Кинематограф 70-х все чаще обращается к различным социальным прослойкам населения. Все больше внимания уделяется так называемым «неблагополучным» героям: изгоям общества, асоциальным бунтарям и просто проблемным подросткам.

Один из ярчайших представителей подобных фильмов – «Заводной апельсин» (1971) Стэнли Кубрика. Костюмы для картины создала итальянская художница Милена Канонеро, для которой карьера в кино началась ни много ни мало именно с «Заводного апельсина». Режиссера и художницу познакомила их общая подруга, и они довольно быстро нашли общий язык. Все дальнейшие фильмы Кубрика всегда проходили при ее участии. После смерти «мастера», как она сама его называет, Канонеро стала бессменным соавтором Уэса Андерсона – давнего поклонника Кубрика, перенявшего у него любовь к симметрии и центральной перспективе. Сама Милена до сих пор с большой нежностью говорит о режиссере: «Я всем обязана Стэнли. Он был моим великим учителем, большим художником, неординарным человеком, обладавшим широким кругозором. Я в долгу перед ним».

При разработке костюмов для «Заводного апельсина» Канонеро черпала вдохновение в уличном стиле Лондона конца 60-х, где, собственно, и разворачивается действие произведения. Белые рубашки с подтяжками плотно ассоциировались в тот момент с британскими скинхедами, а черные ботинки со стальным носком (bovver boots) уже давно стали неизменным атрибутом уличных хулиганов. Все эти элементы костюма Канонеро умело соединила для образа главного героя и его банды. «Я многим обязана Стэнли. Именно он научил меня изначально продумывать общую цветовую и стилистическую концепцию фильма. И научил меня начинать строить костюм с головы, поскольку большую часть в кино мы видим портреты». Именно поэтому важной частью образа главного героя, Алекса, стал котелок и накрашенный глаз.

Сразу после выхода картины в британской прессе начали появляться тревожные статьи о негативном влиянии ленты на молодежь. Фильм обвинили в массовых беспорядках, уличных разбоях и даже убийствах, а Кубрику предъявили пропаганду насилия. Семья режиссера стала получать многочисленные угрозы и была вынуждена терпеть протестные митинги перед своим домом. В 1973 году фильм изъяли из британского проката и запретили к демонстрации вплоть до 2000 года. На экраны он вернулся спустя год после смерти создателя.

Одна из причин широкого влияния картины – ее поп-культурная привлекательность. Образ, состоящий из белых костюмов, широких подтяжек и массивных ботинок, довольно легко повторить в «домашних» условиях. Именно поэтому такой «комплект» не только определил внешний вид лондонских уличных банд на десятилетие вперед, но и повлиял на то, как выглядели впоследствии десятки музыкантов. Так, стиль героев в разное время примерили на себя такие исполнители, как Дэвид Боуи, Эминем, Гнарлс Баркли, Кристина Агилера и Рианна, а также группы Led Zeppelin, No Doubt, Green Day. В 1987 году Guns N' Roses сняли видеоклип на песню «Welcome to the Jungle», посвященный «Заводному апельсину», а в 1995 году свой клип «Universal» посвятила нетленной картине группа Blur. У U2 существует песня под названием «Alex Descends Into Hell for a Bottle of Milk/Korova», напрямую отсылающая к фильму.

Не обошло стороной это, конечно же, и модную индустрию. В 2008 году картине посвятили свои коллекции сразу два модных бренда: Daniel Avakian и Jean Paul Gaultier. В 2009-м это сделал Alexander МсQuееп, в 2011-м – Limi Feu, в 2019-м – Undercover.

Это лишь малая часть примеров, так или иначе попавших под стилистическое влияние «Заводного апельсина», которое до сих пор продолжается.

Еще одной совместной работой Милены Канонеро и Стэнли Кубрика стал фильм «Сияние» (1980). Как вспоминает художница: «Люди много говорят о скверном характере и большой требовательности Стэнли. Странно это слышать, поскольку мне с ним работалось легко. На „Сиянии“ мы с Кубриком обсудили стиль костюмов, он утвердил первые образцы, уточнил, как я собираюсь работать дальше, и больше уже костюмами не интересовался, предоставив мне картбланш».

