Петербург, Российская Империя

Деловой центр «Северо-Запад»

День у графа Петра Алексеевича Срезневского выдался тяжёлым, но продуктивным. Очередной раунд переговоров с представителями логистического картеля закончился ровно так, как граф и хотел. Они юлили, ссылались на «форс-мажорные обстоятельства», в итоге прогнулись. А куда им было деваться?

— Всё отлично, — пробормотал Срезневский и приложился к бокальчику Одесского чёрного. — Замечательно.

В последнее время вести дела в Империи стало тяжелее. Тот проклятый слив архивов Тайной Канцелярии всыпал каждому без разбору: кто спасал деньги, кто перепрятывал схемы, кто рвал концы. Иностранные партнёры, годами закрывавшие глаза на мелкие нарушения в обмен на жирные контракты, вдруг стали святее Папы Римского. Посыпались ультиматумы и идиотские расторжения договоров. Приходилось выкручиваться и искать обходные пути.

Но справляться было не впервой. Его бизнес — предоставление «услуг безопасности» в столице — был слишком нужным, чтобы рухнуть из-за внешнеполитических передряг. Люди всегда хотят чувствовать себя защищёнными, особенно когда вокруг творится чёрт-те что. А если они этого не чувствуют, им стоит помочь это осознать.

О вечернем приёме у княгини Сибильской граф думал без всякого удовольствия. Сплетни, кислые шампанские, поздравления с очередной чужой годовщиной. Он бы променял это сомнительное удовольствие на вечер с друзьями или даже за работой в кабинете, но жена уже третью неделю проедала ему плешь по поводу этого раута. Ей нужно было выгулять новое колье и «навести мосты» с нужными дамами. Придётся идти и снова торговать лицом.

Он уже потянулся к телефону распорядиться насчёт машины, как в кабинет ворвался барон Гольц — поджарый, вечно взвинченный человек с бегающим взглядом, — и сейчас этот взгляд бегал заметно быстрее обычного.

— Петя! — заорал барон с порога и потряс телефоном. — Ты видел⁈ Ты уже видел, что происходит⁈

Срезневский поморщился. Друга он уважал, но не любил эту его манеру дёргаться по любому пустяку.

— Успокойся, Аркаша. Сядь, выпей со мной винца. Чего ты опять такой нервный? Опять таможня груз тормознула? Я же сказал, что решу этот вопрос завтра утром. В Питере сейчас каждый день происходит что-нибудь интересное, не стоит так переживать.

— Да при чём тут таможня! — Гольц плюхнулся на стул и отмахнулся от предложенного бокала. — Я про наши общие дела! Про наш сектор! В столицу зашёл этот… этот… Бездушный! Со своим «Филином»!

Срезневский поставил бокал. Фамилия где-то попадалась — в сводках, в чьём-то разговоре, — но без деталей, которые стоило бы запомнить. Граф держался бумажных документов и личных встреч. Всё, что происходило в интернете, его не касалось.

— Бездушный? — переспросил он. — Припоминаю… Это тот самый ботаник, чей род вырезали где-то в Сибири? Или на Дальнем Востоке? Что-то мелькало в сводках… А, ну да! Тот мелкий выскочка из Приморья, который там сейчас с орками воюет и за это княжеский титул получил. И что с того? Какое нам дело до провинциального князька?

— Какое дело⁈ Петя, ты вообще от реальности оторвался! Он в Петербурге! Он здесь! И он забирает наших клиентов!

Охрана значительной части столицы — самые «вкусные» торговые и промышленные кварталы — была поделена между четырьмя влиятельными родами. Срезневский с Гольцем контролировали солидный кусок этого пирога. Они никого не пускали на свою территорию, проворачивали свои схемы, и бизнес приносил хорошие деньги.

Если какой-нибудь упрямый купец или владелец ресторана не хотел покупать их «охранный сертификат», утверждая, что у него и так всё спокойно, в дело вступал мелкий криминал, который у партнёров висел на коротком поводке. Вдруг, совершенно случайно, упрямцу били витрины, кто-то поджигал склад, ломал руки-ноги прислуге или товар бесследно исчезал по пути в магазин. Полиция составляла протоколы и разъезжалась, а перепуганный бизнесмен сам прибегал к Срезневскому и был готов платить любые деньги за безопасность.

И это была идеальная агентурная сеть. Их охранники стояли повсюду и видели, кто с кем встречается и кто что привозит. Вся информация стекалась к Срезневскому и шла в дальнейшее обогащение и шантаж.

