Кто-то настырный стучал в дверь и не хотел уходить. Мы подняли головы и уставились на вибрирующую дверь.

– Ты кого-то ждешь? – хитро прищурился мужчина.

– Да никого я не жду! – потянулась в кровати. – Который час?

Блэйк взял с тумбочки часы.

– Пора вставать! – Эдвард поднялся и пошел узнать, кто там пришел спозаранку.

Вставать жуть, как не хотелось, глаза так и закрывались, тело ныло от боли, которая больше ощущалась в поврежденной ноге. Но что меня поразило, у меня абсолютно не болела голова и не было сушняка! Вот что значит качественный алкоголь! Надо будет у рыбаков попросить рецепт.

Прихватила чистую одежду и поскакала на одной ноге в санузел. Устроившись в туалете, срезала старую, потемневшую от грязи повязку. Рана слегка припухла. Надо было вчера поменять, но сил уже не было. Поэтому я только успела раздеться и рухнуть в кровать спать. Сменила повязку и пошла на кухню завтракать.

В голову моментально полезли ночные воспоминания. Мне стало немного стыдно за свое вчерашние поведение. Все смешалось. Я даже не знаю, радоваться или нет. А что, если бы мы вчера поцеловались? Каким бы стал сегодняшний день? Я помотала головой, не хочу об этом думать.

Упершись обеими руками на стол, картинно закрыла ладонями лицо. Глубокий вдох, выдох. Надо отвлечься. Взяла чайник, налила воду, поставила на плиту. Но не нашла привычных мне ручек для зажигания газа.

– А как тут кипятить воду? – передо мною железный ящик, чуть больше обычной плиты. Никаких крутилок, авто-поджигов, ничего. – Ну и где у тебя кнопка? – я присела на корточки, разглядывая непонятное мне кухонное добро.

Я была увлечена выяснением, как же оно работает, и не услышала, как вошел в кухню Блэйк. Я повернулась на его смех. Мужчина стоял, прислонившись к косяку, и откровенно рассматривал меня сзади.

– Чего ты смеешься? Лучше бы помог мне, иначе останемся голодными.

Он подошел, присел рядом, открыл дверцу, за что-то потянул. Принес дрова, чиркнул спичку и там появился огонь, закрыл, и плита стала нагреваться.

– А у вас разве не так?

– Нет, не так! – но мне не хотелось обсуждать наш быт. – Кто приходил?

– Мой осведомитель, сказал, что ищейки по всему городу ищут нас.

– Я ничего уже не понимаю. На кой Риз поехал в Тарас, почему не дождался меня в Стоунхольде? А эти, – я тыкнула пальцем в окно, – Ищейки, вчера гонялись за нами по всему городу, караулили на пристани, но так и не смогли поймать. Теперь мы с тобой сидим тут и спокойно потягиваем чаек. В чем дело? – я уперла руки в бока. – Если они знают, где мы, почему не пришли сюда? – я села на стул.

– Я не знаю, – Блэйк так спокойно ответил.

– Ты же сыщик! У тебя должны быть версии!

– Версия есть! Но, боюсь, она тебе не понравится. Я знаю, что твой брат не виновен, как и ты. Его использовали те, кто хочет завладеть порталом и этими записями. Поэтому ты оказалась тут не просто, чтобы его вытащить. У твоего братца был давно готовый план, без тебя ему не справиться. Риз боится, что его записи попадут в плохие руки, поэтому он обманул тебя, сказав, чтоб ты его вытащила. А на самом деле ты нужна ему здесь вместе с записями.

– Но почему он мне ничего не рассказал?

– Он боялся, что ты не поймешь его. Я не знаю, какую тайну он от тебя скрывает. Но мы не должны допустить, чтобы научные разработки попали к ищейкам. А насчет, почему нас не нашли… я могу ошибаться… – Блэйк заварил кофе. – Возможно, у тебя есть кое-что, из-а чего они не могут выследить тебя. Расскажу тебе одну легенду.

