Вся история от самого начала и до логического конца заняла у меня минут сорок со всеми лирическими отступлениями и неспешным темпом. На часах давно перевалило за полночь, но спать совершенно не хотелось.

Закончив свое повествование, я откинулся на спинку кровати и стал ждать, пока эльфмуар (именно так я решил про себя называть новую древнюю энциклопедию, чтобы в голове не путаться между «гримуаром-1» и «гримуаром-2») переварит информацию и сообразит ответ.

— Мда, — наконец глубокомысленно изрек эльфмуар.

— Ситуация, — тут же поддакнул ему второй букварь.

Я закатил глаза. Два древних магических артефакта, кладези утерянных знаний, и вот это их вердикт?

— Очень ценный совет, я им обязательно воспользуюсь, — съязвил я, не скрывая раздражения на этот максимально емкий и не несущий абсолютно никакой пользы ответ. — А что-то, ну, посущественнее сегодня будет или подождем до второго пришествия?

— До чего? — искренне не понял эльфмуар.

— Это такая байка из его родного мира, где…

— Не время для исторических сводок, — жестко перебил я обе книжонки. У меня брат в плену у террористов, а они тут культурологический обмен устраивают. — Так что, дельные советы будут? Или вы только вздыхать умеете?

Эльфмуар снова замолчал.

— Ну… мнем… — он издал странный звук, словно невидимый старик поплямкал и поцыкал языком, раздумывая над сложной задачей. — В общем-то, я вижу два способа провернуть то, что ты просишь. Первый требует совершенно колоссального магического резерва, которым ты, к сожалению, не обладаешь, подселенец. И никто из людей не обладает. Тебе придется искать какую-нибудь огромную «батарейку» с чистой энергией психеи, а такую даже эльфы за тысячелетия не придумали. Поэтому пользоваться техникой массовой иллюзии могли только величайшие мастера-эльфы, и то не больше пяти-шести часов, накидывая морок только на ОДНОГО эльфа. А если речь идет про целый отряд… нет, ты не сдюжишь. Поэтому остается только вторая техника.

— Подробнее, — я подобрался, чувствуя, что мы наконец-то переходим к сути.

— Физическое перевоплощение.

Я удивленно поднял брови.

— Буквально стать эльфом, что ли, предлагаешь? — переспросил я, пытаясь прикинуть масштаб задумки.

— Верно, — спокойно подтвердила древняя книга. — Тебе нужно будет изменить саму структуру тканей. Перекроить плоть, хрящи и кости так, чтобы физиологически начать походить на эльфа. Никаких иллюзий. Только чистая анатомия, измененная силой души.

Перед глазами тут же пронеслась мерзкая картина из недавнего прошлого. Я вспомнил, как доппельгангер, когда я пробил его защиту, стал растворяться прямо на глазах. Как он терял мой облик, словно растекающееся тесто, пока не превратился в монохромное серое существо без зрачков, губ и волос.

Меня аж до дрожи пробрало от этих воспоминаний. Бр-р-р. Превращать себя и отряд вооруженного спецназа в куски пластилина, чтобы слепить из них новые лица? Звучало как отменная завязка для боди-хоррора.

— И какая в этом сложность? — спросил я, стараясь мыслить как врач. В конце концов, пластическая хирургия существует, а тут просто инструмент другой.

— Такова, что тебе нужно идеально повторить структуру тканей, чтобы твои перевоплощения не выглядели как вышедший ходячий ужас из-под ножа хирурга-маньяка, — отрезал эльфмуар, явно задетый моей беспечностью.

— Пока что не вижу ничего сложного, — пожал я плечами. — Уши удлинить. Дальше грим и плотное освещение в лесу довершат остальное.

— Да что ты? — тут же возмутился эльфмуар. — А лица? Или, по-твоему, эльфы и люди, если им уши выровнять, ничем больше не отличаются?

Я мысленно остановился. Вспомнил Шаю и Нандора, их утонченные черты. Вспомнил Лидию с Алисой. Мысленно поставил их рядом, словно на анатомическом столе, и попытался приравнять уши.

И, черт возьми, да. Ни хрена между людьми и эльфами общего нет, кроме того, что по кровеносной системе течет красная кровь, а внутри работают плюс-минус идентичные органы. Пропорции черепа, посадка глаз, линия челюсти, толщина кожи — все было другим. Чтобы человек сошел за эльфа вблизи, недостаточно приклеить заостренные накладки. Нужно менять саму геометрию лица.