— В смысле забирает клиентов? — спросил граф. — Как какой-то провинциал может зайти на нашу территорию? Выдавим его, делов-то. Подошлём ребят, объясним. Не думаю, что у него сейчас есть время и ресурсы бодаться с нами здесь, когда у него там, в Приморье, задница полыхает.

— Да хрен ты его выдавишь! Ты не понимаешь! Посмотри! — Гольц подсунул Срезневскому телефон.

На экране проигрывалось видео. Над улицей летел странный дрон, выкрашенный в сине-белые цвета. Из подворотни выскочили трое парней с битами и побежали к ювелирному магазину. Дрон резко ускорился, из его корпуса вылетели три маленьких дротика. Трое нападавших упали на асфальт и задёргались в конвульсиях, не успев даже добежать до витрины.

— Это что за игрушки?

— Это «Филин»! — пояснил Гольц. — И это только начало! Они работают уже пять дней на нашей территории! Смотри сюда! — он смахнул видео и открыл страницу какой-то социальной сети. — Вот, читай! Это владелец сети пекарен на Вознесенском, который нам платить отказывался!

Срезневский пробежал глазами по тексту:

«Господа, это просто чудо! Я вошёл в сотню счастливчиков, кому удалось оформить подписку на охрану от „Филина“! Вы же знаете, как меня прессовали в последнее время — то витрины побьют, то муку испортят… Я уже хотел закрываться. А сейчас вообще никаких проблем! Позавчера ночью двое каких-то отморозков пытались поджечь дверь пекарни. Так дрон их пеной залил так, что они до приезда полиции пошевелиться не могли! И это всего за пять дней подписки! Всем советую!»

Ниже шли десятки комментариев с вопросами «Где купить?».

— Ну и что? — Срезневский вернул телефон другу. — Ну, летают какие-то железки… Сбивать их пробовали?

— Пробовали! Наши парни вчера попытались снять одного такого из снайперки. Так этот дрон, тварь, мало того что увернулся от пули, он ещё и лазером ослепил стрелка, а потом сбросил на него какую-то вонючую дрянь! Парень до сих пор отмыться не может, воняет как бомжара! Это не обычные дроны, Петя! Они как живые!

— Аркаша, прекрати ныть, — осадил его граф. — Любую железку можно сломать. Если они так мешают, надо просто перекрыть кислород их конторе. Не может же эта охранная компания существовать в воздухе. У них должен быть главный офис, серверная — место, откуда они управляют этими игрушками и где их заряжают.

— Мы ищем, — вздохнул Гольц. — Но пока без результатов. Они как призраки. По документам фирма зарегистрирована в Уссурийске. Здесь только абонентские ящики.

— Значит, ищите лучше. Пробейте частоты, по которым они связываются с дронами. Заплатите нужным людям в городской администрации. Как только будет информация по их главному офису в Петербурге, сразу направляйте туда наших людей из криминала. И не обычных гопников с битами, а нормальных, «заряженных» ребят. Вот и посмотрим, насколько эти летающие утюги могут защитить сами себя, когда им разнесут гнездо.

— А если не получится?

— Получится, — отмахнулся граф. — В этом городе монополия на охранку наша. А теперь извини, мне пора ехать. Жена не простит, если я опоздаю на приём.

Он пошёл к выходу. На ходу прикидывал, кому из нужных чиновников стоит «занести» конверт на предстоящем рауте, чтобы ускорить поиски этого обнаглевшего «Филина».

* * *

Я сделал глоток шампанского — отвратительно пузыристого и сладкого — и рассмеялся. Вокруг кипел приём, устроенный Станиславом Башатовым по случаю какого-то там юбилея его строительного холдинга, но по факту — это были смотрины. Мои смотрины.

Зал блестел от золота и фальшивых улыбок. Местная элита, оставшаяся во Владивостоке после всех перемен, кружила вокруг меня, как акулы вокруг чего-то нового и непонятного.

В глазах пожилых графов читался страх — тех самых, что ещё вчера пресмыкались перед Барышниковым. У молодых баронов читался почти детский интерес — они слышали байки про мои дроны. А молодые аристократки… о, эти проплывали мимо группками, бросали взгляды и вздыхали. Какие-то ушлые мамаши уже дважды пытались подвести ко мне своих дочерей «просто познакомиться» и намекали на их прекрасное образование и обширные приданые. Молодой неженатый князь с личной армией — лакомый кусок.

