Я не без труда поднялся и шагнул навстречу.

— Я не Даша! — услышал я звонкий женский голос. — Меня зовут Эльза Ларина… Я подруга Дашина, из пехоты! Мы их третьей поисковой группы! Мне Даша столько про вас рассказывала! Ваше сиятельство, что с вами⁈ Вы ранены⁈

Вгляделся в лицо — и точно, не Даша. И, на самом деле, знакомое лицо — видел на том самом видеозвонке, когда я неожиданно угодил на вечеринку в дашиных апартаментах. Пониже ростом, да и фигура немного другая.

Тут же подбежала, запорхала вокруг — и откуда столько энергии при таком холоде?

— Сейчас-сейчас… ой, какая большая рана, какой кошмар! Кто это вас так⁈ Бабай? Он рядом⁈ Нет! Хорошо! Возьмите, возьмите дыхательную маску, скорее! Ваше сиятельство, вы же замёрзли! У вас же обогрев не работает! Вы весь дрожите! Сейчас-сейчас! Я переключу, передам немного тепла со своего комбеза…

И полезла обниматься. Вот так вот, без разрешения, ко мне, окончательно и бесповоротно моногамному!

— Девушка, погодите. Мне необходимо получить разрешения на подобную манипуляцию! Да отчепитесь же от меня! Даша! Даша, тут незнакомая женщина требует обнимательств с моим неприкосновенным телом.

— Какая⁈ — прорезался скорее удивлённый, чем возмущённый голос Даши в нашем личном канале, но тут же она поняла. — А, так Эльза доехала! Конечно, пусть тебя согреет! Только пусть… осторожнее.

— Сказано, чтобы осторожно, — сообщил я.

Ну, и меня действительно осторожно обняли. Ну, это сперва осторожно, а потом сграбастали весьма по-хозяйски, уверенно, стиснули в объятиях буквально, а заодно прикрыли все порезы и ссадины.

— Осторожнее, девушка! — на всякий случай строго сообщил я, с удовлетворением замечая, что окоченение спадает.

— Вас срочно надо отвезти в безопасное место и покрыть репарирующим гелем!

В это время подъехал второй глайдербайк с двумя сервами сопровождения, и ещё два дрона-наблюдателя зависли сверху. Ну, теперь точно безопасно. Подростки белоснежных пауков точно не сунутся к такому числу двуногих.

— Вам стало теплее, ваше сиятельство?

— Ощутимо.

— Сейчас-сейчас, я обработаю ваши раны, и мы поедем к Даше. У вас сзади порез… я сейчас его изолирую, но теплопотери всё равно будут.

Ишь какая — и технарь, и медик, значит. В целом — она мне показалась даже чем-то похожей на Дашу. Только чуть помоложе, чуть пошустрее…

Но нет, твёрдо я сказал себе, отгоняя любые неправильные в моей новой ситуации мысли. Подобной Даше — нет никого в галактике. Я сделал выбор. И этот выбор окончательный.

Когда всё с моим телом и комбинезоном было закончено, Эльза заявила:

— Вы поедете спереди. Так эффективнее будет сохраняться тепло. Вы же сможете вести, Ваше Сиятельство?

— Зовите меня Александром… Александром Игнатьевичем, — попросил я, усаживаясь за руль глайдербайка. — Разумеется, я смогу.

Действительно, с дополнительным утеплителем в виде пятидесяти с чем-то килограмм живой девушки за спиной — ехалось намного теплее.

Только вот уж больно усердно она ко мне прижималась и обнимала. Странная какая-то, в общем. Благо, неловкая ситуация продолжалась недолго — далеко меня унести бабай не смог, а скорость глайдера была сильно повыше, чем скорость гигантского паука.

Сефирот был почти в зените. Напекло прилично, уже точно было в районе тридцати градусов. Жара! Только дышалось всё ещё с трудом.

Наша короткая стоянка, планировавшаяся на десять минут, но затянувшаяся уже на час с лишним, представляла собой жутковатое зрелище. Разбросанные фрагменты сервов, палатки, не выветрившийся запах палёной псевдошерсти.

И посреди этого всего — Даша, тут же отвлёкшаяся от починки глайдербайка и бросившаяся мне на шею.

— Я так переживала! Ты чего это удумал! Зачем полез на рожон!

— Ну, я же должен был тебя защитить. Знаешь, инстинкт первобытного охотника сработал.

— Тебе нужно эвакуироваться в город! Я вызову глайдер.

— Я то же самое сказала! — вставила Эльза.

Хотя я не помнил, чтобы она что-то такое говорила.

— Нет уж. Мы решили обследовать лабиринт — значит, надо обследовать. Итак, что мы имеем?

Глайдербайки были основательно так покорёжены размахавшимся клешнями бабаем, а один — так просто раздавлен. Но один — вполне на ходу. От палатки почти ничего не осталось, собрать её обратно точно не представлялось возможным. Но грустнее всего — сервы. Даше удалось собрать из останков одного одноногого, кое-как держащегося в седле. И ещё — три «головастика» в связке, за седлом. Чисто для сохранения мозгов — как-никак, первые приняли удар, славно сражались.