— Понял, да? — самодовольно спросил эльфмуар.

— Мгм… — неохотно признал я.

— Тебе нужно сделать КАЖДОГО из отряда отдельным эльфом, непохожим на другого, — продолжал добивать меня артефакт. — Иначе вы будете выглядеть как отряд одинаковых клонов. А радикалы в лесах паранойей не страдают, они ею живут. Любая асимметрия или неестественное натяжение мышц лица и вы мгновенно получите пулю между глаз раньше, чем успеете сказать «здравствуйте».

— Другой вопрос, — внезапно вклинился мой книжный балабол, решив подкинуть дров в костер сомнений, — как ты вообще будешь аргументировать ваше появление с деньгами другим эльфам? Мол, перехватили посланников или что? А самое главное, подселенец, кто из вас, умников, знает их язык, чтобы не спалиться мгновенно? Вы же даже поздороваться без акцента не сможете!

Я с силой потер лицо обеими ладонями.

Вот же два черта бумажных, а. Загоняли меня самыми обычными, логичными вопросами в угол. И ведь они были абсолютно правы. Маскировка — это только половина дела. Если мы придем на встречу к радикалам и откроем рот, нас расшифруют за секунду.

Я посмотрел на свой гримуар, лежащий слева, а затем перевел взгляд на эльфмуар, лежащий справа. И вот тут мой взгляд на нем задержался. В голове щелкнуло. Я медленно, ехидно улыбнулся.

— Ну так ты их язык и знаешь, — сказал я, указывая на темный переплет. — Ты же древний эльфийский артефакт. Вот и будешь с ними общаться. Выступишь в роли синхронного переводчика прямо у меня в голове.

— С ума сбрендил⁈ Не буду я этого делать! — мгновенно взвился эльфмуар.

— В печку хочешь? — ласково поинтересовался я, потянувшись к нему рукой.

— Да хоть в две! — фыркнул он, ничуть не испугавшись. — Ты просишь невозможного. А вернее, ты просишь меня пойти против своих же создателей. Я и так нарушаю все мыслимые морально-этические нормы тем, что вообще тебе, человеку, помогаю, подселенец.

Я хмыкнул.

— Что-что? Морально-этические нормы? У древней книжки по вырыванию душ? Не смешите меня.

— Нет, подселенец, послушай, — голос эльфмуара стал серьезнее. — При всем уважении к моему сородичу, с которым мы успели перекинуться парой мыслей, но я не стану твоим переводчиком. Ты вообще понимаешь, чем это может вылиться? Если среди тех партизан окажется мало-мальски толковый маг и он почует мою энергетику? А он ее почует, если я начну активно транслировать язык в твой разум. Знаешь, что тогда будет? Там начнется кровавая баня. И уже не за деньги или твоего брата-заложника. Начнется священная охота на меня. Я утерянное наследие их расы и ради такого артефакта там начнется такое, что тебе не снилось в самых жутких кошмарах.

В словах книги была своя правда. Если эльфмуар когда-то давно выкрали у эльфов, и с тех пор не могли его найти, то появление в лесу вызовет самый настоящий холивар за клочок бесценных знаний.

— Понял. Аргумент принимается, — кивнул я, отбрасывая эту идею. — Тогда возьму эльфийку. Шая знает язык, она из МВД, подготовлена. Думаю, прокатит за «свою», если правильно подадим легенду.

— План пока что зыбкий, — сухо констатировал гримуар.

— Это набросок плана, — огрызнулся я. — Все еще сто раз будет обсуждаться с руководством империи, с Императором, со спецназом. Пока что мне нужно решить первостепенную задачу — научиться «лепить» нам морды, как из глины.

— Очень похожая аналогия, — одобрительно заметил эльфмуар. — Не знаю, как ты до этого догадался, но суть процесса примерно так и будет выглядеть. Изменение структуры лица — это лепка. Только вместо глины у тебя будет чужая плоть.

— Да он в целом очень способный ученик, — вдруг включился гримуар с явной ноткой гордости. — Я тебе говорю, коллега, не пожалеешь, что вышел с ним на контакт. Я бы даже еще раз с ним контракт заключил, если бы мог. Хватка у него стальная, и мозги на месте.

— Хммм… — задумчиво протянул эльфмуар.

— Боюсь, еще один такой контракт я просто не вывезу, — сказал я спокойно, прерывая их взаимные расшаркивания. — Один из вас и так меня уже обещает убить, если я обучение не закончу.

