Глава 7

Нурия

Умеют ли тени шептать?

Есть ли у тьмы глаза?

Бывает ли у тьмы вкус страха?

В ванной кромешная тьма, потому что я не включила свет. У меня перехватывает дыхание, и я протягиваю руки к лицу в маске.

– Демон. Ты…

– Покажи мне, как сильно ты по мне скучала, цветочек. – Его ладони обхватывают меня за талию, проникают под платье, касаются моего лица так быстро и жадно, словно он не может мной насытиться. Как будто ему нужно снова запомнить каждую частичку моего тела.

– Безумно сильно. Я думала, что больше никогда тебя не увижу.

– Ты больше никогда от меня не избавишься. Я же тебе говорил.

И, прежде чем я успеваю ответить, чувствую, как его губы по-хозяйски прижимаются к моему рту. Не раздумывая, я обвиваю его шею руками и отвечаю на поцелуй. Его присутствие рядом со мной опасно, настоящее самоубийство. Если нас поймают, нам конец. Но этот поцелуй и тот факт, что он здесь, отгоняют все мрачные мысли.

Наши языки жадно кружат друг с другом. Его дыхание смешивается с моим, а затем он поднимает меня и придавливает к стене. В стрессе последних нескольких дней я не осознавала, как сильно мне не хватало его прикосновений. Как сильно я жаждала его.

– Забери меня отсюда, – умоляю я, задыхаясь и откидывая голову назад. Его губы отрываются от моего рта, осыпают поцелуями подбородок, спускаются к шее.

– Ты сбежала от меня. Почему я должен тебя за это вознаграждать? – спрашивает он, посасывая мою шею сбоку, а сразу после этого я чувствую его зубы.

– Я… я раскаиваюсь. Я сбежала, потому что ты хотел отвезти меня в Бостон.

– Там ты была бы в большей безопасности, чем здесь, с Гавриилом Волковым. Поздновато до тебя дошло. Но так, по крайней мере, лучше, чем совсем никак, – поддразнивает он.

– Как ты сюда попал?

– У меня свои способы и средства, моя роза. Ты ведь уже должна была понять, что в этом мире нет преград, которые разделяли бы нас.

Его губы снова встречаются с моими, и последовавший за этим поцелуй набирает такую скорость, что у меня кружится голова. На долю секунды я забываю обо всем вокруг. Забываю, где я, кто держит меня в плену, что может с нами случиться, если нас поймают. Я впитываю дразнящий аромат замши, по которому так соскучилась.

– Твою мать, Нурия. Если не хочешь, чтобы я трахнул тебя прямо сейчас, то нам пора остановиться.

– Больше похоже на то, что ты хочешь меня трахнуть, но сдерживаешься, чтобы наказать меня, – заигрываю я с ним.

– Не зазнавайся.

Выходит, я права и знаю его лучше, чем думала.

– Сначала мне нужно узнать, все ли с тобой в порядке. Этот монстр тебя не трогал?

Я не отвечаю.

– Он тебя бьет?

И снова я не могу ответить.

– Он издевается над тобой? Черт, Нурия, ответь мне!

Он бьет раскрытой ладонью по кафельной стене ванной рядом со мной. Я вздрагиваю. Что он сделает, если я признаюсь? Ослепленный гневом, будет мстить, рискуя быть пойманным или застреленным?

Нет. Я не стану подвергать его опасности, но и врать не буду.

– Он хочет избавиться от символа «Дюката».

Демон фыркает:

– Ну и пусть.

– Что? Нет.

– Нет? – удивленно повторяет он. Его голос приобретает звучный вкрадчивый оттенок.

– Ну… я хочу его оставить, – спокойно отвечаю я. – Потому что он…

– Да? – настойчиво тянет Демон. – Напоминает тебе о нашей первой ночи, когда я впервые взял тебя? Когда бесконечное количество раз доводил тебя до крика и сделал своей королевой? Когда ты добровольно отдалась мне и впервые прочувствовала нашу связь так же остро, как и я?

Я прочищаю горло.

– Потому что он красивый.

– Что? – вырывается у него раздраженный стон. – Потому что он красивый?

Кажется, я на мгновение выбила его из колеи, и это меня забавляет.

– Разумеется, не только потому, что он красивый, но и потому, что я его хотела, – признаю я. – Не важно, я точно не хочу его удалять.

– Это важно. Что ты чувствуешь, когда видишь метку?