В этой картине скрыто довольно много головоломок и секретов, но вместе с тем и немало подсказок, зашифрованных в том числе и в одежде. Например, желтый кардиган героини Венди с индейскими мотивами отсылает к легенде, что отель «Оверлук», где разворачивается действие фильма, был построен на месте древнего индейского кладбища. А плетение зеленого галстука главного героя в исполнении Джека Николсона буквально повторяет лабиринт, в котором он затем замерзнет.

Важным ключом также является цветовая палитра костюмов. Приехав в отель, Венди упоминает, что розовый – один из ее любимых цветов, но сама никогда не надевает одежду этой традиционно феминной расцветки, выбирая оттенки синего – традиционно маскулинного. Это дополнительно подчеркивает тот факт, что, по сути, уход за отелем ложится на ее плечи. Схожие цвета в костюмах Венди и ее маленького Дэнни отражают глубокую связь и близость матери и сына. Например, если Венди одета в синий сарафан и красную блузу, то Дэни сидит рядом в красно-синем лонсливе. Сегодня мы назвали бы это family look. Интересная история связана с голубым свитером Дэнни, на котором изображена ракета. «Этот свитер связала моя подруга, потому что Стэнли попросил для мальчика что-нибудь, сделанное вручную. Я решила, что такой рисунок понравился бы ребенку этого возраста», – рассказывает Канонеро. При этом сторонники теории заговора считают, что этот свитер – прямое указание на то, что Кубрик действительно снимал высадку на Луну в своем павильоне, и этим самым свитером открыто намекает на сей факт. Более же образованные зрители сходятся на том, что просто у Кубрика было отличное чувство юмора.

В современной культуре есть тысячи отсылок к фильмам Кубрика, но и сам Кубрик любил делать оммажи. Например, фотография Дианы Арбус «Идентичные близнецы» послужила прототипом самых известных близнецов в истории кинематографа, роль которых исполнили Лиза и Луиза Барнс.

Помимо прочего, образы близняшек являются одними из самых копируемых на Хеллоуин – из года в год их обязательно кто-нибудь повторяет по всему миру. Самым ярким примером на сегодняшний день является Брюс Уиллис, который в 2015 году появился на вечеринке по случаю Хеллоуина вместе со своим другом за ручку, оба были одеты в голубые платья и белые гольфы.

Влияние кубриковского «Сияния» на мировую культуру сложно переоценить. Оммажи этой картине не посвятил только самый ленивый, в том числе и в модной индустрии.

Самым первым дизайнером, вдохновившимся картиной, стал Александр Маккуин. Приглашения на показ его коллекции The Overlook 1999 года были выполнены в виде страниц со знаменитым печатным текстом из фильма. А на подиум, заваленный снегом, в какой-то момент вышли модели-близняшки. Не остались в стороне и другие модные дома.

В 2013 году «Сиянию» посвятил свою коллекцию бренд The Blonds, в 2014-м – Coach, в 2018-м – Undercover.

Отсылки к фильму раскиданы также по всевозможным телевизионным сериалам и полнометражным картинам. Например, Стивен Спилберг – большой поклонник Кубрика – просто переснял сцены «Сияния» для своего проекта «Первому игроку приготовиться». Оммажи на «Сияние» появлялись в мультфильмах «Южный парк» и «Симпсоны» и в сериалах «Ганнибал», «Моя жизнь в кино», «Новый папа» и даже в «Друзьях».

В 1975 году вышла картина «Пикник у Висячей скалы», спровоцировавшая в дальнейшем серьезный подъем австралийского кинематографа. Именно благодаря «Пикнику» кинематографистов Австралии начали воспринимать всерьез, и сейчас у нас есть целая плеяда австралийских актеров – от Николь Кидман и Марго Робби до братьев Хемсворт и Хью Джекмана.

Картина повествует о жизни воспитанниц частного колледжа под Мельбурном, которые 14 февраля 1900 года, в день святого Валентина, отправляются на пикник у Висячей скалы. Но обратно возвращаются далеко не все. Фильм открывает цитата Эдгара По: «Что видим мы и что видят в нас, есть только сон и сон внутри другого сна», – и прямо намекает на призрачность истории и тягучесть повествования. А убаюкивающая музыка и дымчатое изображение создают ощущение потусторонности происходящего.

Девушки в белоснежных платьях – то ли призраки, то ли модели с фотографий Дэвида Хэмилтона – чувственно затягивают друг на друге корсеты. Героини полотен Боттичелли поправляют нижние юбки и летящие кружевные платья:

– Теперь я знаю.

