Неторопливое, спокойное утро, где Элла просыпается полностью выспавшейся и отдохнувшей, вытягиваясь на мягкой огромной кровати и зарываясь в пахнущее отголосками кондиционера для белья одеяло. Когда в последний раз у неё было такое утро? Элла уже даже и не вспомнит — настолько она привыкла спать по четыре часа, пытаться везде успеть и литрами пить энергетики или кофе. Сейчас, прогоняя сонную негу и свешивая ноги с кровати, она и правда не до конца верит, что это утро — реальность.
Лежащий на прикроватной тумбочке телефон показывает десять часов утра понедельника, и Элла на полном серьёзе хочет себя ущипнуть, чтобы убедиться, что это не сон. Она встаёт со слишком огромной для одного человека кровати, заправляет постель и идёт в прилегающую к комнате ванную, долго греясь под горячим душем и переодеваясь в свою выстиранную и чистую одежду, в которой она промокла под дождём в такую странную прошедшую пятницу. День, когда её жизнь развалилась на куски и так неожиданно собралась вновь. День, когда с её плеч упал огромный камень и когда она решила дать шанс Рэйвену.
Элла провела у него все выходные, написав Луизе и Эрику, чтобы они не волновались, и что она обо всём обязательно потом расскажет, и с чистой совестью поставила телефон на беззвучный режим, практически забыв про него. Всю субботу они с Рэйвеном рубились в приставку, ели заказанную вредную еду и дурачились остаток воскресенья в бассейне, устроив заплыв наперегонки, а потом весь вечер пересматривали «Человека-паука» в домашнем кинотеатре, и Элла соврёт, если скажет, что ей не нравится происходящее. Нравится. Очень. Её жизнь, грозившаяся пойти трещинами в пятницу, сейчас, спустя всего два дня, играла совершенно новыми красками, словно заново приобретая цвета.
Элла берёт свою сумку, выходит из комнаты и готова поклясться, что не помнит, когда в последний раз ей было так спокойно и хорошо. Всё это время она тащила на себе огромный якорь, который должен был подарить стабильность, уберегая от бурного течения, но вместо этого просто тянул на дно. От мыслей, что на осознание этого ей понадобилось столько времени, хотелось смеяться. «Ни одна работа не стоит твоего душевного равновесия», — так сказал ей в субботу Рэйвен, и Элла с ним полностью согласна.
Ещё три дня назад она на постоянной основе ощущала себя выжатой коркой от выжатого лимона, имея при себе весь набор заебавшегося человека, сейчас же, выспавшись и словно заново почувствовав вкус жизни, Элла уже и не помнит, как ей удалось продержаться в этом замкнутом колесе минусового состояния так долго. Это можно считать очень дерьмовой демоверсией взрослой жизни, продлевать которую она теперь совсем не хочет.
С первого этажа отчётливо доносится аромат свежей выпечки, окутывая своим шлейфом уже в коридоре, и Элла на секунду замирает у лестницы, втягивая носом щекочущий запах. За эти выходные, что она провела в доме Рэйвена, готовый завтрак по утрам и улыбчивый повар на кухне стали настолько привычным явлением, что в голове сама собой складывалась мысль, как теперь снова начать готовить самой.
В её скромном жилище готовкой обычной занималась или она, или Луиза, но всё это было всегда чем-то спешным и в то мизерное свободное время, что у них было, поэтому насладиться в полной мере трапезой удавалось далеко не всегда. Сейчас, спускаясь на манящий аромат выпечки на первый этаж, Элла уже знает, что точно сможет неспешно насладиться всем, что решил приготовить сегодня повар семьи Мейер.
— Элла! — нетерпеливым щенком встречает её Рэйвен, стоит ей только зайти на кухню, где на удивление не было никого, кроме самого блондина.
На столе и правда стоит целая тарелка свежего печенья, а из духовки идёт аромат чего-то сладкого.
— Привет, — улыбается она, садясь за стол.