Знаю, он хочет услышать, что я его люблю, что испытываю к нему чувства, но сейчас я сама не знаю, что чувствую, куда хочу идти, где выход из этого ада.

– Я вижу тебя, когда смотрю на него. Только тебя.

Он насмешливо фыркает:

– Ты никогда не видела моего лица. Почему ты не сняла с меня маску, когда я спал рядом с тобой? У тебя была такая возможность.

– Потому что настанет момент, когда ты добровольно покажешь мне свое лицо, босс организации «Дюкат».

Он тут же обхватывает мое лицо ладонями и затыкает мне рот.

– Будь осторожна в выражениях. Я перенастроил камеры и подслушивающие устройства, но все равно мог пропустить какой-нибудь жучок. – Он никогда ничего не упускает, ничего не оставляет на волю случая и чертовски дальновиден.

– Значит, ты уже в курсе, что Гавриил ищет тебя, внедряется в твою организацию и…

– Я знаю все. Поверь, он уже много лет обламывает зубы. Так что разве только ты меня предашь.

– Не предам. Я ничего ему о тебе не рассказала. Хотя он часто спрашивал меня о метке. Хотел знать, кто ее на мне вырезал, добровольно ли я ее получила и…

– И трахнул ли тебя тот человек. Знаю. Я подслушивал разговоры. – У меня тут же расширяются глаза. – И я горжусь тем, что ты не поддалась и не выдала информацию, которая ему нужна.

– Я не предательница.

– Даже самые преданные люди сдаются под пытками, Нурия. Это не имеет ничего общего с предательством. Он не отстанет. В какой-то момент тебе пришлось бы открыть ему правду. Даже если тебе почти ничего обо мне не известно.

Его пальцы поглаживают мой лоб.

– Ты знал, что я была невестой Гавриила, и поэтому преследовал меня? – напрямую спрашиваю я, пытаясь понять, не было ли все это частью его плана.

Демон резко отстраняется от меня и ставит на ноги.

– Нет. Окрутить тебя, чтобы добраться до Гавриила, не входило в план. Редко когда случаются моменты или ситуации, которые я не предвижу, но это как раз такой эпизод. Хотя это чертовски многое объясняет. – Рык в его голосе трудно не заметить.

– Что именно?

У меня бешено колотится сердце от поцелуя, который я хочу продолжить.

– То, что Монейры наняли тебя в качестве Au-pair^[3], банду извращенцев, потом мое задание отыскать тебя, твой друг Энстон, пропавшие девочки. Все неожиданно приобретает смысл.

Я хмурюсь в замешательстве, потому что ничего не понимаю. Лично для меня все это не имеет никакого смысла.

– Объясни мне.

– Скоро. Сейчас не время.

Нет, черт возьми. Он снова держит меня в неведении.

Я хватаю его за толстовку, чтобы он не растворился во тьме.

– Сейчас. Расскажи мне сейчас, Демон. Тебя могут поймать в момент побега. Эта наша встреча может стать последней, и у меня не будет шанса все выяснить!

– Какая ты сегодня настойчивая. – Он мрачно смеется, ловит меня за запястья и притягивает ближе к себе. – Ты беспокоишься обо мне?

Я фыркаю. Конечно, беспокоюсь. Не важно, кто он. Мне известно, что Гавриил делает с теми, кто за ним шпионит, предает его или обманывает. Он только сегодня продемонстрировал свою власть во всей ее жестокости.

– Скажи мне, как сильно, – шепчет он мне в рот, прежде чем нежно прикусить мою нижнюю губу и потянуть на себя. – У нас вся ночь впереди. Гавриил пьян. Кроме того, снотворное позаботится о том, чтобы он проспал всю ночь как младенец. Ну так что?

Что? Он чем-то опоил Гавриила? С каждой произнесенной им фразой у меня возникает сотня новых вопросов.

– Ты важен для меня, понимаешь? Это то, что ты хочешь услышать. Но… – Он уже собирается снова прижаться к моим губам, когда я отворачиваю голову в сторону. – Я не люблю тебя. Есть разница.

К моему удивлению, он лишь усмехается в ответ.

– Гавриил прав, ты жалкая лгунья. Тебе не нужно говорить мне, что ты меня любишь, если твое тело подает правильные сигналы.

– Это чушь.

– Чушь, да? – Его руки внезапно скользнули под мое платье и нащупали нижнюю часть бикини. – Я чувствую запах твоего возбуждения с первого поцелуя. Ты готова ко мне. Одно мое слово, и ты отдашь мне свое тело.

