Изабелла

Разве алкоголь не должен расслаблять?

Потому что мне кажется, что он действует с точностью до наоборот.

Три шота и один блестящий розовый коктейль с сахарной ватой, и я напряжена еще сильнее, чем когда брат подошел к нам с Райаном. На самом деле, это было к лучшему, потому что то, к чему шел наш разговор, закончилось бы только катастрофой.

— Ты слишком много думаешь. — Аврора тычет мне в лоб пальцем с идеальным маникюром и широко улыбается. — Твоего брата здесь больше нет. Можешь немного повеселиться. — Она оглядывает переполненный бар. — Где тот его горячий друг, который тебе нравится?

Я вздыхаю и качаю головой.

— Не выйдет, — отвечаю я ей.

Я видела взгляд Райана, когда Нейтан похлопал его по спине и попросил присмотреть за мной. Мой брат не раздает свое доверие направо и налево, так что, если он сказал такое? Если доверил Райану меня? Я точно знаю, как много это значит.

Аврора пренебрежительно фыркает:

— Его потеря. Ты выглядишь чертовски сексуально. Могла бы подцепить любого парня здесь.

— Поддерживаю.

Я резко поворачиваю голову на низкий голос и вижу парня, который подбирается ко мне на танцполе. Он высокий, широкоплечий, и он ухмыляется, скользя взглядом по моему телу, после чего снова встречается со мной глазами.

— Ты здесь определенно самая горячая.

Я смеюсь, склонив голову набок.

— Видимо, ты видел не так много девушек.

Он ухмыляется, подходя ближе.

— Нет, видел, и они с тобой даже рядом не стояли. — Он кивает в сторону танцпола за моей спиной. — Я наблюдал за тобой и твоей подругой всю ночь. Танцы, трение... Черт, это было горячо. — Его глаза темнеют, а голос становится тише. — Я бы хотел это повторить.

Он кладет руки мне на бедра, притягивая ближе, и я позволяю ему это. Ему плевать на моего брата — или он просто не знает, что Нейтан мой брат — и он горяч. Блондин, не совсем мой тип, но достаточно привлекателен, чтобы удерживать внимание.

— А ты умеешь танцевать? — спрашиваю я, выгибая бровь.

Он смеется.

— О, милая. Я могу делать все, что ты захочешь.

Музыка меняется на что-то более быстрое, сексуальное, пульсирующее из динамиков. Таинственный парень — чьего имени я до сих пор не знаю — начинает двигаться, направляя мои бедра своими руками, прижимаясь своим телом к моему.

Я должна наслаждаться этим. Я ведь этого хотела, верно? Секс на один раз. Кто-то новый. Кто-то, с кем можно поцеловаться, а может и больше. Кто-то, кто поможет мне забыть Джейкоба — и Райана.

Но тут мои мысли уносятся в другую сторону.

Я представляю эти руки ниже. Или выше. Туда, где это переходит из разряда «до 16» в разряд «18+».

И вместо жара я чувствую холод.

Меня накрывает все разом — реальность того, что я делаю. То, к чему это может привести. Мысль о том, чтобы пойти с ним домой, раздеться, позволить ему трогать меня, обнажить меня. Я даже имени его не знаю.

Словно на меня вылили ведро ледяной воды.

Я перестаю двигаться.

Он хмурится:

— Что не так?

Я делаю шаг назад, в глазах все плывет — алкоголь делает свое дело.

— Прости. Я думала, что готова, но...

Я бросаю на него извиняющийся взгляд и делаю еще шаг. И еще.

И... врезаюсь в кого-то.

Руки хватают мои бедра, и прежде, чем я успеваю среагировать, меня разворачивают. Вздох срывается с губ, когда я вскидываю руки для равновесия, ладони упираются прямо в твердую грудь.

Мои глаза расширяются, когда я смотрю в знакомые карие глаза и на великолепные губы, которые я чуть не поцеловала на вечеринке в честь приветственной недели.

— Райан? — спрашиваю я, прищуриваясь, пока комната идет кругом, надеясь, что это не мираж. — Что ты делаешь?