Разлив кофе по кружкам, он сел напротив меня. Отломив кусок от черствого хлеба, смочил в кофе, положил в рот и начал рассказ.

– Много лет назад жил мужчина по имени Фалько. Он был беден как корабельная крыса. Занимался тем, что обворовывал обитателей Стоунхольда. Однажды, в толпе он заметил девушку неземной красоты, идущую с полной корзинкой продуктов. Фалько влюбился в нее с первого взгляда. «Она будет моей, если даже придется продать душу дьяволу!»: сказал он себе. Говорят, дьявол его услышал и предложил сделку. Фалько обрадовался такому шансу: стать богатым и заполучить самую красивую девушку. Любовь ослепила его, подчинила, свела сума. Он не видел дальше своего носа и согласился на предложение дьявола. Когда желание Фалько исполнилось, он зажил, как король, с красавицей женой. Прошел год. К нему пришел дьявол и потребовал их первенца. Фалько впал в уныние, он не знал, что ему делать. Рассказал все жене о сделке, они решили сбежать. Но он не знал, что это невозможно! Ведь от дьявола не сбежишь! Дьявол нашел парня и дал ночь на раздумье. Бедный, бедный Фалько, его сгубила жадность и любовь к красавице. Когда время истекло, перед ним снова появился дьявол. Но Фалько не намерен был сдаваться и отдавать то, что любит. Человек предложил забрать что-нибудь другое, но дьявол отказался. Тогда Фалько поднял с земли три камня и, вложив в них всю злость и ненависть, сам того не понимая, превратил обыкновенные камни в сильнейшие обереги. Три камня надежно скрыли от глаз дьявола трех людей: Фалько, его жену и сына. Поговаривают, что дьявол до сих пор ищет Фалько, но это только слухи. Род Фалько давным-давно вымер. После их смерти камни исчезли. Эти обереги нельзя заполучить насильно, только добровольно! Они приносят несчастье тому, кто их украдет. Ведь в камнях заключена великая сила, которая делает тебя невидимым от врагов, зверя и нечисти. Нужно только уйти с глаз врага, и он потеряет тебя до тех пор, пока вы вновь случайно не столкнетесь. Найти человека, обладающего камнем, если он будет сидеть на одном месте попросту невозможно.

– Странная легенда, – я сделала глоток кофе.

– Какая есть!

– И камешек слабоват

– Не забывай, что ему не одна сотня лет и магическую силу он уже слегка подрастерял.

– И ты веришь во все это?

– Отчасти! – Эдвард скрестил на груди руки.

– Ты думаешь, такой камень может быть у меня? – я нащупала на шее веревку, на которой болтался небольшой плоский кулон. – По просьбе брата носила чуть ли не с самого рождения и не снимала, – лицо Эдварда Блэйка вытянулось, когда я достала из-под майки кулон.

– Я не ошибся! – он подошел ко мне. – Можно? – Эдвард протянул руку, я кивнула. – Это правда! Оберег существует! – Блэйк нежно прикоснулся пальцами к камню. – Это он, один из трех камней. Я видел изображение в книгах, – в его глазах плескалось удивление. – Никому, слышишь, никому не показывай и не говори о нем, – Эдвард положил руки на мои плечи. – Если кто-то узнает, что ты носишь камень Фалько, ты не представляешь, какая охота начнется на тебя, – он выдохнул. – Камень бесценен и многие захотят им обладать. – И не посмотрят, что ты девушка. Сколько смертей из-за них было! – сыщик резко выпрямился и заходил по кухне. Я следила за ним, пока не затошнило.

– Прекрати! – попросила я, рассматривая свой поломанный маникюр. – Мне было пять лет, – я уставилась в окно, погрузившись в воспоминания. – Я помню, как Риз приехал домой поздно вечером. Нашел меня в комнате зареванную. Мне было страшно находиться одной в квартире. Он взял меня на руки и стал укачивать. А потом вытащил кулон и протянул мне, сказал: «Надень, он будет всегда защищать тебя от злых людей». И с тех пор я ношу этот камушек. Я ему поверила, а когда выросла, просто уже носила по привычке. Иногда мне казалось, что он и, вправду, защищает.

