Глава 30. Боря

«Мне важно только то, что думаешь ты…»

Песня играет в наушниках по десятому кругу. Она напоминает мне о Еве. И о днях, которые мы провели вместе. Поэтому я не могу перестать ее слушать.

Мои руки крепкой хваткой лежат на руле. Я уже час еду по пустой заснеженной трассе. Я не уверен, что Ева захочет со мной говорить. Но я сделаю все, чтобы добиться ее внимания.

Я соврал ей. Жестко соврал. Но я не мог по-другому. Иначе бы Ева сразу поставила точку. Я понял это еще там – в баре, после драки. Ее равнодушный холодный взгляд и сказанные напоследок слова:

«Борь, это все. Точно все».

Она развернулась и растворилась в толпе. А после перестала отвечать на звонки и сообщения. Даже письмо, старомодное письмо – как из ее любимого фильма «Одержимость» – не проняло ее.

И тогда я не придумал ничего лучше слезливой лжи. Ева никогда не могла пройти мимо тех, кому нужна помощь. Мимо бродяг с протянутой рукой, мимо бездомных кошек и собак, мимо страдающих одиноких людей. Вот я и решил стать тем самым страдающим одиноким человеком. Понарошку. Но фейковая новость о том, что я праздную Новый год один, не тронула ее. Я уже начал думать, что же делать дальше… Как вдруг мне написала Евина одногруппница. Девчонка слила мне адрес новогодней вечеринки. А после сделала еще кое-что, что я, надеюсь, поможет мне вернуть Еву теперь.

Я и не думал, что этот ботан увяжется за ней. Да и как вообще она могла повестись на чувака, который безвылазно зависает в библиотеке? Что с ним делать-то? Книгу, что ли, по ролям читать? Хрень какая-то!

Не сбавляя скорости, я взял в руки телефон и зашел в приложение «Локатор». Есть контакт! Ева хоть и заблокировала мой номер, но ее геопозиция все еще была доступна мне. Поэтому я знал, где Ева сейчас находится.

«Борь, я думаю, нам надо прекратить общение. У нас с Даней все серьезно. Не пиши мне больше, пожалуйста. Надеюсь, ты сможешь наладить общение с семьей».

Ее сообщение заставило меня сразу же поднять задницу с дивана и прыгнуть в тачку.

Я так просто не сдамся. Может быть, подобные слова и остановят ее факультетского тюбика. Но не меня.

Да, я сам виноват в том, что произошло. Да, я не должен был давить на нее и выходить из роли заботливого друга раньше времени. Но мне почему-то вдруг показалось, что если Ева вспомнит, как нам вместе было хорошо, то сразу же пошлет на три буквы своего журналюгу и вернется ко мне. Но их общение зашло дальше, чем я думал.

Если у меня получится вернуть Еву, то я, конечно, никогда не расскажу ей, что соврал про брата и про ставки в боях без правил. И про то, что поссорился с семьей в канун Нового года. А вот бокс реально придется бросить. Но ради Евы я готов забыть про бои. Черт с ними.

Фары выхватывают на трассе табличку «Щегловск». Я даже не удивлен тому, что кудрявый болван родом из такой дыры. Там ему и место. В «Локаторе» кружок с изображение Евы стоит на точке – улица Мечты, 13. Такая себе «мечта» – жить в кринж-поселке.

По обе стороны дороги на меня таращатся двухэтажные сугробы и уродливые низкорослые кирпичные дома. Сбавляю скорость, чтобы не потеряться в этой глуши. Даже в мрачных скандинавских сериалах атмосферка позитивнее. Дома, дома, дома – сплошные дома – и покосившиеся фонари. Никаких тебе баров, ресторанов, кафе. М-да, уж! Безграничное веселье.

Я сворачиваю в нужный переулок и наконец вижу вывеску магазина. Хоть какое-то разнообразие. Плохо почищенная дорога уводит меня налево – к дому, где сейчас находится Ева. Это типовая для этого места двухэтажка с двумя подъездами.

Наверняка с Евой сейчас трется придурок. Надеюсь, моя девочка не успела совершить серьезную ошибку. Если так – я обязательно поговорю с парнями, и выловим его в темном переулке. Он еще пожалеет, что положил глаз на чужую девушку.

Естественно, я не знаю, в какой именно квартире сидит Ева. Поэтому единственный вариант – выкрикивать ее имя до тех пор, пока она не отзовется.