Его челюсть сжимается, хватка становится крепче.

— Я, блять, не знаю, — признается он грубым голосом. — Я увидел, как ты танцуешь с... и я... — Его челюсти снова сжимаются, ноздри раздуваются.

Внезапно я осознаю, что мои руки лежат на его груди, и тепло его кожи обжигает даже сквозь тонкую футболку. Я слегка шевелю пальцами, чувствуя каждую мышцу под ними.

Райан резко выдыхает, тихий стон срывается с его губ — настолько тихий, что я задаюсь вопросом, не причудилось ли мне это.

— Ты собираешься поехать с ним домой? — спрашивает он, слизывая влагу с губ.

— С кем?

Его взгляд скользит за мое плечо.

— С парнем, с которым ты только что танцевала.

Его руки сжимаются на моих бедрах, последнее пожатие, прежде чем они падают.

Я опускаю руки и делаю шаг назад, качая головой.

— Нет, не собираюсь.

Его брови хмурятся.

— А как же твой случайный секс? — Его глаза темнеют, челюсть напрягается. — Только не говори мне, что он выкинул что-то стремное. — Его голос падает до опасного минимума. — Скажи мне, что он, блять, ничего такого не сделал, пока я не предположил худшее и не отрезал ему руку и член.

Смех вырывается из меня прежде, чем я успеваю его остановить.

— При всей моей признательности за готовность искалечить ради меня парня, он не сделал ничего плохого, — заверяю я его.

Райан выдыхает, его плечи расслабляются.

— Слава богу. Я уже почти пошел на убийство.

Я напеваю что-то, слегка покачиваясь и глядя на него снизу вверх; из-за алкоголя все кажется немного медленнее.

— Знаю. Это было даже сексуально.

— Приятно знать, что наличие судимости тебя заводит, — его брови взлетают, и на губах появляется медленная дразнящая ухмылка.

— Что я могу сказать. Я люблю мужчин, как кофе. Крепких, горячих и способных не давать мне спать всю ночь. — Я пожимаю плечами, кривя губы:

Это вызывает у него тихий смешок. Но улыбка исчезает, когда его глаза впиваются в мои.

— Так что случилось? — спрашивает он. — Почему ты не пошла с ним?

Я склоняю голову, прищуриваясь и тыча пальцем ему в грудь, слегка толкая его.

— Ты ревнуешь? — поддразниваю я, играя бровями.

Он фыркает, перехватывает мое запястье и опускает мою руку, но не отпускает ее; по моей коже пробегает дрожь, когда он поглаживает ее большим пальцем.

— Не отвечу на это.

Я смеюсь, но равновесие подводит меня, и мне приходится схватиться за его предплечье для устойчивости.

— Господи. Да, я рад, что ты ни с кем не идешь домой. Ты в хлам.

Мои глаза находят его, и я тяжело вздыхаю.

— Я просто... не думаю, что я из тех девушек, которые спят с незнакомцами, — признаюсь я.

Его губы дергаются, он смотрит на меня, но ничего не говорит.

— Эй, Кэп!

Мы оба поворачиваемся, когда Остин и Логан вваливаются к нам, широко ухмыляясь, напитки, очевидно, давно закончились.

— Мы сваливаем домой. Ты с нами? — заплетающимся языком спрашивает Остин, едва держась на ногах.

— Нет, — говорит Райан, его взгляд возвращается ко мне, немного смягчаясь. — Я остаюсь.

Остин понимающе подмигивает:

— А-а-а. Понимаю тебя.

Райан стонет, потирая лицо рукой:

— Тащи его в кровать, блять.

— Знаешь, я люблю этого парня, но он не в моем вкусе. — Логан морщит нос:

Остин ахает, драматично хватаясь за сердце:

— Я, вообще-то, чертовски завидный жених, спасибо большое.

Райан зажимает переносицу:

— Боже. Я имею дело с детьми. Просто идите домой.

Они оба уходят, пошатываясь, и Райан тяжело вздыхает, качая головой.

— Прости за них. Им нужен гребаный поводок.

Я усмехаюсь.

