На самом деле я даже какое-то облегчение испытывал. Я ведь очень не люблю разочаровывать людей. И вообще всех разумных. Да и неразумных — тоже, если уж на то пошло. И вот, я собирался самым очевидным образом этих всех замечательных горожан, которые мне с какого-то фига поверили, обломать самым жестоким образом.

Жизнь — она дороже, конечно. Лучше быть живым позорником, чем мёртвым героем. И всё равно, душа у меня не лежала к тому, чтобы вот так вот некрасиво поступать. Дуся — он прекрасен душой и великолепен телом, Дуся не любит поступать некрасиво. Так что с какой-то стороны это даже хорошо, что усвистать в закат, помахав на прощание ладошкой и крикнув «Адью, придурки», теперь не получится.

С очень незаметной стороны, если честно. Потому что теперь у нас наметилась проблема — надо как-то эту встречу бандитов с горожанами разрулить, чтобы всё мирно закончилось. И это только самая первая, самая простая сложность из череды больших, страшных задниц, которые нас теперь поджидают.

Вот интересно, почему сложности ассоциируются с задницей? Я вот, например, попы очень люблю. В смысле, женские, конечно. Они красивые очень, форма у них восхитительная, хотя и самая разная, и волнующие до полного восторга. Особенно — одна конкретная попа, которую я сейчас имею счастье наблюдать почти во всех её прекрасных и восхитительных подробностях.

Ну, а как ещё? Штанишки у Айсы уже маловаты. Выросла она из них, будем честными. Всего на пару размеров. Ну, то есть, как выросла? Где-то на Земле они бы считались в самый раз. Но здесь женщины уманьяр предпочитают носить более свободную одежду, чтобы ничто не стесняло движения. Только Айсе в племени всё доставалось по остаточному принципу, так что пока она донашивает старые, подростковые.

Не уверен, кстати, что я правильно называю эти брючки штанами. Это скорее лосины, потому что, во-первых, сделаны из лосиной кожи, во-вторых, как я уже упоминал, очень тщательно и во всех подробностях обтягивают любимую попку. Особенно, когда владелица этой красоты наклоняется над трижды стукнутым мэром, чтобы смочить ему виски и лоб тряпочкой, а к шишке на макушке приложить медную кружку.

Да. Очень трудно сосредоточиться на своих мыслях, когда видишь что-то столь совершенное и манящее. Это я растерянно оглянулся на спутников, пытаясь собраться с мыслями и решить, как действовать дальше, и вот, нифига не собрался, а, наоборот, разобрался. Залип, короче, и так и висел как древний компьютер на виндос 98, пока не поймал очень укоризненный взгляд Марты.

Марта, как я заметил, вообще очень не любит всякие пошлости и неприличности. Такое впечатление, что её воспитывали в институте благородных девиц. Хотя нет, какой там воспитывали. Она там, скорее, работала на должности преподавателя по ханжескому этикету. Вон у неё уже и ладошка складывается в лодочку, машинально. Такой-то лодочкой если получить, да ещё по уху… Ну, я видел, к каким последствиям это приводит. Вон, Логоваз до сих пор стукнутый ходит, синяки не сошли, да и Дройн вполне вероятно не случайно такой отбитый.

Ладно. Простим Марту за её исключительную любовь к приличиям, потому что она помогла мне прийти в себя и всё-таки сосредоточиться на проблеме. Пауза и так слишком затянулась. Народ волнуется. И с той стороны, и с этой. Пора разруливать.

Я снова выпрямился на поднадоевшей уже крыше грузовика. Устал стоять, особенно, пока ехали. Попробуй тут балансировать, да ещё, одновременно, классную песню исполнять, пританцовывать, и в бубен бить! Одно хорошо — Витя с Митей рядом аж светятся от энергии, смотреть больно. Рожи довольные до невозможности, хоть сейчас на плакат вешай с подписью «Их разыскивает милиция». Ну, потому что выражения лиц такие. Будто что-то нехорошее замышляют.

Тьфу, опять отвлёкся.

— Добро пожаловать! — Громко сказал я в микрофон. — Давайте же поприветствуем наших новых товарищей, добрые граждане славного Грасс Вэлли! Вместе мы та сила, которая сделает этот край процветающим, а нашу жизнь — богатой и сытой! Так давайте же отпразднуем эту встречу и наше знакомство! Пусть владельцы всех баров и едален Грасс Вэлли не скупятся! Пусть повара не знают отдыха сегодня ночью! Пусть не останется во всём городе ни капли спиртного! Я, как новый мэр, готов оплатить этот праздник! Давайте же радоваться!