– Что ты знаешь? – Я знаю, что Миранда – это ангел Боттичелли.

Одежде в картине уделяется довольно много внимания, при этом «Пикник» сложно отнести к типичным костюмным драмам, в жанровой градации кинокритиков он постоянно мечется где-то между мистицизмом Линча и триллерами Шьямалана. Тем не менее мода начала XX века здесь воссоздана с большим вниманием к деталям и исторической достоверности. В одежде воспитанниц присутствует все, что было свой ственно девичьему гардеробу конца Викторианской эпохи, – наглухо закрытые платья вытянутого силуэта с так называемой «голубиной грудкой», высокие воротнички, соломенные шляпки-канотье, вязаные чепчики, круглые очки, изящные кулоны, атласные ленты, белые перчатки и узорчатые зонтики, для того чтобы кожа оставалась белоснежной, а значит, благородной.

Не забыла художница по костюмам Джудит Дорсман также о таком характерном для начала XX века элементе женского платья, как кружево. В картине оно присутствует во всевозможных вариациях – кремовое и белоснежное, вязаное и шитое, шелковое и хлопчатобумажное, брюссельское и ирландское.

В «Пикнике» оно выполняет не только декоративную функцию – девушки в белоснежном кружеве напоминают потусторонних ангелов. К слову, белый цвет в картине носят исключительно воспитанницы колледжа, никто, кроме них, не достоин облачиться в этот девственно-невинный цвет.

Все мужчины без исключения одеты в оттенки коричневого и серого, а преподавательницы – в темно-синий или черный. Практически до самого финала в картине нет ни одного яркого пятна – тем неожиданнее срабатывает кроваво-алая накидка на чудом выжившей девушке.

За работу над костюмами в картине художница Джудит Дорсман была номинирована на BAFTA и удостоена премии Австралийской академии кинематографа и телевидения.

Но гораздо важнее ее наследие для модной индустрии. Модные дома и глянцевые журналы по-прежнему отдают дань этой уникальной картине. Практически каждый год кто-нибудь из мира кино или моды вдохновляется «Пикником» при создании собственных произведений. Первым, кто посвятил австралийскому шедевру свою коллекцию, стал в 2005 году дизайнер Александр Маккуин. Его примеру последовал в 2010 году бренд Rodarte, в 2012-м – Band of Outsiders, в 2014-м – Jenny Packham.

В 2015 году в честь 40-летнего юбилея «Пикника» фешен-индустрия устроила картине настоящий трибьют. Дизайнер Марк Джейкобс посвятил фильму рекламный ролик своих духов Daisy Fragrance, режиссером которого выступила София Коппола. В жизни Копполы «Пикник» сыграл судьбоносную роль – когда-то именно эта картина вдохновила ее заняться режиссурой и снять своих дебютных «Девственниц-самоубийц». Модный бренд Erdem посвятил картине в честь юбилея свою весенне-летнюю коллекцию. Актрисы и близкие подруги Фиби Тонкин и Тереза Палмер снялись для австралийского Vogue в образе главных героинь «Пикника» в нарядах от разных домов моды, выпустивших коллекции в схожей стилистике. В свою очередь, американский Vogue также выпустил фотосессию, посвященную фильму. Фотографом съемки выступил Питер Линдберг, а стилистом – Грейс Коддингтон. Празднование 40-летия достигло своего апофеоза, когда Николь Кидман появилась на сайте Vogue USA в белоснежном кружевном платье а-ля «Пикник»: таким образом австралийская актриса отдала дань картине, с которого началось мировое шествие австралийского кинематографа.

Кроме того, многие значимые новостные издания – от The Telegraph до The Guardian – выпустили статьи о влиянии картины.

В 1977 году вышел фильм, стилистическая канва которого навсегда определила внешний облик 70-х для последующих поколений. «Лихорадка субботнего вечера» начиналась как малобюджетная экранизация журналистской статьи о диско-вечеринках в Бруклине, а превратилась в итоге чуть ли не в главную картину поколения. И точно стала одним из важнейших фильмов в истории как кинематографа, так и моды.