Хоть и стреляли отвратительно — вон, по палатке прилетело.

Палатка была в группе у Эльзы. Но вот поместимся ли мы там втроём? Пока не хотелось думать. В любом случае, надо было закончить обследование до заката солнца и совсем уж смертельных температур, либо искать место для ночлега.

— Мы можем взять вот этот сектор, рядом с центром, — предложила Даша. — Как раз около заброшенной турбазы. Там есть утеплённые места, насколько помню.

— Да, помнишь же, как было на практике! — добавила Эльза.

— Хорошо мы там повеселились, да уж, — как-то подозрительно хмыкнула Даша.

Деталей я расспрашивать не стал — мало ли какие там глупости не были в молодости.

Итак, мы решили двигаться туда, заодно проинспектировать близлежащие сегменты лабиринта. Мы упаковались на три глайдер-байка. Я с Дашей на одном, Эльза с одним нашим уцелевшим сервом — явно была не особо довольна такой паре, но что поделать. И два серва Эльзы — на третьем, с остатками нашего оборудования

Ещё один серв на глайдербайке присоединился к нашей группе через полчаса, доложив об обследовании нижней границы лабиринта. Третья группа исследовала пещеры в предгорьях, по западной границе.

Дроны наблюдения и орбитальные системы тем временем проводили сканирование местности и подсвечивали на карте подозрительные места. Наш маршрут шёл зигзагом — не только из-за меток, но и из-за архитектуры стен.

Лабиринт был разбит на правильные квадраты, по пять клеток каждый. Внутренние стены между этих клеток были высотой в десять метров, толщиной в три — как раз, чтобы держать один глайдербайк на нормальной скорости. Только вот местами ледово-бетонно-каменный композит истончился, и мы проваливались вниз на метров пять. Где-то снежные дюны доходили до самого верха стен. В общем, весёлое развлечение вышло, конечно.

Но не очень.

Благо хоть Даша за спиной создавала ощущение комфорта и тепла. Да и вообще, весна чувствовалась! Сефирот выглянул из-за туч, осадки прекратились, на базальтовом полу то там, то здесь цвёл паутинками местный лишайник, а вслед за ним пробуждалась местная странная фауна. Но долго ли Сефирот так греть будет? Надо успеть управиться до вечера.

Первые метки оказались следами жизнедеятельности местной фауны. Ещё три логова бабаев, одно — с тварюгой, которое мы решили не тревожить, два — не то покинутые, не то — пустые. Место их пиршества, где они разодрали какую-то здоровенную сколопендру. Затем — колония ледяных кротов, небольшая пещера, изгрызенная вдоль и поперёк.

Никаких признаков жизнедеятельности людей там не было.

А вот следующая метка загорелась на карте ярко-красным светом. Глайдер. Большой. Утеплённый, большой проходимости.

Судя по видео с дронов, он стоял на большом перекрёстке, около полуразрушенной бетонной башни — были здесь такие строения, с интервалом в пару километров натыканные, непонятного назначения. В основном их снаружи облепляли какие-то мелкие пушистые твари с рудиментарными перепончатыми крыльями, похожие на увеличенную в десяток раз тлю. А внутри ничего не было, разве что у одной такой мы видели логово местного хищника.

Глайдер этот, судя по документам, был арендован преподавателем географии с «Полиса-2». Что он забыл здесь, в тысяче километров, вблизи «Полиса-3»? Что-то очень нечистое происходит, понял я. Мы тут же, на подлёте, на ходу, разработали план по окружению глайдера.

Подошли быстрым броском с трёх сторон, блокируя пути отхода. Сервы спрыгнули с глайдеров, подошли ближе, десяток дронов завис сверзу, транслируя происходящее нам через коммуникаторы.

— Именем закона! — крикнула Даша через громкоговоритель глайдербайка, едва не оглушив меня на правое ухо. — Немедленно откройте ваши профили и продемонстрируйте документы по передвижению!

Реакции не последовало.

— Всё ясно, — хмыкнул я.

Всё как по учебникам. Парень же проникся романтикой мерзких методов политической борьбы времён Пантеона? Примерно по такой схеме террористы заставляют арендовать транспортное средство на чужое имя, а затем или выкидывают арендатора, или удерживают в качестве заложника.

А ещё масс-детектор и тепловизоры на дронах показывали, что внутри машины находятся два человека.

— Выжидаем пару минут и идём на захват? — предложила Даша.

— Там может быть взрывчатка, — подсказала Эльза. — Полный глайдер взрывчатки.

— А ещё может быть спрятанный квадробластер. Но если что-то выглядит как глайдер и по всем масс-детекторам определяется как глайдер с двумя людьми — то скорее всего это он и есть.

— Отправим одноногого, — решила Даша.

Так и сделали. Ещё два предупреждения — без толку. И наш одноногий серв, бодрыми прыжками вдоль ледяной стены оказался у машины.