Рэйвен с воодушевлением ставит перед ней тарелку с печеньем, достаёт из духовки круассаны с кремом, разливает по кружкам свежесваренный кофе, не упускает возможности прижаться ласковым щенком, касаясь губами её виска, и садится напротив неё за стол. Он уже выучил, что Элла предпочитает есть на кухне, а не в парадной столовой, называя её слишком пафосной и неуютной для домашней еды, и Рэйвен не спорит, молча расставляя тарелки на небольшом обеденном столе на кухне. Элла наблюдает за ним с неловкой улыбкой и ловит себя на мысли, что такие моменты ей кажутся по-домашнему уютными.
— Ты же помнишь, что я вроде как ещё с Алексом? — смотрит она на жующего печенье Рэйвена.
— Помню, — кривится он. — Но очень скоро забуду, — наглая усмешка, от которой на душе почему-то становится очень хорошо.
— Лучше поддержи меня, гремлин! — страдальчески стонет Элла, закрывая лицо ладонями. — Мне предстоит такой отстойный разговор.
Рэйвен молча подкладывает на чужую тарелку ещё один круассан и всем своим видом показывает, что он с ней, морально её поддерживает и переживает. Рэйвен, который с утра варит кофе и раскладывает по тарелкам еду, во всей этой роли гостеприимного хозяина кажется Элле до одури уютным. Этот парень дурашливый, тактильный и до глупой улыбки ласковый, он проводит Эллу по всем бесконечным комнатам дома, разрешает трогать всё, что привлекает её внимание, щедро делится своими футболками, то и дело заваривает им чай и так искренне и самозабвенно одаривает своим вниманием, что Элла впервые в жизни теряется от такого открытого обожания. Луиза непременно пошутила бы, что теперь у Эллы есть свой щенок, так что, наверное, хорошо, что Элла ещё никому ничего не рассказывала.
— Тут есть посудомойка, — подходит со спины Рэйвен, кладя подбородок на чужое плечо, когда Элла включает воду в раковине, выдавливая моющее средство на губку для посуды.
— Я привыкла мыть вручную, — отвечает она, и подбородок на её плече притирается плотнее.
Теперь Рэйвен так делает: обнимает, кладёт на неё голову и оплетает всеми конечностями. Они это не обсуждали, как и произошедший поцелуй, но Элла вроде как очевидно приняла чужие чувства, так что да, Рэйвен открыто этим пользуется, ни на секунду не оставляя Эллу одну и вертясь рядом с ней счастливым щенком. От такого сравнения на губах расплывалась улыбка, и Элла даже несколько раз и правда вслух называет блондина щенком, на что тот заходится своим невозможным гремлинским смехом и широко лижет её в щёку. Подумать только, и этот человек станет главой одного из крупнейших строительных холдингов в стране. От этой мысли Элле хочется фыркнуть и смешливо закатить глаза, потому что парень рядом с ней больше ни разу не серьёзный и решающий сто вопросов в минуту деловой человек, а просто дурашливый счастливый гремлин, который ворует у неё из тарелки печенье и трётся большим котом о плечо. Человек-противоречие Рэйвен Мейер.
— А если бы у тебя была посудомойка? — спрашивает Рэйвен, и его дыхание опаляет шею, заставляя кожу покрыться мурашками.
— Всё равно мыла бы вручную. Можешь считать меня старой бабкой, но я привыкла мыть посуду руками, — усмехается Элла, домывая последнюю тарелку.
— Ты не старая и не бабка, — недовольно тянет Рэйвен, вынуждая Эллу развернуться и оказаться в кольце его рук. — Ты самый красивый и космический человек в этом мире, — немигающим взглядом смотрит он, словно гипнотизируя.
Элла замирает, ловит темнеющий внимательный взгляд и чувствует, как сбивается дыхание. Рэйвен не двигается, словно зависая, и медленно опускает глаза ниже, к чужим губам, замирая на долю секунды, а потом, будто о чём-то вспомнив, резко отстраняется, отходя к столу и напоминая, что им пора собираться и выходить. Элла медленно кивает, всё ещё ощущая на себе чужой голодный взгляд, и пытается унять фантомную дрожь в теле.