Я отпускал дежурные комплименты и аккуратно сливался от любых намёков на продолжение банкета. Я соблюдал правила их игры, но играть по ним не собирался.

Ко мне подошли Эльвира и Маргарита. Выглядели они потрясающе в своих вечерних платьях, но лица были кислыми.

— Ну как вам вечер, юные княжны? — спросил я. — Много сердец уже разбили?

— Феликс, это такая унылая вечеринка… — вздохнула Маргарита. — Я уже язык стёрла отвечать на идиотские вопросы про погоду и наши планы на сезон.

— Лучше бы мы делом занимались, — поддержала её Эльвира и брезгливо покосилась на проходящего расфуфыренного юнца. — На «Ферме» сейчас как раз новая партия сыворотки на подходе, а я должна здесь торчать.

Я рассмеялся, глядя на их страдальческие лица.

— Слушайте, девчонки, вы ещё молоды. Вам нужно выходить в свет. Вы аристократки, представительницы княжеского рода. Нельзя только работать, нужно ещё и жить светской жизнью и заводить связи. Это всё часть одной большой аристократической игры. Без этого ваш авторитет будет держаться только на моих дронах, а это неправильно.

— Раньше нам это больше нравилось, честно говоря, — грустно протянула Эльвира. — Когда папа был жив, приёмы казались сказкой. А сейчас… сейчас только работа приносит удовольствие.

— Да что вы знаете про работу? — я снова не выдержал и расхохотался. — Вы думаете, ваши теплицы и пара новостных роликов — это предел загруженности?

Они тут же надулись.

— В смысле? — возмутилась Марго. — Мы вообще-то пашем круглосуточно! Я вчера до трёх ночи сводки монтировала!

— Да-да, пашете. Не обесцениваю, вы молодцы. Просто это я о своём наболевшем. Прикиньте, мы же в столице открылись, как я и обещал Императору.

— Ну да, — кивнула Эльвира. — Ты же сам говорил, что первая партия дронов туда улетела.

— Говорил. Решил по-быстрому это всё выполнить, запустить процесс, чтобы можно было спокойно сосредоточиться на делах здесь, в Приморье. Но оказалось, не всё так гладко. Местные авторитеты, видимо, решили, что я им мешаю. Сейчас, сами посмотрите. Сириус!

Мой верный помощник бесшумно опустился к нашему столику и протянул сёстрам две пары очков.

— Наденьте, — предложил я.

Сириус начал транслировать картинку с камер внешнего наблюдения нашего нового столичного филиала. Прямо перед их глазами, в реальном времени, шла картина штурма. Наша новая база — та самая монструозная бетонная «сфера на палочке», бывшая радиолокационная вышка (которую мы прозвали «Чупа-чупсом») — была окружена.

К подножию вышки съехалось не меньше тридцати машин: тонированные микроавтобусы и какие-то фургоны. Вокруг суетилась толпа человек в сто. Кто-то в тактической снаряге, кто-то в спортивных костюмах, некоторые с битами и арматурой, как средневековые дикари. Они бродили вокруг гладкого, уходящего в небо бетонного ствола, ругались, стучали по нему железками и явно не понимали, что делать дальше.

— Видите, сколько людей согнали? — прокомментировал я. На экране моего телефона шла та же трансляция. — База досье на них уже собрана, всё у нас есть. Сплошной криминал, шестёрки местных охранных картелей и наёмники аристократов. И знаете, что самое обидное? Те «гении», которые решили преподать нам урок вежливости и показать, как правильно заходить в столичный бизнес, даже не удосужились проверить адрес, куда посылают своих миньонов. А эти придурки сейчас ходят кругами и не могут найти вход. Потому что его там на уровне земли тупо нет! Дверь на высоте пятнадцати метров.

На экране группа особо активных братков пыталась соорудить живую пирамиду — добраться до гладкого бетона. Пирамида закономерно рухнула и погребла под собой матерщинников.

Внезапно картинка озарилась яркими вспышками. Несколько Одарённых, видимо, потеряв терпение, начали бить по бетонной опоре своими техниками: огненные шары и ледяные копья полетели в стену.

