Владивосток, Российская Империя
Здание Администрации Приморской губернии
Император Александр Пятый привык контролировать политическую доску.
К этой встрече он подготовился с присущей монарху педантичностью. В его голове ровными стопками лежали заготовленные фразы, экономические аргументы, скрытые угрозы и козыри, способные раздавить китайскую делегацию морально. Александр сделал ставку на эффект неожиданности и разницу статусов. Посланники Технократии шли сюда ломать молодого, неопытного князька, выставлять ультиматумы и качать права. Увидев за столом переговоров самого правителя Российской Империи, они должны были потерять дар речи.
Это меняло правила игры кардинально. Китайские чиновники не обладали полномочиями вести диалог на уровне глав государств. Они оказались бы связаны по рукам и ногам собственным протоколом, в то время как Александр мог диктовать условия от лица всей страны, жёстко пресекая любые попытки устроить беспорядок на восточных границах.
План был безупречен. И рухнул за считанные секунды.
Монарх стоял возле пробитого подоконника, хмуро оглядывая растерзанный кабинет. Сценарий сломался в тот момент, когда неприметный клерк из свиты Гуан Хо проявил свою истинную природу. Александр знал о существовании таких особей — в узких кругах их называли «Несуществующими». Глубоко модифицированные оперативники с запредельными способностями, стирающими грань между боевой магией и мутацией. Вся Российская Империя располагала от силы двумя подобными агентами, которых держали в криокамерах ради исключительных случаев.
Присутствие такого существа в составе дипломатической миссии означало только одно. Тварь прислали убить Феликса. Император тоже отлично вписывался в список потенциальных целей — Несуществующий точно не побрезговал бы отрезать голову монарху, раз уж подвернулась такая возможность.
Чего Александр действительно не ожидал, так это реакции Бездушного.
Феликс ударил первым. Ударил с такой нечеловеческой скоростью и первобытной жестокостью, что охрана Императора даже не успела потянуться к кобурам. А затем начался сущий ад. Раскрытый агент мгновенно утратил человеческий облик, превратившись в хлюпающую массу с костяными лезвиями, и принялся жрать собственных начальников. Дипломаты превратились в корм быстрее, чем успели позвать на помощь.
Сейчас эта биомеханическая мерзость выломала дубовые двери и унеслась на нижние этажи, откуда доносился грохот крошащегося бетона и звон бьющегося стекла.
Пальцы Александра рефлекторно сжались в кулаки. Вокруг него формировался плотный боевой контур энергии. Император был готов лично спуститься вниз и выжечь тварь, пока она не вырвалась на улицы города и не принялась рвать гражданских.
— Не переживайте, Ваше Императорское Величество, — раздался сбоку совершенно спокойный голос.
Феликс подошёл ближе. Он отряхнул лацкан пиджака, словно находился на светском рауте.
— У нас всё под абсолютным контролем.
Александр медленно повернул голову к новоиспечённому князю.
— Помещение полностью оборудовано системами скрытой видеофиксации, — Феликс повёл рукой в сторону уцелевших углов кабинета. — Кадры получились отличные. Посмотрим, чем Пекин будет крыть, когда мы покажем миру эти плёнки. Прислать плотоядное чудовище на официальные переговоры с Императором — это очень мощный дипломатический ход.
Александр мысленно просчитал варианты. Логика в словах юноши присутствовала. С одной стороны, видеозапись давала Империи невероятный рычаг давления. С другой — разорванная в клочья китайская делегация являлась идеальным казус белли. Проглотить смерть посланников Пекин не сможет при всём желании, и наличие чудовища в их рядах сделает предстоящие дипломатические торги похожими на прогулку по минному полю.
Легких решений здесь не предвиделось.
Снизу донёсся очередной оглушительный удар — монстр явно пробил перекрытие.
Император шагнул к выходу. Записи записями, но выпускать тварь в город нельзя.
— Стоит немного подождать, Государь, — Феликс мягко преградил ему путь. — Не нужно марать руки. Сейчас всё решится само собой.
Александр нахмурился. Уверенность Бездушного раздражала, но монарх решил оценить тактическую обстановку лично. Он обошёл Феликса и приблизился к разбитому панорамному окну, глядя на прилегающие к зданию улицы.
Император замер.