После того единственного, почти что детского поцелуя Рэйвен больше не пытался что-то предпринять, не стремился заявить свои права и не пересекал личные границы, позволяя себе лишь что-то совсем невинное, вроде объятий или оплетания Эллы всеми конечностями. Иногда Элла ловила на себе хищные, пожирающие живьём взгляды и буквально каждой клеточкой тела ощущала, насколько Рэйвену бывает сложно себя сдерживать, подавляя внутренние собственнические инстинкты. Даже несмотря на то, что она приняла его чувства и ответила на них взаимностью, Рэйвен терпеливо давал ей время привыкнуть и окончательно разобраться с висящими мёртвым грузом отношениями с Алексом, хотя Элла более чем уверена, что Рэйвену всё равно на их недосказанности с Алексом — он вряд ли когда-то воспринимал её парня всерьёз.
— Тебе в универ? — спрашивает уже в холле Рэйвен, когда они собираются выходить из дома.
— Ага, — кивает Элла, обуваясь.
— Поедем на мотоцикле, ничего? На нём будет быстрее, — берёт с комода брелок от своей «ямахи» блондин.
Элла поправляет шнурки на кедах, выпрямляется и заторможенно смотрит на Рэйвена, словно только сейчас понимая, о чём он говорил.
— Ты хочешь отвезти меня в институт? — глупо моргает она.
— Ну да.
— Рэйвен, это…
— Если боишься попасться на глаза своему полубывшему дружку, то могу довезти тебя до сквера, — усмехается он.
Его, кажется, вообще не волнует наличие в жизни Эллы парня и всё ещё отношений с ним, в отличие от самой Эллы, которую этот незакрытый вопрос мучает все выходные.
— Рэйвен, я…
— Всё хорошо, — улыбается он, успокаивая. — Доедем до сквера, там выйдешь.
Элла благодарно кивает, думая, что из них двоих Рэйвен, очевидно, был старше, если не по паспорту, то психологически точно.
— Ну нет, — мотает головой Эрик, во все глаза пялясь на Эллу. — Ты, блять, это серьёзно сейчас?
— Да, — кивает с улыбкой она, двигая к себе поднос с едой.
— Да ну нахуй, — заключает Эрик под смешок сидящей рядом Луизы, которую новость об общении подруги и Рэйвена уже давно не удивляла, в отличие от Эрика, узнавшего обо всём происходящем только сейчас. — Блять, Элла, он же отбитый на голову!
Луиза уже открыто не сдерживает своего веселья, облокотившись локтями на стол, а её плечи содрогаются от смеха. До недавнего времени она тоже считала Рэйвена полным психом, пока не позвонила ему в ночи, прося забрать их с Эллой из клуба. Теперь Рэйвен Мейер определённо имел личный кредит её доверия.
— Ты просто не знаешь его, — улыбается в ответ Элла, ковыряя ложкой свой суп.
— Зато ты знаешь, — фыркает Эрик, скептически усмехаясь. — Как ты вообще можешь быть уверенной в нём? Не будь такой наивной! Ты сама говорила, что этот парень какой-то мутный, а теперь вот так просто заявляешь, что провела у него все выходные и приняла его чувства? Что, блять, вообще с тобой происходит?
— А мне Рэйвен кажется вполне себе нормальным, — вставляет своё слово Луиза, и Элла ей безумно за это благодарна.
— И ты туда же? — стреляет в неё недоумённым взглядом Эрик. — Да судя по вашим рассказам, он просто грёбаный мафиози, — фыркает Эрик, и Элле нечего на это возразить. — Я не хочу, чтобы ты в это лезла.
Луиза берёт с тарелки кусок жареной курицы и молча пережёвывает его. Она тоже не хочет, чтобы Элла связывалась со всем этим, каким бы чудесным она ни считала Рэйвена. Потому что есть вещи, которые нельзя игнорировать. Рэйвен Мейер по уши завязан с криминалом и определённо имеет проблемы со вспышками агрессии.
— У меня двоякое отношение к Рэйвену, но в любом случае мне нравится, что ты собираешься поставить точку с Алексом. Он никогда тебе не подходил, — кривит губы Луиза, подцепляя с тарелки кусочек перца.
— Спасибо хоть на этом, — усмехается Элла, наконец-то приступая к своему обеду.
