— Товарищ командующий, дивизии 16-го и 65-го стрелковых корпусов успели выдвинуть к линии Ковенского и Алитусского укрепрайонов только передовые отряды — по стрелковому батальону и дивизиону от каждого полка, пока основные силы, разбросанные друг от друга на большом расстоянии, производили сосредоточение. Однако полностью выдвинуть войска к государственной границе, согласно оперативным планам, мы не смогли — противник опередил нас, и после короткой, но мощной артподготовки ввел в действие свои подвижные части, не менее пяти танковых и моторизованных дивизий при поддержке десяти пехотных. Это действительно так — удалось выявить номера вражеских дивизий, захвачены пленные.

Командующий Северо-Западным фронтом все прекрасно понимал, Морозов это видел в задумчивом взгляде, который генерал-полковник Кузнецов время от времени бросал на него. Ведь сам Василий Иванович, стоит только начать разбираться всерьез, фактически запоздал с выполнением, как директивы генштаба, так и прямых приказов командования. Зато дивизии не только запоздали с выдвижением к границе, они не подставились тем под сокрушительный первый удар полностью сосредоточившихся германских войск. И потому отошли к Неману в относительном порядке, даже успев подтянуть «отряды прикрытия», как это произошло с правофланговыми дивизиями.

— Каковы планы противника на ваш взгляд, Василий Иванович? С этим мы разберемся, и ваши «соображения» я прочитал внимательно, но хочется услышать напрямую от вас, что происходит сейчас на фронте. Меня сильно удивила ваша способность так четко предвидеть будущее.

Федор Исидорович чуть заметно кивнул, и Морозов моментально понял, что слова касались отнюдь не войны, вернее не только ее. Да и не было никакого у него предвидения, просто прислушался к советам командарма-3 Кузнецова, и когда штабом округа было решено проводить предвоенные мероприятия, начиная с семнадцатого июня, уговорил командующего отстрочить их проведение на двое суток. Мотивируя тем, что нужно время чтобы не только разобраться в обстановке, но и подготовиться к правильной эвакуации семей комсостава. Просто «тезка» прямо сказал ему после газетного сообщения от 14 июня (которое окончательно сняло все вопросы к нему), что если они немного не притормозят с данными решениями, то Москва их неизбежно отменит, и прикажет вернуть эвакуируемых обратно со всеми вытекающими отсюда последствиями. И ведь действительно — днем 21-го пришел приказ наркома обороны маршала Тимошенко о запрете вывоза семей комсостава и детских лагерей, и о немедленном возвращении всех обратно. Для осуществления контроля в Ригу прибыл начальник управления политической пропаганды армейский комиссар 2-го ранга Борисов. Но время до начала войны уже исчислялось несколькими часами, сделать ничего за этот срок уже не успели, решив заняться с утра, но нагрянула война. И сейчас все эти многие тысячи женщин и детей в безопасности — поезда уже ушли за Двину и Березину, и его маленькая дочь сейчас уехала вмести со всеми — он ее не отправил в Палангу в летний лагерь, вняв предупреждению «тезки». Именно на это сейчас и намекнул командующий фронта, тогда внявший доводам.

— Правофланговый 16-й стрелковый корпус не успел большей частью сил выдвинуться в укрепрайон. Два стрелковых полка 5-й дивизии уже заняли фронт по Неману на его слиянии с Дубиссой, выдвигаясь по ней к северо-западу, закрывая фланг. Две другие дивизии этого корпуса, 33-я и 188-я, выставив сильные арьергарды, отошли западнее Каунаса — сейчас переходят на северный берег Немана по мостам. В резерве корпуса 10-я противотанковая бригада. Что касается 65-го стрелкового корпуса, то управление со 126-й дивизией успели отойти к Пренаю, чуть севернее выдвинуты из второй линии 23-я и 84-я стрелковые дивизии, я их объединил под общим командованием комкора-65, его соединение прикрывает Каунас с юга. В резерве 2-я танковая дивизия генерал-майора Солянкина, которая предназначена для нанесения контрударов. Германская 16-я армия своими авангардами уже на подходе — противник уже задействовал три пехотных корпуса, общей силой до десяти дивизий. Думаю, уже завтра днем начнется сражение, в котором нам следует навязать противнику позиционные бои, и придержать на несколько дней.

