Кара заложила финальный, совершенно зубодробительный вираж. Стальные крылья с пронзительным свистом рассекли плотный от копоти воздух. Птица рухнула на истерзанную брусчатку внутреннего двора и прочертила когтями две глубокие борозды, высекая снопы искр. Инерция бросила нас вперед, да с такой силой, что я чуть не вылетел из седла.

— Тормози, пернатая электричка! У меня текстуры лица отвалятся! — истошно завопила Арли, вцепившись в край своей корзинки.

— Ай! — Элис мертвой хваткой стиснула ткань моего плаща. — Не дрова везешь, железная ты курица!

Я проигнорировал панику пассажирок. Спокойно отстегнул крепления, спрыгнул на землю и удовлетворенно похлопал птицу по холодной, бронированной шее.

— Идеальная посадка, девочка. Молодец.

Элис и Арли смерили меня кислыми взглядами.

Кара гордо клацнула клювом, отряхнула стальные перья и бесшумно растворилась в моей тени, уйдя в Теневой Ангар. Лишившись опоры, Элис и Арли с ойканьем рухнули на брусчатку. Словно два мешка с элитным, но совершенно бесполезным… цементом.

Не слушая их стоны, я молча огляделся. Двор родового поместья Астерия теперь напоминал… мясокомбинат для радикальных друидов-маньяков.

Исполинские аметистовые шипы пронзали насквозь туши гигантских мутировавших волков и раздутых энцефалитных энтов. С обломанных веток капала зеленая, шипящая на камнях слизь. Горы древесного фарша, костяных наростов и пробитых панцирей дымились, полностью перегородив проход к главным воротам. Воздух густо пропах озоном, паленой хвоей и жженой плотью.

Элис с кряхтением поднялась на ноги и принялась брезгливо отряхивать свой перепачканный боевой костюм.

— Если это работа ландшафтного дизайнера… — процедила виконтесса, перешагивая через отрубленную лапу мутанта, — … то я лично заморожу этого кретина.

— Перебор с экспрессией рельефа, — согласилась Арли. — Чуток.

Мы направились к полуразрушенной крепостной стене. На обугленных камнях, среди расплавленных маго-баллист, сидели уцелевшие гвардейцы. Их доспехи покрывали вмятины, лица были черные от сажи и запекшейся крови.

Один солдат остервенело наматывал бинт на прокушенное предплечье. Другой сидел неподвижно и просто смотрел в одну точку остекленевшим взглядом.

— Отбились, — хрипло выдохнул третий солдат, седой ветеран с капитанскими нашивками. Он тяжело опирался на обломок алебарды. — Слава Прародительнице, отбились…

Капитан надсадно закашлялся и сплюнул темную слюну прямо на ствол мертвого энта.

— Где князь? — коротко спросил я.

— Внутри, — солдат слабо махнул здоровой рукой в сторону дворца. — Эти кусты перли бесконечной волной. Маго-щиты все лопнули. Если бы не господин Альвор, мы бы тут все полегли.

— Он… он встал прямо в проломе, — добавил первый солдат, закончив бинтовать руку. — Рубил этих тварей мечом, выкашивал целые ряды кристаллической шрапнелью. Черт, да он в одиночку вытащил этот бой!

Ветеран помрачнел. Его пальцы судорожно сжали деревянное древко.

— Но его достали. Ядовитая лоза пробила кирасу сбоку… Кровищи было… Лекарь только подбежал, а Князь… — солдат помотал головой. — Он почему-то вдруг изменился в лице. И просто отшвырнул лекаря с дороги…

— Отказался от лекаря? — переспросил я недоверчиво. Капитан коротко кивнул.

— Он просто рванул к дворцу. Скрылся быстрее, чем мы успели окликнуть.

Мы с Элис переглянулись. Судя по взгляду, она тоже все поняла. Лес просто послужил тараном, громко выбил парадную дверь и отвлек стражу. А настоящие воры в это время тихо зашли с черного хода.

— О, какой шикарный ракурс! Эпик! На фоне кишок этого клеща свет падает просто идеально! Чатик, ставьте лайк за эту расчлененку!

Я повернул голову. Арли полностью проигнорировала рассказ солдата. Она порхала вокруг пробитого аметистовым шипом монстра, щелкала объективом и увлеченно комментировала происходящее, имитируя прямой эфир.

— Босс, встань рядом с этой оторванной башкой! Сделаем превью для видео «Я И МОИ ДРОВА»!

