Уже в начале 1930-х гг. понятие социалистического города утрачивает свою уникальность и распространяется не только на целые города, но и на сравнительно небольшие рабочие поселки или даже отдельные кварталы при промышленных предприятиях. В 1932 г. началось возведение соцгорода машиностроительного завода на 104 тысячи человек в нескольких километрах от старой части Красноярска, на правом берегу Енисея[181]. Такие же пригороды (или, как их часто называли, соцгородки) появились при меланжевом комбинате в Барнауле, заводе горного оборудования в Новосибирске, авиационном заводе в Иркутске, паровозоремонтных заводах в Омске и Улан-Удэ. Всех их объединяли масштабная первоначальная программа строительства и крайне скромные результаты. Проектировались многочисленные каменные жилые дома и общежития, ясли, детские сады, школы, учебные комбинаты, дома культуры, но завершить удавалось лишь единичные объекты, а главными типами жилья на долгие годы остались коридорные бараки или «стандартные» дома с коммунальными квартирами и удобствами во дворе.
Ведомственная разобщенность, катастрофическая нехватка финансирования и квалифицированных кадров, отразившиеся на строительстве таких поселений, запечатлены в мемуарах германского архитектора Рудольфа Волтерса, который в начале 1930-х гг. работал в СССР. Ему было поручено проектирование соцгородка при крупнейшей в стране сортировочной станции Эйхе (ныне Инская) в Новосибирске, с расчетной численностью около 25 тысяч жителей. Волтерс, понимая все возможные трудности, поставил себе задачу выполнить максимально экономичный проект, но даже такой вариант был реализован лишь частично:
«…проектируя предписанные трехэтажные европейские каменные дома, я с печалью наблюдал, как без всякой оглядки на них на стройплощадке по-прежнему весело возводили жалкие деревянные бараки»[182].
Ситуация осложнялась низкой квалификацией строителей. «Я был доволен, если мой прораб со своими киргизами с точностью до пяти метров закладывал новые улицы и здания», – вспоминал Волтерс. Когда весной 1933 г. были достроены первые жилые дома, архитектор обрадовался их «отдаленному сходству» с чертежами[183]. Всего же удалось возвести четыре (!) каменных дома, и о благоустроенном соцгородке в европейском стиле благополучно забыли.
В конечном счете судьба идеи соцгорода в Сибири оказалась трагической. Пострадали и люди, имевшие непосредственное отношение к архитектурно-градостроительному процессу. В 1937 г. инициатор масштабных сибирских строек, пропагандист полного обобществления быта Михаил Богуславский был привлечен к сфабрикованному делу «Параллельного антисоветского троцкистского центра». По этому же делу проходили работники угольной промышленности Кузбасса Алексей Шестов и Михаил Строилов, которые участвовали в строительстве соцгорода Тыргана. Богуславского и Шестова приговорили к расстрелу, Строилова – к восьми годам лишения свободы (впоследствии расстреляли и его). Одного из главных апологетов домов-коммун в Сибири, Леонида Сабсовича, репрессировали в 1938 г. Разгромной и во многом несправедливой критике подверглась деятельность Эрнста Мая, к тому времени уже покинувшего СССР.
По мнению Марка Мееровича, «индустриальные города-новостройки 1930-х годов являют поразительное сходство судеб, конфигурации планировки и типологии застройки. Социалистические города, возникшие в Сибири практически на пустом месте в ходе развертывания советской индустриализации, похожи как братья-близнецы – у них одинаковая история, одинаковые признаки, одинаковые проблемы…»[184]. Столь обобщающее утверждение справедливо лишь отчасти. Проектирование и строительство соцгородов представляется более многоаспектным и сложным процессом. Надо отметить, что в дальнейшем соцгорода развивались неравномерно. Если Левобережный Новосибирск (ныне Ленинский и Кировский районы Новосибирска), Новокузнецк и Кемерово стали крупными торгово-деловыми, промышленными и научными центрами, то Прокопьевск, Анжеро-Судженск и Ленинск-Кузнецкий превратились в неблагополучные моногорода. Схожие и различные особенности соцгородов Сибири будут прослежены на примере Новокузнецка (Сталинска), Тыргана и Игарки, история которых началась в годы первой пятилетки.
Новосибирск. Жилые дома в соцгородке станции Эйхе. Фото Ивана Моторина из альбома «Новосибирск 1891–1934»
Новосибирск. Жилые дома в соцгородке станции Эйхе. Фото Ивана Моторина из альбома «Новосибирск 1891–1934»
Кемерово. Вместо больших жилых комбинатов, задуманных бригадой Эрнста Мая, в соцгороде стали возводиться типовые двухсекционные дома и коридорные бараки. Начало 1930-х. ОГИК музей
Проект соцгородка при меланжевом (текстильном) комбинате в Барнауле. План и аксонометрия. Середина 1930-х. Алтайский государственный краеведческий музей
Землянки грабарей на Верхней колонии. 1929. МАУК «Новокузнецкий краеведческий музей»