— Я работаю с вами практически каждый день, — напоминаю я ему, пожимая плечом. — Я к ним привыкла.

Райан хмыкает.

— Тебе везет, потому что я — нет. — Его губы дергаются, но, когда наши взгляды встречаются, выражение его лица меняется. — Вернемся к тому, что ты сказала до того, как нас прервали эти двое пьяных идиотов. — Он склоняет голову набок. — Значит, ты больше не ищешь приключений на ночь?

Мне бы хотелось, чтобы он об этом забыл, потому что алкоголь делает меня слишком честной.

— Я не знаю, — признаюсь я со вздохом. — Я хотела забыть своего бывшего, раз уж он был единственным парнем, который у меня был, но...

Его голова слегка дергается назад.

— Что?

— Я хотела забыть бы...

Он качает головой, перебивая меня:

— Нет, меня шокировала не эта часть.

На моем лице появляется робкая улыбка.

— Я знаю, это полная противоположность тому, к чему ты привык, но... — Я пожимаю плечами. — Я же говорила: парни боятся ко мне подходить, и Джейкоб не был исключением.

Райан фыркает, прижимая руку к груди:

— Уже ненавижу его имя. Я за команду Эдварда, но продолжай.

Я смеюсь, качая головой.

— Брат ясно дал понять, что никому не позволено ко мне прикасаться — защитник-старший брат и все такое дерьмо. — Я закатываю глаза. — И парни слушались. Они держались подальше... пока не появился Джейкоб. Но он, конечно, не хотел, чтобы брат узнал, так что мы все держали в секрете. — Я выдыхаю, прикрывая глаза на секунду. — И после того, как он бросил меня, я не могла его выкинуть из головы, хотя он никогда не хотел, чтобы кто-то знал о нас. Я просто… — Я замолкаю, чувствуя знакомую боль.

Райан молчит, наблюдая за мной и нахмурив брови.

Я выдавливаю смешок, качая головой.

— Аврора сказала, что мне нужно найти себя, и я согласилась. Я думала, что секс с кем-то другим поможет мне двигаться дальше. — Мой голос стихает, пальцы машинально теребят подол платья. — Я надеялась, что с кем-то другим все будет лучше.

— О-оу, — дразнит Райан, склонив голову. — У нашего дружка Джейкоба были проблемы в спальне?

Я коротко смеюсь:

— Нет, дело не в этом. Все было... хорошо. — Я замолчала, слегка нахмурившись. — Но я просто... не знаю. Мы делали все втайне. Туалеты на вечеринках, в кладовках, его машина. Все всегда было в спешке, чтобы нас не увидели вместе. — Я качаю головой. — Наверное, я подумала, что было бы лучше, если бы нам не приходилось спешить, понимаешь?

Райан кивает, в его глазах мелькает понимание.

— Определенно лучше, когда не нужно спешить.

Я выдыхаю, меня немного качает, и я замечаю, как руки Райана дергаются, будто он готов поймать меня, если я завалюсь.

— Я думала, в колледже все будет по-другому. Что у нас наконец-то появится время для себя. Но он бросил меня еще до начала лета.

Лицо Райана каменеет, челюсть сжимается.

— И что он сказал?

— Что отношения на расстоянии — это слишком сложно, — говорю я, закатывая глаза. — И окей, я понимаю. Он был не так уж неправ, но я просто... не знаю. Я чувствовала себя так, будто...

— Будто ты для него ничего не значила, — заканчивает за меня Райан тихим, но резким голосом.

Мое дыхание перехватывает, и я смотрю на него, немного удивленная тем, как легко он меня читает

Я резко выдыхаю.

— Да. Мне было так больно из-за разрыва, а он казался совершенно спокойным, будто я была никем. — Я склоняю голову, из-за алкоголя все кажется туманным. — Отсюда и эта тема «не могу переспать с кем-то, пока не узнаю его». У меня был только один парень, и он держал меня в секрете. — Мои плечи опускаются. — Наверное, ты думаешь, что я идиотка.

Брови Райана сдвигаются.

— Я думаю, что ты великолепна.