Я молча ухватил Нитью её за дергающийся кошачий хвост и потянул за собой.

— Эй! Пусти! У меня композиция кадра рушится! — возмущенно запищала Арли, болтаясь в воздухе вверх тормашками.

— Идем, Элис, — скомандовал я, широким шагом направляясь к разбитым створкам дворцовых дверей. — Пора проверить, что осталось от наших инвестиций.

Мы перешагнули через искореженные бронированные створки, лежащие на полу. Воздух во внутренних покоях пах озоном, кровью и горелой материей.

От центра комнаты мало что осталось. Идеальный паркет из мореного дуба превратился в обугленную, дымящуюся воронку. Розовый кристалл исчез, оставив после себя лишь оплавленные края каменного постамента.

В двух метрах от эпицентра лежала марионетка.

Я подошел ближе. Кружевное платье сгорело дотла, остались только хлопья сажи. Мифриловый каркас выдержал термический удар, искусственная кожа лишь слегка оплавилась на предплечьях, но голубые оптические окуляры потухли. Аватар ослеп и оглох. Маленькая княжна покинула этот сосуд.

— Платье жалко, — шепнула Арли, выглядывая из-за моего плеча. — Дорогое было.

— Осмотрите воронку. Поищите эфирные следы портала, — бросил я Элис и Арли. — Пойдет даже просто вектор прыжка.

Я развернулся к дальней стене, где разворачивалась совершенно иная драма.

Князь Альвор, стоял на одном колене, тяжело опираясь на кристаллический меч. Его лицо приобрело оттенок старого пергамента.

Левую руку он прижал к рваной ране на боку, но отравленная кровь все равно просачивалась сквозь пальцы, капая на уцелевший ковер.

Девятая Тень исчерпала себя до дна. Могучий правитель Восточного Предела держался на ногах исключительно за счет звериной силы воли.

У его сапог лежал Карл. Младший брат дышал поверхностно и часто. Его парадный камзол зиял тремя дырами с почерневшими краями. Аура Четвертой Тени жалко мерцала, пытаясь сдержать расползающийся по венам черный некротический яд.

Наши взгляды с Альвором встретились.

— Опоздал, артефактор, — хрипло выдохнул Князь. Губы у него потрескались. — Они…

Он закашлялся, не закончив фразу.

— Зашли со слепой зоны, пока вы держали фронт, — я остановился в шаге от них, быстро оценивая повреждения обоих братьев. — Я помогу, Князь.

Карл судорожно втянул воздух через нос. Его пальцы царапнули паркет и вцепились в окровавленный сапог брата.

— Альвор… — голос младшего брата сорвался на влажный, булькающий кашель. — Прости… Я дурак… Какой же я дурак…

Альвор опустил взгляд на Карла. Лицо Правителя оставалось непроницаемой каменной маской.

— Побереги дыхание, Карл, — сухо произнес он.

— Нет! Слушай! — тот замотал головой. В его глазах стоял неподдельный, животный ужас человека, заглянувшего за край. — Я должен… Это был я, брат. Я договорился с ним… с Дознавателем. Очищение. Я помог похитить Артемию… Думал, спасу её от лечебниц Ордена… Думал, перехитрю всех… И останусь белым в твоих глазах…

Я приподнял бровь. Речь звучала немного… театрально что ли? Даже на смертном одре Карл продолжал тщательно подбирать слова? Натура интригана так въелась в него, что он играет роль до самого конца?

Карл захлебнулся новым приступом кашля. Изо рта потекла темная слюна. Альвор продолжал молча смотреть.

— Они… Рыцари Ордена… обманули не только тебя, Альвор… но и меня тоже… Пришли сегодня… — Карл стиснул зубы от боли. — Я сорвал с шеи глушилку. Бросил прямо в их портал… Матрица сбилась. Я сломал им координаты, Альвор. Они не ушли… они где-то в пределах Аргентума… Я искупил…

Пальцы Карла разжались. Голова бессильно откинулась на паркет.

— Прости меня, брат… — прошептал он, глядя в закопченный потолок. — Темнеет. Холод… забирает… Я… заслужил… свою… участь… поделом…

Пока Карл произносил свою пафосную эпитафию, я молча расстегнул поясную сумку. Пальцы нащупали нужный стеклянный флакон. Я выдернул пробку. В воздухе мгновенно и очень едко запахло смесью нашатыря, жженой серы и скисшего драконьего желтка.