– Почему? – он сел обратно на свой стул.

– Сколько раз мне приходилось возвращаться домой поздней ночью. Я видела, что за мной идут криминальные элементы! Но потом, завернув за угол, оборачивалась и люди исчезали бесследно.

– Скажи мне, как ты попала в наш мир?

– Я же тебе рассказывала.

– Да. Но кто тебе помог построить портал и открыть его?

– Я не думаю, что тебе их имена дадут что-то. Нокс и Александра.

– Кто они?

– Ученые. Александра, вроде как подруга моего брата. Ее номер я нашла в телефоне, который спрятал Риз. А Роберт Нокс тоже их друг, иностранец.

– Что ты о них знаешь?

– Практически ничего. Но без них меня бы тут не было.

– Кто-то из них знал, что у тебя есть камень Фалько?

– Никто! Я даже не подозревала, что это непростой камешек!

– Собирайся. Нужно найти твоего брата и выяснить, что он задумал.

Позавтракав, я допрыгала до комнаты и плюхнулась на постель. Блэйк пришел следом.

– Еще болит?

– Уже не так сильно! А как твое плечо?

– Лучше! – он улыбнулся.

Обменявшись любезностями, мы начали паковать вещи. Кое-что из своих вещей Блэйк умудрился затолкать в мой рюкзак. Сложилось впечатление, что и со мной он стал вести себя по-хозяйски. Все вещи в один рюкзак, что дальше?

– Мне нужно найти лошадей, купить провиант и одежду, – мужчина натягивал сапоги.

– Останусь одна?

– Я постараюсь вернуться через пару часов!

Мне не хотелось оставаться одной в квартире. Но Блэйк был против того, чтобы я пошла с ним.

Когда дверь за Блэйком закрылась, я начала отсчитывать время, оно тянулось ужасно долго. Я ходила из угла в угол, грызя ноготь на правой руке, не зная, куда себя деть. Прошло уже больше, чем два часа, я начала волноваться. Может с ним что-то случилось, ищейки напали, и Эдвард лежит в луже крови. Каждые пять минут я смотрела на часы, такое ощущение, что они специально стали идти еще медленней. Что ни говори, а вдвоем веселее, да и привыкла я к нему. Наконец, ключ в замке, с другой стороны, повернулся, и в дверь зашел запыхавшийся Блэйк.

– Что ты так долго? – бросилась к нему навстречу и остановилась в двух шагах.

– Идем, и не забудь рюкзак! – Эдвард пропустил меня вперед, отобрав рюкзак. – Пришлось нарезать круги, чтоб сбить ищеек со следа.

– Они выследили тебя? – перепрыгивая через ступени, поинтересовалась я.

– Ищейки сели мне на хвост, пришлось бросить лошадей, в двух кварталах отсюда. Иди за мной и не отставай.

Вскоре мы добрались до лошадей.

– Как долго ехать до Тараса?

Блэйк почесал подбородок.

– Дней пять, не меньше.

– Нам что, опять блуждать по лесам? А нельзя на поезде поехать, ну, или что туда ходит?

– Туда ничего не ходит! А железную дорогу туда еще не проложили. Так что выбора у нас нет. И блуждать мы не будем, я знаю туда дорогу, а лошади нам в этом помогут.

– Я не умею ездить верхом!

– Не беспокойся. Я научу тебя держаться на лошади.

Жара стояла жуткая, даже тень не спасала. Я удивилась, Эдвард расстался со своим дурацким плащом. А то ходит в нем постоянно днем и ночью. Конечно, он ему идет и смотрится он в нем брутально. Но он уже давно просился на мусорку.

– Почему все время ходишь в этом плаще, а сегодня решил снять? – мне все-таки стало очень любопытно.

Он хмуро на меня взглянул и недовольно ответил:

– Это память… Мне подарила его моя жена… И к тому же, сегодня очень жарко.

