Райан

Я обожаю спать.

Тишина. Неподвижность. То, как тело погружается в матрас, полусонное гудение в голове и абсолютно никаких обязанностей на горизонте.

Что я не люблю?

Громкий стук, который вырывает меня из этого состояния.

Я стону, когда очередной стук сотрясает комнату, эхом разносясь как барабанная дробь в голове.

— Заткнитесь, — бормочу я в пустоту, натягивая подушку на голову и зажмуриваясь, молча умоляя того, кто там стоит, уйти.

Не тут-то было.

— Райан, ты встал?

Нейтан.

Черт.

Все мое тело каменеет, но мозг еще сонный, не успевает соображать. Я пялюсь в потолок, пытаясь понять, почему простыни кажутся теплее, чем обычно — и тут же замираю.

Рядом со мной кто-то есть.

Кто-то теплый. Кто-то мягкий.

Мое сердце срывается в спринт, колотясь о ребра, когда я смотрю вниз и осознаю абсолютный хаос из переплетенных в моих простынях конечностей и каштановых кудрей, разбросанных по моей руке.

Блять.

Блять.

Бля-я-ять.

Нейтан колотит в мою дверь.

А его сестра — его абсолютно голая сестра — в моей постели.

Я тяжело сглатываю, каждый нерв взрывается, как пожарная тревога.

— Райан? — снова зовет Нейтан, на этот раз стуча громче.

Паника шевелится в груди. Я провожу ладонью по голой спине Изабеллы, осторожно встряхивая ее.

— Изабелла, — шепчу я.

Она издает сонный звук, прижимаясь ко мне всем телом, будто ищет тепла. Мои губы дергаются в улыбке, несмотря на всепоглощающий ужас.

Черт, она такая милая.

Соберись, придурок.

— Белс, тебе надо проснуться, — шепчу я чуть тверже.

Она шевелится, сонная, ее пальцы скользят по моему животу, ресницы вздрагивают.

— Райан?

— Да, детка, — отвечаю я голосом, охрипшим со сна. Рука сама собой ложится ей на бедро. — Ты провела ночь в моей постели, помнишь?

Ее губы изгибаются в ленивой улыбке, глаза еще затуманены. И на секунду я напрочь забываю, что должен паниковать. Все, о чем я могу думать — это прошлая ночь. То, как она звучала, какая она была на ощупь, какая идеальная она была подо мной. И как сильно я хочу ее снова.

Бам. Бам. Бам.

— Райан, ты встал?!

Голос Нейтана прорезает момент, как бензопила. Изабелла резко распахивает глаза, все ее тело напрягается. Прежде чем я успеваю сказать хоть слово, она пулей вскакивает с кровати.

Я провожаю ее взглядом, впитывая каждый дюйм сияющей кожи, каждый изгиб — каждое мгновение, которым мне сейчас не положено наслаждаться.

Она чертовски великолепна.

Я усиленно моргаю, пытаясь перезагрузить мозг.

— Да! Щас... дай мне секунду! — ору я.

Блять, я просто хочу насладиться моментом. Я никогда раньше не спал с девушкой — тем более в собственной постели — и вместо ленивого утра, нежных поцелуев и утреннего секса я подбираю ее вещи с пола и кидаю ей.

Она ловит их, натягивает толстовку через голову и через секунду уже запрыгивает в шорты. Наклоняется за кроссовками, и я ловлю себя на том, что снова пялюсь, желая притянуть ее обратно, поцеловать, сделать все то, что сейчас делать нельзя.

— Ты там голый, что ли? — кричит Нейтан через дверь. — Ты же в курсе, что я видел твое «хозяйство» чаще, чем мне хотелось бы?

Я стону.

— Просто... блять. Подожди.

Ныряю в свои штаны, натягивая их на ходу.

Тут Изабелла падает на четвереньки и заползает под кровать.

— Ты что творишь? — шепчу я.

— А на что это похоже? — шипит она в ответ, уже наполовину скрывшись.

Господи. Какой же это бред.

Я не хочу, чтобы она пряталась. Я хочу, чтобы она была здесь, желательно — снова в моих руках, и уж точно не на полу под кроватью.

Но если Нейтан войдет и увидит ее в моей комнате?

Ага. Прощайте, яйца.

— Да что ты там застрял? — ворчит Нейтан за дверью.

Я выдыхаю, когда Изабелла окончательно исчезает под кроватью, и расправляю плечи.

— Все норм. Заходи, — говорю я, заставляя голос звучать естественно.

Дверь распахивается, и входит Нейтан. Я скрещиваю руки на груди и прислоняюсь к комоду, стараясь не выглядеть так, будто с меня сейчас градом польет пот.

Это выглядит странно? Это выглядит странно, да?

Нейтан сужает глаза.

— Ты чего такой дерганый?

— Ничего я не дерганый, — отвечаю я, хотя понимаю, что выгляжу как воришка, пойманный с поличным. Сажусь на кровать, откидываясь назад. — Что случилось?

— Ты забыл, что у нас сегодня тренировка? — Нейтан приподнимает бровь. — Ты опаздываешь и до сих пор наполовину раздет.

Поверь мне, я одет гораздо больше, чем пару минут назад.

— Да, знаю. Спасибо.

Мне хочется мельком глянуть на Изабеллу — просто проверить, хорошо ли она спряталась, — но если я это сделаю, мне конец. Нейтан меня раскусит, а в мои планы на сегодня смерть не входила.