Я шагнул к умирающему, присел на одно колено и жестко зафиксировал его подбородок. Карл даже не успел возмутиться, как я влил алхимическое пойло прямо ему в глотку.

Князь выпучил глаза. Его горло спазматически дернулось, пытаясь исторгнуть отраву обратно.

Я выпустил Нить Души, стиснул его челюсти снаружи и провел невидимым импульсом по пищеводу, принудительно стимулируя глотательный рефлекс. Карл громко, со всхлипом сглотнул.

Я отпустил его лицо, вытер пальцы о чистый край платка и поднялся.

— Жить будет, — констатировал я, глядя на Альвора. — Яд нейтрализован. Органы целы. Раны серьезные, придется полежать в лазарете месяц-другой, но хороший лекарь поставит его на ноги.

Князь Астерия даже не изменился в лице. Он коротко кивнул.

— Я в курсе, — ровным, ледяным тоном ответил Альвор. — Я влил в него порцию родовой магии крови, как только вошел сюда. Смерть ему не грозила в принципе.

Я приподнял бровь, указывая взглядом на корчащегося на полу Карла.

— К чему тогда весь этот классический театр с прощанием?

Альвор поморщился, всё ещё прижимая руку к своему кровоточащему боку.

— Он начал говорить весьма интересные вещи о своем предательстве. Я решил не перебивать, — прагматично пояснил Князь. — Чистосердечное предсмертное признание значительно экономит время на будущих допросах. Пусть выговорится для протокола.

Карл, чье дыхание уже начало выравниваться благодаря зелью, издал задушенный сип. Он лежал на спине, уставившись на брата широко распахнутыми глазами. Осознание ситуации ударило по нему сильнее зачарованных лезвий. Он понял, что выжил. Но теперь он оказался в весьма де… деликатной ситуации.

Я хмыкнул, искренне оценив жестокую эффективность Девятой Тени. Чувствую, у братьев ещё будет Очень серьезный разговор.

— Прагматичный подход, — одобрил я, сбрасывая плащ. — А теперь, Ваше Сиятельство, упритесь спиной в стену и не дергайтесь. Я приступаю к штопке вашей печени. Иначе протокол допроса подписывать будет некому.

Но Альвор жестом остановил меня, когда я потянулся Нитями к его ране.

— Не трудись, артефактор, — князь выпрямился, убрав руку от бока. Кровь тут же потекла по камзолу, но Альвор даже не поморщился. — Я переживал вещи и похуже. В семьдесят втором году на меня упал осадный голем. Двадцать метров магической зачарованной латуни. Ничего, полежал, отдохнул, потом встал.

— В семьдесят втором вам было на тридцать лет меньше, — заметил я.

— Я был на тридцать лет глупее. Сейчас я хотя бы знаю, в какую сторону отпрыгивать, — Альвор тяжело оперся на меч, но тут же выпрямился, словно поймав себя на слабости. — Моя дочь в руках фанатиков из Ордена. Каждая минута, которую ты тратишь на мои царапины…

— Яд аконитовой лозы, — перебил я. — Третья стадия проникновения. Через час начнётся некроз тканей вокруг раны, через три — сепсис. Через шесть вы будете лежать рядом с братом и диктовать завещание. Только, в отличие от Карла, вам уже никто не вольёт зелье в глотку, потому что единственный человек, способный это сделать, буду я. А я буду очень занят поисками вашей дочери.

Альвор замолчал. Его челюсть дрогнула. Мой аргумент попал в цель.

— Пять минут, — процедил он.

— Уложусь в три, — я уже доставал инструменты. — Если будете сидеть смирно.

Князь сел на обломок кресла, стиснув зубы, и скинул камзол. Я присел рядом, разглядывая рваные края раны. Чёрные прожилки яда расползлись от разреза, напоминая корни больного дерева.

Ситуация хуже, чем у Карла. Скверно, но не смертельно. Пока.

Я выпустил тонкую Нить Души, погрузил её в рану и начал аккуратно выжигать отравленные капилляры. Альвор не издал ни звука. Только пальцы, сжимавшие рукоять меча, побелели.

— Элис, — позвал я, не отрываясь от работы. — Нашли что?

— Работаю, учитель, — голос Элис донёсся от оплавленного постамента. Виконтесса стояла на коленях у края воронки, водя ладонями над обугленным паркетом. Потоки диагностических заклинаний тянулись от её пальцев, ощупывая остаточные следы портала. — Матрица сильно повреждена, координаты размыты. Мне нужно время.

