— Напряжение в воздухе чувствуется — все только и говорят, что немцы могут напасть. Причем, уже завтра, что характерно, в воскресенье!

Командир 8-й противотанковой бригады полковник Стрельбицкий зло хохотнул, но было отчетливо слышно, что никакой иронии в его голосе нет. Последние дни поджарый, всего сорока лет от роду, Иван Семенович не находил время для отдыха — артиллеристы принимали последний эшелон с поступившими пушками и новенькими автомашинами ЗИС-5, которые спешно сгружали с платформ. От сердца отлегло — кому из военных нравиться, когда вверенная ему часть не имеет вооружения по полным штатам. Нет болезненней для сердца командира зрелища, чем хорошо подготовленные орудийные расчеты, но без положенной материальной части. Однако теперь все четыре противотанковых дивизиона бригады укомплектованы и собраны воедино. Хотя не совсем так — в Молодечно пока застрял 67-й ОПТАД, с 24-й стрелковой дивизией, по приказу командующего округом генерала армии Павлова выдвигаемые к западной границе с заметным опозданием. Зато три других артдивизиона уже здесь, в Лиде — небольшой белорусский городок, на немощеных улицах которого постоянно слышалась разноязычная речь, стал для формируемой бригады пристанищем вот уже на девять месяцев. Срока, обусловленного природой для вынашивания ребенка, как ни странно, не хватило, и не только потому, что дело было совершенно новое.

В августе прошлого года на заседание ГВС приняли решение сформировать десять противотанковых бригад, и нарком обороны подписал соответствующий приказ. По полученной от разведки информации стало ясно, что немцы всячески усиливают свои танковые соединения, которые сокрушили французские войска в недавней июньской кампании. Полученные из самой Германии по торговому соглашению танки изучили со всем тщанием и пришли к выводу, что немцы могут усилить их защиту броневыми «нашлепками», доведя толщину лобовой брони корпуса и башни до шестидесяти, а то и восьмидесяти миллиметров. И хуже того, пришли данные, что в рейхе ведутся работы над тяжелым танком, подобно пошедшему в серийное производство КВ, а на «климах» семьдесят пять миллиметров основной брони, причем можно дополнительно экранировать лобовую часть подбашенной коробки корпуса и башню листами толщиной до тридцати миллиметров. А вот такую защиту имеющиеся в РККА орудия пробить оказались не в состоянии — проведенные испытания показали, что «сорокапятка» может уверенно поражать только бортовую броню «троек» и «четверок», да со «лба» легкие танки под вопросом. Новые трехдюймовки Ф-22 и Ф-22 УСВ «взять» экранированную броню могли, но вся штука в том, что «универсальная» пушка оказалась совершенно никчемной — если как дивизионное орудие еще кое-как подходило, то, в виде противотанковых обе системы вообще непригодны из-за двух разнесенных по сторонам механизмов горизонтальной и вертикальной наводки. Про зенитные характеристики «эфки» говорить не приходится — уже в тридцать седьмом году стала ясна ее полная непригодность в этом качестве. Так что сплошное «вредительство» прежнего руководства во главе с бывшим маршалом Тухачевским было для артиллеристов очевидно, особенно в сочетании со всеми затеями с нелепыми безоткатными орудиями.

Решили формируемые бригады укомплектовывать зенитными пушками — четыре дивизиона на два полка, в каждом по пять дивизионов. Более мощные 76 мм «выстрелы» бронебойными снарядами «брали» сто миллиметровые плиты предполагаемых тяжелых танков, все же гильзы имели увеличенный пороховой заряд, так как были чуть ли не в полтора раза больше — 56 см, а не 38 см у обычной «трехдюймовки». Добавили в каждый полк от безысходности по дивизиону модернизированных 107 мм орудий — так называемых «42-х линейных» прошлой империалистической войны. Их стволы легко справлялись с любой броней, снаряд ведь на пуд тянул, но в качестве противотанковых тоже оказались непригодными по своим конструктивным особенностям. От безнадежности включили по два дивизиона Ф-22, все же длина ствола в 51, а не 40 калибров, а потому бронебойные способности где-то на пятнадцать процентов больше. В состав каждой бригады ввели минно-саперный и автотранспортный батальон, зенитный дивизион новейших 37 мм автоматических пушек, прочие тыловые подразделения обеспечения. Всего свыше пяти тысяч личного состава при 132 орудиях, почти половина из которых являлись хорошими зенитками, но вот «противотанковые» качества их и других пушек были под большим вопросом.