Она предполагала, что друзьям понадобится время, чтобы принять Рэйвена и всё то, во что преобразовываются их взаимоотношения. Это было ожидаемо, и Элла действительно благодарна Эрику и Луизе за то, что они искренне пытаются понять её и остаются рядом. Это люди, которые всегда её поддерживали в любой ситуации.
— Ты… уже говорила с Алексом? — переводит на неё взгляд Эрик, уже заметно более расслабленный, чем в начале этого разговора.
— Ещё нет, — закусывает губу Элла. — Я пока не думала, что скажу ему, — бегло осматривает столовую она, сжимая в руке стакан с чаем.
— Что нашла гангстера со смазливой мордашкой и крутой тачкой, — не сдерживает смешка Эрик, на что получает хмурый взгляд Эллы. — Прости, но это и правда забавно, — обезоруживающе поднимает он ладони.
— Алекс ведь знал, что у тебя есть друзья помимо нас, не могу поверить, что он не видел, что ты с кем-то постоянно переписываешься, — дожёвывает порцию риса Луиза, жестикулируя. — Но, признаться, от взглядов Рэйвена и правда становится жарко.
— Каких взглядов? — Элла иногда тупит, принимая некоторые очевидные вещи за новые открытия.
Луиза обречённо смотрит на Эрика, на что тот прыскает коротким смешком, не сдерживаясь.
— Боже, Элла, серьёзно? Даже я, видя его всего несколько раз, понимаю это, — подпирает ладонью подбородок Эрик, пережёвывая свой шоколадный снэк. — Он же буквально сожрать тебя готов взглядом! Смотрит так, словно сторожит от всех, и это пиздец жуткое зрелище, я тебе скажу.
— Да-да, — подхватывает Луиза. — Мне иногда кажется, что он задушит меня на месте, если я подойду к тебе ближе, чем на метр.
Элла попеременно смотрит на друзей и буквально чувствует, как краснеет её лицо. Рэйвен и правда такой очевидный? По всей видимости, да. Боже, у неё действительно появился ручной хищник. Чёртов гремлин Рэйвен Мейер.
— Он вам понравится, если узнаете его ближе.
— Для меня он так и будет жутким типом, — закатывает глаза Эрик, за что получает тычок под рёбра от Луизы.
Элла кладёт в рот кусочек курицы в панировке и, чтобы не поперхнуться, сдерживает смешок. Реакция Эрика на Рэйвена была настороженной, и это было понятно и ожидаемо, но вместе с тем, смотря на щурящегося от ироничного фырканья и слишком очевидно закатывающего глаза друга, Элла видела и другое: Эрик примет Рэйвена, если будет уверен, что тот не причинит ей вреда. Её друзьям нужно было точно знать, что Элла в безопасности и что о ней позаботятся, и если этим всё и решается, то стоило просто немного подождать, дать им привыкнуть к Рэйвену и позволить узнать того Рэйвена Мейера, которого знает сама Элла: преданного, смотрящего с огромным обожанием и готового пойти за ней следом хоть на край света.
— Обязательно познакомлю вас ближе, — усмехается Элла, видя поддерживающую улыбку Луизы и новое закатывание глаз от Эрика.
— Тебе бы сначала со своим парнем разобраться, — прокалывает трубочкой пакетик сока он. — Алекс, кстати, сегодня в универе?
Элла осматривает беглым взглядом столовую и не сдерживает шумного вдоха.
— Да, — кивает она, указывая на стоящего у входа в столовую Алекса, весело переговаривающегося с каким-то парнем из параллели.
— Уже знаешь, что скажешь? — внимательно смотрит Луиза, дожёвывая свою порцию.
— Нет, — честно отвечает Элла, наблюдая, как Алекс прощается с собеседником и обводит взглядом столики, находя её и улыбаясь.
Они так и не разговаривали с того звонка Алекса в пятницу. Элла не объясняла, почему отказалась ехать с ним на конференцию, а Алекс не пыталась узнать причину. Наверное, она должна была испытывать какое-то сожаление по поводу происходящего, но ничего подобного не было — лишь уверенность в том, что всё наконец-то идёт, как нужно. Да, так всё и должно было быть изначально.