— Процесс пошел, так что можете немного расслабиться, — сказал я Альвору, вытягивая из раны очередную порцию яда. Чёрная жижа повисла на кончике Нити, и я стряхнул её на пол. — Моя ученица Элис справится. Вы её знаете.

— А я⁈ — возмущённо пискнула Арли откуда-то из-за горы обломков. — Я тут вообще-то тоже работаю! Кто, по-вашему, сканирует эфирный фон в радиусе двухсот метров⁈

Я вздохнул. Арли, Арли… Через Нити я видел, что моя помощница сидела на перевёрнутом столе, болтая ногами. В одной руке — кристаллический планшет-сканер. В другой — надкушенное печенье, непонятно где найденное.

— Арли на подхвате, — закончил я.

— НА ПОДХВАТЕ⁈ — Арли подскочила, едва не уронив печенье. — Да на мне одной тут всё держится! Кто нашёл частотный след портальной сферы⁈ Кто откалибровал Каре лучший маршрут⁈ Кто…

Элис, не оборачиваясь, протянула руку и отвесила Арли подзатыльник. Звонко, точно, без замаха. Движение было настолько отработанным, словно практиковалось годами…

— Ай! Насилие над младшим персоналом! — Арли схватилась за голову. — Хозяин, ты видел⁈ Она опять!

— Я видел, что ты ешь печенье на месте преступления, — ответил я, накладывая на рану Альвора фиксирующую Нить. — Элис, продолжай. Арли, помогай. Молча.

Арли надулась, демонстративно запихнула остатки печенья в рот и уткнулась в кристалл-сканер.

Через двадцать минут покои выглядели чуть менее катастрофически. Тела гвардейцев и диверсантов убрали.

Карла тоже унесли. Четверо гвардейцев осторожно подняли младшего князя на носилки, а полковой лекарь, бледный и потный, семенил рядом, поддерживая капельницу с регенеративным составом. Карл был в сознании, но молчал. Он ни разу не посмотрел на брата, когда его проносили мимо.

Альвор тоже не посмотрел на него.

Яд из раны князя я вытянул полностью. Края затянулись свежей, розовой тканью — родовая магия крови Астерия делала своё дело, ей нужно было лишь убрать помеху. Альвор поднялся, расправил плечи и прошёлся по комнате. Шаг твёрдый, спина прямая. Если бы не порванный камзол и бурые пятна на ткани, можно было бы подумать, что он вернулся с утренней прогулки.

Но я видел его глаза. Они были мёртвые. Не от боли. От того, что его дочь исчезла, а он стоял здесь, в пустой комнате, и не мог ничего сделать.

— Элис, — позвал я.

Виконтесса подняла голову. По её лицу я всё понял раньше, чем она заговорила.

— Ничего, учитель, — тихо сказала она. — Матрица портала полностью разрушена. Взрыв амулета Карла сбил координаты злоумышленникам… но и нам их теперь не обнаружить. Я не могу восстановить ни точку выхода, ни даже вектор прыжка.

Я подошёл к воронке сам. Присел на корточки, положил ладони на обугленный край и закрыл глаза. Нити Души скользнули в обожжённое пространство, ощупывая каждую трещину, каждый остаточный всплеск.

Ничего. Пустота, словно кто-то аккуратно вырезал кусок реальности и выбросил.

Я открыл глаза.

— Князь, — сказал я ровно. — Мне нужен ваш резонанс. Родовая связь отца и дочери может пробить помехи там, где мои Нити бессильны.

Альвор молча встал рядом. Он положил ладонь на край воронки. Аметистовое свечение родовой магии вспыхнуло вокруг его пальцев, яркое, но неровное. Князь был истощён до предела.

Мы работали вместе. Мои Нити Души прокладывали путь сквозь эфирный мусор, а резонанс Альвора искал отклик, тонкую, невидимую струну, связывающую отца с ребёнком.

Прошла минута. Потом две. Пять…

Гул Бездны забивал всё. Каждый раз, когда резонанс Альвора нащупывал что-то похожее на след, помехи тут же размывали сигнал. Словно пытаешься услышать шёпот ребёнка посреди урагана.

Я убрал руки.

— Слишком много искажений, — сказал я. — Бездна фонит по всему спектру. Портал мог выбросить её в радиусе от ста метров до ста километров. Без вектора мы ищем иголку в стоге сена. Который к тому же горит.

Альвор медленно выпрямился. Его лицо не изменилось. Ни один мускул не дрогнул.

Но его руки, опущенные вдоль тела, мелко дрожали.