— Мне твое обучение ради обучения не к чему, — ответил эльфмуар. — Я не связан обязательствами заставлять тебя. Но… если ты действительно познаешь мои истины, которых в этом мире уже почти никто и не знает, то… это будет как минимум интересно.

Книга замолчала на пару секунд, словно взвешивая что-то внутри себя.

— Понимаешь, подселенец, эльфы-мастера на моей памяти были. Великие мастера. А вот людей нет. Что скажешь? Не хочешь попробовать стать первым? Войти в историю, так сказать?

Я посмотрел на темную обложку эльфмуара. Его предложение звучало заманчиво, но я давно усвоил главное правило этого мира: бесплатный сыр бывает только в мышеловке.

— Какие подводные? — спросил я прямо.

— Что? — не понял сленга артефакт.

— Подводные камни какие? В чем подвох? Ты так просто, без угроз и контрактов на крови, предлагаешь мне свои сокровенные знания за ничего. Так не бывает.

— Считай, что для меня это просто забавы ради, — в голосе эльфмуара послышалась легкая, стариковская усмешка. — Я очень стар. Гораздо старее своего сородича. Я повидал столько империй, расцветов и падений, что меня уже трудно чем-то увлечь. Меня вряд ли можно будет удивить еще одним эльфийским мастером, который будет читать меня с благоговением. А вот ты… ты — это парадокс. Ты уже удивил меня одним своим существованием. Не то чтоб я не знал про переселение душ из мира в мир…

Я резко подался вперед, не дав ему договорить.

— Стоп. Тормози. Ты знаешь про переселение душ из мира в мир? — мой голос стал напряженным. — Это можно сделать своими руками? Целенаправленно?

— Можно, — ответил эльфмуар, мгновенно остудив мой пыл. — Но не нужно. Это путь в один конец, подселенец. И я бы на твоем месте о таком даже не думал. Давай вернемся к нашему диалогу. Что думаешь?

Я так долго и упорно шел к тому, чтобы получить эту треклятую книгу от Доппельгангера, вырвал ее с боем, а она оказалась на неизвестном мне языке. И вот теперь артефакт сам охотно идет навстречу. Чем черт не шутит, а?

— Идет, — согласился я. — Кровь нужна?

— Ха! Опытный попался, гляди-ка, — хохотнул эльфмуар. — А как ты думаешь? Без привязки я не смогу транслировать тебе знания.

— Ну, ты же древний гримуар. Мы заключаем контракт на передачу знаний. Очевидно, что тебе от меня простой подписи чернилами будет мало.

— Естественно. Но и лужи крови мне твоей не надо. Просто приложи правую руку к обложке. По центру.

Я, не раздумывая, положил ладонь на шероховатую кожу переплета.

— И не убирай, пока я не скажу.

— В каком смы…

Договорить я не успел. Мою ладонь пронзила такая дикая боль, словно меня одновременно укусил пустынный скорпион и приложили к коже раскаленное добела клеймо.

Я судорожно сжал зубы, чтобы не заорать в голос на весь дом. Сквозь сомкнутые челюсти вырвалось глухое шипение. Свободной левой рукой я вцепился в покрывало, сжимая его с такой нечеловеческой силой, что плотная ткань начала жалобно трещать. Не то чтоб для этого надо было много сил, но сам факт…

— Все, — раздался голос эльфмуара.

Я резко отдернул руку, тяжело дыша, и с ужасом повернул ладонь к себе. Прямо по центру ладони ярко светился бледно-синим светом витиеватый сложный символ. Он напоминал переплетение корней дерева. Символ пульсировал в такт биению моего сердца, а затем, спустя несколько секунд, медленно впитался под кожу и исчез, не оставив после себя ни ожога, ни шрама.

— Что это было? — хрипло спросил я, массируя ноющую руку.

— Теперь мы связаны, — с удовлетворением ответил эльфмуар. — Я смогу общаться с тобой на дистанции, как и мой коллега. Но главное — я смогу транслировать прямо в твой мозг то, что хочу, чтобы ты сделал в магических аспектах. То есть, мне не нужно будет тебе долго и нудно словами объяснять, под каким углом направлять энергию. Я смогу просто спроецировать в твое сознание картинку того, КАК тебе надо поступать и ЧТО ДЕЛАТЬ.

— А вот это уже по-нашему, — я перевел дух и довольно улыбнулся.