Его дыхание сбилось. Небо над Владивостоком меняло цвет. Из-за крыш высоток, из переулков, со стороны залива и портовых складов поднималась живая металлическая река.
Это были дроны.
Они стекались к площади перед Администрацией сплошным жужжащим потоком. Александр видел сотни, тысячи боевых машин разных модификаций, которые формировали в воздухе многоуровневые ударные кольца. Механический рой затмил солнце, закрыв здание плотным щитом из стали и плазменных стволов.
Правитель огромной страны стоял у окна и пытался осмыслить масштаб силы, которая прямо сейчас подчинялась стоящему за его спиной подростку.
— Не суетитесь, Ваше Императорское Величество, — попросил я, внутренним взором наблюдая за агрессивной биомассой. — Это не тот случай, когда нужно применять регулярные части. Ваш спецназ тут ляжет за две минуты. И даже вы со своей силой рискуете больше, чем следует.
— Ты знаешь, что это за тварь? — нахмурился Александр. — Это не магия крови и не мутация. Это… чужеродное.
Он был абсолютно прав. Эта зверушка не из этого мира. И я, признаться, очень не ожидал увидеть её здесь. Значит, я не единственный, кого занесло в эту закрытую песочницу из Многомерной Вселенной.
Я внимательно изучал картинку, транслируемую Сириусом. Настоящая, первородная Тварь. Вид, обладающий способностью к абсолютной мимикрии и десятком других не менее неприятных талантов. Но главным блюдом в их рационе были не обычные люди. Обычные люди для них — так, перекус, лёгкий снек для поддержания метаболизма. А вот настоящим деликатесом и главным источником их силы были Душеловы. Вернее, те, кого в Многомерной называли Охотниками.
Сильных Охотников эти Твари обходили стороной, ведь те сами могли пустить их на ремни. А вот неофиты… Если у человека только-только просыпался особый Дар, если он был потенциальным Охотником, но Орден ещё не успел его найти и обучить, Тварь чуяла его. И если находила первой, сжирала, многократно усиливая себя. Десяток таких сожранных Душеловов, и Тварь могла уже на равных потягаться с опытным старейшиной Ордена.
Я прекрасно помнил историю этого конкретного экземпляра. Информацию мне когда-то принесли мои дроны-разведчики, мониторившие фронтиры Многомерной.
В своё время Орден Охотников, осознав масштаб проблемы, не стал сразу устраивать тотальный геноцид. Нашёлся один знаменитый Химеролог, гений в своей области, который предложил Тварям сделку: он модифицирует их природу, избавляет от зависимости в поедании носителей Дара Душелова и даёт им новый безопасный источник энергии. Альтернатива была простой — смерть.
И что вы думаете? Твари отказались. Более того, они восприняли это как оскорбление и начали массовую резню. Вырезали целые деревни и стирали с лица земли небольшие города. Тогда Охотники взялись за них всерьёз. За короткое время они перебили практически весь вид.
А этот конкретный ублюдок, что сейчас оказался во Владивостоке, был одним из самых отпетых. Я читал перехваты: он открыто заявлял, что никогда не прогнётся, потому что убийство людей и пожирание Душеловов доставляет ему эстетическое удовольствие, и отказываться от этого кайфа он не намерен. На его счету было семь или восемь убитых душеловов и один полноценный ученик-Охотник.
Но потом, как докладывали мои «птички», за ним пришёл лично Сандр. Тот самый Великий Охотник. Сандр размотал эту Тварь почти в ноль, буквально стёр в порошок. И как этот кусок биомассы умудрился тогда сбежать — не понимал никто в Многомерной. Для всех это так и осталось загадкой.
Зато после этого инцидента Орден назначил за голову Твари такую солидную награду, что даже у меня тогда проскользнула мысль её забрать. Не ради денег, конечно. У Охотников была интересная традиция: выполнившего их заказ (а давали они их крайне редко) приглашали в главную Крепость. Там собирались старейшины, устраивали пафосную церемонию, всё как полагается… Очень красиво и торжественно.
А главное — я отчётливо помнил слова одного из старейшин: «Ноги Феликса никогда не будет в нашей Обители». Ну да, не понимали они некоторых моих… экспериментов и шуток.
