Глава 14

Мэдисон

Столько адреналина у меня в последний раз выбросилось в кровь вчера ночью, когда я столкнула Жоакима с линии огня. Нет, неправильно, сегодня утром, когда я убегала от Сатурна. Нет, когда четверо мужчин меня трахали. Я уже не успеваю подсчитывать.

Моё сердце наверняка не выдержит долго такие всплески адреналина. Я быстро бегу от Нептуна. Совершенно очевидно, что он задумал. Наказать меня.

Со своим чертовски дьявольским и в то же время ангельским совершенством он следует за мной с хитрой улыбкой.

Я бегу через жилую зону. Чудо, что он растопил камин, иначе я бы ничего не видела и споткнулась бы о шахматный стол или кожаные табуреты перед барной стойкой. Пока у меня в голове не щёлкает. Погоди-ка. Он… он растопил камин, чтобы я видела. Он хотел, чтобы комнаты были освещены, чтобы я от него удирала. Чтобы он мог начать охоту. Он даже дверь не запер. Я могла бы вырваться из комнаты. Наверняка дверь открывается изнутри, но не снаружи.

— И куда это ты собралась? — спрашивает он с притворным интересом. Как тёмный ангел, он преследует меня неспешными шагами.

Задыхаясь, я оглядываюсь. Передо мной спальня, в которой стоит королевская кровать с пружинным блоком и тёмными балдахинами. Абсолютно помпезно и чистейшее приглашение к порочному сексу. Понятия не имею, сколько женщин Нептун уже прогнал по этому матрасу или даже заковывал в цепи — у него этого никогда не знаешь.

Нет, в спальне я окажусь в ловушке. Мне нужно запереть его снаружи. Поэтому я несусь к панорамным окнам, которые ведут на полукруглый огромный балкон с кадками для растений.

— Я бы тебе этого не советовал, — слышу я его за спиной, когда я уже охватываю ручку окна, поворачиваю её и проскальзываю в дверной проём. Святое дерьмо, как прохладно. Прохладный ветер отбрасывает волосы с моего лица и окутывает меня развевающимся плащом. На баллоне стоит лаунж-зона со светлой обивкой, зонт, кадки с пальмами, даже джакузи и уютные шезлонги. Безумие.

Ещё до того, как я решила, куда бежать, Нептун выходит на балкон с каменной балюстрадой.

Дерьмо! Мне нужно уходить. У меня так или иначе не было шансов. Я могу разве что заманить его к перилам, потом улизнуть и запереть его снаружи. Но после этого он действительно спустит с меня шкуру.

— Ты представляешь собой весьма интересное зрелище, пташка. Если не собираешься прыгать, то просто сдавайся.

Добежав до широких каменных перил, я заглядываю за балюстраду. Вниз ведёт головокружительная высота. Отсюда мне открывается прямой вид на райский сад, террасу и огромный бассейн. И то, и другое погружено в полную темноту.

Тут мне в голову приходит: как он смог воспользоваться электронным устройством на двери, несмотря на отключение электричества? Оно работает от батареи?

Неважно. Так или иначе, я в ловушке.

Я поворачиваюсь к нему, слегка вздрагивая от холода. Ветер отбрасывает его тёмно-русые волосы в лунном свете набок. Его тело атлетического сложения. В отличие от Жоакима, Нептунвыглядит стройнее, динамичнее и жилистее. Тем не менее, его мышцы рук и груди не стоит недооценивать. Он выглядит как божество, вышедшее из моря и готовое в любой момент направить на меня свой ремень. Он натягивает кожу с дьявольским выражением лица между руками.

Дрожа от адреналина, я скольжу вдоль перил. До него всего три шага. Незаметно кошусь направо, к мебели для сидения. За ней я могла бы улизнуть. Это моя единственная возможность.

Едва он достиг меня и тянется рукой к моей шее, как я поспешно приседаю и проскальзываю за балконную мебель. Как ягуар, он запрыгивает на подушки.

Боже! У него безумные рефлексы. Проворно он бросается передо мной и хватает меня за правое плечо, прежде чем я успеваю улизнуть. От его силы меня отбрасывает так далеко назад, что я ударяюсь о перила.