— Нам, пожалуй, пора, — с полуулыбкой на губах говорит Луиза, вставая из-за стола. — Да ведь? — выжидающе поднимает она брови, ловя взгляд Эрика.
— Куда? Перерыв же ещё… А, да, точно, мне ещё конспект переписать надо, так что… Но мы в любом случае с тобой, — подрывается с места резко въехавший в ситуацию Эрик, продолжая таращиться на красноречиво поднявшую брови Луизу.
— Увидимся на паре, — ласково улыбается Луиза, тут же беря за руку Эрика и подталкивая вперёд.
— Увидимся, — кивает Элла, переводя взгляд на подходящего к их столику Алекса.
— Привет, — садится он на место Луизы. — О, вы уже поели?
Эрик забавно чешет мочку уха и беспомощно смотрит на Луизу, теряясь в словах. Элла с ним солидарна, она тоже не придумала, что сейчас нужно сказать.
— Да, нам с Эриком нужно ещё успеть заглянуть к профессору Фатту, — настолько обезоруживающе улыбается Луиза, что даже не придраться. — Ещё увидимся, — смотрит она на Алекса, получая немного растерянный, но улыбчивый взгляд в ответ.
Элла обречённо наблюдает за спинами спешно удаляющихся друзей и думает о том, что как же это всё, блять, не вовремя. Ещё в пятницу у неё была работа в престижной больнице, планы на будущее, стабильность и чёткое осознание, чего она хочет от жизни. Сейчас, сидя в университетской столовой и теребя в руках тонкий пластиковый стаканчик с чаем, Элла понятия не имеет, в каком направлении идёт её жизнь, у неё больше нет той стабильности, за которую она столько времени держалась всеми силами, но зато есть чувство полной свободы и лёгкости.
— Выглядишь свежо, — подмечает с улыбкой Алекс. — Хорошо отдохнула в выходные?
— Наконец-то выспалась.
— Вау, это и правда событие, — смеётся он, неловко заламывая пальцы домиком. — Слушай, насчёт конференции, — закусывает Алекс губу, будто обдумывая слова. — Ты не передумала? Я позвал с собой в качестве помощника Хелен Фальт, но если ты вдруг захочешь поехать, то можешь поехать с нами, — окидывает Эллу внимательным взглядом Алекс.
Элла проходится ногтём по краю своего стаканчика с чаем и не сдерживает досадной улыбки. Алексу было неважно, кто поедет с ним на конференцию в качестве ассистента, ему просто нужен был кто-то подходящий на роль удобного и исполнительного помощника. Ему было всё равно, поедет ли Элла, он уже нашёл ей замену всего лишь за выходные. Или, может, у него был запасной вариант с самого начала? Элла не будет удивлена, если так оно и окажется.
— Я не передумала.
Алекс не сводит с неё напряжённого взгляда, словно стараясь прочитать что-то по чужому лицу, и Элла точно знает, что его это задело. Такие амбициозные люди, как Алекс, никогда не могли принять отказ.
— Ты выглядишь странной, у тебя всё в порядке? Может, стоит взять выходной в больнице?
Элла смотрит на сидящего перед ней парня и не сдерживает ироничного смешка. Как она могла быть настолько слепой всё это время?
— Я больше не работаю в больнице.
— Что? Что случилось? Почему ты мне не рассказала? — глаза Алекса удивлённо расширяются, а лежащая на столе рука тут же тянется к ладони Эллы, видимо, в жесте поддержки.
— Меня уволили, — спокойно отвечает она, сдвигая ладонь в сторону и не давая себя коснуться.
— Но за что? — взгляд Алекса растерян, а ладонь, оставшаяся на столе, сжимается в кулак.
— Не сошлись характерами с руководством, — усмехается Элла, вспоминая, в чём именно выражалось это «не сошлись характерами».
— И не рассказала мне? — в голосе слышится обида, а брови Алекса изгибаются дугой.
— Ты был занят конференцией.
— Звучит, как обвинение.
— Нет, это не обвинение. Констатация факта. Я рада, что у тебя есть дело, которым ты так горишь, и я правда уверена, что ты добьёшься всего, чего хочешь.