«Ох, как бы я хотел посмотреть на их рожи, когда припрусь туда с выполненным заказом», — подумал я, и губы сами собой растянулись в улыбке. Ради одного этого стоило сейчас заморочиться. Да и оставлять такую дрянь в этом мире было нельзя. Мало ли, сколько тут потенциальных душеловов ходит? А вдруг десяток? Я же не проверял. Сожрёт их, наберёт силу, и проблем потом не оберёшься. А убить эту тварь — задача со звёздочкой, они живут на грани абсолютной неуязвимости.
«Сириус, уводим её из города».
«Какими силами, Повелитель? Тварь сбивает стандартные штурмовики одним ударом щупальца».
«Знаю. Не жалей металл. Дави массой. Отправляй волну за волной. Пусть вязнет в них. И готовь „Гарпуны“».
Я видел, как рой дронов обрушился на монстра. Тварь ревела, её костяные лезвия мелькали с бешеной скоростью, кроша мои юниты на запчасти. Обломки металла сыпались дождём, но на место одного уничтоженного дрона тут же вставали три новых. Они облепляли её, жалили разрядами, слепили лазерами, не давая ни секунды передышки и, главное, не позволяя отвлекаться на другие цели.
Наконец, в дело вступили «Гарпуны» — тяжёлые модифицированные дроны-перехватчики. Они ударили с четырёх сторон одновременно. Толстые тросы из полимерных сплавов, усиленные магией Техносов, вонзились в биомассу, намертво фиксируя тварь.
«Захват подтверждён», — доложил Сириус. — «Тяга на максимум!»
Дроны взревели двигателями. Тварь забилась, пытаясь вырваться, но тросы держали крепко. Её оторвало от земли, и на огромной скорости, пробивая по пути какую-то рекламную конструкцию и едва не задев шпиль старинного здания, дроны потащили монстра прочь из города, в сторону густых приморских лесов.
«Куда мы её тащим?» — уточнил Сириус.
«Квадрат 18-Б. Там у нас после орков отличные заготовки остались. Загоняй её в ловушку. А я пока подготовлю свой транспорт».
— Ваше Величество, выпьете пока чаю? — предложил я, указывая на остывающий сервиз. — А я отлучусь ненадолго. Надо мусор вынести.
— Не задерживайся, князь, — усмехнулся Император. — У нас с тобой ещё много тем для обсуждения.
Я кивнул, вышел на крышу Администрации и запрыгнул в свой личный скоростной глайдер-дрон. Кабина закрылась, и машина свечой ушла в небо, устремляясь вслед за конвоем.
Когда я прибыл в заданный квадрат, там уже творилось побоище. Лес в радиусе километра был повален. Поляна, на которую дроны сбросили Тварь, была усеяна обломками моих машин. Тварь буйствовала. Она уже перешла в свою полную, монструозную форму — бесформенная гора пульсирующей плоти, утыканная костяными шипами, глазами и пастями, из которых капала ядовитая слюна. Куски разорванных дронов валялись повсюду.
— И чего ты здесь так распсиховался? — громко спросил я, обращаясь к ревущему монстру. — Неужто умирать не хочешь?
Тварь мгновенно отреагировала на мой голос. Биомасса вздыбилась, и в мою сторону, как гигантские хлысты, метнулись три толстых щупальца с лезвиями на концах.
Но дотянуться до меня им было не суждено.
Пространство передо мной мигнуло, и из невидимости материализовался Сириус. В его манипуляторах, как лопасти мясорубки, завертелись мономолекулярные клинки. Вжик-вжик! — и отрубленные щупальца, брызгая чёрной жижей, шлёпнулись мне под ноги.
— Ты не имеешь права прикасаться к Повелителю, — отчеканил Сириус, зависая между мной и Тварью.
Я рассмеялся.
— Зачем так грубо, Сириус? Он просто слишком сильно верит в себя. Глупцам такое положено по статусу.
Я сделал шаг вперёд, обходя своего защитника.
— Вот скажи мне, уродец, — обратился я к Твари. — Кого тебе нужно было убить, не расскажешь? Меня или Императора?
Мне действительно было интересно. Знали китайцы, что Александр Пятый будет в кабинете, или это совпадение, и целью был только я?