Выручил создатель Ф-22 генерал-майор Грабин, который подверг по поручению маршала Ворошилова свое неудачное «детище» модернизации. Дело в том, что ствол его пушки обладал избыточной крепостью, ведь изначально он изготавливался под зенитный боеприпас. Зарядную камору снова расточили, сделав прежнего увеличенного размера, угол возвышения уменьшили с 75 до 18 градусов, переделали лафет, механизмы наводки перенесли на одну сторону. Для уменьшения отката из-за большей отдачи мощного боеприпаса установили дульный тормоз.

Эффект оказался поразительным — плохое «универсальное» орудие превратилось в отличную противотанковую пушку. Потраченные на модернизацию суммы оказались смехотворными, «копеечными», всего несколько процентов от стоимости самого орудия. Втихомолку поговаривали, что эта «реинкарнация» Ф-22 произвела самого Сталина в восторг — вышло распоряжение наградить Грабина орденом Ленина, премировать, а все «универсальные» пушки немедленно отозвать из войск, складов и арсеналов, где им и было место на хранении. И немедленно отправить на переделку, работы на заводах велись днем и ночью. Заодно внесли необходимые изменения в УСВ, совместили на орудии механизмы наводки для одного наводчика, а не двух, чтобы отличная полевая пушка стала при этом еще хорошим ПТО. И тут же пересмотрели штаты, решив увеличить количество противотанковых бригад вдвое за счет переформирования в них громоздких полков. Количество дивизионов сократили с пяти до четырех, зато число батарей в каждом увеличили на одну. Артиллерию перевели исключительно на автотранспорт, трактора убрали из-за тихоходности и отсутствия должной мобильности, до двух с половиной тысячи бойцов и командиров уменьшилась численность. Зато на вооружение появилась однообразная матчасть из отличных противотанковых пушек — шестьдесят четыре длинных ствола фактически гарантировали уничтожение любой вражеской бронетехники.

Одна беда — на вооружении РККА имелось без малого почти три тысячи таких орудий, снятых с производства в позапрошлом году. Однако модернизировать сумели чуть больше третьей части, даже на все противотанковые бригады не хватило. А ведь еще в состав большинства стрелковых корпусов собирались ввести один-два отдельных ПТАДа, но то будет только к концу года, когда переделают стволы и лафеты всех находящихся в мобилизационном запасе Ф-22. И такое положение со всей устаревшей бронетехникой, которую сейчас модернизировали, заодно проводя капитальный ремонт — а это серьезно сказывалось на производстве новейших образцов, часть из которых вообще не будет изготавливаться. Но это и было правильным решением на взгляд военных — изготовленного вооружения хватало с избытком, и его модернизация могла принести куда больше пользы, чем освоение новых видов, к тому же выпуск последних будет серьезно ограничен. Да и освоение в войсках займет много времени, в то время как та же Ф-22 или Т-26 не вызывают никаких затруднений у расчетов и экипажей. Так что польза несомненна, тут все правильно — «отличное новое всегда враг хорошего старого», и выбор в пользу последнего очевиден, с этим проверенным оружием и предстоит воевать. А война неизбежна — из Лиды уезжают жители, евреи в первую очередь, да и в самом воздухе чувствуется приближающаяся «гроза»…

Ф-22 в противотанковом варианте стала лучшим противотанковым орудием вермахта — многие сотни уничтоженных ею КВ и Т-34 тому свидетельство. А ведь такой вариант предполагался изначально, и весной сорок первого года в наркомате обороны спохватились и отдали нужные распоряжения, вот только время истекло раньше — началась война…