– Эмм… извини, я не хотела обидеть тебя.

– Я знаю, – ему до сих пор было сложно вспоминать свою семью. Я думаю, любой человек вел бы себя так же. Я до сих пор скучаю по своим родителям.

Мне стало неловко, и я решила заткнуться. А то вдруг у него снова начнется припадок из-за меня.

Погрузившись в свои мысли, мы, наконец-то, дошли до места, где Эдвард оставил лошадей.

Черный жеребец стоял смирно, обмахивая себя хвостом, а я смотрела на него и не знала с какой стороны к нему подойти. А рядом стоял белый красавец и грациозно выстукивал копытом при виде хозяина. Эдвард подошел к коню и погладил по здоровенной морде.

– Ну как ты тут? – лошадь в ответ заржала. – Ну что, ты готов к приключениям? – это он коню.

– Может, сразу сообщишь, чего ты еще не умеешь? – Блэйк подошел ко мне, положил руку на круп лошади и нежно погладил ее, та зафыркала, наверно, понравилось… – У вас что, не ездят на лошадях?

– Почему же, ездят, но они у нас вроде развлечения, а не повседневность. А для быстрых поездок придуманы машины.

– Я не знаю, что такое машины в вашем мире! Возможно, это здорово, но лошади надежней в том месте, куда мы отправляемся. Давай помогу!

Он подошел к левому боку лошади, придержал стремя.

– Ставь сюда ногу, подтягивайся, а правую перекидывай, – я со страхом посмотрела на него. – Он не кусается! – я сделала, как он сказал. – Принцип управления прост. Хочешь повернуть лошадь вправо – потяни на себя правый повод, влево – левый, а если надо остановиться – оба повода на себя. Чтобы лошадь пошла вперед, слегка надави ногами на бока, ослабляя повод. Поняла?

– Вроде, поняла!

– Хорошо! – Блэйк погладил лошадь по морде. – Тогда вперед!

Я выдохнула воздух, расслабила руки и сделала, как сказал Эдвард. Но лошадь не сдвинулась с места.

– Эй, че стоим? – поинтересовалась я у коня, тот фыркнул, помотал мордой, постучал копытом об землю. – Чего это с ним, я же сделала, все как ты сказал?

Блэйк уже сидел верхом на своем белом коне и грациозно приблизился. Прямо, как принц на белом коне, если бы не его заносчивый характер, то поверила, а так… и, вообще, староват он для принца.

– Чуть сильнее прижми щиколотки! – он что-то прошептал себе под нос, не разобрала слов.

Я вновь попыталась сделать все по науке и, ура, лошадь тронулась с места. Я еду довольная собой и тем, что справляюсь с животным. Блэйк решил не рисковать и пробраться через дворы. Мы блуждали долго, иногда натыкаясь на тупики. Через час езды по дворовым лабиринтам нам, наконец, удалось выбраться на окраину городка, а там галопом помчались к лесу. Я чуть не свалилась с лошади, когда Блэйк стеганул моего коня, еле удержалась.

Когда город оказался далеко позади, можно было не мчаться сломя голову. И высказать все, что я о нем думаю.

– Ты псих?! А если бы я упала и свернула себе шею? Тебе что, нравится меня умерщвлять?

Эдвард подъехал ко мне.

– Прекрати себя вести, как истеричная девица. Не я тебя сюда затащил, а твой брат, вот и предъявляй ему претензии.

– Все, с меня хватит! – я взглянула на него глазами, полными ненависти.

Ударив пятками лошадь по бокам помчалась прочь, вглубь леса. Конь мчался прямо и весело ржал в легком галопе. Рядом на громадном белом коне с развевающейся гривой скакал Блэйк. То бок о бок, то обгоняя, то отставая на корпус. Мы не сказали друг другу больше ни слова до самого вечера.

– Привал! – выкрикнул Блэйк.

