— Что такое, Алекс? — Вспотевшие платиновые волосы прилипли ко лбу, и он привычным жестом откинул их назад.

— Мне нужна твоя помощь. — Он чуть наклонил голову и внимательно посмотрел мне в глаза.

— Только не говори, что твою принцессу опять похитили и придется пролить много крови. — А у парня чутьё или уже привык, что там, где я, просто не бывает.

— С Мирой всё в порядке, а вот крови придется пролить изрядно, если, конечно, ты впишешься. — Я был уверен в его согласии, но социальные взаимодействия важны.

— Звучит заманчиво. — Он усмехнулся, и в глубине его глаз я увидел знакомую мне жестокость. Ледяной барс хотел сражений, лишь в бою он чувствовал себя по-настоящему живым, и любой повод для сражения вызывал у него детский восторг.

— Помнишь волков?

— Этих байкеров с пушками, которые тебе помогали? Их сложно забыть. Особенно если учесть, что без их поддержки те твари меня бы сожрали.

— Так вот, стая нашла кое-что очень неприятное, и я собираюсь это уничтожить. Если ты будешь со мной, мне будет куда спокойнее за свою шкуру. Так что приглашаю тебя с собой.

— Доу, не томи. Рассказывай, в какое дерьмо ты хочешь меня вписать.

— Ты знаешь, как появляются разломы?

— Алекс, ты серьезно? Нашел время спрашивать, до экзаменов ещё дохрена времени.

— Дэмион, я действительно серьёзно. Это важно. — Он хмыкнул и начал говорить изображая из себя примерного ученика:

— Разлом — это разрыв в пространстве между нашим миром и Бездной, в который можем зайти как мы, так и выйти кое-что неприятное. Свежий разлом самая большая угроза для близлежащих людских поселений. Доволен?

— А ты в курсе, что разлом можно вырастить в людях?

— Гонишь?

— Могу поклясться чем угодно, и проблема в том, что волки нашли тех, из кого растят врата для новых разломов. Людей, в которых прорастает бездна. Да, это будут слабенькие врата, но с потенциалом роста.

— Погоди, а как же полиция, власти, гильдия и прочее? Не помню, чтобы ты раньше был альтруистом, Доу.

Я усмехнулся. Отморозок он или нет, но мозги у него работают отлично.

— Я и не альтруист. Просто одарённый лучше всего растёт в бою. Это раз.

— А два?

— А два — я не хочу проснуться от того, что рядом со мной из разлома лезут твари. Если оставить эту мерзость в живых, оно само к нам придёт. И не через год, а через пару недель. Я предпочитаю сам выбирать, где встречу неприятности.

— Ты так и не ответил про власти.

— Забыл, что рассказал тот ублюдок Штайнера? Их крышуют сверху. Кто сказал, что подобные или те же самые люди не крышуют и этих?

Дэмион молчал буквально пару ударов сердца. Я почти физически чувствовал, как он взвешивает за и против.

— Я в деле, Алекс. — Он сказал это тихо и спокойно, понимая, что скоро по его ледяному копью будет литься чужая кровь. Небо, в этом мире восемнадцатилетним пацанам не полагается так легко быть готовым убивать. Кайзер, у меня к тебе ещё один счёт. Ты сделал парня из благополучной семьи жестоким хищником. Хотя будем честны, за это я не имел с него никакого морального права спрашивать. Сколько учеников превратил в живое оружие я? Правда, и на мораль мне тоже плевать, так что к Кайзеру у меня новый счёт.

— Вечером встречаемся у Волков в Логове. Знаешь где?

— Найду.

— Тогда жду тебя в восемь.

На двери Логова была табличка «закрыто», которую я попросту проигнорировал. Тут пахло разлитым пивом, машинным маслом и горелой проводкой. Запах горелой проводки был явно свежим — не больше пары часов. Молот стоял у барной стойки, на которой расположилась разобранная автоматическая винтовка. Своими гигантскими ручищами он нежно смазывал каждую деталь и тихонько говорил:

— Это моя винтовка. Таких винтовок много, но эта — моя.

Моя винтовка — мой лучший друг. Она — моя жизнь.

Я должен научиться владеть ею так же, как я владею своей жизнью.

Без меня моя винтовка бесполезна. Без моей винтовки бесполезен я.

Я должен стрелять метко. Я должен стрелять точнее врага, который пытается убить меня. Я должен застрелить его прежде, чем он застрелит меня.