Диско-культура, ставшая основой картины, зарождалась в маленьких клубах, где поощрялось расовое, гендерное и сексуальное разнообразие. Она пропагандировала свободу и веселье и противопоставляла себя скучному формальному стилю белых воротничков. Кроме того, благодаря диско начала стираться гендерная разница в одежде – впервые в XX веке в мужских гардеробах стали появляться яркие расцветки и массивные аксессуары. Первое упоминание о диско в массовой культуре появилось в 1973 году, когда о нем написал журнал Rolling Stone, еще через год вышло посвященное ему радиошоу. Но только после экранизации «Лихорадки» стиль диско превратился в мейнстрим.

Новая субкультура предполагала зарождение новых визуальных кодов – одежда должна была выгодно смотреться под клубными софитами, а значит, сверкать и переливаться. В итоге наряды а-ля латиноамериканские танцы, сшитые из синтетических тканей и покрытые стразами и пайетками, стали основой дресс-кода для прохода в дискоклуб. К слову, отбор был довольно суровым, и «белые воротнички», «мамины сынки» или «грязные хиппи» просто не имели шансов попасть на заветную вечеринку, что только подогревало интерес вокруг новой культуры. Отличительная черта диско – это ослепительная яркость. Пайетки, металлические нити, люрекс, сочетание насыщенных цветов и пестрых принтов – ДНК этого стиля. Женский диско-гардероб состоял из платьев-трапеций, коротких юбок, комбинезонов, леггинсов, шорт, сверкающих босоножек и сапог на высоком каблуке. Обязательным элементом стиля стала массивная бижутерия, перламутровые тени и блестящая помада – чем больше блеска, тем лучше, это основное правило диско, где яркости и китча не бывает слишком много. Как не бывает и слишком много оголенности – все вещи, как мужские, так и женские, должны плотно прилегать к фигуре, подчеркивая все выпуклости и бугорки на теле.

Главный герой «Лихорадки» Тони Манеро в исполнении Джона Траволты четко следует этому дресс-коду – носит сверхузкие брюки и максимально расстегивает рубашку, выставляя напоказ волосы на груди. В финале картины его образ достигает апогея в виде белого костюма, которому будет суждено стать одним из самых знаменитых в истории кино. Любопытно, что сам Траволта изначально хотел играть финальную сцену во всем черном, но художница по костюмам Патриция фон Брэнденштейн настояла на белом цвете – это был своеобразный символ духовной эволюции главного героя. Этот костюм, как и другие в гардеробе Траволты, художница искала по всему Нью-Йорку. Ей хотелось, чтобы герой был одет в реальный аутентичный костюм-тройку с брюками клеш, в итоге заветная находка была обнаружена в бруклинском секонд-хенде.

После «Лихорадки» внешний облик героя Траволты стал предметом культа и примером для подражания. Белый костюм с темной сорочкой, подтянутый, спортивный торс, легкий клеш от колена, танцевальные туфли на каблуке – вот он, стиль диско в чистом виде. Его обожали и копировали буквально по всему миру. Даже в советском фильме «Чародеи» герой Александра Абдулова одет в такой же белый костюм, что не может быть простым совпадением. А на сайте eBay по сей день можно купить костюм а-ля Тони Манеро – и это спустя почти полвека после выхода картины.

Возвращение в современную моду стиля диско произошло в первую очередь благодаря дизайнеру Алессандро Микеле, с 2015 по 2022 годы занимавшему пост креативного директора бренда Gucci. Для Микеле 70-е и стиль диско являются бесконечным источником вдохновения, поэтому неудивительно, что он так активно и часто возвращается к ним в своих коллекциях. Помимо Gucci, отголоски стиля можно найти в современных коллекциях таких брендов, как Prada, Miu Miu, Celine, Saint Laurent и Chloe.

В том же году, что и «Лихорадка», вышла стилистически совершенно противоположная картина. «Энни Холл» (1977) принесла Вуди Аллену сразу два «Оскара» – за лучшую режиссуру и лучший фильм. При этом художница по костюмам Рут Морли не получила даже номинацию. Что удивительно, так как разработанные ею образы для Дайан Китон определили по факту облик целой эпохи и до сих пор не потеряли своей актуальности.

На контрасте с персонажами «Лихорадки субботним вечером» главные герои «Энни Холл» в исполнении Вуди Аллена и Дайан Китон выглядят совершенно немодно. Тем не менее именно образ Дайан Китон зародил новый тренд на костюмы оверсайз, который подхватили впоследствии все эмансипированные женщины Манхэттена, а затем и мира. Для 1977 года идея мужской одежды на женщине была интересна и свежа, так что гардероб Энни Холл, состоящий из плотных рубашек, мужских жилеток, объемных жакетов и широких брюк, стал полноценным глотком свежего воздуха для прогрессивного населения Нью-Йорка.