Морозов говорил уверенно, мысленно радуясь, что не пришлось подставлять армию под разгром. А вот командующий армией склонился над картой, на которой карандашами уже была нанесена обстановка.

— Что у вас сейчас происходит на левом фланге, от Преная до Меркине, и особенно в Олите, Василий Иванович?

— Плоха там ситуация, Федор Исидорович, откровенно худая. Немцы вчера в полдень до Олиты прорвались, литовцы восстали — авангард 5-й танковой дивизии был вынужден перейти на восточную сторону, где подготовлены позиции. Все мосты через реку успели взорвать, о попытке диверсантов по их «разминированию» я сообщил 21-го вечером.

— На это мы обратили сразу внимание — я тут же отдал указание усилить защиту, а с началом боевых действий немедленно привести к подрыву мосты в приграничной полосе, если будет риск их захвата противником. К сожалению, не все отнеслись к приказу предельно серьезно — некоторые мосты в полосе 8-й армии оказались захваченными прорвавшимися немецкими подразделениями с бронемашинами и танками. К тому же у нас в тылах орудуют получающие поддержку от местных жителей диверсанты. У вас это просто проявилось наглядно и раньше, включая мятеж в Олите.

— Сейчас в Каунасе неспокойно, я задержал все имеющиеся у себя части НКВД, а также отошедшие от границы по моему приказу подразделения 107-го пограничного отряда. Мятеж, если он начнется, подавлю всеми имеющимися у меня силами, фронт по Неману нужно удерживать как можно дольше. От Преная до Олиты выдвинут 29-й стрелковый корпус, пока из одной 184-й дивизий, к вечеру выйдут части и 179-й стрелковой дивизии. Перед выездом получил радиограмму — 128-я стрелковая дивизия вышла к Неману из окружения, в ней до семи тысяч бойцов и командиров, части этой ночью будут переправляться южнее Олиты через реку.

Морозов остановился, вздохнул — он сделал все что мог, но не подставил армию под разгром, как могло бы это произойти, поторопись он с выполнением первой директивы Генштаба, хорошо, что с ее передачей в войска запоздали. Хотя, судя по всему, и в штабе фронта это понимали — ни одна из дивизий той же 8-й армии не была напрямую выдвинута к границе, а только передовые отряды с приданной артиллерией, по которым и пришелся главный удар. Но судя по всему все они, имея дивизионный автотранспорт, смогли не только организованно отойти, и, ведя при этом «подвижную оборону», на какое-то время задержали продвижение немцев в глубину.

— От Олиты до Меркене «дыра» в тридцать верст, которую начали занимать перебрасываемые командующим 3-й армией генерал-лейтенантом Кузнецовым соединения — 29-я танковая дивизия, 7-я и 8-я противотанковые бригады, к утру подойдут авангарды 24-й и 37-й стрелковых дивизий 21-го корпуса генерал-майора Галицкого. Противник задействовал в наступлении на Вильно целую танковую группу, фактически из четырех корпусов, в которых кроме пехоты, семь танковых и моторизованных дивизий. Если немедленно не усилить резервами данное направление, то немцы разорвут связь между нашими фронтами, и создадут угрозу обхода Минска с севера.

— Этим сейчас занимается начальник Генштаба Жуков и генерал армии Павлов — в Москве и Минске знают о возможном прорыве немцев к Вильно. Ваш южный фланг теперь ограничен Олитой, туда и отведете 128-ю дивизию. Ответственность за Виленское направление передано Западному фронту, туда уже выдвигается управление 13-й армии генерал-лейтенанта Филатова. Нам с вами надлежит действовать против 18-й и 16-й вражеских армий, с которыми наступает еще одна, 4-я танковая группа…

В Литве и Белоруссии множество рек и речушек, через них перекинуты вот такие деревянные мостики, по которым переходили легкие танки чешского производства, такие как этот свалившийся Pz-35(t) из состава 6-й танковой дивизии. Эти хлипкие сооружения даже не нужно взрывать, достаточно подпилить опоры…