Я остановила лошадь и свалилась на землю, до чего же неприятно приземляться больным местом. У меня ломило спину и всю нижнюю часть. Как люди вообще на лошадях ездят? Это же неудобно, жестко, и не поспать.

Блэйк не спеша подошел ко мне и протянул руку.

– Жива?

– Твоими молитвами! – я встала, проигнорировав его жест, взглянув искоса.

Он глянул на свою руку, пальцы сжались в кулак. Перекинул поводья через голову коня и потянул за собой.

– Ты куда? – я осталась стоять на том же месте.

– Надо напоить лошадей! – не поворачиваясь, ответил мне Блэйк.

Я пожала плечами, походила по поляне, растирая затекшие части тела. Собрала кучу хвороста, из рюкзака достала палатку, куртку, – становилось прохладно. И только собралась развести огонь, как вернулся Блэйк с лошадьми. Привязав их к дереву, он подошел ко мне, присев на корточки рядом.

– Что, не выходит? – поинтересовался сыщик.

– Я городской человек, а не деревенщина.

– Если ты намекаешь на то, что я деревенщина, то ты не права. Давай разожгу костер! – он протянул руку.

Я отдала ему зажигалку и стала наблюдать.

– Что это? – он был удивлен, смотря на продолговатый предмет на своей ладони.

– Зажигалка, – ответила я.

– Зажи …

– Зажигалка.

– И как она работает?

– Нажми на вот эту кнопку, – я показала.

– Ничего себе! – от неожиданности Блэйк ее выронил. А в вашем мире много любопытных вещей? – искоса посмотрел на меня.

– Много! – я рассмеялась. – Дарю!

– Спасибо, – Блэйк слегка изумился такому ценному подарку от меня.

– А если тебе понадобится?

– У меня еще есть!

– Тогда я согласен принять этот дар от тебя.

Блэйк приготовил ужин, из котелка выходил дивный запах. Я нагнулась, чтобы понюхать.

– Что ты варишь?

Прислонившись спиной к бревну, Блэйк делал записи в блокноте сидя на своем плаще.

– Кашу с салом! – нехотя оторвавшись от блокнота, пошевелил угольки палкой.

– Разве такое можно есть?

– Можно и это очень вкусно!

Пахло, конечно, божественно, никогда бы не поверила, что каша с салом может источать такой аромат. Да еще на свежем воздухе, слюнки потекли рекой. Он попробовал кашу, помешал ложкой и снял котелок с костра. Посуды у нас не было, пришлось обходиться тем, что есть в лесу. Нарвав листьев и коры, Блэйк соорудил тарелки. Ложка была одна, и он протянул ее мне, а сам ел руками. Вместо чая сыщик достал флягу и протянул мне. Крепкое, слегка терпкое пойло смочило мне горло, я закашляла.

– Ядреная штука! – вернула ему флягу. Мужчина тоже сделал глоток, но его не перекосило, как меня.

– Спокойной ночи! – сказал Блэйк.

– Спокойной… – это чего, он отсылает меня спать?

Я не стала предлагать ему ночевать со мной в палатке, он взрослый и может сам о себе позаботиться. К тому же, спальный мешок один. Влезла вовнутрь палатки, обувь поставила "в ноги". Куртку решила не снимать, вдруг замерзну, застегнула мешок по самый подбородок и закрыла глаза.

Я слушала тишину. Ту самую ночную тишину, которую трудно, практически невозможно услышать, живя в большом городе. Но также она и пугала: свист ветра, жужжание мошкары, пение птиц, шум листвы. Я не привыкла к этим чарующим звукам, мне приятнее вой сирены, звонки телефонов, визг тормозов, ругань молодежи. И поэтому я не могла заснуть, поворачиваясь то на один, то на другой бок. Стало жарко, расстегнула молнию спального мешка, легла на спину и вытянула руки вдоль тела.

