Дарина

Кай открывает передо мной дверь в свой дом. Пропускает вперёд. Запирает замок.

Когда он снимает с меня куртку, его пальцы касаются шеи. Невесомое прикосновение, а меня током прошибает. Кожа тут же реагирует, покрываясь мурашками.

Я оставляю тапочки, как неприятное воспоминание о больнице. Под босыми ногами тёплый гладкий каменный пол. Чувство настолько приятное, что я прикрываю глаза.

Уютно. Как дома.

Хотя, почему «как»?

Удивительно, но рядом с ним я действительно чувствую себя дома. В безопасности.

За моей спиной Кай разувается. Его руки мягко обнимают меня, прижимая спиной к твёрдому торсу. Одна тёплая ладонь мягко ложится на живот. Опускается ниже.

Моё дыхание сбивается. Рёбра отдают слабой ноющей болью, на которую я не обращаю внимания.

Вокруг тишина. Только шорох одежды, соприкосновение наших тел и его дыхание возле шеи.

Кай целует мою шею. Скользит губами к ключице. От его ладони внизу живота становится невыносимо горячо.

– Мне нужно в душ, – шепчу я, в попытке заставить голос звучать уверенно, а не дрожать от сдерживаемого стона.

Кай замирает на мгновение. Потом хмыкает.

– Идём вместе, – его низкий голос заставляет волоски на руках встать дыбом.

– Кай… – я сглатываю понимая, что будет в ванной, если мы окажемся там вдвоём. Всё точно не закончится на простом купании.

– Я потру тебе спину, – хитро произносит он.

Щёки тут же горят от совсем не целомудренных картин, вспыхивающих в воображении.

– Кай, – я мягко отстраняюсь, и он позволяет.

Мог бы удержать, если бы захотел. Но он отпускает. Зная, что я никуда не убегу. Не потому что некуда, а потому что добровольно согласна быть здесь. С ним.

– Обычный душ. Я быстро, честно, – быстро говорю я.

Делаю шаг в сторону ванной комнаты. Стараюсь не выдать то, как мне неудобно. Из-за того, как непривычно всё набухло и пульсирует между ног.

– Беги, – улыбается Кай.

По пятой точке прилетает лёгкий шлепок. Я оборачиваюсь, поражённая этим действием. И тем, что мне это почему-то нравится.

– Но знай, что в будущем, мы всё будем делать вместе. Моя Мышка.

Я открываю и закрываю рот. Лицо неистово горит. И я сбегаю в ванную. От его взгляда. И от реакций своего тела на него.

Закрыв дверь, прислоняюсь к прохладному полотну лбом.

Сердце лупит в бешенном ритме. Пальцы подрагивают, когда стягиваю с себя больничную пижаму.

Горячая вода льётся на голову. Она такой же температуры, как и жар внутри меня.

Гель для душа пахнет им. Всё здесь пахнет им. Я намыливаюсь, смывая больничный запах. На локтевом сгибе следы от капельниц. На ногах и руках синяки. Как напоминание о похищении.

Но странно то, что я не переживаю произошедшее. Точнее, пока рядом Кай, я ничего не боюсь.

Мысли так или иначе вращаются вокруг него.

«Муж звучит куда лучше, чем парень» – всплывает в памяти, и лицо снова жжёт.

Мой муж. Кай. Нет, я не могу пока что называть его так. У меня даже кольца нет.

Я вытягиваю руку, смотрю на пальцы.

Было ли в моих планах вот так выйти замуж? Конечно, нет. Но почему-то это кажется таким естественным и правильным, что я не хочу ничего другого.

Господи, о чём я думаю вообще? Настоящая влюблённая дурочка.

Обернувшись, я смотрюсь в зеркало.

Боже.

Одна сторона лица всё ещё припухшая. Не сильно, но некрасиво. Синяки сходят, но медленно. От чего на лице пятна желто-фиолетового цвета.

Должно быть ему неприятно смотреть на меня такую.

Отворачиваюсь от зеркала, смаргивая слёзы.

Я выгляжу просто ужасно.

Быстро вытираюсь полотенцем и заматываюсь в него. Благо оно закрывает меня аж до середины икр. Тихонько открываю дверь из ванной. Сердце при этом колотится так, будто я расхитительница гробниц. И планирую как минимум украсть главную реликвию, а не пробраться в спальню за одеждой.

На кухне Кай гремит посудой.

До моего носа долетают ароматы горячей еды. Пахнет так вкусно, что желудок тут же напоминает о себе. А рот наполняется слюной. А губы, против воли, растягиваются в улыбке.

Я быстро иду в спальню. К шкафу. К своей полке с одеждой.

Хватаю первое попавшееся платье и нижнее бельё. Одеваюсь.