Блин, неловко получилось. Армия-то моя на меня смотрит не сильно радостно. Да что там говорить, злобно они на меня смотрят! С обидой и недоумением! Прям из кузовов выглядывают, и сверлят глазами. Ужос, иначе и не скажешь. Видать, сработал тот древний прикол из интернета, не обманывал меня Пупок.

— А те из новых граждан нашего замечательного города, которые проявят особенную приветливость к старожилам, получат награду! Вы все знаете, какую, правда ведь? — Уточнил я.

Блин, этот рычаг, он, пожалуй, посильнее страха смерти! Даже как-то неуютно стало, когда меня затопило просто массой облегчения и готовности быть душками. Чувствую, авалонцы сегодня будут удивлены.

— Дуся, ять! Ты рехнулся вообще? Тебя кто учил так деньгами распоряжаться⁈ — Вопил мне прямо в ухо Витя. А в другое ухо ему поддакивал Митя:

— Ты с какого перепуга таким меценатом заделался, объясни мне⁈ В святые записаться решил⁈ Весь город напоить! Негодяй! Позор на наши седины!

— Тимбилдинг, однако! Специально для сплочения коллектива. Они щас все напразднуются, подружатся, и будут любить друг друга долго-долго, пару дней точно.

— Т-т-ты чего⁈ — Митя аж заикаться начал. — Что за тимблидинг⁈ Свальный грех⁈ Дуся, мы это не одобряем! Мы это вообще очень сильно не одобряем!

— Да тьфу на вас, причём здесь свальный грех? Просто пообщаются, люди напьются, остальные и так повеселиться, думаю, смогут.

— Ты сказал, что они любить друг друга будут два дня! — Обвиняюще ткнул в меня пальцем Витя.

— Ну, блин, платонически же! Просто добрые чувства друг к другу будут испытывать, чего не ясно? Потом, конечно, совместный праздник забудется, и чувства утихнут! Я именно это имел ввиду, озабоченные вы придурки, а вовсе не то, о чём вы подумали!

— И это нас он называет озабоченными! — Ворчал Митя, — А сам хотел тимблидинг устроить! Еле остановили…

Скотины, короче, призрачные. Не могут не оставить за собой последнее слово! Но хотя бы перестали меня пилить за растрату, уже хорошо.

Народ, в целом, радуется. И старожилы, и мои бандиты тоже, в целом довольны. Может, не так, как если бы бухать могли, но возможность хорошенько и вкусно пожрать всё равно их воодушевила, что уж там. А потом и вовсе случилась одна крайне приятная штука, которая окончательно сняла напряжение среди нечеловеческой части моих подчинённых.

А, и самое главное — вояки начали потихоньку оттягиваться. Нет, они всё ещё сильнее, я так думаю. У них вон два броневика с пулёмётами. У меня аж поджилки затряслись, как мне эти броневики для себя захотелось. Такие они ладные, красивые, едут тихо, баленками шевелят. Но пока не вижу способа такой экспроприировать. Армия нынче Грасс Вэлли явно покинет, не будет участвовать в празднике. Но если мы попытаемся их крутые автоматики отобрать, будет бойня. А бойню нам не надо, это будет непопулярно.

Мы развернули грузовик, и поехали обратно к городу, медленно и не торопясь, как будто так и было задумано. Я, наконец, сполз с надоевшей до оскомины крыши в кузов, и приготовился немного отдохнуть, хотя бы пока едем, но не тут-то было. Моё внимание привлекла одна из местных жительниц. Судя по одежде — представительница одной из самых востребованных во все времена женских профессий. Красиво, кстати, люблю корсеты. Всё, что нужно — подчёркивают.

Всё-таки мне нравится некоторая архаичность местных нравов. Вот у нас, на Земле, куртизанки давно уже пошли по самому простому пути — они просто стараются надеть как можно меньше одежды. И это радует, в принципе… но местные дамы лёгкого поведения выглядят куда изысканнее, вот честно! Хотя и одеты по земным меркам чуть ли не как монашки. По крайней мере, как те монашки, которых я любил разглядывать в интернете. Там ещё фильм, помнится, один был… Блин, ладно. Что-то у меня сегодня мысли всё не в ту сторону уходят, видно, от сильного стресса.