Ну наконец-то прямая загрузка навыка, как в старом добром фильме про Матрицу. Стоило того, чтобы потерпеть адскую боль на ладони, которая, к слову, все еще продолжала тихонько пульсировать глубоко внутри мышц.

— Ну тогда что, за дело? Начнем прямо сейчас? — я был готов ринуться в бой, чувствуя прилив энтузиазма.

— Не торопись, горячая человеческая голова, — осадил меня эльфмуар. — Начнем завтра утром. И тебе нужен будет подопытный для тренировок.

— Ты с ним сейчас разговариваешь, — ответил я. — Тренироваться буду исключительно на себе.

Если бы у гримуара было физическое лицо, он бы однозначно поднял брови в крайнем удивлении.

— Дело твое. Экстремально, но похвально, — согласился артефакт. — А пример с кого брать будешь? Тебе нужен четкий визуальный пример. Анатомически точный эльф перед глазами. Без него ты слепишь монстра. Где ты его возьмешь?

— Из интернета, — спокойно ответил я, уже прикидывая план. — Открою ноутбук, вобью в поиск. Любую эльфийскую модель из столичных журналов выберем в высоком разрешении и начнем практиковаться. Фронтально, в профиль — там фоток полно.

— А… — выдал он. — Я все никак не привыкну, что у вас, у людей, теперь эта странная штука есть, которая позволяет невероятно ценные знания и картины вытащить прямо из воздуха за пять минут, просто потыкав пальцами в светящуюся доску.

Он вздохнул и было буквально слышно в этом звуке, как книга скучает по ушедшим эпохам.

— В наши-то времена, эльфы, чтобы найти нужный пример или свиток, в библиотеку за…

— За полконтинента ехали, — перебил я его, намеренно сделав свой голос старческим, кряхтящим и добавив в него максимум скрипучего нравоучения. — Запрягали собак, гнали их по лисьему говну через дремучие леса, потом неделю по болотам по пояс в жиже, две недели по выжженным пустошам… И все это только для того, чтобы прийти в Великую Библиотеку и узнать, что эту книгу вчера выдали другому читателю на сто лет или ее вообще нет!

В спальне стало неестественно тихо, словно я выдал самую сакральную истину древних эльфов во всех галактиках и параллельных вселенных.

— А ты откуда знаешь? — вдруг совершенно искренне и пораженно спросил эльфмуар.

Я не выдержал и рассмеялся в голос до слез.

* * *

Проснувшись рано утром, я понимал, что день мне предстоит не из легких, поэтому, спустившись на первый этаж, быстро позавтракал в компании отца и девушек. Допив кофе, я попросил в комнату ко мне не заходить. Вообще. Сказал, что буду крайне занят важными государственными делами у себя в комнате, поэтому стучаться ко мне стоит только в том случае, если дом начнет гореть, да и то желательно сначала попытаться потушить своими силами.

Поднявшись к себе, я плотно прикрыл дверь, затем подошел к рабочему столу, пододвинул поближе большое зеркало, положил оба гримуара, открыл ноутбук и погрузился во всемирную паутину.

Мне нужен был референс с которого я буду лепить свою новую физиономию. Я вбил в поисковик запрос на популярных столичных эльфийских фотомоделей, открыл галерею и принялся методично перебирать глянцевые снимки.

Сначала мы для разминки и понимания эльфийской анатомии прошлись по женским портретам.

— Эта? — спросил я, кликая на фото весьма симпатичной ушастой блондинки с пронзительным взглядом.

— Нет, — тут же категорично ответил эльфмуар в моей голове.

— А по-моему норм, — пожал я плечами.

— Не. У нее нос кривой, — забраковал древний артефакт.

— Кривой? — я подался вперед, чуть ли не упираясь носом в монитор, пытаясь разглядеть изъян. — Да ты посмотри внимательнее, он же идеальный. Тонкий, ровный. Никакая Джоконда и рядом не стояла.

— Джа-кто?.. — не понял эльфмуар.

— Он опять про свой прошлый мир, — снисходительно вклинился гримуар, беря на себя роль просветителя. — Помнишь автопортрет Да Винчи?

— Ну? — заинтересовался эльфмуар.

— Ну вот в их мире люди почему-то на полном серьезе считают, что на картине нарисована женщина. И восхищаются ею, — выдал книжный балабол.

— … серьезно? — наконец шокировано выдал эльфмуар.

— Ага.