Стиль главой героини картины начали молниеносно копировать, и уже через год после выхода фильма его влияние на моду стало абсолютно очевидно. А личностью, создавшей костюмы для картины, серьезно заинтересовались различные новостные издания. Например, журналистка New York Daily News Присцилла Такер выпустила подробное интервью с художницей по костюмам Рут Морли о том, как она работала над фильмом. Подобное внимание к дизайнеру кинокостюмов тогда было большой редкостью, поэтому данное интервью считается важным прецедентом в развитии индустрии. В статье для New York Daily News Рут Морли рассказала, что закупки для фильма делала в основном на дешевом и демократичном складе военной формы и винтажной одежды Reminiscence. Большинство жилетов и галстуков были найдены в секонд-хендах, а старомодные рубашки и фетровые шляпы куплены в магазине Unique Clothing Warehouse.

По словам Морли, мужские брюки со стрелками, «которые на Седьмой авеню теперь носят все кому не лень», она нашла в ателье Eaves Costume Co., там же для Китон были куплены и мужские туфли. Единственной новой вещью в гардеробе героини была сорочка с воротником-стойкой из мужского бутика в Сан-Франциско.

Впоследствии Рут Морли еще не раз давала интервью и всегда подчеркивала, что уникальный стиль героини Энни Холл – во многом заслуга самой Дайан Китон. Актриса с детства тяготела к мужским вещам, а ее гардероб в 70-е преимущественно состоял из широких рубашек и брючных костюмов оверсайз. В своей автобиографичной книге она вспоминает: «У меня не было своего стилиста (я даже не знала, что это за профессия такая), так что наряд для „Оскара“ решила придумать себе сама. Шляпу на церемонию мне надеть бы не позволили, поэтому я решила все свои силы бросить на создание многослойного, сложного образа. В магазине Ральфа Лорена я купила жилет и две длинные льняные юбки. У Армани выбрала модные слаксы, чтобы поддеть их вниз.

Там же нашла льняной пиджак, белую рубашку, черный галстук-удавку и шарф – этакую вишенку на торте. В „Саксе“ купила туфли на высоком каблуке, а у Робин позаимствовала пару ее носков. Образ получился вполне в духе Энни Холл».

Несмотря на то что фильму уже более 40 лет, он до сих пор продолжает вдохновлять фешен-индустрию. Формулировка «одеться в стиле Энни Холл» плотно вошла в обиход, а широкоплечие жакеты и костюмы оверсайз – главные тренды последних лет.

В том же 1977 году вышла еще одна культовая картина – «Звездные войны. Эпизод 4: Новая надежда». Примечательно, что фильм вместе с «Энни Холл» был номинирован на «Оскар» как лучшая картина, но выиграл в итоге Вуди Аллен. Несмотря на проигрыш, «звездная» сага стала самым популярным проектом года, а то и десятилетия, и положила начало настоящему культурному феномену – во что одета принцесса Лея и как выглядит Дарт Вейдер, сегодня знают даже те, кто «Звездные войны» не смотрел никогда.

Вот уже более 40 лет Дарт Вейдер является самым популярным злодеем кинематографа, а его костюм – самым копируемым. При этом образ Темного лорда родился буквально из хаоса и подручных вещей. Создателем Дарта Вейдера считается дизайнер и художник-иллюстратор Ральф Маккуорри.

Именно он в 1975 году разработал первые наброски злодея, взяв за основу описания автора «Звёздных войн» Джорджа Лукаса. «По описаниям Лукаса, Вейдер был большой темной фигурой в плаще, – рассказывает Маккуорри. – Он должен был носить железную шляпу, как у рыбаков – с длинными спускающимися вниз полями, и маску. В одной из сцен фильма ему предстояло выпрыгнуть из „Звездного разрушителя“ и приземлиться на корабль, который они догоняли, прожечь дыру в корпусе и найти жертву. Соответственно, он должен был выдержать вакуум и низкие космические температуры, поэтому я решил, что у него должна быть маска для того, чтобы дышать в безвоздушном пространстве».