Интересно, что сейчас делает Блэйк, его я вообще не слышала. Спать не хотелось, и как я в прошлый раз смогла заснуть в лесу. Я продолжала лежать на спине и прислушиваться к звукам. Не знаю, сколько прошло времени, может пять минут, может час, но до меня донесся хруст сломанной ветки. Мурашки пробежали по спине, мне стало страшно. Достала пистолет, сняла с предохранителя, прицелилась в темноту. Кусты зашуршали, и снова хрустнула ветка, я быстро выползла из палатки, и помчалась к Блэйку. Он уже стоял с пистолетом, прицеливался в ту же сторону, куда смотрела я.

– Кто это?

– Тихо. За нами наблюдают. И это не кролик.

У него еще есть настроение шутить!

– Что будем делать?

– Не знаю.

– И давно он за нами наблюдает? – меня охватило беспокойство.

– Минут пять, я не знал, хватит ли у зверя смелости подойти ближе. Хватило. Если подойдет ближе, будем стрелять. – прошептал он.

– Ты его видишь?

– Нет, но чувствую.

Лично я ничего и никого не чувствую и не вижу! У меня затряслись руки от страха, по спине пробежали мурашки, вспотели ладони. Внутри словно бомба замедленного действия, готовая рвануть в любую секунду от напряженных нервов.

Блэйк кинул в кусты палку, но оттуда никто не выскочил. Ноги подкосились, и я осела на землю. Чертов лес, чертов мир, он доведет меня до седины. Блэйк присел рядом, убрал пистолет и протянул мне флягу. Я сделала большой глоток и закашляла.

– Легче? – усмехнулся он.

– Немного. Кто это был? – близняшек убрала в кобуру.

– Тебе лучше не знать! – мужчина тоже сделал глоток, присев на бревно. – Нам придется спать по очереди. Так что иди спи, а я покараулю. Через четыре часа разбужу.

– Ты думаешь, что я теперь смогу спокойно уснуть? – выхватила у него флягу и сделала большой глоток. Зажмурившись, я все-таки проглотила жидкость.

– Я, например, устал и очень хочу спать! – Эдвард смотрел в лесную тьму задумчивым взглядом.

– Как ты можешь спать, зная, что в лесу разгуливает зверье, которое не прочь нами перекусить?!

Он встал с бревна, почесал шею. Рядом с костром были набросаны ветки и одеяло, мужчина спокойно улегся на них. Как ни в чем не бывало.

– Тогда спокойной ночи, разбудишь меня через четыре часа! – повернулся на бок, хорошо, что не захрапел.

Еще немного потоптавшись рядом, решила спросить.

– Блэйк… – тыкнула пальцем в спину, – можно мне, тут… рядышком, с тобой посидеть? – как можно спокойнее поинтересовалась я.

– Страшно? – не поворачиваясь ко мне, довольным голосом поинтересовался он.

Забавно ему? Ну ничего, я тоже успею посмеяться над тобой, когда придет время. И пусть потом не обижается. Как говориться: «Зуб за зуб!»

– Немного! – соврала и как можно равнодушнее ответила я. Еще как страшно!

– Ты точно не хочешь первой поспать? – мужчина подвинулся так, чтоб я могла сесть на подстилку из еловых веток. – Я привык помалу спать. Мне хватает и четырех-пяти часов для отдыха.

– Нет! – я села на краешек. Так, чтобы между нами оставалось расстояние.

– Если что-то услышишь, сразу буди меня, – он улыбнулся, повернувшись ко мне спиной.

– Договорились.

От костра шло приятное тепло. Не жарко, но и замерзнуть не выйдет.

Я не выпускала пистолета из рук, а вот животные вели себя на удивление спокойно. Наши лошади продолжали общипывать траву, как ни в чем не бывало. Интересно, почему они ничего не почувствовали? Сколько я видела фильмов с участием лошадей, когда приближался хищник, они всегда начинали нервничать. А эти стоят себе спокойно. Странно!

Яркая луна висела над головой, тут и там слышались взмахи птичьих крыльев, уханье филина, кваканье зеленых обитателей прудов.