Биомасса забурлила. На её поверхности, как пузыри на кипящей смоле, начали появляться и исчезать человеческие лица. Мужские, женские, детские… Это были маски тех, кого он когда-то поглотил. Наконец, несколько лиц застыли, образуя жуткую многоликую физиономию.
— Как ты меня увидел? — прошипели лица хором. — Я незрим для простых человечков! Мой камуфляж абсолютен!
Я вздохнул и покачал головой.
— А тебя не смущает, к примеру, что я тебя и переместил сюда, и что оттеснил тебя от Императора Российской Империи? Тебя, наверное, могли бы здорово накормить в Пекине, если бы ты выполнил задание, да ещё бы и голову Императора принёс бы. Икру бы ел, на шёлке спал…
— Меня не убить оружием этой планеты! — заревела Тварь.
Она снова попыталась атаковать, отбиваясь от наседающих со всех сторон штурмовых дронов, которые поливали её плазмой и били электрошоками.
Я стоял и смотрел на эти потуги с искренним недоумением. Удивительно… Он что, реально обо мне не знает?
Мне даже как-то обидно стало. Столько лет мы с Пастырем грохотали на пол-Вселенной, а эта биомасса даже не в курсе, кто перед ней стоит.
Впрочем, поразмыслив пару секунд, я понял, что это логично. Твари обитали в основном на фронтирах, на самых отдалённых и диких землях Многомерной. Если бы я сам в своё время не шпионил за всякими Охотниками, Портальщиками и прочими орденами, то, возможно, тоже о нём бы не слышал.
Многомерная Вселенная имеет размеры чуть побольше, скажем так, чем одна планета. И именно по этой причине в Многомерной не существует никого «сильнейшего». Никто в здравом уме не может заявить про себя, что он сильнейший из живущих. Так делают только идиоты.
Даже я не могу про себя такого сказать, хотя в собственных силах уверен более чем. Просто никогда не знаешь, в какой дыре, в каком забытом богами мире кто обитает, с каких времён он там притаился и какого могущества достиг. Всегда найдётся рыбка покрупнее или тварь похитрее. Но конкретно эта тварь явно переоценила свои возможности.
Биомасса передо мной всё бурлила, лица на её поверхности слипались в гротескные маски, щупальца ходили ходуном — сплошной шевелящийся клубок. Сдаваться эта дрянь не думала. Наоборот, копила силы для серьёзного захода.
— Смерть! — рявкнули хором все её пасти, и монстр кинулся вперёд.
Щупальца у Твари вытянулись, обросли острой костяной чешуёй с зазубринами по краю. Били отовсюду: сверху норовили вломить в череп, снизу подсекали ноги, с флангов брали в клещи.
На месте я торчать не стал. Прыжок в сторону — и первое щупальце с грохотом долбануло по земле, оставив борозду по колено. Под вторым поднырнул, третье срезал импульсом с кончиков пальцев.
— Сириус, прикрывай периметр! Не дай ей уйти в лес! — бросил я на ходу.
В воздухе расцветали символы Техносов. Никаких файерболов — эти эффектные фокусы простых магов, выжигающих всё в радиусе километра, я давно не жалую: жрут уйму энергии, а КПД — смех один. Мне ближе работа точечная.
Вокруг меня закрутились тонкие диски голубого света. Очередное щупальце потянулось в мою сторону, навстречу метнулся диск. Вжик! Мясистый отросток отвалился, плюнув чёрной жижей. Тварь взвыла и тут же выпустила новое.
— Настырная, — хмыкнул я, уворачиваясь от очередного удара.
А следом подключился мой Рой. Сириус уверенно вёл в атаку дронов.
Сверху спикировал штурмовой дрон и пальнул ракетой из подствольного гранатомёта. Взрыв разворотил часть биомассы; пока эта рана затягивалась, второй дрон уже завалился между щупальцами, подобрался к первому и каким-то хитрым манипулятором сунул ему новый снаряд — перезарядка прямо в воздухе.
С фланга прилетела тройка с огнемётами. Облила Тварь ревущими струями — та завизжала и попятилась. По поляне поплыла вонь палёного мяса. Ещё пара аппаратов нарезала круги, лупя по монстру лазерами и сбивая ему ориентацию ультразвуком.