Клянусь перед ликом Озарённого. Я и моя винтовка — мы защитники моей страны и моей стаи… Да будет так во веки веков.

Пока не останется врагов и не наступит мир. Слава Свету.

Здоровяк передёрнул затвор и посмотрел на меня в прицел винтовки, а потом аккуратно положил её на стойку и, улыбнувшись, сказал:

— Ты рано, Мертвец. Пиво будешь?

— Предпочитаю не пить перед делом.

— Твоё право, а я накачу чуток. Мы всегда шли на штурм укреплений слегка навеселе. Так уж не настолько страшно.

— Я смотрю, вы тут все армейцы. — Он не отвечал, пока не наполнил пивную кружку из крана и, чуть сдув пену, отхлебнул.

— Старики — да, а среди молодых много тех, кто не служил, но каждый из основного состава стаи оттоптал армейские сапоги. Восьмая штурмовая бригада императорской морской пехоты, мастер-сержант Хамерсет. — Он шутливо отдал мне честь кружкой с пивом.

— Это сколько же ты отслужил? — Я посмотрел на Молота совсем другими глазами. Этот здоровяк был не просто бойцом, он дослужился до высшего чина среди рядовых и сделал это в морской пехоте, которую в Империи считают элитой.

— Пятнадцать лет, пацан. — Он усмехнулся и, наклонившись, чуть тише сказал: — Я тебе этого не говорил, но Клык ушёл со службы с лычками капитана за дисциплинарное взыскание. — То, что глава Стальных Волков умеет держать в руках своих бойцов, я знал и раньше, но звание капитана вызвало у меня недоумение.

— Стой, а зачем вам всё это? Вы же могли нормально устроиться после армии, думаю, в той же полиции такие парни пригодились бы. — Молот заржал над моими словами.

— Кому мы нахрен нужны на гражданке? Мы нежелательные элементы, маргиналы и опасные ублюдки, мешающие спокойствию нормальных граждан. Именно поэтому Клык и собрал Стальных Волков. Здесь мы дома, Мертвец, и за этот дом оторвём башку любому.

— Кончай трепаться, Молот. — Из коридора на нас смотрели холодные глаза лидера стаи. — Убирай пушку и пни новичков, пусть тут всё приберут перед открытием. Мертвец, пойдём потолкуем.

В комнате уже сидел Гремлин, обложившись фотографиями, картами и каким-то монструозным аппаратом, от которого воняло горелой проводкой.

— Привет, Мертвец. Падай, — Механик кивнул на стул рядом с собой.

— Мы ждём твоего друга? — Клык потёр пальцами виски; судя по всему, он лучше меня понимал, что ночная операция будет крайне невесёлой.

— Да, скоро приедет. А что по вам?

— Четыре пятёрки, каждый вооружён штурмовой винтовкой и прекрасно умеет с ней обращаться. Гремлин — наше всевидящее око, он же контролирует операцию с базы. Ударный отряд под руководством Молота: у них два пулемёта и пехотный огнемёт на случай, если встретим паразитов, но сам понимаешь, это не панацея, если там есть одарённые. — Клык внимательно смотрел на мою реакцию. Вожак стаи нутром старого вояки чуял, что под маской молодого пацана скрывается убийца не хуже его самого.

— Именно поэтому ты позвал меня и Дэмиона.

— Всё так, Мертвец. Ты друг клуба, а твой товарищ — твой друг. Мы обговорили все нюансы с Гремлином и уже ищем тебе базу под байк. Что захочет твой друг за помощь — готовы обсуждать.

— А если он захочет войны с Кайзером? — Оба байкера посмотрели на меня так, будто видели впервые.

— Объясни? У нас с Кайзером ровно: он не лезет в наши дела и не позволяет толкать дурь на своей территории, а куда он её перевозит — не наше дело.

— Он на крючке у Кайзера и хочет слезть.

— Сурово, пацан попал. Я общался с Кайзером лично. Тяжёлый человек, но слово держит. Я готов выкупить его долг, не думаю, что там всё слишком серьёзно. Так пойдёт?

— Пойдёт.

— Тогда договорились. После дела я встречусь с Кайзером и решу вопрос твоего друга.

— Спасибо, Клык.

— Да не вопрос, Мертвец. Уверен, что Кайзер согласится обменять долг Дэмиона в обмен на пару рейдов против Штайнера. У обоих серьёзные потери, и любая помощь будет на вес золота.