Посмотрела по сторонам: вроде никого. Походила рядом с костром, покидала в него камушки. Посвистела, затем в голову пришла бредовая идея. Сползала в палатку, подошла к лошадям, обняла за шею своего черного коня и нажала кнопку на телефоне. Камера щелкнула, вспышка. Конь помотал головой, фыркнул, выразив свое недовольство.

Затем я сфотографировалась рядом с костром. Огляделась, ну с чем еще можно сделать "селфи"? На моем лице появилась глупая и довольная улыбка. Подошла к Блэйку, легла на землю рядом с ним, взяла свою прядь рыжих волос и приложила над его верхней губой, щелчок, фотка готова. Затем другие фотки: с "рожками", с поцелуем в щеку, с пистолетом у виска, с травкой, торчащей изо рта. Много сделала смешных фоток, он так крепко спал, что не чувствовал, как я издеваюсь.

А последняя фотка без шуток. Я лежу рядом с ним, телефон держу на вытянутой руке и фотографирую. Блэйк зашевелился, часто задышал, наверное, опять кошмары снятся, вон как вспотел. По щеке прокатилась одинокая слеза, мне стало стыдно, я тут веселюсь, а он снова и снова переживает ту страшную ночь, убрала в карман телефон.

– Милана… Ариана… – внезапно закричал мужчина, напугав меня.

– Блэйк, проснись! – я затрясла его за плечо.

Он открыл глаза, странно на меня посмотрел, перевернулся на другой бок и застонал.

– Блэйк, тебе плохо?

– Оставь меня в покое!

– Да, пожалуйста!

Мне стало обидно, за что он так со мной. Сев на бревно стала кидать в костер все что нашла на земле. От скукоты меня стало тянуть в сон. Сопротивлялась как могла. Но желание оказалась сильней меня.

– Не спать, не спать! – пошлепала себя по щекам, немного помогло. А потом не заметила, как глаза сами собой закрылись, и я заснула.

Сны порой творят с нами странные вещи, но они же бывают для нас будильником. Мне снился сон не очень приятный. Блэйк кричал как сумасшедший. Говорил, что я безответственная, что нам сильно повезло, что никто нас не тронул ночью. А я отгоняла этот сон как назойливого комара. А почему вдруг стало мокро и прохладно?

Я открыла глаза, солнце ярко светило над головой. Посмотрела на стоящего рядом Блэйка с пустым ведром и все поняла. Вскочила с земли, схватила первое, что попалось под руку, и швырнула в него. Он еле успел увернуться.

– Ты совсем сдурел! На кой ты вылил на меня воду? – он стоял и невозмутимо смотрел на меня. – Эй, мужик, у тебя все дома? – я покрутила пальцем у виска. – Как я теперь поеду в мокрой одежде?

– Ты заснула! – констатировал он ледяным тоном.

– И что? – я развела руками.

– И что! Ты понимаешь, какой опасности ты нас подвергла? Если тебе сильно хотелось спать, надо было разбудить меня! – он орал на весь лес, тыкая в меня пальцем.

Я признаю, что поступила безрассудно, но с кем не бывает.

– Но нас же не съели! – ответила ему совсем не то, что хотела сказать. – Чем ты недоволен? – сделала глупое лицо, похлопав ресницами. – И к тому же, со мной камень Фалько!

– Ты невозможна! За что ты свалилась на мою голову!

– Я свалилась? Если что-то не нравится, я никого не держу! – развернулась и пошла в палатку, села в позе лотоса и надулась.

– Прости меня! – раздался снаружи голос Блэйка. – Я не хотел кричать на тебя. Тебе надо было меня разбудить, если так хотелось спать. Это чудо, что мы проснулись живыми! И мы много потеряли времени… уже день!

– Как день? – я высунулась из палатки по пояс. Моя обида на него моментально испарилась.

– А вот так!

Я быстро засобиралась, мне не хотелось трястись в седле больше пяти дней.

– Поедим по дороге, – сказал Эдвард и стал собираться.