Когда его пальцы гладят мою влажную киску, я насмешливо смеюсь.

– Совпадение. Я была в бассейне.

– Не была, – возражает он. – Ни разу.

Значит, он точно знает, чем я занималась весь день.

– Откуда ты это знаешь?

– Покажи мне, как сильно ты хочешь, чтобы я тебя трахнул, и я скажу тебе. – Он рывком разворачивает нас так, что теперь он прислоняется к стене, и меньше чем через две секунды я стою перед ним на коленях. – Открой рот, загладь свою вину, и я расскажу тебе, как я слежу за тобой.

– Я уже знаю ответ.

– Правда? – повторяет он, беря меня за щеку и проводя большим пальцем по нижней губе. И тут же проводит им между моих губ.

– Насчет камер.

Но в этом здании не должно быть никаких потайных ходов, не так ли? Или снаружи есть какой-нибудь бункер, ведущий внутрь, чтобы его не обнаружили? Ведь как еще Демон мог проникнуть на виллу незамеченным?

Не удостоив меня ответом, он увлажняет большой палец о мой язык.

– Тебе конец, если он найдет тебя здесь, Демон.

– Как и тебе. Я осознаю риск. А ты? Если хочешь, чтобы я ушел, так и скажи.

Нет, черт возьми! Нет, я не хочу, чтобы он уходил. Как бы абсурдно это ни звучало, я испытала облегчение оттого, что он присматривает за мной – как смертоносный ангел-хранитель.

– Я не хочу, чтобы ты уходил, – честно отвечаю я, после чего исполняю желание Демона и, вероятно, вопреки его ожиданиям, тянусь к поясу брюк. Расстегиваю ремень, затем молнию.

– Какая послушная. Мне нравится, когда ты знаешь, чего хочешь.

– Скажи мне, как сильно, – использую я его собственные слова, после чего достаю его огромный член, твердый и эрегированный. И прежде чем он успевает ответить, открываю рот и вбираю его сразу наполовину.

– Твою мать! ¡Corazónmío!^[4]

Ну и кто кого теперь контролирует? Пальцами правой руки я сжимаю ствол, который не получается обхватить полностью, а другая рука тем временем проникает под его толстовку. Я чувствую каждый выступающий мускул, бархатистую кожу. Ощущаю дымный, солоноватый вкус его мужского достоинства. Я все глубже погружаю в рот его член, добавляю все больше влаги и с каждой секундой сосу его все быстрее и сильнее.

– Кажется, на этот раз у тебя нет жалоб на твердую землю под коленками, – гортанно стонет он.

Я ненадолго приостанавливаю минет.

– Я приготовила коврик.

Он смеется, но тут же ахает, когда я продолжаю ему отсасывать.

– Быстрее. Возьми его глубже. Ты охренительно идеальна.

Я плотнее сдавливаю губами его стояк, всасываю еще глубже и позволяю ему до конца протолкнуться мне в горло, после чего Демон наматывает мой хвост себе на запястье. Я уже сама готова кончить. Одна мысль о том, что я наконец-то снова почувствую его идеальный член внутри себя, сводит с ума. Никогда раньше не испытывала такого физического влечения к другому мужчине. Никогда так сильно не хотела им обладать.

Демон издает глубокий, хриплый стон, пока я с силой сосу его член, так что он начинает пульсировать.

– На этот раз проглоти, – рычит он. – Всё.

И вот он уже извергается мне в рот с таким звучным горловым рыком, что я сама получаю наслаждение от того, что с ним творю. Его сперма стекает мне в горло. И я глотаю ее всю, до капли. А затем еще облизываю ствол, тщательно вылизываю головку и, задыхаясь, откидываюсь назад.

– Охренительно жадная. Мне нравится. Ты словно создана для меня. – Демон гладит меня по щеке.

Я слышу, как он застегивает брюки. Меня охватывает разочарование, поскольку он явно не намерен возвращать должок. Этот осел все еще пытается меня наказать.

Но, вопреки моим ожиданиям, он опускается передо мной на колени, поднимает за талию и перекидывает через плечо.

– И теперь ты уйдешь? – спрашиваю я его.

– Скажи слова, которые я хочу услышать, и я останусь.

Он сажает меня на тумбу между двумя раковинами. Ему по-прежнему не составляет труда передвигаться в темноте. В отличие от меня. Только маленькая лампочка на полотенцесушителе оттеняет темноту тусклым красным светом. На Демоне толстовка с капюшоном и балаклава, которую он поднял до носа. Под ней я различаю его выразительный подбородок с резкой линией челюсти и трехдневной щетиной.

