Нить Души, уходящее ввысь, завибрировала: пришло сообщение от Арли.

— Хозяин! Движение на два часа! Три… нет, четыре сигнатуры чую! Быстрые, низкие, идут наперерез!

Через секунду я почувствовал их сам. По земле пошла вибрация. Впереди раздалось хлюпанье. Донесся треск ломающихся кустов.

Из тумана, слева по курсу, вынырнули силуэты.

Два кислотных волка. Длинные, поджарые твари с полупрозрачной шкурой, сквозь которую просвечивали пульсирующие органы. За ними двигалась гигантская срань, похожая на ходячий гигантский пень: трёхметровая масса корней и гнилой древесины на четырёх узловатых ногах, с пастью-дуплом, из которой капала бурая слизь.

А по земле стелилась четвертая тварь, что-то вроде гигантской многоножки, бледной и слепой, с жвалами, покрытыми коркой засохшей крови.

И вместе с ними до меня докатилась волна страха. Это твари не охотились, а убегали. Спасались от артобстрела Легиона, и наш отряд оказался у них на пути.

Гвардейцы вскинули карабины, щёлкнули затворы. Альвор вырастил в руке кристаллический меч.

— Отставить, — сказал я.

Альвор и гвардейцы замерли.

— Выстрелы привлекут внимание. Каждого, кто сейчас в этом тумане. — Я посмотрел на тварей. — Я разберусь.

Я выпустил три Нити Души, одновременно, тонкие, как паутинки. И быстрые, как мысль. Каждая нить пронеслась сквозь туман, нашла свою цель и вошла точно в нервный узел.

И просто перекусила его. Тихо, аккуратно, как ножницы перерезают нитку.

Первый волк рухнул на бегу. Ноги подломились, тело проехало по грязи и замерло. Ни звука, ни судороги.

Второй волк упал через четверть секунды. Так же тихо, по тому же сценарию.

Ходячий пень замер, корни-ноги одеревенели. Туша покачнулась и с тяжёлым, влажным хрустом завалилась набок. Из пасти-дупла вытекла последняя порция слизи.

Многоножка свернулась кольцом, пару раз судорожно дернулась и затихла.

Я втянул Нити назад.

Гвардейцы смотрели на меня. Седоусый сержант медленно опустил карабин. Его лицо было абсолютно неподвижным, но я видел, как побелели костяшки пальцев на цевье.

Один из молодых гвардейцев сглотнул. Громко.

— Продолжаем движение, — сказал я.

Элис, державшая купол обеими руками, покосилась на мёртвых тварей. Её губы беззвучно шевельнулись. Я прочитал: «Надо больше тренироваться».

Альвор убрал руку с меча. В его взгляде не было ни страха, ни восхищения. Только холодное, профессиональное признание. Один мастер, оценивший работу другого.

Он чуть заметно кивнул. Мы поехали дальше.

Лошадь подо мной резко остановилась, упершись коптами в землю. Я едва не вылетел из седла. Кукла, привязанная к луке, начала бешено крутить головой. Багровые окуляры замигали, как аварийная сигнализация. Мифриловые ручки дёргались, пытаясь порвать Нити и ремни.

— Тут! Тут! Тут! — захрипел голосовой модуль. — Плохие дяди были тут!

Я чувствовал Нить Артемии, она натянулась, завибрировала… и ослабла. Как резинка, которую растянули до предела, а потом отпустили один конец.

Нить по-прежнему тянулась куда-то на юго-запад, но здесь, в этой точке, был излом. Перегиб. Место, где кристалл лежал неподвижно достаточно долго, чтобы оставить эфирный отпечаток.

Точка выхода портала.

— Привал на пару минут, — скомандовал я. — Элис, купол держи. Гвардейцы, периметр. Князь… вы со мной.

Альвор уже спрыгнул с коня. Я отвязал куклу от седла и спустился на землю. Огляделся.

Поляна… если это можно было назвать поляной. Клочок выжженной земли между воронками, затянутый кислотным туманом. Купол Элис отсек взвесь, и в чистом воздухе картина проступила отчётливо.

