда-то в окно. Насколько это мнение было ошибочным Лиза понимает, когда при выступлении одного из директоров, парень неожиданно задаёт ёмкий, заставляющий говорящего растеряться вопрос и получает одобряющий взгляд Томаса Мейера. Парню было дозволено вмешиваться в ход совещания, уточнять детали докладов и задавать дополнительные вопросы, и это уже говорило о многом. Он не был на равных с присутствующими директорами, он был выше, имея явную поддержку сидящего рядом господина Мейера.

Когда телефон парня бесшумно загорается входящим сообщением, а его губы растягиваются в несдерживаемой широкой улыбке, будто он только что выиграл главный приз в этой жизни, Лиза ожидает, что это вызовет раздражение строгого господина Мейера, но тот, кажется, совсем не обращает на парня перед ним внимания, продолжая слушать одного из выступающих. Парень буквально на глазах начинает сиять непонятной радостью, смотря в экран телефона так, словно от этого зависит его жизнь, но, сдерживаемый деловым этикетом, не позволяет себе ответить, тут же убирая его в сторону.

Её так и подмывает узнать, кто этот парень и познакомиться с ним. Красивый, слишком молодой, проницательный к вопросам строительной сферы и разбирающийся в делах холдинга — он вызывал много вопросов не только у Лизы, но и у всех присутствующих здесь. Когда после окончания совещания Томас Мейер роняет фразу: «Рэйвен, останься», обращаясь к парню, желание узнать что-то о личности блондина становится нестерпимым. Парень кивает, провожая взглядом выходящих из конференц-зала директоров отделов, и достаёт свой телефон, с сияющей улыбкой отвечая на ранее пришедшее сообщение.

Лиза тоже выходит из конференц-зала, заходя в лифт и вслушиваясь в разговоры вокруг. Безымянный парень возбуждал интерес не только в ней: его обсуждала добрая половина присутствующих на совещании. Лиза краем уха вслушивается в разговор двух женщин рядом и вникает в диалог полностью, когда слышит, что загадочный парень — недавно вернувшийся в родной Берлин наследник господина Мейера, готовящийся перенять дела отца и возглавить «М-Групп».

От этой информации хочется замереть в предвкушении: можно ли будет попробовать подойти ближе? Молодой, красивый и находящийся в самом начале своей взрослой жизни, он должен быть ещё по-юношески импульсивным и подвластным инстинктам молодости. Эта мысль ободряет, буквально заставляя почувствовать витающий в воздухе шанс неуловимых привилегий и полезного знакомства. Рабочий день наконец-то перестаёт казаться скучным: теперь всему офису будет что обсудить.

* * *

— Мне нравится, как ты вникаешь в дело, — довольно кивает Томас Мейер, откидываясь в кресле.

Рэйвен, сидящий на стуле перед ним, вытягивает под столом ноги и переводит взгляд на мужчину. Он в Берлине уже почти месяц, осваиваясь в городе и семейном бизнесе, вникая в дела и честно следуя своему слову, данному отцу. Собрания директоров, документация «М-Групп», дела картеля — он добросовестно погружается во все нюансы и выполняет поручения Томаса Мейера, который без зазрения совести может сказать, что гордиться таким подходом к делу.

— Думал, я могу разбираться только в мотоциклах?

— Не ёрничай, — строго смотрит мужчина. — Бизнес — это гораздо сложнее, чем ты можешь себе представить. Допустишь ошибку, и тебя выкинут за борт.

Рэйвен молча смотрит на сидящего перед ним отца, едва касаясь подушечками пальцев глянцевой поверхности стола. Рэйвен знает, что такое допустить ошибку. За время, проведённое в Англии, где его имя ни о чём и никому не говорило и где царили совсем другие порядки, он отлично научился самостоятельности решений, набив на своём пути достаточное количество шишек.

— Поэтому я не допущу ошибок, — самоуверенная усмешка.

— Все допускают ошибки, Рэйвен, и важно уметь на них учиться, — смотрит на сына Томас, в очередной раз поражаясь, как он изменился.