Мои щеки вспыхивают, но я все равно смеюсь, качая головой.

— Бьюсь об заклад, ты можешь просто зайти в комнату, взглянуть на девушку, и — бум — решить, что она пойдет с тобой домой.

Райан смеется, запуская руку в волосы.

— Ты вот такого обо мне мнения?

— Да брось. — Я бросаю на него сухой взгляд. — Мы же друзья, верно? Не нужно мне врать. Я знаю, какие парни в твоем возрасте. Вы трахаете все, что движется, и даже не утруждаете себя тем, чтобы запомнить имена.

Райан цокает языком, качая головой:

— Черт, кудряшка, ты так глубоко заблуждаешься.

— Серьезно? — Я выгибаю бровь. — И в чем же?

Он склоняет голову, одаривая меня дразнящей ухмылкой.

— Учитывая, что у меня никого не было больше пяти месяцев, я бы вряд ли сказал, что «трахаю все, что движется».

Мои глаза расширяются так сильно, что кажется, сейчас выпадут из орбит.

— Пять месяцев?!

Райан бросает на меня свирепый взгляд.

— Скажи еще громче, а? Мне кажется, жители Коннектикута тебя еще не услышали.

Я смеюсь, прикрывая рот рукой.

— Прости, я просто... — Я замолкаю, все еще уставившись на него и пытаясь переварить услышанное.

— Да, я знаю. — Он драматично вздыхает, проводя рукой по челюсти. — У меня яйца вечно болят.

Я хихикаю, жар ползет по шее вверх, пока мой подогретый алкоголем мозг рисует очень яркую картину: Райан — чертовски разочарованный, сидит один в своей комнате, его рука обхватывает его твердый...

Нет. Нет. Отставить миссию.

Я быстро качаю головой, пытаясь избавиться от видения.

— Есть какая-то причина, почему ты... не в строю?

Райан фыркает:

— Никакой логической причины. Просто... моя долбаная голова, — отвечает он, пожимая плечами. — Все, о чем я могу, блять, думать — это хоккей, учеба и мое будущее. Девушки отошли на второй план, по крайней мере, так было до... — Его глаза встречаются с моими, и он осекается, плотно сжимая губы.

До чего?

До меня?

Трепет в животе не помогает унять ноющую боль между ног. Боже, мне нужно заняться сексом.

— Тогда, может, нам стоит помочь друг другу?

Он фыркает, качая головой, будто я сошла с ума.

— Смешно.

— Я не шучу, — говорю я, хмурясь еще сильнее. — Я хочу заняться сексом, но мысль об этом со случайным парнем меня пугает. А ты хочешь кого-то, кто выведет тебя из твоего застоя. — Я пожимаю плечами. — По-моему, это выгодно обоим.

Райан уставился на меня с открытым ртом, не сводя глаз. Затем, медленно, он издает тихий смех, качая головой.

— Святое дерьмо, ты пьянее, чем я думал.

— Я не пьяная, — настаиваю я, хотя слова вылетают заплетающимся языком.

Он выгибает бровь, глядя на меня скептически. Я вздыхаю, закатывая глаза.

— Ладно, может, я немного пьяна, но я серьезно.

Райан резко выдыхает, пропуская пальцы сквозь волосы.

— Изабелла, ты знаешь, что мы не можем. Твой брат...

— Да-да, я знаю, — перебиваю я его, закатывая глаза. — Ты смотришь на меня и видишь моего брата, и это заставляет тебя чувствовать вину. Я понимаю. — Слова кажутся горькими на вкус, но это правда. Почему я думала, что в этот раз все будет иначе? — Забудь, что я вообще что-то сказала.

Я поворачиваюсь, надеясь сбежать, найти Аврору и притвориться, что этого разговора никогда не было. Но прежде, чем я успеваю сделать шаг, его рука обхватывает мое запястье, притягивая назад. Райан разворачивает меня, и внезапно я оказываюсь прижатой к стене, его тело прижимается к моему. Воздух между нами становится густым, пульс учащается, и я чувствую каждый сантиметр его тела против своего.