Я громко и выразительно откашлялся, прерывая их интеллектуальную беседу об искусстве параллельных вселенных. Спелись, блин, искусствоведы на мою голову.

— Листаем дальше? — спросил я с легким раздражением.

— Да, — абсолютно единогласно и как-то даже с сочувствием ко мне согласились обе книги.

Где-то полчаса мы перебирали мужские портреты. Я отбраковывал слишком женственных, эльфмуар откидывал тех, у кого, по его древним меркам, были нарушены истинные пропорции расы. И вот, спустя несколько десятков страниц поисковика, мы нашли ЕГО.

Абсолютный идеал. Мужик с обложки дорогого парфюма. Точеные, острые скулы, которыми можно резать колбасу почти прозрачными ломтиками. Идеально прямая линия челюсти, глубоко посаженные глаза и, естественно, безупречные длинные заостренные уши.

Наверное, на этот портрет молились бы все эльфийские радикалы в лесах, если бы увидели его на плакате. Воплощение строгой нечеловеческой красоты. Ну, или, по крайней мере, это было воплощение феноменального профессионализма ретушера, который вылизал эту фотографию в фотошопе до состояния восьмого чуда света. У меня от неестественности этой идеальности аж эффект зловещей долины разыгрался.

— Оно! — благоговейно и с явным придыханием выдал эльфмуар. — Раскрывай на полную! Начинаем лепку!

Я развернул фотографию на весь экран, поставил рядом зеркало, глубоко вздохнул и потянулся к своему магическому резерву.

И начался кромешный ад.

Я никогда раньше не занимался пластической хирургией, тем более без скальпеля, наркоза и на самом себе. Эльфмуар, как мы и договаривались, не стал нудно объяснять теорию. Он просто начал проецировать прямо в мозг КАК нужно направить энергию, ГДЕ надавить, ЧТО потянуть.

Ощущения были такие, словно под мою кожу запустили тысячи крошечных, горячих муравьев, которые принялись методично перестраивать череп. Кости хрустели. Хрящи с мерзким влажным чавканьем меняли свою форму. Мышцы лица растягивались и сокращались против моей воли, но, что самое удивительное, абсолютно безболезненно.

Спустя час я был похож на жертву неудачного нападения роя пчел. Один глаз уехал чуть выше другого, левая скула выпирала так, словно под кожей застрял грецкий орех, а уши… уши вообще отказывались вытягиваться ровно, напоминая помятые равиоли.

— Тяни хрящ сильнее! — командовал эльфмуар. — Больше концентрации на подбородке! Эльфы не бывают круглолицыми!

Я стискивал зубы, утирал пот со лба рукавом водолазки и продолжал «месить» свое лицо энергетическими потоками, полностью погрузившись в процесс.

Прошло еще около часа. Я как раз филигранно вытягивал кончик правого уха, пытаясь задать ему нужный угол наклона, сверяясь с фотографией глянцевого красавца на мониторе. Лицо в зеркале представляло собой жуткое зрелище, зависшее ровно посередине между человеком и эльфом.

И именно в этот момент глубочайшей концентрации…

Тук-тук-тук.

Занятый перекраиванием костей черепа, рот сработал исключительно на базовых рефлексах. Когда стучат в дверь — нужно ответить.

— Войдите, — буркнул я на автомате, даже не отрывая взгляда от своего уродливого полу-эльфийского отражения.

В моей голове взорвалась настоящая звуковая бомба.

— НЕЕЕТ!!! — заорали оба гримуара одновременно с такой паникой, что у меня чуть барабанные перепонки не лопнули.

Я дернулся, энергия, удерживающая хрящи и мышцы в переходном состоянии, дрогнула, и мое лицо слегка перекосило. До меня мгновенно дошло, ЧТО я только что ляпнул. Но было поздно.

Ручка мягко повернулась. Дверь приоткрылась.

В комнату шагнула Алиса. В руках у нее была чашка горячего чая, а на лице — приветливая улыбка.

— Виктор, ты там завтракать толком не стал, я подумала, может… — начала она свой монолог, переводя взгляд на меня.

Слова застряли у нее в горле.

Алиса замерла. Ее зеленые глаза раскрылись до невероятных размеров, а зрачки сузились в точки.

Чашка с горячим чаем выскользнула из ослабевших пальцев и разлетелась о паркет, разбрызгивая заварку по ковру.

Грудь Алисы судорожно втянула воздух. И в следующее мгновение стены особняка содрогнулись от женского вопля.