После разработки эскизов Ральфом Маккуорри за дело взялся художник по костюмам оригинальной трилогии «Звездных войн» Джон Молло. Вместе со своими помощниками Молло прошелся по разным костюмерным цехам студии «Эльстри» и собрал все, что показалось ему пригодным для создания образа Темного лорда. Добыча состояла из кожаного мотоциклетного костюма, монашеского плаща из отдела Средневековья, нацистской каски и противогаза. Всё это было надето на актера-статиста, снято на «Полароид» и показано Лукасу. Маску, нагрудное устройство и броню создал чуть позже скульптор Брайан Мюра. Так появился самый узнаваемый костюм в истории кинематографа, за который Молло впоследствии получил «Оскар».

Для того чтобы все части костюма подходили Дэвиду Праусу, исполнившему роль Дарта Вейдера, с актера были сделаны подробные слепки тела. В то время Праус был известным культуристом с собственной сетью спортзалов тяжелой атлетики, поэтому его довольно часто приглашали на роль большого и сильного парня. Как гласит легенда, Джордж Лукас предложил Праусу выбрать между Чубаккой и Вейдером – выбор был очевидным (роль Чубакки в итоге отошла обычному больничному санитару Питеру Мейхью ростом 2 метра 18 сантиметров).

Костюмы штурмовиков – элитных воинов Галактической Империи, – как и в случае с Дартом Вейдером, изначально были придуманы и нарисованы дизайнером Ральфом Маккуорри. «Жуткие белые космические доспехи», как описывал их Лукас, были белыми неспроста: с точки зрения режиссера, зло выглядит более устрашающим, когда прикрывается благородным светлым цветом. Затем художник по костюмам Джон Молло, основываясь на скетчах Маккуорри, изготовил из вакуумного пластика шлемы и доспехи штурмовиков. Все остальные части экипировки – перчатки, ремни, сапоги – были самыми обыкновенными повседневными вещами, выкрашенными в белый цвет. «Как ни странно, – признавался Молло, – все сработало».

Одним из самых непростых персонажей в разработке вселенной «Звездных войн» стал Люк Скайуокер. В набросках Джорджа Лукаса он сначала был девушкой, затем гномом, затем 60-летним генералом и лишь в четвертой версии сценария стал юным падаваном.

Костюм Люка, как и весь внешний облик джедаев, является прямой отсылкой к одежде для восточных единоборств. Одним из основных референсов Лукаса при создании «звездной» саги послужила картина Акиры Куросавы 1954 года «Семь самураев», откуда режиссер почерпнул не только идеи кодекса джедаев и битвы на мечах, но и коричневые плащи и поясные мантии. Кроме того, в костюмах джедаев присутствуют элементы облачения буддийских монахов разных школ. Являясь выходцем с солнечной планеты Татуин и сражаясь на Светлой стороне Силы, Люк всегда одет во все светлое с небольшими вкраплениями натуральных земляных и песочных оттенков.

Сестра Люка, принцесса Лея, по задумке Джорджа Лукаса должна была носить наряды «простые, но вечные». «Я очень тщательно старался избежать любого намека на моду, и поэтому мы сделали принцессу Лею очень простой. Никакого дизайна, никакого фешена, ничего», – вспоминает режиссер. Таким образом появилось знаменитое просторное белое платье в пол с широкими рукавами. Несмотря на кажущуюся простоту и даже асексуальность платья, в этом наряде присутствовал важный нюанс – по задумке Лукаса, под ним не должно было быть никакого нижнего белья, а грудь актрисы «маскировали» с помощью специальной телесной ленты. В итоге в одной из сцен из-за неправильно поставленного света через одежду принцессы стала отчетливо видна ее грудь. Актриса Кэрри Фишер, исполнившая роль Леи, впоследствии отшучивалась: «Насколько мне известно, в космосе не носят нижнего белья».

Знаменитое золотое бикини принцессы было разработано дизайнером Эджи Жерар Роджерс под впечатлением от картины фэнтези-художника Фрэнка Фразетты «Египетская королева» 1969 года. Как и в случае с просвечивающим платьем, здесь не обошлось без казусов. Фишер вспоминала: «Самой большой проблемой металлического бикини было то, что оно было не металлическим, а из какого-то твердого пластика, который не держался на коже. Моей молодой, почти популярной злосчастной коже. Поэтому, когда я расслабленно полулежала на гигантском пузе Джаббы, низ моего твердого пластикового бикини… в общем, он имел склонность выставлять мое (теперь не такое уж интимное) интимное место на всеобщее обозрение. С того места, где стоял Боба Фетт, под пластиковым низом моего бикини он мог видеть все до самой Флориды». Пришлось срочно делать резиновый вариант бикини, но носила его уже не Фишер, а дублерша принцессы Леи Трейси Эддон. Все мучения Фишер оказались в итоге не напрасны: золотое бикини в одночасье превратило ее в настоящий секс-символ. Например, в сериале «Друзья» в эпизоде про типичные мужские фантазии в аналогичном наряде появляется Дженнифер Энистон. В 2015 году оригинальное бикини было продано на аукционе за 96 тысяч долларов.