Нейтан стонет, потирая затылок.

— Плечо просто отваливается.

Я в отчаянии смотрю на него. Блять, мне нужно, чтобы он просто свалил.

— Можно я быстро воспользуюсь твоим массажером?

Я моргаю.

— А, да, конечно, — говорю я, махнув рукой. Мозг все еще занят тем, как вытащить отсюда Изабеллу незаметно.

Но тут мои глаза расширяются: я вижу, как он тянется к массажеру, и в голове что-то щелкает.

О, нет. Ни за что, блять.

— НЕТ! Нельзя! — ору я, прыгая сверху на массажер, сердце уходит в пятки.

Нейтан замирает, его глаза округляются. Он поднимает руки, ничего не понимая.

— Господи! Да в чем проблема?

— Я просто... не хочу им делиться, — выдаю я, пожимая плечами и моля всех богов, чтобы это сработало.

Нейтан смотрит на меня, прищурившись.

— Что? С чего это вдруг?

Черт. Что сказать? Я не могу сказать правду — это нанесет ему травму и решит мою судьбу одним махом.

— Я... я... — Я тяжело вздыхаю, в расстройстве потирая переносицу. — Я на него кончил.

Блять, моя жизнь окончена.

Лицо Нейтана вытягивается.

— Что?

Черт, я реально это сказал? Пути назад нет.

— Ну, я дрочил, и...

— Нет, — перебивает меня Нейтан, качая головой, поднимая руку, чтобы остановить меня. — Господи Иисусе. Мне не нужно было этого знать.

— Ты сам спросил, — вставляю я.

— И я, блять, уже пожалел об этом. — Он свирепо смотрит на меня, бормоча под нос: — Пиздец какой-то, куплю себе свой собственный.

Не сказав больше ни слова, он вылетает из комнаты, хлопая дверью.

Я стою секунду, выдыхая с глубочайшим облегчением.

— Можешь вылезать, — говорю я Изабелле, глядя, как она медленно выползает из-под кровати. Ее губы плотно сжаты — она явно пытается не засмеяться.

— Серьезно? — спрашивает она, приподнимая бровь. — Это лучшее, что ты смог придумать?

Я закатываю глаза, стараясь подавить смущение.

— Я не знал, что еще сказать. Я не хотел наносить ему травму, детка, — отвечаю я, инстинктивно протягивая руки, чтобы убрать растрепанные кудри с ее лица.

Ее сонные глаза встречаются с моими, и на губах появляется легкая улыбка. Она выглядит так чертовски мило без капли косметики, просто сияет в мягком утреннем свете. Все, чего я хочу — это затащить ее обратно в постель, обнять и просто держать. Целовать больше. Касаться больше. Снова трахнуть.

Но мы оба знаем, что нельзя.

— Есть идеи, как вывести меня отсюда незаметно? — спрашивает Изабелла.

Я усмехаюсь, уже набрасывая план.

— Нам нужен отвлекающий маневр.

Хватаю телефон и быстро строчу Остину.

Я:

Нужен отвлекающий маневр. Без вопросов.

Нажимаю «отправить», нервно барабаня пальцами по экрану. Не уверен, что он справится, но остается только надеяться.

Прежде чем я успеваю засомневаться, снизу раздается оглушительный грохот, а следом — крики.

Изабелла приподнимает бровь, ухмылка играет в уголках ее губ.

— Это было отвлечение?

Я пожимаю плечами.

— Давай проверим.

Я иду к двери, выглядывая в щелку. Коридор пуст.

— Пошли, — бормочу я, протягивая ей руку.

Она следует за мной, ее тихие шаги эхом отдаются за спиной.

— Тебе что, пять лет? — доносится снизу голос Нейтана. — Как ты, блять, умудрился разбить все наши тарелки?!

Я подавляю смех, пока мы медленно спускаемся. Вот это я понимаю — отвлек так отвлек.

— Да они просто выскользнули, ясно тебе?! — огрызается Остин.

Крики становятся громче; мы огибаем лестницу и направляемся к черному ходу. Поворачиваем за угол, проскальзываем по коридору к двери. Я придерживаю ее для Изабеллы, пропуская первой.

Она протискивается мимо меня наружу, но прежде, чем она успевает сделать шаг, я хватаю ее за запястье, притягивая обратно к себе.

Ее глаза расширяются от недоумения.

— Что...

Я прерываю ее, наклоняясь и впиваясь в ее губы поцелуем. Ладонями обхватываю ее лицо, чувствуя кончиками пальцев мягкость ее кожи.

Когда я отстраняюсь, я не могу сдержать улыбку, убирая выбившиеся пряди с ее лица.

— Не мог отпустить тебя без этого.

Ее улыбка становится шире, в глазах вспыхивает игривый блеск.

— Просто признай уже, что ты от меня без ума, — поддразнивает она, подаваясь вперед для еще одного короткого поцелуя, и отступает.

Я тихо смеюсь, глядя, как она ускользает за дверь. Закрываю ее и прислоняюсь лбом к дереву.

Она права. Я, блять, просто помешан на этой девчонке, и это пугает меня до чертиков.

Достаю телефон, экран загорается от сообщения. Имя Остина мигает на дисплее.

ОСТИН:

Не благодари. И да, нам нужны новые тарелки.

Я не могу сдержать смех, качая головой.

Черт, это было слишком близко.

И все же, я ни о чем не жалею.