Дроны слетались, жалили, отскакивали и заходили снова. Регенерация у Твари, конечно, шла дай боже: оторванные куски наращивались за секунды, ожоги затягивались — моргнуть не успевал. Но даже такой ресурс не бездонный. Рано или поздно клетки выгорят.
До монстра, видно, тоже это дошло. Он попробовал смахнуть огнемётчиков, но те ушли из-под удара.
— Я сожру твою душу! — прогудела Тварь. — Пусть мы становимся сильнее от Охотников-душеловов, но твоя душа, человечишка, наверное, не менее вкусная! Я чувствую в тебе силу!
Я остановился у края воронки от взрыва.
— Да ладно? — приподнял бровь. — Моя душа?
Я рассмеялся, сбросил остатки магического щита, который до этого гасил случайные удары, и развёл руки в стороны.
— А знаешь, давай. Поглощай.
Потом повернул голову — туда, где парил невидимый Сириус.
— Сириус, запрещаю тебе и любому другому дрону вмешиваться. Всем стоять!
Тварь тоже застыла, и щупальца перестали хлестать воздух.
— Ты так в себе уверен, человек? — проскрежетал монстр.
— Ну рискни. Покажи, на что способен.
— Я и безграничную душу заглотну! — заревела Тварь, обиженная моим пренебрежением.
Из центра её туши выскочило одно-единственное щупальце — без костяных пластин и без слизи. Полупрозрачное, в нём мерцал фиолетовый потусторонний свет. Та самая форма поглощения, какой они вытягивают неофитов Охотников.
Щупальце рвануло ко мне на дикой скорости. Грудную клетку не пробило, одежду не порвало — просто прошло сквозь плоть, в то самое место, где у нормальных людей бьётся сердце и где, по логике вещей, должна гнездиться душа.
Тварь радостно взвыла, биомасса задёргалась в предвкушении пира.
Но прошла секунда… другая… вой монстра оборвался. Пульсация замедлилась и сменилась каким-то судорожным подёргиванием.
— Какого хрена? — выдавило из себя одно из лиц на теле Твари.
— Что, не нашёл, чего искал? — спросил я невинно, разглядывая призрачное щупальце, торчащее из моей груди.
— Но… здесь должна быть душа!
— Должна, — я засмеялся. — Не поможешь её найти? А то я сам уже давно ищу.
До Твари наконец дошло, что дело пахнет керосином, и она дёрнула щупальце на себя, но без толку. Я напряг волю, защёлкивая «ловушку».
У монстра энергии через край, от бесконечных регенераций и пожираний. А у меня внутри, вместо души, зияла пустота, у которой ни дна, ни границ. Дальше всё решила физика, а с ней и метафизика следом: энергия всегда уходит туда, где её меньше.
Пустота во мне жадно потянула в себя жизненную силу Твари.
Монстр завизжал. Хищный рёв сменился скулежом существа, из которого живьём вычерпывают нутро. Биомасса быстро сдувалась, объём падал на глазах.
Тварь запаниковала. Выбросила оставшиеся щупальца — уже плотные, с лезвиями, — и попыталась пошинковать меня, чтобы оборвать связь.
— А теперь можешь вмешиваться.
Сириус долго упрашивать себя не дал. Метнулся вперёд. Вжик-вжик! — лезвия манипуляторов засверкали в воздухе. Одно щупальце отлетело, второе… Тварь отращивала новые, но Сириус срезал всё подряд: то, что тянулось ко мне, обрубал на подлёте.
А я стоял, руки в карманах, и наблюдал за мучениями монстра, скорее с любопытством. Энергия лилась в меня тёплым потоком, но привкус у неё, скажу честно, был такой себе. Грязноватая, пропитанная чужим страхом и болью.
Минут через пять Тварь усохла раза в три. Лица на её туше скрутились в агонии.
— А знаешь, — вздохнул я, — это слишком скучно.
Расслабил волю и разорвал контакт. Призрачное щупальце, к тому моменту тонкое, как леска, лопнуло. Тварь отшатнулась и грузно осела на землю. Силы из неё ушли — регенерация еле тянула, костяные шипы потеряли блеск.
— Я могу так стоять день, два… сколько надо. А ты просто загнёшься.
— Я бы… перебил твои железяки быстрее! — прохрипел монстр, тяжело вздымаясь.
Я рассмеялся.