Алекс смотрит на неё пару секунд, словно пытаясь залезть под кожу, а потом откидывается на спинку стула, напрягаясь и не сводя с Эллы внимательного взгляда.
— Почему это звучит, как прощальная речь?
— Потому что это она и есть, — честно отвечает Элла.
— Элла, только не говори мне… — всматривается он в её лицо, ища в нём что-то, известное только ему, и хмурясь ещё больше. — Чёрт, ты что это сейчас, серьёзно?
— Да. Думаю, каждому лучше пойти своей дорогой. Извини.
— Извини? Это всё, что ты можешь мне сказать после всех этих полутора лет? Поверить не могу, что ты и правда это делаешь!
Элла смотрит на повышающего голос Алекса, ёжится от направленных на них со всех сторон заинтересованных взглядов и старается совсем не вслушиваться в тихие шепотки вокруг. Она предполагала, что будет не просто. Лицо Алекса багровеет, и Элла видит, как сложно ему держать эмоции под контролем. Что ж, пожалуй, она его понимает. Задетая гордость для него всегда была страшнее, чем раненые чувства.
— Это твой выбор, Элла Брандт. Нам и правда не по пути.
Обычно мягкий голос звучит непривычно холодно, и Элла каждой клеточкой тела ощущает чужую обиду. Она смотрит вслед удаляющемуся из столовой Алексу и думает, как скоро она станет отвратительным человеком, который бросил доброго и милого Алекса на глазах у всего института? Судя по перешёптывающимся вокруг случайным свидетелям этой сцены — очень скоро, возможно, уже на следующей паре вполне можно ожидать пару свежих сплетен об их расставании. Элла трёт виски, допивает одним глотком почти остывший чай и почему-то чувствует, что с её плеч упал ещё один огромный камень.
— Так и сказал: «Нам не по пути»? — приподнимает бровь Рэйвен, передавая Элле стаканчик с кофе.
— Да, так и сказал, — усмехается она, отпивая свой американо со льдом.
Рэйвен ехидно усмехается, делает глоток лимонада и отходит от палатки с напитками, тут же прирастая к Элле.
— Ну и в чём он не прав? Вам и правда не по пути. Зато со мной по пути, — широко улыбается слишком уж довольный Рэйвен.
— Будь человечнее, гремлин, — цокает языком Элла. — Я тебе тут вообще-то про серьёзные вещи рассказываю, меня теперь будут считать ужасным человеком, посмевшим бросить такого замечательного парня.
— Это твой бывший-то замечательный? Да придурок он, — коротко резюмирует Рэйвен, осматриваясь вокруг.
Они приехали в парк аттракционов, как и несколько месяцев назад, в самом начале их знакомства, когда Рэйвен доставал Эллу своими сообщениями. Казалось, это было целую маленькую жизнь назад — настолько сильно ощущалась теперь разница во всём.
— Рэйвен Мейер, будь добрее, — слегка толкает блондина в плечо Элла. — Знаешь, какой это был стресс? — делает она большие глаза.
— Полечить твой стресс? — останавливается возле одной из палаток со сладкой ватой Рэйвен, поворачиваясь к девушке.
— А ты точно сможешь? — выгибает она бровь.
— М-м, может, палочки карри решат вопрос?
— И булочка с глазурью.
— И булочка с глазурью, — послушно кивает Рэйвен.
— И закуска в панировке и… о, и то фисташковое мороженое с ванилью подойдёт.
— И таблетки для пищеварения, — заключает Рэйвен, за что снова получает тычок в плечо. — Что? Я просто смотрю в будущее, — возмущается он, потирая многострадальное плечо.
Элла смотрит на лицо парня и не сдерживает весёлого фырканья.
— Сегодня за всё платишь ты, — снова тычок в плечо.
— Конечно, как же по-другому, — закатывает глаза Рэйвен, немного шипя от ощущений в плече и думая, что Элле стоило уже просто отдать свою карточку, потому что за всё всегда и так платил он.