Выхожу из тачки и оглядываюсь по сторонам. Ни души. Кое в каких окнах все еще горит свет. Интересно, какова вероятность, что какой-нибудь абориген вывалится из-за крика раньше Евы на улицу и захочет мне вломить? Думаю, высокая. Но мне плевать. Главное – вернуть ее. Я набрасываю капюшон и поднимаю голову:

– Ева! Выходи!

Мой голос отскакивает от стены дома напротив. Какая-то женщина с первого этажа злобно смотрит на меня. Мне хочется крикнуть ей, что ее ненависть взаимна, но я возвращаюсь к своей главной цели – найти Еву.

– Ева!

Показалось или нет? Занавеска на втором этаже шелохнулась.

– Ева!

Темный квадрат вспыхнул желтым светом. Надеюсь, это она.

– Ева! – спустя пару минут в последний раз кричу я, собираясь обходить дом и устраивать перекличку уже там.

Но вдруг слышу писк подъездной двери. Инстинктивно щелкаю костяшками пальцев. Вдруг придется отвечать за свой ночной ор.

– Борь, ты спятил? – спрашивает знакомый недовольный голос. Ева, как обычно, скрестила руки на груди. Ее зеленые глаза сияют гневом. Но даже ему я рад.

Я сжимаю в кармане телефон. Там – на облаке – висит инфа, которая сотрет в порошок ее дружка. Если Ева выслушает меня, то мы снова будем вместе. Я даже в этом не сомневаюсь.

– Ев, выслушай меня, пожалуйста, это очень важно! Глава 31. Ева

– Как ты меня нашел?

– «Локатор». – Боря показывает мне экран своего телефона и виновато опускает взгляд.

– Отлично, то есть ты не только ведешь себя как ревнивый болван, но еще и сталкеришь меня? Это статья, Борь!

Я разворачиваюсь, чтобы уйти. Но он хватает меня за рукав куртки.

– Пусть я буду болваном, сталкером, кем угодно… Только выслушай. Один разговор, и я уйду. Обещаю.

Его карие глаза в полуночной тьме сверлят мои.

– Окей! Но разговаривать будем в присутствии Дани.

– Так даже лучше.

Пока мы поднимаемся на второй этаж, меня не покидает мысль о том, что Боря ведет себя странно. Он не швыряется гневливыми словами, не пытается по привычке устроить скандал. Даже на мое условие поговорить в присутствии Дани он отреагировал чересчур спокойно. Что-то здесь не так. И от этого мне еще более тревожно.

Когда мы переступаем порог квартиры, первым делом я вижу растерянное лицо Дани.

– Дань, не переживай. Мы поговорим, и он уйдет. – Я снимаю ботинки и куртку.

Боря же стоит на пороге, ведь его никто не приглашал пройти дальше.

– Колесников, когда наглость раздавали, ты ведрами ее, что ли, черпал?

Боря стискивает зубы. Как бы он ни старался показать мне, что изменился, это не так. Он все так же вспыхивает, как спичка, когда слышит то, что ему не нравится.

Боря вальяжно опирается плечом о стену и достает из кармана куртки телефон:

– А ты не слишком дерзкий для чувака, который обманывает свою девушку? – Он что-то ищет, внимательно глядя на экран смартфона.

– О чем ты? – спрашиваю я и перевожу взгляд с Бори на Даню.

– А ты не слишком дерзкий для человека, который приперся без приглашения в чужую квартиру? Ев, как он тебя нашел? – Даня берет меня за руку и притягивает ближе к себе.

– Через «Локатор». Я забыла, что сто лет назад поделилась своей геометкой, – вздыхаю я и вижу, как за мгновение хмурое лицо Бори расцветает улыбкой.

Он поворачивает телефон экраном к нам. И я замираю.

– Как тебе спалось с одногруппницей Евы в новогоднюю ночь? Ев, ты, наверное, думала, он будет страдать после твоего отъезда? Нет, он отлично провел время…

На фото Танечка Борисова – в одном нижнем белье. И ее обнимает Даня – без футболки. Его рука на ее груди. Его рука. Рука, которая еще каких-то полчаса назад прикасалась ко мне – так нежно.

Значит, когда я дома плакала после нашего провального первого свидания, он спал с Таней? Меня начинает тошнить. Глаза застилает пелена – водянистая, мутная. Но я не плачу. Просто проваливаюсь в жалость к себе. К тому, что доверилась своим чувствам, дала им шанс, а Даня все обесценил и растоптал одним низким, дерьмовым поступком.