Мы старались держаться тени, густая листва скрывала от палящего солнца, которое беспощадно опаляло все вокруг своими лучами. Даже земля под ногами была сильно разогрета. Сухой ветер дул в лицо, отбрасывая назад непослушные пряди волос. Одежда высохла. Птицы щебетали песню, перекликаясь с жужжанием насекомых. От палящего солнца спасала ткань моей рубашки, плотные обтягивающие брюки были, без сомнения, удобными, но явно предназначались не для такой жаркой местности. Хорошо, что рана затянулась и не болела. Не знаю, как Блэйк все это выдерживает, а я хочу сейчас оказаться возле воды. Помочить ноги, умыть лицо и руки. Я каждую секунду вспоминаю момент, когда в моих легких оказалась вода. И от этого мне становиться страшно, но если это не прокручивать постоянно в голове, то не свыкнешься с мыслью, что сейчас я могла быть мертва. Мне показалась, что я слишком глубоко погрузилась в раздумья…

– А почему лошади вчера никого не учуяли? Ведь они должны были занервничать ну или что они там делают, в таких ситуациях?

– Они не собаки, – громко рассмеялся Блэйк. – Зверь оказался умней и зашел с подветренной стороны, поэтому кони не почуяли.

– Ясно.

– Могу я тебя спросить?

– Смотря о чем? – я пожала плечами.

– Как погибли твои родители? – неожиданно произнес сыщик.

– Зачем тебе об этом знать?

– Просто интересно!

– Мне было четыре, когда их не стало. А брату четырнадцать, – какое ему дело до моих родителей, подумала я, но ответила. – Они погибли в автомобильной катастрофе.

– Ты скучаешь по ним?

– Я не знаю! – вздохнула я. – Ведь я их совсем не помню, скорее, мне их не хватает.

– Ты часто употребляешь слово "автомобиль", что это? – Эдвард смело перевел разговор, заметив, что я погрустнела.

– Это почти то же самое, что ездит у вас по дорогам, непонятные агрегаты на пару. Но наши машины более продвинутые и удобные, – я улыбнулась ему. – Сейчас! – достала из кармана телефон и подвела к нему поближе лошадь. И, как я забыла, что вчера ночью делала "селфи"?! Только я сняла блокировку, как он уставился в телефон, изучая наши с ним фотографии. Глаза стали круглыми, как луна на небе.

– Это что? – он ткнул пальцем в экран, – появилось следующее фото. Посмотрел на меня, снова на экран. – И сколько таких портретов ты изготовила? – думала, убьет. Но Блэйк меня удивил.

– Парочку десятков! – я вжала голову в плечи. Все, сейчас убивать будет.

Мужчина пришел в совершенный восторг и рассмеялся так громко, что я от неожиданности дернулась в седле. Фотки реально получились смешными. Когда вернусь домой, обязательно выложу в сеть показать друзьям.

– Так вот чем ты занималась, пока я спал? – он удивленно посмотрел на меня.

– Мне было скучно, вот…

– Покажешь остальные? – я закивала головой.

Ему понравились наши совместные фото, и Блэйк предложил сфотографироваться еще, чтобы он был с открытыми глазами. Ну вот, подсадила человека на "селфи".

Показала фотографию с машинами, мужчина был в восторге. Ему все больше и больше нравился мой мир, а потом он попросил рассказать, чем я сделала снимки. Его глаза заблестели от услышанного. Мы часто фотографировались в городе с Максом и на заднем плане хорошо видны проезжающие машины. Блэйк был поражен и сказал, что их миру есть, куда стремиться. Я сказала, чтоб они не спешили, машина – это, конечно, здорово, но есть и много минусов. Пока я рассказывала, как мы боремся с минусами, солнце начало садиться. Проделав все те же процедуры что и прошлой ночью, я решила лечь спать рядом с Блэйком. Что ни говори, а так спокойней.

– Ложись спать! – сказал Блэйк. – Я покараулю.

Заснула быстро, несмотря на мошкару, которая постоянно гудела над ухом. Снов не было, я просто провалилась в сладкую дремотную темноту.