На земле лежали бледные, раздутые туши на шести ногах, разбросанные по поляне в радиусе двадцати метров. Некоторые лежали на боку, некоторые уткнулись мордой в грязь. Один — вернее, то, что от него осталось — был размазан по площади в несколько квадратных метров. Взорвался изнутри.

Я присел у ближайшей туши. Нити Души скользнули в рану, узкую, аккуратную, почти хирургическую.

— Одно проникновение, — сказал я вслух. — Узкое лезвие, ширина — около двух сантиметров. Вошло точно в нервный узел за третьей парой ног. Смерть мгновенная.

Я перешёл ко второму трупу. Та же картина. Профессиональное быстрое убийство.

— Шесть тварей, — я выпрямился. — Каждая убита одним ударом в уязвимое место, которое снаружи не видно. Нужно либо знать анатомию этих мутантов наизусть, либо видеть сквозь хитин. — Я помолчал. — И ни одна рана не нанесена спереди. Все строго из слепых зон. Снизу, сбоку, сзади. Словно клинок появлялся из ниоткуда.

— Теневая магия, — сказал Альвор, разглядывающий труп третьей твари. — Узнаваемый стиль. Стиль трусов и убийц.

— Да, — подтвердил я. — Он бил из их собственных теней. Не вставая с места.

Альвор молча обходил трупы.

— Многовато следов, — заметил он. — Для шести тварей. Их минимум была здесь дюжина.

Я кивнул, придя к тем же мыслям.

— Учитель.

Элис стояла на коленях у края воронки. В руках она держала черную искрящуюся штуку. Чёрный корпус, оплавленные края, мёртвый экран. Магический визор, боевая модель. Одно из стекол покрывали небольшие розовые кристаллические наросты.

Элис повернула обломок. На внутренней стороне корпуса мерцало клеймо. Маленькое, почти незаметное. Щит с весами. Символ Ордена Равновесия.

Она подняла на меня глаза. Её лицо побледнело, но губы были упрямо сжаты.

— Это армейский стандарт, — сказала она. Голос оставался ровным, но я чувствовал, как она контролирует каждое слово. — Такие делают только для двух структур. Спецотделы Инквизиции. И Орден Равновесия.

Альвор молча подошёл, взял визор из рук Элис. Повертел, посмотрел на клеймо. Его лицо не изменилось, но воздух вокруг него стал плотнее. Родовая магия Астерия отреагировала на эмоцию носителя.

— Орден, — сказал он. Одно слово. Тяжёлое, как надгробный камень.

— Орден использовал Очищение как таран, — сказал я. — Карла как ключ. А своего агента — как руку, которая забирает приз. Многослойная операция.

Альвор положил визор в подсумок на поясе. Аккуратно, как улику.

— Найди его, — сказал он. — Найди его, артефактор.

— Уже, — коротко сказал я.

Нити Души погрузились в землю. Я ощупал поляну, от и до. Вот здесь у нас вмятина. Глубокая, прямоугольная, с оплавленными краями. Кристалл. Он лежал здесь минут десять, может, пятнадцать. Достаточно, чтобы оставить чёткий отпечаток.

А от вмятины тянулись следы. Глубокие, вдавленные в грязь под огромным весом. Четыре параллельные цепочки следов, расположенные так, словно четыре твари шли бок о бок, неся на спинах что-то тяжёлое.

И пятая цепочка, чуть в стороне. Одиночная. Тварь с всадником?

А ещё они оставляли за собой розовые кристаллы, прорастающие прямо на поверхности земли. Артемия боялась во сне, и ее сила искала выход.

Я потрогал Нитью край следа. Грязь была холодной. Мёртвой. Ни следа Витальности, ни остаточного тепла. Мёртвая плоть.

— Наш похититель не только мастер клинка, — сказал я, поднимаясь. — Он некромант. Убил одиннадцать тварей, поднял пятерых, погрузил на них кристалл и поехал верхом. Изобретательно и практично. И очень характерно.

Я посмотрел на Элис, а она посмотрела на меня.

— Вейн владел некромантией? — спросил я прямо.