— Скажите, господин мэр, а ваше распоряжение касается всех развлекательных заведений, или только едален? — Дама говорила таким грудным, глубоким голосом, что аж внутри всё вибрировало. Нет, ну царица же! Пантера!

— Всех! — Осипшим голосом сказал я. Потом сквозь туман в башке всё-таки пробилась одна мысль, и очень здравая, между прочим. — Мэрия платит за всё, золотом. Так что работайте не покладая ног, милые леди! Если, конечно, вы не хотите и сами слегка отдохнуть от работы, тут неволить не стану. Однако у меня будет одно условие!

— И какое же? — Слегка насторожилась дама.

— Я очень прошу не делать различий между старыми и новыми гражданами города. Как я уже говорил — мы тут все равны, и все — очень хорошие. — Блин, вот не люблю врать. Но чего не сделаешь, ради улучшения атмосферы в коллективе! — Так что будет неправильно, если вы станете отказывать кому-то просто оттого, что у него форма ушей неправильная, и цвет кожи отличается.

— О, за этим проблем не станет, господин мэр! — Облегчённо улыбнулась бордель — маман. — Правила у нас одни для всех, и если ваши друзья будут их соблюдать, то добро пожаловать! Вы и сами можете оценить качество наших услуг, причём первым. Я вижу, вам это необходимо!

Ну, нафиг! В смысле, это был такой соблазн! Я прямо почувствовал, как барьеры моей воли и совести начинают падать один за другим. Прямо внутренним взором это видел, и мне было совсем не жаль, что эти барьеры такие неустойчивые.

— А кем вы работаете⁈ — Раздался у меня над ухом любопытный голос Айсы. — Какие услуги предоставляете?

— О, если хочешь, я тебе расскажу, милая девушка! — По-доброму улыбнулась Айсе бордель — маман. — И даже покажу. Может быть, ты и сама захочешь попробовать? У нас не делают различий не только между расами, но и между полами! Мы научим тебя всему, что умеем и знаем, а знаем мы, поверь, очень много. Далеко не везде можно найти таких прекрасных профессионалок!

— Я тебе потом расскажу сам, Айса! — Барьеры воли восстановились сами собой, с дивной скоростью. — Простите, милая леди, но у нас сегодня ночью будет слишком много дел. Пока город отдыхает, надо будет это… составить детальную дорожную карту изменений, которые ждут наше новое, счастливое общество. А ещё… прикинем, как выстраивать административную пирамиду, и, кроме того, хотелось бы проконтролировать исход недружественных войск с территории города.

— Такая самоотверженная преданность работе делает вам честь, господин мэр! — Лукаво улыбнулась дама. — Я и сама хотела бы обсудить с вами будущее города. Если, конечно, вы не передумали насчёт роли женщин в общественной жизни Грасс Вэлли!

— Конечно, не передумал! — Максимально отрицательно покачал я головой. — Жду вас завтра, в любое удобное время. Ну, или послезавтра, а то, наверное, завтра вам отдохнуть нужно будет.

— О, какая трогательная забота! — Весело рассмеялась куртизанка. — Не стоит беспокоиться, я сама уже давно не оказываю услуг, лишь присматриваю за своими подружками. Впрочем, моё предложение остаётся в силе — для вас я могу сделать исключение.

«Сосредоточься, Дуся! Не вздумай расплываться! Как ты потом будешь смотреть в глаза Айсе⁈ Ты — кремень! Ты — камень! В смысле — весь, полностью камень, а не отдельные части!»

Убедил, в общем. Я — действительно кремень. Но мне не нравится, с каким наивным, восторженным интересом провожает куртизанку Айса. Глазами, в смысле. Надо как-то проследить, чтобы чего не вышло, а то научит ещё плохому мою невесту будущую… Или фиг с ним? Вдруг, наоборот, хорошему научит? Да мне бы и самому поучиться не помешало, а то теоретически-то я подкован, а вот практически.

— Я думаю, прекрасной Айсе не стоит общаться с этими несчастными, утратившими честь падшими женщинами! — Раздался голос Марты. Я оглянулся, и узрел её сурово сдвинутые брови. И её сложенную в лодочку ладонь. Блин, это отрезвляет не хуже, чем холодный душ!