— Потрепались и будет, лучше идите сюда. — сказал Гремлин, не отрываясь от тонкого ножа, которым подгонял один из микрофонов. — Вот ваша гарнитура, соваться в это дерьмо без связи — плохая идея. Я посажу дрон на крышу здания, он будет работать как ретранслятор. Микрофон ловит шёпот, перекрывая сильные звуки, чтобы вы не оглохли, когда начнётся пальба. На текущем канале командиры пятёрок, я и ты с Дэмионом. Вот этой кнопкой листать каналы, я слышу всех и могу корректировать. Рекомендую проверять ситуацию, но в случае чего я смогу вклиниться в ваш канал и сообщить, если где-то большая жопа. Если канал заглохнет — перезагрузка кнопкой здесь. Понятно?

— Понятно. — Благо мне подобные вещи объясняла Мира, пусть у неё всё было куда проще, но суть одна, и теперь у нас была связь. Небо, насколько же это проще, когда ты можешь связаться со своими. Сколько битв можно было бы выиграть, имей в Небесной империи подобные технологии.

— Правила простые. Эфир не засорять. Никаких имён, только позывные. Как кличем Дэмиона? — Я усмехнулся, когда вспомнил, как его назвала Эйра, и тут же ответил:

— Отморозок.

— Что ж, ему подходит. Клык, твоё слово.

— Начинать будем в полночь. Гремлин со своими дронами стартует на два часа раньше, срисовывает патрули, камеры. Как только часы стукнут полночь — стартуем. И Мертвец… — Он на мгновение замолчал.

— Что такое?

— Оттуда никто не выйдет живым. Этому дерьму не место на нашей земле. Согласен?

— Почти. Я умею отличать тех, кого можно спасти, от безнадёжных.

— Уверен?

— Клык, пусть я и выгляжу как пацан, но ты видел, на что я способен. — Он тяжело кивнул. — Поверь мне, у меня не дрогнет рука вырезать сердце обречённым.

— Почему сердце?

— Потому что, Клык. — В разговор вступил Гремлин. — Пацан из наших, и кровь пограничья никогда не боялась доброй драки и грязной работы. Обречённых нужно или сжигать, или отсекать голову и вырывать сердце.

— Так ты не Алекс Доу?

— Я узнал, что меня зовут Алистер, но это ничего не значит. Я всё тот же Алекс Доу по прозвищу Мертвец.

— Защитник людей, значит. Так вот откуда ты такой мороженый. Все, кого я знал из марок, были с прибабахом. Вон один из таких сидит. — Он кивнул на Гремлина. — Похрен, главное, что ты с нами, ты уже доказал, что с клыками. Давай тестить гарнитуры.

Следуя советам Гремлина, я закрепил микрофон под подбородком, вставив наушники поглубже в ушную раковину. В ухе мягко шипнуло, потом из шипения пробился ровный фон.

Гремлин на том конце уже слышал моё дыхание.

— Мертвец, добрый вечер, — сказал он мне ровно прямо в ухо, не отрывая глаз от своего ножа.

— Добрый, База.

— Отлично, всё работает. Клык, твоё слово.

— По команде с базы я со своей пятёркой захожу и чищу периметр. Две пятёрки работают на перехват, если к ним придёт кавалерия. Согласно планам, здание имеет два спуска вниз. Одна сторона — на вас с Дэмионом, вторая — на Молоте и его штурмовиках. Мы закладываем заряды.

— Заряды?

— Мертвец, я не собираюсь рисковать. Если будет горячо, то вы отходите, и я просто сравняю это место с землёй, но хотелось бы обойтись без большого бума.

— Клык, тебе говорили, что ты псих?

— Неоднократно.

Камеры снаружи передали знакомый звук урчащего мотора. Чёрный седан, на котором разъезжал Дэмион, прибыл.

— А вот и наш Отморозок прибыл.

В отличие от меня Дэмион воспринял всю ситуацию куда проще. Есть враг — его надо уничтожить, но, выслушав инструктаж, он повернулся к Клыку и спросил:

— Есть что по броне?

— Нет, парень. У Штайнера были только пушки, с бронёй нам не повезло.

— Жаль. В броне было бы спокойнее, но раз нету, то я бы не отказался от чего-нибудь мобильного, например «Каратель» с парой обойм цветочков. — От слов моего одноклассника Гремлин поперхнулся пивом.