— Да, — просто сказала она Элис. — Несколько лет назад он прошел курсы по основам некромантии. Сказал, что его утомляет постоянно таскать на себе лут… и пара неприхотливых слуг будет очень кстати.

— Вейн Сумрачный? — уточнил Альвор. — Рыцарь-маг Ордена Равновесия? Тот самый непревзойденный теневой маг, который в одиночку вынес весь культ Богов-Пожирателей?

О как… Вейн у нас оказывается достаточно популярен, раз его знает сам князь.

— Да, — просто сказала Элис. — Он… Он был моим другом, — тихо добавила. — Я и представить не могла, что он способен на…

— Был, — согласился я. — Сейчас он — цель.

Элис стиснула зубы и кивнула.

— Арли, — позвал я через Нить. — Что там со связью?

Нить Души, привязанная к хвосту кошкодевочки, задрожала. Через секунду по Нити пришла ответная вибрация:

— Босс! Поймала сигнал маго-сети, хотя и очень слабый! Помехи жуткие, но если я поднимусь повыше, и ты дашь мне ещё три секунды…

— Дам хоть пять. Мне нужен канал.

Четыре секунды шипения, треска и ругани Арли. Потом я ощутил тонкий, чистый сигнал. Узкий, как игольное ушко, но стабильный.

Я достал связь-кристалл. Маленький, тусклый, с трещиной на боку… но такой важный в этот момент. Вложил в него короткий, зашифрованный пакет данных.

Первый пакет ушел Матильде.

«Матильда, солнышко мое. Мне надо срочно поймать одного засранца: Вейн Сумрачный, Орден Равновесия. Транспорт — пять поднятых мутантов-зомби, груз — кристалл с объектом. Постарайся взломать муниципальные камеры наблюдения на северо-западных окраинах Аргентума. Ищи аномальное перемещение мёртвой биомассы или сигнатуры Ордена. Как что найдешь, сразу кидай мне».

Надеюсь то, что я назвал ее солнышком, немного замотивирует мой капризный Осколок Женской Логики.

Второй пакет ушел Рейне.

«Рейна, поднимай наших Оболтусов. Выдвигайтесь на бронемобиле к границе северо-западного сектора. Постарайтесь перехватить возможный эвакуационный транспорт Ордена. Если появится что-то летающее с гербом весов — Кира прожигает двигатели, Титус жрёт броню. Вопросы принимаю после выполнения».

Третий пакет я отправил Гномику, в наше поместье.

«Гномик, снимаю с тебя все ограничения. В том числе и на обнимашки. Нужны глаза позарез. Просочись во все щели, в какие сможешь. Ты должен знать всё, что видит муниципальная сеть на северо-западе. Камеры, датчики, даже дорожные зеркала. Если инспектор Гнус вдруг будет возражать… скажи, что я попросил. Если продолжит возражать… скажи, что я попросил вежливо. С соблюдением всех протоколов. Он поймёт. И самое главное — свяжись через свою Каплю с Малакаем Виром. Скажи, пусть берет всех, кого может и летит в Аргентум. Ереси у нас сегодня столько, что на две Инквизиции хватит.»

Пакеты ушли. Кристалл мигнул и погас. Нестабильный канал связи оборвался. Но данные были отправлены.

Я мысленно проверил Теневой Ангар. Синта была заряжена, находилась в режиме ожидания. Кара дремала, пополняя заряд Ядра. Отлично.

Кукла в седле дёрнулась. Голова повернулась, резко, на несколько градусов к западу. Нить снова натянулась.

— Он двигается, — сказал я. — Северо-запад.

Альвор и Элис уже были в седлах.

— Колонна, — скомандовал я. — Галопом. Марш.

Следы мёртвых мутантов тянулись по грязи неровной цепочкой. Зомби-твари волочили ноги, спотыкались, оставляли борозды и вмятины. Рядом с основной колеёй попадались капли чёрной жижи.

Некротическая сукровица. Поднятые тела разлагались на ходу.

Кукла в седле указывала направление. Голова вращалась медленно, плавно, как стрелка компаса, подстраиваясь под каждый поворот. Багровые окуляры горели ровно.