Господи, чёрт возьми. Нет!

Ледяной холод твёрдого камня балюстрады обжигает мою спину. Ещё чуть-чуть — и я бы полетела на спину через каменные перила в бездну. У меня бесконечно мутит в животе.

Как хищник, он перепрыгивает через спинку дивана и оказывается передо мной в мгновение ока. Оценивая меня, угрожая мне как тёмная тень, он выпрямляется. Я в тупике.

— Ты даже не особо старалась, пташка. Давай посмотрим, умеешь ли ты летать.

Я расширяю глаза.

— Ты не сделаешь этого.

Я яростно качаю головой, когда он охватывает мои бёдра и поворачивает меня к себе передом.

— А хочешь поспорить?

— Нептун, пожалуйста, — умоляю я его.

Мои ноги находят опору на выступе каменных перил, пока он наклоняет мой торс вперёд и неожиданно хватает меня между ног.

Моё поле зрения расплывается, когда я смотрю в безжалостную пустоту внизу. Я цепко хватаюсь за край гладкого камня, чтобы как-то смягчить падение, если он столкнёт меня через перила. Но так или иначе, я беспомощно отдана на его милость. Он сильнее, быстрее и коварнее меня.

— Нептун, — хныкаю я, когда он скользит по моей щели, находит моё самое чувствительное место и водит вокруг него. Всё моё тело напряжено. Не оттого, что он трогает меня, а оттого, что я могу упасть в любую секунду. Я выпрямляю руки, которые угрожающе трясутся, пока он по-прежнему одной рукой фиксирует мои бёдра, а другой размазывает мою влагу между половыми губами. Необъяснимая пульсация распространяется в моём тазу. Только не здесь.

Ветер снова и снова задувает пряди волос в лицо, закрывая мне обзор.

— Что? — угрожающе спрашивает он.

— Не у перил, — умоляю я его.

— Ты сама выбрала это место. Останься ты перед диваном, я бы трахнул тебя там. Сама виновата.

И вот уже палец входит в меня. Погружается в мою киску и заставляет меня содрогнуться. Его палец тёплый и легко скользит внутрь. На мгновение ему удаётся заставить меня забыть, где я. Потому что он чертовски хорош. Он трёт мой клитор сильнее, влажнее, быстрее, пока я не закрываю глаза, часто моргая.

— Вот так хорошо. Отключи всё вокруг. Доверься мне.

Довериться ему? У него сейчас моя жизнь в руках. Выпусти он мои бёдра и подтолкни мой торс дальше вперёд — и я разобьюсь насмерть. Границы, до которых лорды меня доводят, просто-напросто… предосудительны и в то же время как кайф.

Я запрокидываю голову, выгибаю спину и тяжело дышу от наслаждения.

— Ещё, — стону я, чувствуя, что каждую секунду могу быть поглощена темнотой. Он ритмичнее вводит в меня палец, потом трёт мою жемчужину, пока я не готова истечь.

— Блять, как тебя легко возбудить. Теперь я понимаю, почему Жоаким так к тебе расположен.

Его тёплое тело склонилось надо мной, он опирается украшенной кольцами рукой на гладкий камень рядом со мной, прежде чем убрать пальцы. Как раз в тот момент, когда мой таз истошно пульсирует и жар собирается в моём клиторе.

— Пожалуйста, нет, — вздыхаю я, когда в следующее мгновение он хватает меня за затылок и прижимает моё лицо вниз.

— Смотри в бездну, пока я тебя трахаю.

И вот он уже входит в меня своим членом. Сначала наполовину, потом на всю длину, так что я вскрикиваю. Не от резкого толчка, а от вида подо мной. Его хватка на моей шее чертовски неумолима, груба, и всё же не причиняет боли.

Он берёт меня всё ускоряясь и потом использует левую руку, чтобы крепко массировать мою грудь. Мои соски покалывая сжимаются от прикосновений. Я принадлежу ему. Он делает со мной, что хочет. Он впитывает мой страх как наркотик. И всё же он наслаждается тем, что со мной творит. Как я дрожу, тяжело дышу, стону, хныкаю.