— Ну вот, видите, — улыбнулся я. — Самые Одарённые сейчас лупят по этой башне техниками. Прикиньте? Этому бетону ядерный взрыв нипочём, а они его сосульками ковыряют. А вы говорите — у вас работа… Так что если я могу найти время сидеть здесь, пить шампанское и отдыхать, пока мою базу штурмуют, то вы уж тем более можете позволить себе расслабиться.

Сёстры сняли очки, переглянулись и рассмеялись.

— Пойдём мы, наверное, — сказала Эльвира. — Там к фуршетному столу новую партию тарталеток вынесли, надо успеть, пока дармоеды всё не смели.

— Идите-идите, — кивнул я.

Я проводил их взглядом и мысленно связался с дроном.

«Сириус, направь в столицу ещё больше наших дронов. Охранных, курьерских, медицинских… Поднимай резервы из Куба. Раз они так сильно хотят нас не допустить в их уютный бизнес, то давай начнём их бесить по-настоящему. Пусть небо над Петербургом гудит от „Филинов“».

«Принято, Повелитель. Формирую полётные задания для двух сотен новых юнитов. Отправка через десять минут».

«И передай Фурии, чтобы подошла ко мне».

Я с интересом наблюдал за реакцией зала на моих дронов, которые сегодня выполняли роль обслуживающего персонала. Башатов как организатор с радостью принял мою идею заменить живых лакеев механическими.

Реакция была забавной. Пожилые аристократки шарахались от летающих подносов с шампанским, крестились и обмахивались веерами. Солидные мужи смотрели на них с подозрением, старались не делать резких движений. Молодёжь была в восторге.

Один паренёк лет шестнадцати воровато огляделся и протянул руку — потрогал пролетавшего мимо дрона с канапешками. Дрон, запрограммированный на максимальную вежливость, сделал вид, что ничего не заметил.

— Неплохой вечер, правда?

Я обернулся. Рядом стояла Ольга-Фурия. Признаться, на пару секунд я даже дар речи потерял. Привык видеть её в мешковатых толстовках, с растрёпанными волосами и красными от недосыпа глазами. А сейчас передо мной стояла другая девушка.

Тёмно-синее вечернее платье хорошо на ней сидело и открывало линию плеч. Волосы были уложены в сложную причёску, лёгкий макияж добавлял лицу резкости. На шее поблёскивало изящное колье.

— Оля… — я даже растерялся. — Выглядишь сногсшибательно! Слов нет.

— Спасибо, Феликс, — она улыбнулась, и было заметно, что ей неловко. — Но, честно говоря, мне жутко непривычно. Я обычно живу в тени, за монитором. А тут столько людей, и все смотрят…

— Ну, время тени закончилось, так что можешь не париться. Теперь я здесь власть!

— Знаешь, Феликс… По моим ощущениям, ты не только теперь, но уже давно здесь власть.

— Не-не-не, ты не путай, — я покачал пальцем. — Я совершенно не лез ни в какие управленческие дела, пока не было официальных назначений. Всё было неофициально. Исключительно частный бизнес и благотворительность. Каждый должен заниматься своей работой.

Она хмыкнула, но спорить не стала.

— Сириус передал, что ты звал меня?

— Ага, у меня для тебя задание. Разработай максимально жёсткую маркетинговую и рекламную кампанию. Такую, чтобы вся столица гудела, и чтобы «Филин» был на слуху у каждого жителя Петербурга. Возьми те ролики, которые у нас заготовлены: на что способны наши дроны, их эффективность… И покажи реальные случаи спасения. Дай им статистику: сколько в Приморье один дрон за месяц спас жизней, сколько предотвратил угонов… В общем, сделай красиво.

— Хорошо, — кивнула она.

— И ещё, самое главное. Нужно сделать так, чтобы в каждом видео, в каждом посте звучал чёткий посыл: мы лучше всех тех охранных контор, что были там до нас. Они просто неудачники, бандиты в погонах и рэкетиры. А за нами будущее. Слоган должен быть примерно таким: «Работайте с лучшими, и ваша жизнь станет немного легче и гораздо безопаснее».

— Феликс… — Оля нахмурилась. — Ты опять лезешь на рожон? Столица — это не Приморье, там аристократы влиятельные, у них куча родственных связей в правительстве, свои ЧВК, прикормленные министры… Не думаю, что на данный момент это может тебе как-то глобально угрожать, но зачем столько плодить врагов? Зачем их провоцировать?