У Рэйвена были его черты лица, его характер, его кровь в венах и его воспитание, но при всём этом он казался книгой, следующую страницу которой невозможно было предсказать. Томас Мейер отлично видел в Рэйвене юного себя: такой же амбициозный, целеустремлённый и не боящийся трудностей. Его будто бы усовершенствованная копия, впитавшая и приумножившая в себе качества родителя.

— Если это всё, о чём ты хотел поговорить, то я пойду, — выжидающе смотрит Рэйвен, прокручивая между пальцев телефон.

Томас Мейер скользит задумчивым взглядом по сыну и тянется за папкой на краю стола, вытаскивая оттуда несколько документов и кладя перед Рэйвеном.

— Вы с Клаусом вчера ездили на точку в Западном районе. Не объяснишь, почему сгорел склад нашего поставщика?

Рэйвен берёт один из документов и пробегается глазами по его содержимому. Отчёт с прикреплёнными к нему фотографиями обгоревших стен, когда-то бывших складским ангаром.

— Потому что я его сжёг. Дело сделано, товар отправлен, выручка у нас.

— Ты перегнул палку, — хмурится Томас. — Поставщик требует компенсации.

— Я решу вопрос, — откладывает документы в сторону Рэйвен, переводя ничего не выражающий взгляд на отца.

— Как? Сожжёшь всех, кто будет с тобой не согласен? — усмехается мужчина, постукивая пальцами по столу.

— Марко требовал повысить сумму сделки, отказывался отправлять товар, почти что сорвал нам контракт и выбрал крайне херовую стратегию переговоров. Я сделал то, что должен был — разобрался с проблемой.

Томас Мейер смотрит на спокойное лицо сына перед собой и едва морщит лоб. Рэйвен перенял от него много качеств, в том числе и жёсткость в решениях, во многом с детства беря пример с отца. Рэйвен был его точной копией, приумножив в себе всё то, от чего Томас предпочёл бы его оградить.

— Твои решения слишком радикальны. Это бизнес, понимаешь? Оставь свою импульсивность за пределами наших дел, — рычит мужчина, въедаясь горящим взглядом в сына.

— Марко не справился со своей задачей. Я решил вопрос, как посчитал нужным, — внимательно смотрит на покрасневшего от гнева отца Рэйвен. — Разве ты не поступил бы так же?

Томас стискивает зубы и понимает: поступил бы. Раньше, будучи молодым и только нарабатывающим свой авторитет в картеле, он именно так и сделал бы: решил вопрос быстро и радикально. Так, как делает сейчас Рэйвен.

— Впредь действуй сдержаннее, — кривит губы мужчина, получая довольную ухмылку в ответ.

Нет, его сын не будет сдержаннее, не станет мягче и не поменяется. Рэйвен — это Рэйвен, и он уже вырос. Его нельзя поменять, только найти способ сдерживать и успокаивать демонов внутри. Возможно ли это, Томас не знал, лишь надеясь, что со временем разрушающий огонь сына поутихнет достаточно, чтобы его можно было усмирить.

— Если разговор окончен, то, полагаю, я могу идти, — подводит итог Рэйвен, поднимаясь со своего места.

— Будь дома к ужину, — бросает Томас уставший взгляд на сына и получая ироничную усмешку в ответ.

Томас Мейер смотрит на удаляющегося Рэйвена и поджимает губы, откидываясь на спинку кресла. Рэйвен сможет стать отличным лидером, который или укрепит позиции семьи или приведёт их всех к масштабной войне, и как сыграть в этой партии правильно, мужчина впервые не знал.