— Откуда ты знаешь про «Каратель» и цветы?

— Отец был из егерей, учил обращаться, но я больше полагаюсь на мой дар, чем на пушки. Однако после последней заварушки с этим, — он кивнул на меня, — я задумался о том, что неплохо бы обзавестись чем-то подобным.

— Что за цветы? — Я непонимающе смотрел на людей, которые вроде говорили со мной на одном языке, но создавалось впечатление, что под их фразами значилось что-то совсем иное.

— Так называются пули, которые при попадании в плоть раскрываются в цветок, за счёт чего выстрел в башку превращает её в кровавую кашу. — Клык повернулся к Дэмиону: — А где отец?

— В могиле. Его отряд попал на свежий разлом. — Твою мать! Он согласился не только потому, что хотел драки, — он хотел мести за отца! Любой, кто создаёт разломы, — его враг. Сколько ещё скелетов в шкафу его души?

— Это ещё что за дерьмо? Гляньте на четвёртый монитор. — Послушав Гремлина, мы все посмотрели на экран, и увиденное мне категорически не понравилось.

На экране были две девушки. Одна — высокая, в обтягивающей тёмной куртке, с собранными в низкий хвост волосами и такой осанкой, будто она проглотила лом. Вторая — поменьше, в серой толстовке, со светлым хвостом, которая шла чуть позади, мягко и собранно, как ходят люди, готовые в любой момент уйти от атаки.

— Какого хрена тут делают Алиса и Эйра? Мертвец, ты и их впутал в это дерьмо? — В голосе Дэмиона звучали рычащие нотки, но, увидев, что я покачал головой, он чуть выдохнул. — Можно звук?

Гремлин кивнул и повысил громкость. Один из молодых волков подкатывал к Эйре и улыбался той самой улыбкой, которой парни молодого волчьего возраста улыбаются всем хорошеньким женщинам подряд от пятнадцати до сорока.

— Дерьмо, — выдохнул Дэмион. — Его надо тормознуть!

Не успел он это сказать, как на экране монитора появилась здоровенная фигура Молота, который быстрым шагом шёл к девушкам.

— Эй, дамочка, — сказал щенок, и его голос даже через динамики показывал, что он хочет затащить Эйру в постель. — Ты не туда зашла, это территория Стальных Волков, но не бойся, я тебе тут всё могу показать, если хочешь. Лично.

Эйре было плевать на его слова, она просто шла, игнорируя жужжащую муху.

— Ну ты чего молчишь? — попробовал щенок ещё раз. — Может, я тебе в баре пива поставлю? Знаешь, ты симпатичная, я бы познакомился поближе.

— Эй, — сказал Молот уже на подходе. — Парень.

Щенок повернулся. И тут Молот, не меняя выражения лица и не повышая голоса, ударил тыльной стороной ладони с размаху, так что щенок улетел спиной на капот чёрного седана Дэмиона, плечом сполз по бамперу, сел на асфальт, и из носа у него потекла кровь — тонкой, очень аккуратной струйкой.

Молот к нему даже не повернулся, он повернулся к Эйре и сделал полупоклон.

— Простите дурака, мисс Чен, — сказал он. — Он у нас новый. Ещё плохо обучен, но в одном он прав: при всём уважении, это не место для двух девушек. Позвольте, я вас провожу и вызову такси.

Эйра повернула на него голову и, внимательно посмотрев, сказала:

— Ты, кажется, Молот. Брат сломал тебе челюсть и четыре ребра, когда ты бросил ему вызов.

— Именно, мисс Чен. Нам тут не нужен конфликт с Ляном, а я прекрасно знаю, на что он способен.

— Я здесь не как представитель семьи. — Молот ухмыльнулся и сказал:

— Мисс Чен, вы можете думать что угодно, но какой-то дурак скажет что-то про вас, не понимая, кто вы, и завтра мне придётся объяснять его матери, почему её сын выпотрошен как свинья. Давайте не будем играть в эти игры. Они не приведут ни к чему хорошему. — Эйра степенно кивнула, словно признавая, что её брат действительно может это сделать и указала на седан.

— На этой машине приехал мой друг. Молодой блондин. Его зовут Дэмион Кросс. Я хочу его видеть. — На лице Молота промелькнула целая гамма чувств, и наконец, приняв решение, он произнёс:

— Отморозок у босса. Пройдёмте, я вас провожу…