Я отвёл взгляд. Не столько из деликатности, сколько из уважения. Этот человек только что потерял дочь, узнал о предательстве брата и едва не умер от яда. И у него все ещё были силы стоять.

В комнате повисла тишина. Тяжёлая, вязкая, как дёготь.

Даже Арли молчала. Она сидела на краю перевёрнутого стола, поджав хвост, и смотрела на князя. Планшет лежал на коленях экраном вниз. Впервые за весь день моя кошка-марионетка не пыталась шутить, комментировать или снимать. Она просто сидела тихо…

Элис стояла у стены, скрестив руки на груди. Её губы были сжаты в тонкую линию. Она смотрела на меня, ожидая решения. Я знал этот взгляд. «Что дальше, учитель?»

Хороший вопрос.

— Элис, — я посмотрел на ученицу. — Тела диверсантов. Обыщи каждого. Артефакты, записки, татуировки, всё что угодно. Ты ж вроде консультант по безопасности при дворе, тебя должны допустить.

— Поняла. — Элис кивнула и вышла в коридор.

— Князь, — я повернулся к Альвору. — Мне нужен список всех порталов, зарегистрированных в Аргентуме за последние сутки. Официальных и неофициальных. Если у вашей службы безопасности есть контакты в Гильдии Перевозчиков…

— Будет через час, — коротко ответил Альвор. Его голос звучал ровно. Руки больше не дрожали. Ему дали задачу, и князь снова стал машиной. — Что ещё?

— Пока всё. Я осмотрю марионетку княжны. Если Нити Души были разорваны, а не просто ослаблены, на обрыве может остаться направление. Шанс мизерный, но…

Альвор кивнул и вышел, чеканя шаг.

— Арли, — позвал я.

— М? — она подняла голову. Глаза-окуляры мигнули.

— Подвинься. Будь добра. У меня, кажется, колено заело…

Арли соскочила со стола, я сел на ее место и задрал штанину. Нужно провести небольшой ремонт, прежде чем влезать в очередные неприятности.

Арли тем временем подошла к лежащей на полу марионетке Артемии. Маленькое тело из мифрила, дорогой древесины и синтетической кожи лежало навзничь, раскинув руки.

Без движения, без света в глазах, марионетка выглядела тем, чем и была — пустой, красивой, мёртвой куклой.

Арли присела рядом. Её хвост непроизвольно обвился вокруг неподвижной мифриловой ручки.

— Мелкая совсем, — тихо сказала Арли. Без обычного ёрничанья. — Хозяин, мы ведь найдём её?

Я не ответил. Закончив с коленом, я подошел к марионетке и начал диагностику. Нити Души скользнули внутрь мифрилового каркаса, ощупывая управляющее Ядро (сударя Мишку), энергетические контуры, обрывки связей…

В Ядре сохранились кое-какие воспоминания о последних моментах перед отключением. Я вывел изображение на экран планшета Арли. Несколько секунд мы молча наблюдали, как княжна эффектно раскидывала негодяев по углам.

— Ну что, дядя, — донесся из динамиков вежливый голос Артемии. — Будем извиняться за порванное платье, или мне завязать тебе бантик на шее?

Арли тем временем смахнула хвостом пыль и мелкие осколки с лица куклы. Аккуратно, почти нежно. Потом уселась прямо на грудную пластину марионетки, совсем по-кошачьи сложив руки и ноги.

— Знаешь, мелкая, — негромко сказала она, глядя на потухшие окуляры, — когда тебя найдут, я научу тебя правильно вести стрим. А то что это за контент, «бью дядей канделябром». Никуда не годится. Ноль продакшена, ноль драматургии. Даже ракурс не выставила. Стыдоба.

И в этот момент мифриловая рука дёрнулась. Потухшие окуляры марионетки вспыхнули багровым огнем. Тусклым, неровным, мерцающим светом, похожим на угли в остывающем камине.

Рука куклы, секунду назад безвольно лежавшая на паркете, стремительно метнулась к Арли, пальцы сомкнулись на горле марионетки.

Мифриловые сервоприводы взвыли.

— ХО-ХОЗЯИН!!! — Арли захрипела, дёргая ногами в воздухе. Её глаза-окуляры чуть не выскочили из орбит. — ОНА МЕНЯ ДУШИТ! ЗОМБИ-КУКЛА МЕНЯ ДУШИТ! Я СЛИШКОМ КРАСИВАЯ, ЧТОБЫ ТАК УМЕРЕТЬ!!!