* * *

У Рэйвена никогда не было проблем с взаимностью. Люди всегда сами знакомились с ним, искали его внимания и рады были оказаться в его постели. Рэйвен был избалован чужими взглядами и попытками угодить, в какой-то момент начав воспринимать это как должное. Он красивый, харизматичный и у него есть деньги — это естественно, что люди хотят быть с ним рядом. Это стало чем-то вроде аксиомы, и ещё две недели назад, летя из Лондона в Берлин, он даже не подумал бы, что сам будет за кем-то бегать, практически сходя с ума от желания обладать. Вокруг него было много красивых людей, жадно ищущих его внимания, но он помешался на той, кто упорно ему не поддавалась. Ни внешности, ни деньгам, ни влиянию семьи.

Рэйвен проходит через главный вестибюль «М-Групп», ловя на себе несколько заинтересованных взглядов сотрудников, и судорожно набирает ответ на пришедшее ещё во время совещания сообщение от Эллы. Теперь он может написать ей что угодно и будет уверен в том, что она ответит. Элла больше не игнорирует его сообщения, присылая забавные стикеры и смешные ответы. Нет, они ещё не были теми самыми друзьями, которые делятся чем-то личным, но у них был диалог, и это уже можно считать маленькой победой, которой Рэйвен определённо дорожил. Сегодня Элла прислала совершенно тупое видео про Спанч Боба, и Рэйвен проигрывает видео три раза, безбожно залипая на эту нелепость на выходе из дверей.

Напротив входа уже стоит знакомая «тойота» его водителя, и он чуть не проходит мимо, всё ещё пялясь на видео со Спанч Бобом и набирая Элле сообщение.

— В «Лагуну», — садится в салон Рэйвен, не поднимая головы от телефона.

Водитель молча трогается с места и выруливает на проезжую часть. Рэйвен усмехается пришедшему ответу и набирает новое сообщение. Как они доезжают до пункта назначения, он, конечно же, не замечает, продолжая увлечённо переписываться с Эллой, которая скидывает новое, не менее идиотское видео. Рэйвен думает, что это полная параша, бесконтрольно улыбаясь на каждое сообщение. Если кто-то скажет, что Рэйвен Мейер окончательно и бесповоротно пропал, он с этим полностью согласится. Так по-дурацки вляпаться с первого взгляда смог бы не каждый.

— Приехали, — подаёт голос водитель, заставляя наконец-то оторваться от телефона.

— Будь здесь к пяти, — кидает на мужчину взгляд Рэйвен и, получив утвердительный кивок в ответ, выходит из машины, убирая телефон в карман.

Казино «Лагуна» была одной из принадлежащих картелю точек азартных игр, где можно было застать не только охочих до развлечений богатеев, но и кого-то из верхушки криминального мира и правительства страны. Логово коррупции, грязных сделок и мафии. По субботам здесь просаживал деньги министр юстиции и раскладывал пасьянс за покерным столом почти весь состав действующего правительства, а по средам в компании своей любовницы играл в рулетку президент Центрального Банка, неизменно заказывая лучший коньяк из бара и ставя на проигрышную ячейку сотни тысяч долларов.

Рэйвен проходит в зал, кивает зависающим у бара парням и ловит взгляд сидящего за одним из столиков Клауса. Он никогда не понимал, как можно заниматься делами в общем зале, где все мысли заглушают музыка и громкий смех гостей, Клаус же каким-то образом лучше сосредотачивался именно здесь, среди какофонии посторонних звуков, и пользовался кабинетом только в случаях важных переговоров.

— Почему не предупредил, что заедешь? — кивает мужчина, протягивая руку в знак приветствия.

— Сюрприз, — усмехается Рэйвен, пожимая руку друга и плюхаясь на диван рядом с Клаусом. — Что за доки? — кивок на бумаги.

— Договор поставки, — протягивает документы мужчина, устало откидываясь на спинку дивана. — Уже глаза болят от них.

— А, новая поставка, — пробегается по тексту Рэйвен.

— В этот раз Милано хочет вдвое больше. Говорит, товар разлетается вмиг.

Рэйвен жестом подзывает официанта, откладывая бумаги на стол.

— Виски, — показывает он на пальцах количество порций, тут же возвращаясь взглядом к Клаусу. — Марко делает хороший товар, ничего удивительного, что итальянцы скупают эту дрянь пачками.