— Всё-таки не соглашусь насчёт утративших честь и падших, — нашёл я в себе силы возразить. — Все профессии нужны, все профессии важны. Вы, уважаемая Марта, пытаетесь отрицать человеческую природу. В смысле вообще природу всех разумных существ. И не только разумных, да… но в целом я согласен, Айса, ты бы с этими дамами поосторожнее. Профессия у них специфическая… короче, потом расскажу. У нас вообще сейчас проблема, нужно как-то избавиться от регулярных частей в городе, а я понятия не имею — как!

— Думаю, с этим сложностей не возникнет, — ответила Марта. — Они не станут спорить с целым городом. Особенно, в отсутствие начальства, которое мы пленили.

Она оказалась права, эта странная орчанка. Лейтенант Уинстон скрипел зубами, смотрел волком, и вообще всячески демонстрировал своё праведное возмущение, однако после того, как простимулированный угрожающе сжатым Гаврюшиным кулаком генерал подтвердил мои распоряжения, солдаты начали собираться. Благо, особо расположиться и не успели толком — видно, армия только-только начала прибывать в Грасс Вэлли, мы их в самом начале застали.

Теперь у них будет выбор — либо строить полевой лагерь прежде, чем на нас напасть, либо концентрироваться в одном из соседних городов. А у здесь, так-то, места довольно пустынные, и плотность населения маленькая, не сильно выше, чем на востоке, за горами. А пространства — большие. Так что теперь нас будет отсюда сложно выкурить и выбить… но ровно до тех пор, пока не появится Вивисектор. Что-то мне подсказывает, что он нас здесь поубивает и без поддержки армии. Если, конечно, ему наплевать на жителей Грасс Вэлли. Или, может, он нас с ними как-нибудь рассортирует?

Это вон наивные граждане могут радоваться, а я-то прекрасно понимаю, что авалонские власти нас так просто в покое не оставят. И дело не в том, что они авалонские, а в том, что они власти. Какая нормальная власть позволит кучке смутьянов захватить целую индустрию добычи золота, ради которой и строили всю колонию? Это сейчас они растеряны, потому что всё руководство далеко, и совсем непонятно, у кого спрашивать указания. Но эта растерянность долго не продлится, а когда они придут в себя, то очень разозлятся. Я бы на их месте точно разозлился, тут без вариантов.

Очень скоро нас придут давить. Если б мы сбежали достаточно быстро и достаточно далеко, то ещё туда-сюда, обошлось бы. Всё бы вернули постепенно на круги своя, убытки бы компенсировали, и со временем о нас бы просто забыли. Но в том-то и штука, что по факту нам бежать некуда. Ну, то есть мне — очень даже есть куда, хоть сейчас собирай манатки и сваливай на далёкую родину. Но это мне, а вот местные отсюда никуда не денутся. Материк только кажется большим и малонаселённым, на самом деле тут всё поделено, и пришельцы никому не нужны. Делиться никто не захочет.

Хуже всего даже не местная армия и генерал — губернатор Карнистир Морьо по прозвищу Вивисектор. Плохо, очень плохо, и я понятия не имею, как с ними справляться, это да. Но это ещё цветочки. Ягодки — это огромное, и очень сильное государство, которое стоит за плечами Карнистира Морьо.

Вряд ли это государство обрадуется, если лишится одной из статей дохода, даже если эта статья совсем небольшая в масштабах государства. Их просто соседи уважать перестанут, если они позволят такому случиться. Блин, жутковато получается, как представишь, с каким противником гордый и несгибаемый Дуся решил схлестнуться. Где-то я слышал, что одиночка не может бороться с системой, каким бы классным он ни был. А меня как будто судьба сама толкает в это безнадёжное дело ввязаться.

Я постарался выкинуть из головы неприятные мысли. Праздник же! Пускай всё это неожиданно получилось, и я понятия не имею, как мы будем спасаться из тупика, в который я завёл население целого города и свою армию в придачу, но сейчас стоит порадоваться моим успехам.

Клёво же получилось. Я — мэр, между прочим. Очень стремительная карьера для бывшего беглого раба, который оказался в чужой стране в компании двух призрачных придурков! Я, безусловно, замечательный и офигенный со всех сторон, но даже мне удивительно, как это у меня так быстро всё получилось. Теперь главное за такую удачу не расплатиться собственной головой. Она мне гораздо дороже, чем должность городского головы. Такой вот каламбур, немного нервирующий.