Подсушиваю волосы полотенцем. Пытаюсь пальцами уложить их во что-то цивильное. Хотя, зная, какое у меня сейчас лицо, всё это, наверное, бесполезно.

Я останавливаюсь на пороге кухни.

На столе уже стоят две тарелки. В них заботливо выложена еда. От неё поднимается ароматный пар. Я сажусь и берусь за вилку.

Кай сидит напротив. Его взгляд заставляет меня краснеть и не находить себе места.

– Не смотри на меня так, – говорю я, отправляя порцию еды в рот.

Вкусно настолько, что я зажмуриваюсь от удовольствия.

– Как? – бархатным голосом спрашивает Кай.

– Так, будто…

Я давлюсь словами и не знаю, как продолжить фразу.

– Будто что? Договаривай, Мышка. Я жду.

– Будто тебе нравится, – я откладываю вилку в сторону. – Я знаю, что выгляжу ужасно. Такое лицо не может нравиться. Так что… просто перестань.

Пока я выдаю эту тираду, брови Кая поднимаются по очереди.

Он долго молчит, а потом поднимается со своего места. Подходит ко мне и подхватывает на руки до того, как я успеваю возразить. Да и вообще сказать, хоть что-то. Только пискнуть от неожиданности.

Кай выносит меня в коридор. И несёт прямо к… спальне.

Я сглатываю.

– Что ты делаешь? – сипло спрашиваю я.

Мои руки, обвившие его шею по привычке, начинают подрагивать.

– Доказываю тебе насколько мне насрать на твои загоны, Мышка.

Кай захлопывает за нами дверь ногой. Бережно опускает меня на постель. Срывает с себя рубашку, отбрасывая её куда-то в сторону.

– Кай…

Мои ладони упираются в его грудь, когда он нависает надо мной. Он не давит своим весом. Между нами есть небольшое расстояние. Крошечное. Его тело пышет жаром, от которого у меня перехватывает дыхание. А его запах кружит голову.

– Ты прекрасна.

Его губы касаются моей шеи. А рука уже скользит по бедру вверх, задирая платье.

Кай берёт мою руку и кладёт на свой пах.

Там, под брюками, мои пальцы ощущают его твёрдое возбуждение.

Лицо снова горит от смущения, но я быстро забываю о нём, когда он говорит:

– Я помню, что ты ранена. И помню, что это твой первый раз. Я буду очень осторожным. В начале.

– В начале? – я распахиваю глаза, встречаясь с его озорным взглядом.

Кай улыбается, стягивая с меня бельё. Его пальцы находят самое чувствительное место и кружат по нему.

С моих губ срывается стон.

– Да, – жарко выдыхает он мне в шею. – Хочу слышать твои стоны.

Один его палец размазывает мою влагу, а потом входит внутрь. Растягивая и заполняя изнутри. Мои руки вцепляются в его волосы. Ногти впиваются в кожу на его спине.

Он не глубоко, почти на самом краю. К одному пальцу присоединяется второй.

– Что ты… зачем… – бормочу я, сходя с ума от чувства наполненности.

– Ты очень узкая, моя маленькая Мышка.

То есть, он так подготавливает меня.

– Такая тесная и мокрая для меня, – шепчет Кай. – Скажи, что хочешь меня.

Я слегка прикусываю губу. Лёгкая боль напоминает о травме, но мне плевать.

Моё лицо горит. Всё моё тело пылает. Между ног ноет и пульсирует. Его пальцы входят и выходят на самом краю. А большой кружит по чувствительному месту, заставляя меня рассыпаться искрами.

Мои пальцы всё ещё сжимают его через ткань брюк. Он будто становится ещё больше и твёрже. Он же просто не поместится во мне.

Кай смотрит на мои губы. Его зрачки расширены так, что почти не видно радужки.

– Скажи это, – хрипло требует он.

Жар внизу живота нарастает с безумной силой. Меня заполняет предчувствие кульминации. Из моего рта вырывается очередной стон. Я не могу сформировать мысли в слова, в голове туман.

– Давай, Мышка. Всего лишь три слова. Скажи их. Повторяй, пока я буду трахать тебя.

Грубые слова почему-то не отталкивают. Наоборот. Я сильнее сжимаю его пальцы, которые двигаются во мне всё быстрее.

– Ты знала, что уже жадно втягиваешь мои пальцы? Добавим ещё один или лучше заменим их мной?

– Кай…

– Что? М?

– Боже…

– Неверно, Мышка. Скажи, что хочешь меня.

Кай втягивает мою нижнюю губу. Проходит по ней языком. По моему телу проходит волна дрожи, и я сжимаю его пальцы внутри себя. Ещё не кульминация, но уже почти она.

– Ну же, – шепчет он, целуя моё лицо. – Дай мне услышать это прежде, чем я окажусь внутри.