— А ты знаешь, сколько народу мне это уже обещало? И не только народу. Демоны, боги, императоры, парочка инопланетных архонтов — все по очереди говорили. Рой не перебьёшь. У него ни конца нет, ни начала.
Я глянул на часы. Времени реально кот наплакал. Император ждёт, да и дел невпроворот.
— Ладно, давай-ка веселее. Раз ты у нас такой уверенный, пора повышать ставки. Арни, твой выход.
С неба опустился громадный транспортник. Приземляться не стал — на высоте метров десяти разжал захваты, и на поляну грохнулся Арни.
Киборг неспешно выпрямился. Очки — новые, уже третьи за неделю — поймали свет от прожекторов дронов. В руках любимый автоматический дробовик, на поясе гирлянда осколочных гранат. Полы кожаной куртки трепало ветром.
— Я — Арни, — прогудел он. — Задача — защитить Феликса.
— Арни, тебе подарок, — я указал на тяжело дышащую Тварь. — Любишь же занятные задачки? Вот этот красавец вознамерился меня прибить. Развлекайся.
Окуляры киборга под очками полыхнули красным.
— Приемлемо.
Дробовик Арни даже не поднял. Шагнул вперёд и от души зарядил бронированным кулаком прямо в середину биомассы. Тварь взвыла и облепила его щупальцами. И тут началась мясорубка.
Арни драл плоть монстра механическими руками, на костяные лезвия плевал — те со скрежетом царапали ему эндоскелет под лоскутами синтетической кожи, и не больше. Тварь восстанавливалась, отращивала новые конечности и попутно пыталась размазать киборга собственной массой.
У Арни, впрочем, своя «регенерация» имелась — микрореактор, который не знал слова «садится», и полное равнодушие к боли. Когда Тварь срезала ему кусок полимерной плоти, обнажив блестящий металл, он просто подобрал оторванный кусок и со всей дури затолкал обратно в монстра, провернув для верности.
А я стоял в сторонке, прислонившись к дереву, и наблюдал за этим эпичным махачем. Часа два мне хватило, чтобы вдоволь насладиться зрелищем. Арни стрелял, бил, рвал на куски, снова стрелял, а Тварь ревела, восстанавливалась, бросалась в очередную атаку и снова откатывалась, теряя массу. Поляну перепахало в труху — везде лоскуты обугленной биомассы и куски искорёженного металла (дробовик Арни в какой-то момент не выдержал и сломался пополам).
Наконец я снова посмотрел на часы. Время поджимало окончательно. Мне ещё предстояло разбираться с последствиями того бардака, что мы устроили в Администрации.
— Арни, слушай сюда! — крикнул я. — Эта хрень из леса выйти не должна, никаким боком. Понял?
Киборг — одной рукой держа извивающееся щупальце, другой молотя по главному скоплению лиц на Твари — обернулся ко мне.
— Принято. Цель будет удержана и уничтожена.
До Твари, видать, дошло, что она в полной заднице, и она решила сжульничать: распалась на мелкие куски, попыталась растечься по земле и просочиться в лес. Арни оказался быстрее. Он плясал на разбегающихся обрывках, хватая руками и швыряя в общую кучу. Тварь била его в спину — он выдирал щупальца с мясом. На корпусе киборга следов почти не оставалось, а запас прочности у этого экземпляра, кажется, кончаться не собирался.
— Ну, развлекайтесь, ребятки, — усмехнулся я.
Оставив киборга меситься с неубиваемым монстром, я вызвал глайдер. Пора было лететь к Императору. И заодно глянуть, что осталось от несчастных китайцев, и сообразить, как этот балаган вывернуть в свою пользу.
Потому что ситуация, чего уж там, выходила паршивая. Дипломатический скандал — это слабо сказано. Но иначе я поступить не мог. Эта тварь в городе оказаться никак не должна была.
Непонятно, сколько бы людей погибло, вырвись она на улицы. Да и напала бы она вообще на меня, увидь сразу всю мою мощь — хотя бы дроновую?
«Хотя, кого я обманываю, — подумал я, забираясь в кабину глайдера. — Конечно бы напала. Они же тупые в своей жажде сожрать сильного. Просто… не люблю тех, кто убивает ради удовольствия. Это удел слабых».