В костюмах возлюбленного принцессы Леи, Хана Соло, отчетливо прослеживается симпатия Джорджа Лукаса к американским вестернам и намек на будущего Индиану Джонса. Узкие брюки, расстегнутая рубашка, жилет со множеством карманов, высокие сапоги, тяжелый пояс с кожаной кобурой, бластер вместо револьвера – можно сказать, что Харрисон Форд начал носить костюм Индианы Джонса за четыре года до создания серии фильмов об Индиане. Чтобы как-то осовременить очевидно олдскульный костюм, дизайнер Джон Молло добавил на брюки Хана Соло цветные лампасы и исключил ковбойскую шляпу.

Начиная с «далекого-далекого» 1977 года «Звездные войны» являются неотъемлемой частью визуального кода, будь то маски Дарта Вейдера и косички принцессы Леи на Хеллоуин, футболки с логотипом Star Wars на прилавках массмаркета или фешен-коллекции, вдохновленные знаменитой сагой.

Как объясняет директор музея Института моды Технологического университета Валери Стил, до «Звездных войн» костюмы научной фантастики сводились к паре клише одежды из будущего, именно поэтому образы из франшизы оказались так свежи и влиятельны.

В 1979 году, через два года после выхода первого фильма, дизайнер Тьерри Мюглер выпустил свою знаменитую футуристическую коллекцию с отсылками к «Звездным войнам». В 1999 году бренд Yves Saint Laurent вдохновился картиной «Звездные войны. Эпизод 1: Скрытая угроза» и посвятил свою бьюти-коллекцию принцессе Падме Амидале в исполнении Натали Портман, которая к тому же стала лицом кампании. В 2012 году Николя Жескьер, на тот момент креативный директор Balenciaga, нарядил моделей в головные уборы, напоминающие шлем Дарта Вейдера. В 2015 году дизайнер Givenchy Рикардо Тиши стилизовал свою коллекцию на манер принцессы Леи. В том же году это сделали Рик Оуэнс, а затем и Канье Уэст – в обоих коллекциях сквозит влияние нарядов брата и сестры Скайуокер. Кроме того, в том же 2015 году целая группа дизайнеров переосмыслила костюмы из вселенной «Звездных войн», выпустив коллекцию Force 4 Fashion, приуроченную к выходу 7-й части – «Звездные войны: Пробуждение Силы». В рамках коллекции Диана фон Фюрстенберг создала гипюровое платье для героини Рей, Ovadia & Son предложили современный наряд штурмовика, Тодд Снайдер придумал шубу из искусственного меха на манер Чубакки, а Билли Рейд создал двубортное пальто, также посвященное этому персонажу. Rag & Bone решили создать свою версию костюма Кайло Рена, которого играет Адам Драйвер. Все наряды были выставлены в витринах нью-йоркского универмага Bloomingdale's, а все средства, вырученные от их продажи на аукционе CharityBuzz, ушли в благотворительный фонд Child Mind Institute. В 2017 году, к премьере 8-й ленты – «Звездные войны: Последние джедаи» – появились на свет удивительные туфли от Кристиана Лубутена, которые французский дизайнер выпустил совместно с компаниями Disney и Lucasfi lm.

«Серые сады» – единственная документальная картина, представленная в этой книге, и редкий случай, когда документальное кино активно влияет на моду. Лента была снята в 1975 году братьями Мэйслес и вот уже почти 50 лет вдохновляет различных творцов, от режиссеров и фотографов до стилистов и фешен-дизайнеров.

Фильм посвящен двум американским аристократкам Бувье – тете и кузине Жаклин Кеннеди, проживающих в некогда роскошном особняке в Ист-Хэмптон под названием «Серые сады». Особняк с годами пришел в упадок и стал любимым местом обитания 52 котов и многочисленных енотов, а Эдит Бувье-старшая и Эдит Бувье-младшая (или, как ее называли, Маленькая Эди) превратились в отшельниц, пока к ним в гости не пришли братья Мэйслес и не рассказали через фильм о них всему миру.