— Заказываешь виски посреди дня? Настолько заебался? — усмехается мужчина.

— Хреново сплю, — откидывает голову на спинку дивана Рэйвен.

— По тебе не скажешь, что ты спишь вообще, — хмурится Клаус, беря из рук подошедшего официанта два бокала виски со льдом.

— Иногда сплю, снится, правда, дичь всякая, но всё же, а иногда лежу, втыкаю в потолок всю ночь, — берёт в руку свой бокал Рэйвен, делая глоток.

— Давно так?

— Дней пять, — пожимает плечами Рэйвен, равнодушно провожая взглядом прошедших мимо их столика девушек в облегающих платьях.

— К врачу ходил? — снова хмурится Клаус.

— Нет и не пойду. Пройдёт, — делает новый глоток Рэйвен.

— Если не пройдёт, то всё же сходи. Ты всем нужен в нормальном состоянии.

Рэйвен молча кивает, прокручивая в руке бликующий в свете ламп бокал. Он знает это состояние. Чувствует, как под кожей крепнет то, что живёт в нём с момента первого вздоха. Это ещё не приступы — лишь их предвестники, но он знает, что последует дальше. То, что происходит сейчас, ещё можно контролировать. Два года назад он уже упустил момент и не подавил вовремя приступ, избив до полусмерти мужчину, который попытался украсть у него телефон в парке. Тогда, в Англии, ему было плевать на многие вещи, для всех он был просто парнем, сыном какого-то богатого немецкого бизнесмена. В тот раз дело удалось уладить извинениями и деньгами, сейчас же за ним стоит громкое имя «М-Групп» и влияние картеля, он больше не может позволить себе так рисковать репутацией семьи. Рэйвен здесь для того, чтобы достойно перенять дела, а не чтобы их разрушить.

Он делает новый глоток и ловит взгляд стоящего около бара и следящего за их столиком мужчины. Билл Хольц, владелец «Хо Индастриес», монополист на рынке топливной энергетики и с недавних пор выгодный бизнес-партнёр для «М-Групп». Богатый ублюдок, считающийся только с теми, кто обладал силой и властью и открыто высказывающийся о своём пренебрежительном отношении к женщинам, используя их, как материал для своего нелегального бизнеса. Рэйвену в целом плевать, каких взглядов придерживаются его бизнес-партнёры, если они напрямую не касались работы или лично его дел, но к таким людям, как Хольц, он симпатии точно не испытывал.

— Господин Мейер, господин Хартманн, — крадущейся походкой приближается мужчина, по-собственнически приобнимая молодую девушку, идущую рядом с ним молчаливой тенью. — Не ожидал вас сегодня здесь встретить! — протягивает руку для приветственного рукопожатия он, садясь на диван напротив.

— Зато вы здесь частый гость, — усмехается Рэйвен.

— Грех не провести время в таком приятном заведении, — обводит рукой зал мужчина, улыбаясь. — Должен признать, не могу находиться в других казино — всё не то, — делает печальное лицо он, притягивая к себе молчащую девушку.

— Я рад, что вам нравится наше заведение, — разряжает обстановку Клаус, заводя непринуждённую беседу.

Рэйвен слушает в пол-уха разговор обо всём и ни о чём конкретно, вставляет своё слово, когда речь заходит о бизнесе, и бросает взгляд на сидящую рядом с Хольцем девушку. Робкая, молчаливая и боящаяся поднять взгляд. Ей здесь некомфортно, кажется, она мелко подрагивает, застыв под рукой мужчины каменным изваянием. Рэйвен проводит взглядом по хорошему платью по фигуре, в которое она одета, по уложенным в высокую причёску волосам и останавливается на виднеющейся под повязанным на шее шёлковым платком тёмной полоске ошейника. Шокер. Билл Хольц любит послушных — ничего удивительного для мира денег и власти. Рэйвен не раз слышал, что мужчина имеет склонность к садизму, и ему действительно жаль, что девушка так неосторожно попалась в сети именно этого человека.

