В Омске в 1918 г. было организовано товарищество «Кооперативный хутор», которое приобрело обширный земельный участок (362 десятины, т. е. около 395,5 га) на левом берегу реки Иртыш, у станции Куломзино[36]. На этом участке намечалось строительство хутора-сада, распланированного по традиционной сетке прямоугольных кварталов. Такой вариант подвергся критике как со стороны некоторых членов товарищества, так и со стороны санитарного врача Ксенофонта Гречищева – заведующего отделом народного здравия при Министерстве внутренних дел Временного Сибирского правительства. Он предложил сократить ширину улиц, чтобы облегчить их мощение и содержание, увеличить площадь общественных парков, площадей и садов, а также изменить планировочную схему хутора-сада, придав улицам «направление ломаных и извилистых линий», характерное для «современной архитектуры»[37] (вероятно, имелись в виду британские города-сады)[38]. В новом плане хутора-сада, составленном инженером Ильей Цакни и утвержденном в мае 1919 г., эти прогрессивные рекомендации были учтены: трассировка улиц согласовывалась с направлением господствующих ветров, существующие березовые рощи выделялись в общественные парки и скверы, предусматривались административный центр, торговая площадь, школьный участок и т. д.[39] Крах колчаковского правительства прервал создание хутора-сада – 29 января 1920 г. Омский губревком оценил деятельность товарищества «Кооперативный хутор» как «противоречащую задачам рабоче-крестьянского правительства и недопустимую»[40].

Илья Цакни. Проект планировки Кооперативного хутора-сада в Омске. 1919. Вестник сибирских инженеров. 1923. Т. V. № 2. С. 6

То же произошло и в Томске, где Павел Парамонов выполнил проект пригорода-сада (и даже организовал «Строительный союз по борьбе с жилищной нуждой», члены которого в 1918 г. вошли в городскую думу и добились выделения участка земли). После установления советской власти начинание было прекращено. И хотя в 1920 г. в Томске заложили «рабочий квартал-сад» по проекту архитектора-художника Андрея Шиловского[41], а затем распланировали привокзальный район Томск-II по веерно-лучевой системе с бульварами и садами, полноценного города-сада здесь построено не было.

Забегая вперед, сразу скажу, что советские специалисты более позднего периода весьма скептически относились к проектам, которые выполнялись Парамоновым и его коллегами. Такие поселения, не рассчитанные на форсированное промышленное строительство, представлялись, по-видимому, слишком «буржуазными», упадническими и не соответствующими духу эпохи. «Проектировщику, очевидно, рисовался тихий провинциальный городок, заселенный государственными и торгово-промышленными служащими и рабочими с односменной работой, с темпом жизни, при котором “торопиться некуда”…» – такую оценку дали плану Павла Парамонова авторы нового проекта планировки Щегловска (Кемерово) в 1931 г.[42]