– Говори.

Я знаю, что он хочет услышать.

– Не могу.

Я не уверена.

– По крайней мере, ты не лжешь.

– Почему ты так сильно меня хочешь? – спрашиваю я, поднимая руку к его лицу.

Демон грозно нависает надо мной, целует, обхватывает мою правую грудь и массирует, пока сосок под тканью бикини не твердеет. Затем он спускает мое платье и посасывает вершинку груди.

– Почему? – снова спрашиваю я и вздыхаю от дьявольского покалывания, которое охватывает меня из-за него. Соски напрягаются, низ живота пульсирует от желания. – Ты можешь заполучить любую. Если ты правда глава «Дю»…

В ту же секунду его губы затыкают мне рот. Язык сливается с моим, пальцы пробираются мне под платье, и я с готовностью раздвигаю ноги. Два пальца с легкостью проникают в меня, и я не сдерживаю стон. На одном из них я чувствую прохладное большое кольцо, которое также погружается в меня.

– Не спрашивай почему, спроси, по какой причине я так долго не мог тебя найти, – томно выдыхает он напротив моих губ, после чего начинает ритмично и так мучительно медленно трахать меня пальцами, что я таю от наслаждения.

Все тело словно наэлектризовано. Он делает все так адски медленно, почти нежно, целуя меня и периодически потирая набухший клитор. Я хнычу ему в рот, поднимаю руку к капюшону и стягиваю его с головы Демона, просовывая пальцы под балаклаву, чтобы ухватиться за его волосы. Он меня не останавливает.

Пальцы Демона кружат по моей жемчужине все быстрее и настойчивее, одновременно растягивая меня. Дрожа всем телом, я ахаю ему в губы.

– Если услышу от тебя стон или крик, прекращу вознаграждение. А если будешь вести себя тихо, буду продолжать, пока ты не нарушишь правило.

– Ужасно несправедливо, – отрывисто выдыхаю я, почти вплотную прижимаясь к его рту, и кусаю его за подбородок. Сразу после этого мое тело содрогается, ноги непрерывно трясутся, и я достигаю первого оргазма, медленно, но так мощно, что хочется громко стонать от страсти.

– Ты очень хорошо справляешься. Я скучал по твоей маленькой киске.

– Трахни меня. Пожалуйста, – умоляю я, пока он наращивает темп, а мое сердце колотится как во время марафона. Я притягиваю его ближе, покорно толкаясь тазом навстречу его ладони, и извиваюсь, когда он делает короткую паузу. – Пожалуйста…

– Только когда ты будешь готова.

– Я уже готова.

Неужели незаметно?

Демон загадочно смеется мне в ухо, прежде чем продолжить ласкать меня пальцами и массировать клитор. Так сильно, что во второй раз я ахаю громче, и киска сокращается. Я уже почти не в состоянии себя контролировать. Он еще больше ускоряется, кладет ладонь мне на горло и толкает назад, к зеркалу. Диспенсеры для мыла и несколько бутылок с грохотом падают, пока он овладевает мной, как хищник, а я опять умоляю его заняться со мной сексом.

– Демон, ну же. Возьми меня… Твою мать! Боже! Проклятие, трахни меня! – кричу я, испытывая оргазм в третий раз, причем настолько сильный, что даже не замечаю, как нарушаю правило. Запрокинув разгоряченное лицо, я выкрикиваю свое удовольствие в потолок ванной, прежде чем Демон закрывает мне рот и движения его пальцев прекращаются.

Нет, нет, нет. Не останавливайся. Это было прекрасно.

Я мотаю головой.

– Продолжай… эй. Продолжай.

Раздается издевательский смех, затем он поглаживает мой клитор, отчего я вздрагиваю.

– Проиграла, цветочек мой. Не скучай по мне слишком сильно. Я наблюдаю за тобой – везде.

И не успеваю я опомниться, как он разворачивается к двери и уходит из ванной. С кружащейся от оргазмов головой, еще не способная ясно мыслить, я выпрямляюсь.

– Демон! – зову его я. Черт, этот ублюдок просто смылся. – Эй!

Соскользнув на шатающихся ногах на кафельный пол, я распахиваю дверь ванной. За ней – чисто убранная спальня и кровать со свежим постельным бельем. Комнаты залиты золотистым светом, но Демона нигде не видно.