Вскрик срывается с моих губ, когда я чувствую его твердое возбуждение, коснувшееся моего живота, и мое тело непроизвольно содрогается. Его темные глаза впиваются в мои. Он выше меня на добрых несколько дюймов, и мне приходится закинуть голову назад, чтобы встретиться с ним взглядом; дыхание перехватывает.

Его рука тянется ко мне, пальцы накручивают один из моих локонов, мягко потягивая.

— Еще раз говорю: ты, блять, ошибаешься, Изабелла, — говорит он низким, почти грешным голосом. Дрожь бежит по моему позвоночнику. — Твой брат — последнее, о чем я думаю, когда смотрю на тебя, — цедит он сквозь зубы, и о боже, как вкусно он пахнет. Он всегда так пах? В голове туман, ноги становятся ватными, а сердце колотится в груди. — В этом-то и заключается гребаная проблема.

Я с трудом сглатываю, не отводя от него глаз.

— Райан...

Мои веки тяжелеют, тело покачивается, и я слегка спотыкаюсь. Но прежде, чем я успеваю среагировать, его руки уже на месте — обхватывают мою талию, удерживая меня.

— Черт. Ладно, пора в кровать, — бормочет он.

Я качаю головой, из меня вырывается стон. Я не хочу в кровать. Я хочу остаться здесь, с ним, и понять, что только что между нами произошло.

— Нет.

— Да, — говорит Райан серьезным тоном. — Ты пьяна в стельку и вот-вот отключишься. Господи, мне надо было остановить тебя раньше. — Его руки перемещаются на мои бедра, он пытается поставить меня ровно. — Давай, где твоя соседка?

Я оглядываю переполненный зал, мой взгляд падает на Аврору в центре танцпола. Она двигается так, будто она здесь одна, дико размахивая руками, полностью растворившись в музыке. Я завидую ей — тому, как легко она отпускает себя, как ей плевать на то, что кто-то здесь может ее осудить.

— Дерьмо, — бормочет Райан, проводя рукой по лицу. — Я не смогу дотащить домой двух пьяных девчонок. — Его взгляд перемещается в сторону кабинки в глубине, он замечает кого-то. — Коул! — кричит он. — Помоги мне, мужик. Изабелла и ее соседка обе в хлам, и я ни за что на свете не посажу их в такси одних.

Коул, который развалился в кабинке с какой-то девчонкой, виснущей на нем, едва поднимает взгляд, прежде чем качнуть головой.

— Ага, хрен там, — говорит он с горьким смешком, его губа кривится, когда он бросает взгляд на Аврору на танцполе. — Она змея. Она меня укусит.

Райан одаривает его невозмутимым взглядом.

— Да брось, мужик. Я не прошу тебя на ней жениться, просто помоги мне. Пожалуйста.

Коул сжимает челюсть, ноздри раздуваются.

Он не отвечает сразу, и на секунду мне кажется, что он снова откажет. Затем он резко выдыхает, бормоча тихое: «Блять». Тяжело вздохнув, он отстраняется от дивана, даже не взглянув на девушку рядом с ним, и направляется к танцполу.

Он достигает Авроры в два шага, крепко хватает ее за запястье и дергает на себя.

— Какого черта?! — Ее глаза расширяются, она дергается назад. — Какого хрена ты творишь? Руки убери!

— Поверь мне, гадюка, мне тоже не хочется тебя трогать, — огрызается Коул. — Но ты пьяна в говно. Это позорище.

Аврора свирепо смотрит на него, вырывая запястье из его хватки.

— Никто не просил тебя меня спасать.

Коул склоняет голову, его глаза темнеют.

— И что бы сказал твой «золотой мальчик», если бы увидел тебя здесь в юбке, больше похожей на ремень?

Аврора выгибает бровь.

— Никто не указывает мне, что носить, а что нет. Даже он.

Коул фыркает, его губы кривятся в полуухмылке. Затем, без лишних слов, он снова хватает ее за запястье — на этот раз крепче — и ведет к выходу.

— Пошли. — Проходя мимо нас, он бросает взгляд на Райана, одаривая того свирепым взором. — Ты мне, блять, должен.