– Ев, да ничего не было. Точно ничего не было!

Я выдергиваю руку из его ладони. Я собиралась довериться человеку, который, как я думала, ничего от меня не скрывает. А сейчас… Сейчас мне так больно, что тяжело сделать нормальный вдох.

– Откуда у тебя вообще эта фотография? – Даня вырывает телефон.

А я… Я чувствую лишь то, как холодеют мои пальцы, которые я пытаюсь сжать в кулак. Я смотрю в одну точку – на темное пятно на желтых обоях.

– Откуда надо. – Боря вырывает телефон обратно.

Мое горло сжимает спазм. Нет, Ева, даже не смей рыдать! Не вздумай! Я разворачиваюсь и иду в зал. Даня бросается за мной, как и тогда, когда я решила сыграть в карты с его друзьями.

Вот только тогда я хотела привлечь его внимание. А сейчас хочу одного – больше никогда его не видеть.

– Ев, мне тогда просто стало плохо, когда ты уехала домой…

– Поэтому ты решил не терять время и зажечь с другой девчонкой. – Боря появляется на пороге гостиной.

Я открываю сумку и бросаю туда зарядку от телефона и джинсы. Слеза все-таки стекает по щеке, но я моментально стираю ее.

– Я не знаю, откуда у тебя эта фотография, но я выясню. – Даня толкает Борю в грудь, но тот только смеется в ответ.

И Даня снова подходит ко мне, пытаясь взять меня за руку. Но я отстраняюсь, словно от удара током. Мне неприятны его прикосновения. До тошноты. До рвоты.

– И что ты сделаешь? Напишешь про меня статейку в газету, которую никто не читает? – Боря переводит взгляд на меня. – Я отвезу тебя, Ев.

– Ева, подожди. Ну неужели ты веришь ему? Это же бред… Я и Таня Борисова…

– С ней ты тоже спал не по-настоящему? Так же, как и не по-настоящему встречался с Мариной? Дань, ты слишком много лжешь для человека, который хочет стать первоклассным журналистом. – Я срываю с еловой ветки бумажный свиток со своим желанием и разрываю его на куски. – Поехали, Борь. – Кладу обрывки бумаги на подоконник и иду к выходу.

Я даже не могу посмотреть Дане в глаза. Слишком боюсь того, что не сдержу слез.

– Ев, я докажу тебе, что ничего не было… – последнее, что я слышу перед хлопком железной двери. Стук гулким эхом разлетается по подъезду.

Когда мы садимся в машину, Боря включает песню, благодаря которой мы с ним познакомились полгода назад. И меня впервые раздражают аккорды некогда любимой песни.

– Выключи.

– Хорошо, как скажешь. – Боря наваливается на спинку кожаного черного сиденья и не спешит заводить машину.

– Даже не думай, что это что-то может значить.

Боря молчит и лишь с ухмылкой поднимает брови.

– Я бы с тобой никогда так не поступил… – с презрением произносит он.

– Ты ничем не лучше его.

Неужели он думал, что если обличит Даню, то сразу же сможет вернуть меня? Но я не настолько отчаялась, чтобы возвращаться к человеку, который питается контролем и манипуляциями.

– Знаешь, есть такое выражение: причинять другим добро. Так вот, Борь, это твой девиз по жизни – причинять другим добро. Предлагать мне «накупить платьев», когда я не ношу их. Пытаться заработать нечестным путем деньги, якобы ради меня. Спеться с моей одногруппницей у меня за спиной, чтобы опять-таки причинить мне добро…

– Ев, послушай…

– Борь, довези меня до города в тишине. Я больше ничего не хочу слушать.

Мы ехали целый час в тишине. Лишь шелест снежного дорожного покрытия и гул двигателя подсказывали мне: я не исчезла с проекции этой долбаной реальности.

Я ни о чем не могла думать, поэтому просто вела счет встречных дорожных знаков. Один. Два. Десять. Двадцать один…

Боря довез меня прямо до дома.

– Я люблю тебя, Ев, – хриплым голосом произнес он, когда я уже открыла дверцу машины.

– Удали мой номер, пожалуйста, – сказала напоследок я и растворилась в морозном воздухе родного города.

Больше никаких отношений.