Я стягиваю юбку с бедер и спешу к двери. Она заперта.

– Как, черт побери, он сюда попал?

Здесь есть только один вход – этот. Уж я-то точно это знаю, в конце концов, я уже не первый день обыскиваю комнату в поисках пути для побега. Почему у него получается свободно входить и выходить отсюда среди бела дня, чего мне не удалось даже за десять суток?

– Ты еще об этом пожалеешь, – бурчу я. – Я знаю, что ты меня слышишь, – обращаюсь я к воздуху и кручусь на месте. При этом мой взгляд падает на белую розу на прикроватной тумбочке и черную коробку, обвязанную атласным бантом. Я быстро иду к ней. Открыв коробочку, обнаруживаю внутри черную карточку с белыми буквами.

«Для тебя, ¡Corazónmío!»

Внизу, завернутый в бумагу тишью, лежит мобильный телефон. Демон подарил мне смартфон? Дисплей тут же загорается.

«Выругайся еще раз.

Обожаю, когда ты мне угрожаешь, моя роза».

Прищурившись, я набираю ответ. Его сообщения исчезают, как только я нажимаю на кнопку «Отправить». Как работает этот трюк?

«Ты все такой же неуравновешенный, и у тебя явно проблемы с головой».

«Твои раскрасневшиеся щеки заставили меня на мгновение пожалеть о том, что не отшлепал тебя за тот проступок».

«Меня не заводит этот больной фетиш!!!»

И снова как его, так и мои сообщения автоматически удаляются из истории чата. Гениально. Так Гавриил не сможет прочитать переписку, если когда-нибудь обнаружит телефон.

«Ты говоришь это сейчас, после того как проглотила мою сперму, хотя раньше отказывалась это делать?»

Извращенец хренов!

Он прекрасно знает, как меня спровоцировать. Но не то чтобы я тоже не умела его дразнить. Положив мобильник на прикроватную тумбочку, беру розу и нюхаю пышный белый цветок. Аромат сладкий и в то же время фруктовый.

Затем я спускаю платье, позволяя ему медленно соскользнуть по ногам. Дальше тянусь за шею, чтобы развязать бантик бикини.

Провожу бутоном по груди, спускаюсь вниз по животу и поглаживаю царапины между грудями. На дисплее высвечивается:

«Потанцуй для меня. Давай».

Закатив глаза, поднимаю взгляд на камеры. Если он видит, что происходит в комнате, то и охранники Гавриила тоже, разве нет? Меня тошнит от одной мысли об этом.

«А если что-то вдруг пойдет не так и мы погибнем?»

Не проходит и минуты, прежде чем я получаю ответ:

«Не погибнем. Обещаю. Я останусь с тобой и буду следить. Всегда. Ложись спать. У тебя усталый вид. И…»

«И?»

«И начинай опять нормально питаться. Ты похудела».

«У них здесь нет чипсов».

«Буду кормить тебя питательными веществами, если придется».

Не сдержав ухмылку, отправляю ему три эмодзи-баклажана.

«Я знаю».

«И все-таки мне стоило бы вернуться, перекинуть тебя через колено, а потом покормить. Последние несколько дней тебе не хватало моей заботы».

«Тебе стоило бы вернуться и вытащить меня отсюда, Демон».

«Не могу. Сначала мне нужно разобраться с одним делом в доме Гавриила».

«С каким делом?»

Что может быть для него настолько важно, что он готов задержаться в логове врага дольше, чем необходимо?

«Мне известно, что Гавриил как-то причастен к похищению моих сестер. Он может раскрыть мне информацию об их местонахождении».

«Я могу тебе чем-то помочь?»

«Это слишком опасно. Ты помогаешь мне уже тем, что я могу часами смотреть, как ты спишь, и постоянно думать о том, что сделаю с тобой дальше».

Усмехнувшись, я подхватываю пижаму с пуфика у изножья кровати и надеваю верхнюю часть. В этот момент раздается стук в дверь. Услышав жужжание, я резко перестаю хихикать. Неужели он передумал и вернулся?

Однако в комнату входит не человек в черной маске, а Тимур.

Черт! У меня сердце уходит в пятки, и я прячу телефон под сложенными пижамными штанами. Если он его увидит, мне конец.

– Что?.. – спрашиваю я, пока Тимур пожирает меня взглядом сверху донизу.

– Я долго ждал этого момента, шлюшка! – В бездонных черных глазах вспыхивает неприкрытая жажда, и он приближается ко мне.

Нет!