Он крепко закручивает мой сосок. Тотчас же чистейшее наслаждение вспыхивает в моём тазу, и я громко, мучительно стону от желания. Этим моментом он пользуется, меняет угол и трахает меня быстрее. Так быстро, что у меня кружится голова. Он продолжает дёргать и сильно щипать мой сосок и попадает во мне в точку, которая лишает меня рассудка.

— Нет, нет… чёрт! — задыхаясь, выкрикиваю я. Пряди волос развеваются у меня на лице, когда я громко кончаю. — Да!

Мои сладострастные крики слышно по всему саду, пока моя киска сильно сокращается, а мои ноги готовы подкоситься в любой момент. Дерьмо, я бы сама по себе перевернулась вперёд, если бы он не держал меня. Но сейчас, как бы абсолютно нелогично это ни звучало, мне было бы всё равно. Моё тело пронзает такая мрачная, неконтролируемая волна наслаждения, что я готова на всё, лишь бы она не кончалась. Даже если это означает упасть в пропасть.

Я ломаю два ногтя о край камня, когда выгибаю спину и подставляю ему свою задницу ещё больше.

— Чёрт, как же это охуенно, — задыхается он и резко останавливается. Тяжело дыша, он выпрямляется позади меня и оттаскивает меня за затылок от перил.

— Не останавливайся…

— Ещё секунду назад…, — говорит он отрывисто. — Ты хотела, чтобы я не учил тебя летать. Определись же.

Это сбивает с толку. В моей голове я не могу закончить ни одной ясной мысли. Потому что он прав. Несколько минут назад я ничего так сильно не хотела, как оказаться подальше от перил. Теперь я хочу, чтобы он продолжал.

Я хватаюсь за лоб. У меня наверняка психическое заболевание. Он вынимает свой член из меня, потом поворачивает меня к себе.

— У меня есть другая идея.

Он ненадолго наклоняется рядом со мной, чтобы заглянуть вниз, и ухмыляется. В знак приветствия он поднимает руку.

— Не волнуйся, я её не уроню.

Чёрт! Внизу стоят Жоаким и другие лорды?

— Надеюсь, для твоего же блага, иначе ты полетишь следом! — Это голос Жоакима. Мой желудок сжимается в узел, пока Нептун смеётся, потом хватает меня за запястье и ведёт внутрь. Перед камином он отпускает меня. Тело тут же согревается, и мурашки исчезают. Теперь он накидывает ремень на мою шею, прижимает меня к коленям и дьявольски ухмыляется на меня сверху.

— Отсоси.

Всё ещё ошеломлённая мощным оргазмом, я сглатываю, потом отвечаю на его улыбку, беру в руку его полувозбуждённую твёрдость и облизываю его головку. Нежно, медленно водя по кругу и осторожно.

Он смеётся и вцепляется ремнём, обвившим мою шею, в мои волосы. Другой рукой он проводит по моей щеке. То, как он держит голову, слегка наклонив, чтобы видеть, как я принимаю его большой член в губы сантиметр за сантиметром, мне нравится. Его глаза сверкают от желания. Похоже, он очень любит минеты. И клянусь, я буду лучше, чем сегодня днём.

Я обхватываю ртом его твёрдость и держусь за его бёдра. По-прежнему на нём брюки, что я нахожу невероятно притягательным. Я двигаю головой вперёд и назад, активнее сосю его твёрдость и принимаю её глубже.

— Ты становишься лучше, — тяжело дышит он. Когда я опускаю пальцы к его яйцам, он вздрагивает, но позволяет мне это. Одно неверное движение — и он перекроет мне воздух ремнём. — Давай. Быстрее… Давай же, старайся, пташка.

Я наблюдаю за его мимикой, изучаю его напряжённые мускулы и сухожилия и позволяю ему направлять меня. Он становится всё нетерпеливее, голоднее и с каждым толчком подаётся навстречу на несколько сантиметров. Я давись и слегка кашляю, потому что он как одержимый. Когда он криво ухмыляется, он получает от меня мрачный взгляд исподлобья.