— Знаешь, Оля, я не люблю дебилов. Одно дело, что они пытаются мешать моим охранным дронам… Это бизнес, конкуренция, я понимаю. Но там же летают и медицинские дроны! Только за первые сутки работы в Питере было больше семидесяти реагирований на инфаркты и инсульты! А эти придурки пытаются их сбивать, потому что они, видите ли, «чужие». И там, где они сейчас пытаются решить проблему силой, штурмуя мою базу, скоро придёт понимание, что у них ничего не получается и вряд ли получится. Разве что они вскроют какие-то секретные ракетные склады Империи и начнут лупить по этой вышке каждые десять секунд, чтобы дронам было тяжелее туда вылетать и залетать… Но на их счастье, у них этого не получится.

— Почему на их счастье, а не на наше? — не поняла Ольга.

— Ну так тогда бы мне пришлось их прикончить, всех до единого. А так я просто сотру их репутацию и бизнес в пыль. Пойми, Оля, там, где они поймут, что не могут сделать всё силой, они начнут играть грязно. Уверен, они будут находить подставных людей, которые будут на камеру плакать и рассказывать, как на них дрон «Филина» напал, или как на их глазах машину спалили, а наши дроны просто мимо пролетели, или как магазин грабили, а мы не помогли… Они попытаются выставить нас угрозой обществу. Поэтому мы опередим их. Развяжем эту информационную войну первыми и на своих условиях.

Уладив вопросы, я пошёл вглубь гостевой зоны. На просторной веранде, подальше от шумной суеты банкета, стоял Станислав Башатов. Он заметил меня и тут же выпрямился.

— Моё почтение, Ваше сиятельство…

— Станислав, — я поднял руку. — Только давай без этого официоза. Просто Феликс. Мы же, в конце концов, не чужие люди, вместе уже через столько прошли. К чему эти расшаркивания?

Башатов улыбнулся.

— Привычка, Феликс. У нас в обществе смена титулов обычно тянет за собой смену всей парадигмы отношений. Но я рад, что мы можем общаться как раньше.

— Отлично. Тем более, что у меня к тебе есть предложение. Очень выгодное, смею заметить. Предлагаю тебе стать главным строителем Приморья. Возглавить одну большую корпорацию, которая будет заниматься всей застройкой в регионе, от фундамента до сдачи под ключ.

— Главным строителем… всего Приморья? Феликс, ты представляешь масштабы? Это колоссальные объёмы, это тысячи объектов…

— Прекрасно представляю.

Если бы он только знал, ЧТО ИМЕННО я увидел, когда Сириус и Фурия по моей просьбе вскрыли серверы местной администрации и архивы строительных департаментов. То, что творилось в Приморье до моего официального вступления в должность, нельзя было назвать даже бардаком. Это был узаконенный грабёж.

С тендерами — отдельная песня. Например, нужно построить школу в отдалённом посёлке: старая школа сгорела после набега орков или развалилась от ветхости. Казалось бы, дело первостепенной важности. Но нет! Местные аристократы устраивали из этого многомесячный цирк. Они судились и перекупали чиновников. Цена контракта росла в геометрической прогрессии, сроки сдвигались. В итоге, спустя полгода бюрократической возни, тендер выигрывала какая-нибудь фирма «Рога и Копыта». Её регистрировали на подставное лицо за два дня до торгов. Фирма получала многомиллионный аванс… и через двое суток объявляла о банкротстве. Причина? «Нестабильная обстановка в регионе, форс-мажор». Деньги списывались, растворялись в офшорах, администрация пожимала плечами — «бывает, обстоятельства непреодолимой силы», а дети в посёлке продолжали учиться в палатках или полусгоревших бараках. И так раз за разом.

И это были ещё цветочки! Меня поразила история со строительством многоэтажного комплекса для военных и врачей. Его строили, строили, строили… Четыре раза срывали сроки сдачи. Смета раздулась до небес. А потом — херакс! — и здание взлетает на воздух. Официальная версия: «Несчастный случай во время вооружённого столкновения конкурирующих аристократических родов». Полиция составляет протокол, обещает найти виновных… И тишина. Ни виновных, ни здания. По факту же, как Сириус выяснил по сметам и расходным накладным, в стройку было вложено дай бог десять процентов от выделенных средств. Возвели хлипкий каркас из самого дешёвого бетона, а всё остальное тупо распилили. А взрыв — удобный способ скрыть следы масштабного хищения.

— Я собираюсь изменить всю систему, — пояснил я Башатову. — И начнём мы с нормального и прозрачного строительства.