Они шли по коридору общежития, держась за руки. Ари сжимала его ладонь так сильно, будто боялась, что он исчезнет. Демид не отпускал. Вёл её, как слепую, хотя она видела не хуже его. Просто ей нужно было чувствовать, что он рядом. Что это не сон.

У дверей её комнаты он остановился.

— Ты как?

— Нормально.

— Врёшь.

— Нормально, Демид. — Она подняла голову. — Жива. Не отчислена. Не в психушке. Нормально.

— Этого мало.

— Пока хватит.

Она отпустила его руку и вошла в комнату.

--

Рита сидела на кровати, поджав ноги. Увидела Ари — спрыгнула, повисла на шее.

— Ты вернулась!

— Давно.

— Я думала, ты не приедешь! Думала, он тебя не уговорит!

— Уговорил, — буркнула Ари. — Как видишь.

— Молодец, Ветров, — Рита кивнула Демиду, который остался стоять в дверях. — Хоть что-то умеешь, кроме как стулья ломать.

— Я много чего умею, — ответил он без улыбки. — Но это не важно.

— А что важно?

— Что она здесь.

Рита хмыкнула, подмигнула Ари и вышла, оставив их вдвоём.

— Я могу остаться? — спросил Демид.

— Нет.

— Почему?

— Потому что тебе нельзя в женском общежитии.

— Мне уже можно. Я спросил у коменданта.

— Ты... спросил у коменданта?

— Сказал, что хочу побыть с девушкой. Она поняла.

— Ты невыносим, — устало сказала Ари.

— Но ты с этим живёшь.

— Пока да.

Он улыбнулся. Шагнул в комнату. Закрыл дверь.

— Я не буду к тебе прикасаться, — сказал он. — Я просто посижу рядом. Можно?

— Сиди.

Он сел на краешек кровати. Ари села рядом. Не касаясь. Просто — рядом.

— Долго ты так будешь? — спросила она.

— Сколько нужно.

— А если я не захочу, чтобы ты ко мне прикасался?

— Буду просто сидеть.

— Глупо.

— Пусть.

Она повернулась к нему.

— Ты изменился, Ветров.

— Демид.

— Демид, ты изменился.

— Стараюсь.

— Старайся дальше.

Она легла на кровать, отвернулась к стене. Он остался сидеть, смотреть в потолок.

«Не спит. Думает. Боится», — понял он.

Через час её дыхание стало ровным. Демид осторожно встал, поправил одеяло, коснулся губами её волос и тихо вышел. Закрыл дверь. В коридоре постоял несколько секунд, прижимаясь лбом к холодной стене.

— Справлюсь, — прошептал он. — Ради неё.

И ушёл в свою комнату.

--

На следующее утро Ари разбудила Рита.

— Ари, вставай! — Рита трясла её за плечо. — Там такое…

— Что? — Ари села на кровати, протирая глаза.

— Смотри.

Рита протянула телефон. На экране — старый пост Ксении. Фото Ари и Демида в коридоре, подпись: «Грантница Громова и её спонсор. Скоро в Астрее откроется новый бордель?»

— Она не унимается, — сказала Ари.

— Она бешеная.

— Пойду поговорю.

— Не надо.

— Надо.

Ари натянула джинсы, свитер, собрала волосы в хвост и вышла.

Ксения стояла у входа в корпус с подружками. Увидела Ари — улыбнулась.

— О, проснулась наша грантница. Как спалось? На мажорской подушке?

— Уйди, Ксения.

— Не уйду. — Ксения шагнула вперёд. — Ты думаешь, что ты теперь королева? Никто не поверил, что ты не брала деньги. Ты для всех осталась продажной дрянью.

— А ты для всех осталась закомплексованной дурой, которая пытается самоутвердиться за счёт других.

Ксения побледнела.

— Как ты смеешь…

— Я смею. — Ари шагнула ближе. — Ещё раз выложишь моё фото — я подам на тебя в суд. За клевету, за распространение личных данных, за моральный ущерб. Хочешь проверить, как работает закон? У твоего отца есть деньги, у меня — нет. Зато у меня есть мозги. Проверим, кто выиграет?

Ксения открыла рот и не нашла слов.

— Иди, — сказала Ари. — Пока я не передумала.

Ксения развернулась и ушла. Подружки — за ней.

— Ты жёсткая, — раздалось за спиной.

Ари обернулась. Демид стоял в двух шагах, прислонившись к стене.

— Подглядывал?

— Любовался.

— Не наглей.

— Не наглею. — Он подошёл, взял её за руку. — Ты справилась сама.

— Я всегда справляюсь сама.

— Знаю. — Он вздохнул. — Но иногда можно позволить мне помочь.

— Зачем?

— Чтобы я чувствовал себя нужным.

Она посмотрела на него. Серьёзно.

— Хорошо, — сказала она. — В следующий раз позвоню.

— Не опоздаю?

— Не опоздаешь.

Он улыбнулся. Поцеловал её в лоб — осторожно, будто боялся сломать.

— Идём? — спросил он.

— Куда?

— Лекция. История искусств.

— Ты ходишь на историю искусств?

— С тобой — хожу.

— Ты невыносим.

— Но ты со мной.

Она не ответила. Просто пошла на лекцию. Он — рядом.

--

В аудитории они сели на последний ряд. Демид положил руку на спинку её стула, но не касался.

Профессор показывал слайды с картинами эпохи Возрождения, рассказывал о Леонардо и Микеланджело. Ари делала заметки, Демид смотрел на неё — не на доску, не на профессора, на неё.

— Перестань пялиться, — прошептала она.

— Не могу.

— Мешаешь учиться.

— Мешаю.

— Ты…

— Я знаю.

Она закатила глаза, не удержалась — улыбнулась.

--

После лекции они вышли из аудитории, и Демид взял её за руку, ведя за собой.

— Куда мы?

— В кафе. Надо поговорить.

— О чём?

— О нас.

Они сидели в «Астере», пили кофе. За окном моросил дождь.

— Я хочу тебя кое о чём попросить, — сказал Демид.

— О чём?

— Не прячься от меня.

— Я не прячусь.

— Прячешься. Когда что-то идёт не так, ты замыкаешься, перестаёшь говорить. Как с отцом.

— Я думала, что так лучше.

— Не лучше. Когда ты молчишь, я не могу помочь.

— А если я не хочу помощи?

— Тогда скажи. Но не молчи.

Ари смотрела на него. Его серьёзное лицо, сжатые губы, руки, сжимающие кружку.

— Хорошо, — сказала она. — Я буду говорить.

— Обещаешь?

— Обещаю.

Он улыбнулся. Наклонился, поцеловал её. Прямо в кафе. При всех.

— Ты с ума сошёл, — прошептала она.

— Возможно.

— Люди смотрят.

— Пусть смотрят.

Она не оттолкнула.

--

Вечером Демид провожал её до комнаты. У двери остановился.

— Теперь я могу остаться?

— У тебя есть своя комната.

— Я хочу быть с тобой.

— Не сегодня.

— А когда?

— Не знаю.

— Я подожду.

Он поцеловал её в лоб, развернулся и ушёл.

Ари вошла в комнату, прислонилась к двери.

— Ну как? — спросила Рита.

— Кажется, я влюбилась по-настоящему.

— Раньше было не по-настоящему?

— Раньше я боялась.

— А теперь?

— Теперь — нет.

Она улыбнулась и легла спать.