Вместе с известностью фильма пришла известность и к уникальному стилю семейства Бувье. Маленькая Эди (которой на тот момент было уже больше 50 лет) одевала в кадре и за кадром себя и свою мать в остатки некогда роскошного гардероба. Богатое аристократическое прошлое, привитый с детства вкус, но при этом полное отсутствие денег сыграли свое дело – наряды Бувье-младшей обладали полной непредсказуемостью и новаторской подачей. Пока Бувье-старшая пела песни из мюзиклов в окружении котов, фотографий и собственного портрета, Маленькая Эди занималась уходом за матерью и параллельно придумывала себе невероятные наряды, превращая блузки в головные уборы, а платья – в набедренные повязки. Неимение средств и новой одежды с лихвой компенсировалось большим количеством свободного времени, эксцентричным чувством стиля, кипучей энергией, остроумием и фантазией.

В 2010 году по решению Библиотеки Конгресса картина была включена в Национальный реестр фильмов, как «исторически значимая». Но самое большое значение картина все же имеет для модной индустрии. Купальники поверх водолазок, обмотанные вокруг бедер платки вместо юбок, тюрбаны из платьев, свитеров и полотенец, а также бессменная вездесущая брошь – такой подход к стилю не мог остаться незамеченным. Самым большим поклонником семейства Бувье является Марк Джейкобс, выпустивший в 2007 году в честь Маленькой Эди сумочку Little Edie, и посвятивший «Серым садам» свои коллекции в 2006 и в 2018 годах. Джон Гальяно, в свою очередь, под влиянием картины создал коллекцию «Весна – лето – 2008», которая во многом заимствует и копирует важнейшие элементы стиля Эдит. Отсылки к образам Бувье также можно найти в коллекции Balenciaga «Осень – зима–2017». Дизайнер Джон Бартлетт однажды признался, что смотрит фильм каждые четыре месяца.

Не остаются в стороне фотографы и стилисты. В 2014 году Джо Зи, креативный директор журнала Elle, снял комедиантку Кристен Уиг на территории нынешних «Серых садов», которыми теперь владеет редактор газеты Washington Post Бенджамин Бредли. Стилист Людивин Пуаблан и креативный директор Фабьен Барон предложили свою версию «Серых садов» для мартовского номера журнала Interview в 2015 году. Harper's Bazaar посвятил картине фотосессию для сентябрьского номера 2007 года с Мэри-Кейт Олсен и Лорен Хаттон. Фотограф Стивен Майзел сделал в честь фильма культовую съемку для майского номера Vogue Italia 1999 года с моделью Эмбер Валлеттой в главной роли.

Новый виток интереса к «Серым садам» последовал после художественной экранизации в 2009 году с Дрю Бэрримор и Джессикой Лэнг в главных ролях. Художником по костюмам выступила Кэтрин Мэри Томас, известная своей работой для обеих частей «Убить Билла». По признанию Томас, создавать эксцентричный образ семейства Бувье было непросто, но очень интересно. Самым сложным было не позволить костюмам доминировать над актрисами. «Несмотря на то, насколько обе Бувье были претенциозными личностями, их безумные костюмы не затмевали их, а были гармоничным дополнением».

Так как в экранизации речь идет не только о периоде съемок в «Серых садах», но и о более ранних годах, художнице по костюмам вместе с командой предстояло разработать гардеробы разных периодов, с ранних 30-х и до поздних 70-х. Для этого Кэтрин Мэри Томас совместила винтажные вещи из проката, одежду с eBay и специально сшитые наряды. Так, например, синий свитер, который Маленькая Эди сначала носит как жилет, а затем, когда теряет волосы, повязывает на голову, дизайнер не смогла найти в продаже, поэтому его в итоге связали специально для проекта. «Я попыталась сосредоточиться на Маленькой Эди как на отличном примере того, что ты можешь превратить все вокруг во что-то невероятное. Она носила полотенце на голове! Она была очень игрива и любила создавать образы, как маленькие дети любят наряжаться в мамину одежду. У нее было дикое воображение, и я думаю, что если вы позволите себе освободиться от всех внешних шаблонов, то сможете быть такими же креативными и оригинальными, как она».