— Я уж подумал, нам нужно сделаеть переры…

Я крепко массирую его яйца, и он тут же ревёт и очень сильно кончает мне в рот. Его член пульсирует, выплёскивает, и я в следующее мгновение чувствую вкус его тёплой спермы.

— Блять, блять, детка, Господи! — хрипло рычит он и запрокидывает голову. Задыхаясь, я осторожно продолжаю сосать его твёрдость и разжимаю пальцы вокруг его яиц.

Короткое давление или боль, похоже, неожиданно быстро привели его к оргазму. Буду иметь это в виду.

Я проглатываю его сок, потом он ослабляет хватку в моих волосах и вынимает свой член у меня изо рта. Большим пальцем он вытирает слюну и сперму с уголка моего рта и медленно качает головой.

— Не смотри на меня так торжествующе. Это была случайность. — Нет, не была. Я тебя в своих руках, мой лорд.

Я довольно улыбаюсь своему достижению про себя, потом опускаюсь на пятки. Он снимает ремень, который со звоном падает рядом со мной на ковёр. Измождённая и слегка вспотевшая, я растягиваюсь на мягком ковре перед потрескивающим пламенем и подношу руку к груди. Моё сердце по-прежнему ужасно быстро стучит между рёбер. Улыбаясь, я закрываю глаза. Что это было за больное безумие?

— Уже сдаёшься?

Когда я открываю глаза, я смотрю на Нептуна, который, застёгнув брюки, усаживается на журнальный столик, вытягивает ноги и наливает себе дорогой виски. Неожиданно он протягивает мне стакан.

— Тебе. Ты его заслужила.

Я ненадолго замираю.

— Бери уже, пока я не передумал и не заставил тебя пить его с моего члена.

Задыхаясь, закатываю глаза.

— Лучше не стоит. — Я беру гранёный стакан, опираюсь другой рукой и пригубляю виски. Нептун тоже наливает себе выпить, прежде чем достаёт косяк и зажимает его между губ.

— Тебе не стоит эксить этот виски, как воду, — бормочет он с сигаретой во рту, прежде чем прикурить её.

Резкий и землистый, старый виски стекает по моему горлу. Он наверняка стоит целое состояние. Больше, чем оплаченная ночная смена в «Pecado da Noite». Но что с того. Скорее всего, мне лишь раз доведётся насладиться этим спиртным.

— Слишком поздно, — отвечаю я, когда стакан пуст. От него я получаю приподнятую бровь.

— Ненасытная. Мне нравится. Мы не так уж и отличаемся, — дразнит он меня, делает глубокую затяжку и выпускает дым к потолку.

Глубоко вздохнув, Нептун откидывается назад. В этой позе он выглядит так чертовски умиротворённо и невероятно запретно притягательно. Не поднимая головы, он протягивает мне косяк.

— Ты тоже можешь затянуться.

— Это что, награды за мои добрые дела?

Он смеётся. Я не беру косяк из его пальцев, а охватываю его предплечье, поворачиваю его руку к себе и затягиваюсь с кончика. Чёртовски крепкий.

Я вдыхаю дым, прежде чем мой взгляд опускается на лицо Нептуна.

— Возможно. Ты была хороша. Очень хороша. Лучше, чем последние шлюхи.

Комплимент, который трогает моё сердце — думаю я саркастически.

— Это каждая женщина мечтает услышать, — замечаю я и делаю ещё одну затяжку. Он криво ухмыляется, гладит мои растрёпанные волосы и уставился на мою грудь.

— Это каждой женщине следует слышать, — подкалывает он меня и поднимает обе брови ко лбу. Он чертовски харизматичен, и у него такая аура, что вызывает странное трепетание между моих рёбер.

Я снова ложусь на ковёр, прислушиваюсь к опьянению в своей голове и вслушиваюсь в пение пламени.

— У нас всегда брать и давать. — Он намеренно искажает поговорку. Но да, он не ошибается. Они забирают себе всё, прежде чем что-то вернуть. И я опасаюсь, что когда-нибудь мне придётся отдать им свою душу.