Внезапно голосовой модуль ожил. Сквозь треск и шипение пробился звук, тонкий, неуверенный, дрожащий.

Это была… Колыбельная.

Кукла пела. Вернее, через неё пела Артемия. Где-то далеко, запертая в розовом кристалле, маленькая девочка пыталась себя успокоить. И единственное, что она помнила в своём кошмаре, была колыбельная, которую пели ей папа и мама.

Мелодия была простая. Несколько нот, повторяющихся по кругу. Детский голос, искажённый голосовым модулем, звучал как радиопередача с тонущего корабля, далёкий и хрупкий.

Обреченный.

Я услышал, как со стороны Альвора скрипнула кожа перчаток на поводьях. Князь сжал кулаки так, что швы на перчатках едва не разошлись.

— Босс! — голос Арли прозвучал через Нить, резкий, деловой. — Тепловая аномалия! Впереди пять холодных сигнатур, движутся кучно! Одна горячая, сверху! Дистанция… два километра, азимут двести сорок!

Два километра. При нашей скорости догонем за минут семь-восемь.

— Видишь их? — спросил я.

— Неа, туман слишком плотный! Но термальный след чётенький! Они замедляются, босс! Похоже, упёрлись во что-то!

Я влил Логику в свои сенсоры, не жалея. Серебряная сетка структур легла на мир вокруг меня, и я увидел то, что скрывал туман.

Впереди, в полутора километрах, местность менялась. Низина упиралась в гряду промышленных отвалов, старых, заброшенных, поросших мутировавшими сорняками. Между отвалами ветвился узкий проход, почти каньон, с высокими стенами из спрессованного шлака.

А за каньоном, с другой стороны я ощутил тяжёлую, ритмичную вибрацию. Лязг металла. Рёв огнемётов.

Легион? Скорей всего рота огнемётчиков. Они шли нам навстречу, выжигая сектор.

Выходит, Вейн двигался прямо в их объятия. Я боялся, что он, как и мы с Арли, сможет связаться со своими и выбрать лучшее направление для бегства… но, похоже, он сам себя загнал в ловушку.

— Арли, — сказал я. — Видишь впереди легионеров?

— Да-да, босс! Они там жгут не по детски! Малакай Вир поставил бы лайк! Прут прямо через каньон с той стороны! Огнемёты, тяжёлая пехота, там минимум рота!

Вейн Сумрачный оказался в тисках. Впереди Легион, позади мы.

Я позволил себе короткую улыбку.

— Отряд, — сказал я. — Готовимся, цель близко. Маги, щиты на максимум. Гвардейцы, оружие к бою. Элис, купол уменьши до десяти метров, остаток маны сохрани для схватки.

Альвор выехал вперёд. В его руке сверкнул кристаллический меч. Лезвие вспыхнуло лиловым огнём родовой магии.

— Князь, — сказал я. — Помните, Вейн нужен живым.

— Я помню, что живым, — ответил Альвор. И добавил тише: — Но целым не обещаю.

Туман впереди начал редеть. Сквозь серую пелену проступили контуры стен отвалов, узкий проход между ними. И там, в глубине каньона мы наконец увидели их!

Пять тёмных силуэтов, несущих на своих горбах массивный кристалл.

Я поднял руку с багровой Нитью, заряженной Хаосом.

— Вейн Сумрачный, — мой голос разнёсся по каньону, усиленный Логикой. — Рыцарь-маг Ордена Равновесия.

Силуэт на спине пятой твари замер. Медленно повернулся. Даже сквозь туман я увидел его лицо. Без маски, без визора. Знакомое лицо. Но без той лихой небрежности и самоуверенности, что я видел в нем раньше.

Сейчас Вейн выглядел смертельно уставшим.

— Отлично сработал, уважаю, — сказал я. — Но ты украл ребёнка у князя и перешёл дорогу мне.

Багровая Нить в моей руке полыхнула, отбрасывая алые блики на стены каньона.

— Так что лучше сдавайся по-хорошему. Увеличь свои шансы на выживание.