— Господин Мейер, вы так смотрите на мою спутницу, что мне стало даже не по себе, — весело смеётся Хольц. — Хотите её съесть? Не уверен, что она вкусная, но можете попробовать приготовить её с острым соусом.

— Не ем людей, — бросает Рэйвен, переводя взгляд на мужчину.

Билл Хольц охотно шутил про свою спутницу, словно и правда обсуждал еду, а Рэйвен почему-то был уверен, что действительно возжелай он эту девушку, Хольц отдал бы ему её, не сказав и слова. Как одолжить кому-то зонт или отдать ненужную ручку. Для мужчины сидящая рядом девушка была лишь одной из многих. Красивая вещь, дополняющая образ на вечер.

— Жаль, я бы подарил вам столько чудных деликатесов, — всплёскивает руками Хольц, продолжая поддерживать свою же шутку. — Правда, крошка? Пошла бы к господину Мейеру? Посмотри, какой он красавчик, — практически мурлычет на ухо девушке Хольц, заставляя ту робко улыбнуться, приподняв губу и обнажив пустоты вместо зубов.

Клаус рядом еле сдерживается, чтобы не поморщиться, явно не оценив пристрастий Хольца. Девушка продолжает слабо улыбаться, теперь уже плотно сжав губы, и бросает на мужчину испуганный взгляд. Рэйвен видит, как она боится сделать что-то не так, ошибиться и вызвать недовольство своего покровителя. Интересно, как часто Хольц меняет своих «крошек»? Что-то Рэйвену подсказывало, что часто.

— Я не играю в чужие игрушки, — усмехается Рэйвен, улавливая рядом еле слышный смешок Клауса.

— Жаль, господин Мейер, я бы отдал вам лучшие, — расплывается в улыбке Хольц. — Если передумаете, дайте знать, — смотрит он на Рейвена. — Что ж, мне уже пора, благодарю, что уделили мне время, — поднимается с дивана мужчина, протягивая для пожатия руку.

Да, ему уже давно пора было идти. Рэйвен молча кивает, пожимая на прощание руку, и смотрит в спину удаляющему мужчине и его спутнице.

— Мне срочно нужно помыть руки, — говорит сидящий рядом Клаус, и Рэйвен не может сдержать смешка, потому что его желание помыть руки уже давно перевалило за «самое важное дело в эту секунду».

Телефон в кармане тихо вибрирует, заставляя отвлечься и посмотреть на мигающий дисплей. На экране виднелся значок пришедшего сообщения от Эллы. Неловко краснеющий стикер и два коротких: «Совершенно дурацкая ситуация» и «Не знаю, кому ещё написать» откладываются в голове мгновенно, заставляя забыть не только про желание помыть руки, но и про всё вокруг вообще. Фразы, после которых в голове всплывает куча вариантов какого-нибудь пиздеца, который мог произойти с Эллой, но глаза тут же цепляются за новое сообщение: «Захлопнула дверь квартиры и забыла ключи». Нелепая ситуация, заставляющая Рэйвена тут же расслабиться.

Клаус косится на выпавшего из реальности друга и с усмешкой хлопает его по плечу, обещая выслать все нужные документы в электронном виде. Рэйвен еле сдерживает себя от дурацкой улыбки и на ходу набирает водителю, говоря, чтобы тот подъехал раньше. И неважно, что Рэйвен понятия не имеет, чем может помочь, но раз Элла написала ему, не значит ли это… что она нуждается в нём? Да, девушка определённо не стала бы писать тому, кому не доверяла. Рэйвен думает, что может расценивать это как подарок или шанс — да что угодно, главное, что это связано с Эллой. У входа в «Лагуну» его уже ждёт машина с водителем, и Рэйвен буквально перепрыгивает через несколько ступенек, чтобы побыстрее в неё сесть, чувствуя себя нетерпеливым ребёнком, который рвётся пойти поиграть в песочницу. Он готов быть кем угодно, лишь бы в этой песочнице его ждала Элла.