Ночью они сидели на крыше общежития.

Ари накинула его толстовку, но всё равно дрожала — ноябрь, ветер, холодно. Демид обнимал её за плечи, но даже его тепло не спасало.

— Ты замёрзла, — сказал он.

— Немного.

— Врёшь. Зубы стучат.

— Я потерплю.

— Зачем? — Он повернулся к ней. — У меня есть комната. Там тепло. Там никто не помешает.

— Кто может помешать?

— Ксения. Её подруги. Кто-нибудь из студентов. — Он вздохнул. — Я хочу побыть с тобой. Без свидетелей.

Ари смотрела на него. В темноте его глаза блестели.

— Хорошо, — сказала она. — Пойдём.

--

Они шли по коридору элитного крыла, держась за руки. Ари никогда здесь не была. Мраморные полы, высокие потолки, картины в золочёных рамах. Тишина.

— Тут как в музее, — сказала она.

— Теперь здесь есть ты. — Он сжал её ладонь. — Уже теплее.

Он открыл дверь. Комната — огромная. Кровать с балдахином, панорамное окно, мягкий ковёр. Холодно. Дорого. Безлико.

Демид закрыл дверь на щеколду.

— Теперь никто не войдёт.

— А ты не боишься, что кто-то узнает?

— Плевать. — Он повернулся к ней. — Я хочу, чтобы ты осталась. На всю ночь.

Ари смотрела на него. Сердце колотилось.

— Хорошо.

--

Он подошёл, взял её за руку, прижал к себе.

— Ари.

— М?

— Я хочу тебя.

Она замерла.

— Демид…

— Мы не будем спешить. — Он коснулся губами её лба. — Обещаю.

— Я боюсь.

— Чего?

— Что будет больно. Что ты разочаруешься. Что я не…

— Заткнись. — Он поцеловал её, не давая договорить. — Ты — всё, что мне нужно. Поняла?

— Поняла.

— Тогда доверься мне.

Она кивнула.

Он стянул с неё толстовку — его, ту, в которой она ходила вокруг. Футболку — следом. Осталась в белье — чёрном кружеве, его подарке.

— Красиво, — сказал он. — Но без этого будет ещё лучше.

Он расстегнул застёжку. Кружево упало на пол. Посмотрел на её грудь — большую, с твёрдыми сосками.

— Ты такая красивая, Ари.

— Не смотри так.

— А как?

— Как будто хочешь меня съесть.

— Потому что это правда. — Он обхватил её грудь ладонями, провёл большими пальцами по соскам. Ари выдохнула, прикрыла глаза.

— Ложись, — сказал он.

Она легла на кровать. Демид навис сверху, целуя её шею, ключицы, грудь.

— Демид…

— Я здесь.

Он обводил языком соски, покусывал, втягивал в рот, пока она не застонала в голос.

— Хорошо? — прошептал он.

— Да…

— Хочешь продолжать?

— Да…

Он спустился ниже — по животу, к пупку. Провёл языком по коже. Ари выгнулась.

— Демид…

— Терпи.

Он раздвинул её ноги, поцеловал внутреннюю сторону бедра, потом вторую. Ари вцепилась в простыни.

— Не бойся, — прошептал он.

— Боюсь.

— Чего?

— Не знаю…

— Скажи, если будет неприятно.

Он опустился ниже. Провёл языком по её складочкам — нежно, едва касаясь.

Ари вздрогнула.

— Ещё…

Он повторил. Сильнее. Дольше.

— Так хорошо?

— Да… боже, да…

Он ласкал её языком, чередуя нежность и жёсткость. Пальцами раздвигал её — готовил. Вошёл один палец. Ари замерла.

— Не сжимайся, — сказал он. — Дыши.

Она выдохнула. Второй палец вошёл следом.

— Молодец, — шепнул он. — Идём дальше.

Он вынул пальцы, размазал её влагу по головке члена, навис сверху.

— Смотри на меня, — сказал он.

Она открыла глаза.

— Я войду. Мы никуда не спешим.

Она кивнула, зажмурилась, вцепилась в его плечи.

Он вошёл медленно — на один маленький, аккуратный дюйм. Ари закусила губу, зашипела.

— Болит?

— Немного…

— Терпи. Я здесь.

Он замер, давая ей привыкнуть. Потом двинулся дальше, ещё глубже — рывками, толчками, по миллиметру. Ари всхлипнула, потом заплакала — беззвучно, слёзы катились по вискам в волосы.

— Тише, — прошептал он, не останавливаясь. — Тише.

— Больно…

— Знаю. Но ты справишься.

Он вошёл до конца. Замер. Поцеловал её в мокрые щёки, в уголки губ, в веки.

— Самое страшное позади. Обещаю, дальше будет легче.

— Продолжай, — выдохнула она сквозь всхлипы.

Он начал двигаться. Медленно. Плавно. С каждым толчком глубже.

— Смотри на меня, — прошептал он.

Она открыла глаза.

— Я люблю тебя, Ари.

— Я тебя тоже.

Он целовал её, не останавливаясь. Его движения стали быстрее, жёстче. Ари выгибалась, стонала, но боль уже уходила, сменяясь чем-то новым — горячим, пульсирующим.

— Демид…

— Я здесь.

— Я сейчас…

Она кончила первый раз — с криком, содрогаясь всем телом, впиваясь ногтями в его спину.

Он не остановился.

Ари замерла, не понимая.

— Ты… продолжай?

— Да. — Он двигался, не сбавляя темпа. — Я ещё не кончил.

Она прикусила губу. После оргазма каждое движение отдавалось дрожью — чувствительно, почти болезненно.

— Ещё один раз, — прошептал он. — Ты можешь.

— Не знаю…

— Можешь.

Он ускорился. Одна его рука скользнула между их телами, палец нашёл её клитор — влажный, набухший.

— Демид! — она выгнулась.

— Сейчас, — прошептал он.

Он трахал её и одновременно ласкал пальцем — жёстко, ритмично, в такт толчкам. Ари сжимала его, вскрикивала.

— Демид, я…

— Давай.

Она кончила второй раз — сильнее, острее, громче. Слёзы снова текли по щекам.

Он не остановился.

— Боже…

— Не бойся.

Он замедлился на секунду, давая ей перевести дыхание, потом снова набрал темп.

— Последний раз, — прошептал он. — Ты сможешь.

— Я устала…

— Терпи.

Он продолжал двигаться — ритмично, глубоко. Палец на клиторе не останавливался.

Ари чувствовала, как внутри снова нарастает напряжение, как тело нагревается, немеет.

— Демид…

— Да.

— Я…

— Кончай.

Она кончила третий раз — с криком, содрогаясь, впиваясь ногтями в его плечи до крови. Демид не выдержал — кончил следом, уткнувшись лицом в её шею, чувствуя, как она пульсирует вокруг него.

Они лежали, переплетённые, мокрые от пота, тяжело дыша.

— Ты в порядке? — прошептал он.

— Не знаю, — честно ответила она.

— Испугалась?

— Немного.

— Но тебе было хорошо?

— Да. — Она выдохнула. — Очень.

Он поцеловал её в макушку.

— Я люблю тебя, Ари.

— Я тебя тоже, Демид.

Она закрыла глаза и уснула у него на плече, чувствуя, как его рука обнимает её за талию, не отпуская.