Сегодня днём Рэйвен, не сдержавшись, хорошо отделал одного придурка, шестёрку картеля, начавшего с ним спорить, а сейчас вот мужественно сносит все тычки в плечо и наглое пользование его карточкой. Скажи он об этом кому-нибудь, его бы уже точно отправили провериться к какому-нибудь врачу, да что уж тут — ещё несколько месяцев назад он бы и сам, услышав такое, записался на обследование. А теперь вот с искренней улыбкой отбивается от достающей его Эллы, позволяя затащить себя сначала на колесо обозрения, потом на батуты, а потом и в тир, где Рэйвен выигрывает какого-то глупого плюшевого то ли кота, то ли тигра.
— Смотри, он похож на тебя, — всовывает блондин в руки Эллы игрушку.
— Чем это? — рассматривает кототигра она.
— Его тоже хочется постоянно касаться, — расплывается в улыбке Чеширского кота Рэйвен.
— Рэйвен Мейер, будь человеком, ладно? — фыркает Элла, не сдерживая довольного смешка.
Рэйвен довольно усмехается, словно только что выполнил свой самый важный долг, и притягивает ничего не подозревающую Эллу к себе, окутывая коконом своих рук и зарываясь носом в воротник толстовки.
— Теперь я могу тебя касаться, не боясь опорочить твои отношения, — опаляет своим дыханием Рэйвен.
Элла, притихшая в кольце чужих рук и всё ещё держащая плюшевого кота, может лишь улыбнуться, наконец-то чувствуя себя полностью свободной и счастливой.
— Как будто раньше тебя мои отношения как-то останавливали, — закатывает она глаза. — Да ты же буквально увёл меня от моего же парня, — усмехается Элла, кажется, действительно забавляясь этим фактом.
— Дерьмовые у тебя были отношения. И парень тоже был дерьмовым.
— Эй! — вполне серьёзно возмущается Элла, пока её губы не накрывают чужие, слишком очевидно затыкая.
И Элла не шарахается и не возражает, подаваясь вперёд и позволяя углубить поцелуй, ловя чужой язык своим и сплетаясь с ним. Это не было похоже на тот невинный поцелуй в субботу, Рэйвен ласкал её рот своим языком, прикусывал губы и чуть ли не урчал. Рэйвен Мейер, человек, который нацелился на неё ещё при первой встрече, методично вытесняя из жизни Эллы её теперь уже бывшего парня и уверенно занимая его место. От осознания, что у этого невозможного гремлина действительно всё получилось, хотелось смеяться. Ещё в начале осени Элла считала блондина высокомерным мажором и не хотела иметь с ним ничего общего, а сейчас, спустя почти полгода, уже самозабвенно целовалась с ним в парке аттракционов, сжимая в руке дурацкого выигранного для неё кототигра. Ирония судьбы? Нет, всего лишь чересчур упёртый стратег Рэйвен Мейер.
— Ты такая космическая, — полушёпотом отзывается Рэйвен, отрываясь от чужих податливых губ. — К чёрту твою бывшую работу, парня и всех остальных тоже. Ты больше не столкнёшься с этим дерьмом. Обещаю. Тебе больше не нужно ни о чём беспокоиться, слышишь? Просто доверься мне, ладно? Ты мне веришь?
Элла стоит в коконе горячих рук, ощущает на своих саднящих после долгого поцелуя губах уверенный шёпот и впервые за очень долгое время не хочет ни о чём думать. Довериться Рэйвену казалось самой правильной на свете мыслью. Элла поднимает на него взгляд, встречаясь с ясными голубыми глазами, смотрящими внимательно и слишком преданно в ожидании ответа, что сердце в груди начинает против воли щемить. Элла до сих пор не верит, что можно смотреть на кого-то так очевидно обожающе.
— Верю. Только тебе и верю, — озвучивает свои мысли она, получая в ответ такую широкую и искреннюю улыбку, что неизбежно хочется улыбнуться в ответ.
— Какая же ты невъебенная, — шепчет Рэйвен, снова притягивая к себе.
Элла чувствует, как Рэйвен крепче прижимает её к себе, вдыхает уже въевшийся под кожу аромат чужого парфюма и наконец-то чувствует себя правильно, словно всё сейчас так, как и должно быть. Она здесь, в правильном месте и с правильным человеком. С Рэйвеном Мейером.