— Последнее предупреждение! Откройте канал связи или продемонстируйте свои профили Внутреннего Экрана! — это уже я сказал.

Так уж бывает в полицейских историях, как не крути — мужской голос, при всём уважении, звучит весомее. Хотя бы просто потому, что грубее и жёстче по тембру.

Не получив ответа, серв разрядил встроенный в кисть мультитул в ручку пассажирской двери глайдера. А затем дёрнул дверь на себя…

— Ой, простите, — тут же, чуть ли не синхронно, сказали мы трое, как только клубы пара внутри герментичной машины рассеялись.

Мужчина средних лет и очень крупная, темнокожая и томная молодая девушка, вероятно, студентка, внутри глайдера находились в недвусмысленной, весьма интересной и даже, я бы сказал, затейливой ситуации.

Дверь тут же закрылась — и хорошо, ещё не хватало потом платить за обморожение гражданских.

— Извините! простите! — послышался из салона сдавленный голос вперемешку с кашлем. — Романтика! Чувство опасности! Как только вы пошли на захват — мы не смогли остановиться…

— Туристы, блин, — хмыкнул я. — Не могли выбрать место вдалеке от полицейской операции.

Вскоре, через минут десять мы пересеклись ещё с одной группой ищеек — той самой, что остановила и досматривала глайдер-автобус с экскурсией. Их главный — бодрый следак лет шестидесяти, явно потрёпанный и бывалый — доложил Даше по всей форме.

— Там не было ничего подозрительного, — сказал он. — Старшеклассники, победители исторических олимпиад, и двое сопровождающих.

— Точно хорошо досмотрели? — спросила Даша.

— Точно.

— И багажные отсеки?

— И багажные отсеки, — кивнул он.

— Ваши планы?

— Обследуем дальний, недостроенный северный сегмент лабиринта. Там много занесённых снегом гор строительного мусора, очень удобно сделать укрытие. В шестидесятом году там около двух недель обосновалась банда Гурова.

— Следователь, а что на счёт заброшенной туристической базы в центре лабиринта? — спросил я.

Он с пониманием кивнул.

— Там есть датчики, и постоянно дежурят два наших серва. Никакой подозрительной активности не было. Три группы туристов приезжали и уезжали. Какой-то преподаватель географии подозрительный, говорят… Но по биометрии не сходится.

— Не сходится, — кивнул я.

— Вам вызвать эвакуационные глайдеры? — спросил следователь. — Вижу, что вы попали за время стоянки на хищника.

Даша взглянула на меня и покачала головой.

— Не стоит, — ответила ему. — Мы пока что сами. У нас есть одна палатка, заночуем на базе. Лучше организуйте подвоз провизии дронами и эвакуируйте сломанные глайдербайки, недалеко от третьих врат.

— Ясно, — кивнул следователь и взглянул на меня. — Ещё указания?

— Продолжайте наблюдение, — отозвался я. — Мы с вами свяжемся. Всего хорошего.

После мы помчали к центру лабиринта, той самой заброшенной туристичекой базе, построенной спустя тысячелетие после того, как сам лабиринт был заброшен. И очень вовремя — я уже снова, несмотря на тёплую Дашу за спиной, начал замерзать.

А тут ещё пришла сводка об изменении прогноза погоды. Усиление ветра, осадки, вот это всё.

— Я что-то не понял твои планы, командир группы захвата? — спросил я Дашу, когда мы подъезжали.

— Пообедать. Обследовать заброшку всю. Затем встать лагерем внутри. Только где-то очень незаметно.

— Полагаешь, он туда сам придёт? — усмехнулся я. — Да у него сто пятьсот вариантов было, где ещё укрыться. В посёлках, например. В шахтах. В пещерах каких-то. Нафига соваться в столь людное место.

Даша выразительно промолчала, затем пофырчала-подышала мне в ухо.

— Чуйка, что ли? — продолжил я рассуждения. — Ну, раз чуйка — то конечно.

База уже показалась перед нами, вырастая посреди одинаковых бело-коричневых стен, посреди большой центральной площади. Признаться, я думал, что там будет что-то грандиознее. А тут — правильный трёхлистник, высотой в четыре этажа, на сваях, длиной в сотню метров. Всего.

Половина окон, а вернее — иллюминаторов были разбиты. Два из трёх входов — занесены снегом. Рядом было оборудовано что-то вроде скалодрома и горки для занятий каким-то экстремальным зимним видом спорта, я тут не особо разбирался.

И стоял глайдер-автобус. Тот самый, который досматривал отъехавший на дальние рубежи лабиринта следак.

Очень, очень некстати. Если мы работаем на наживку, где наживка — вся база целиком, то это же гарантированно его отпугнёт.

А к нам уже спешили два местных два серва-охранника, косоногих, ржавеньких, видать, уже не первое десятилетие здесь срок мотают.

А вместе с ними — бодренькая, весьма хищного вида дама.

— Мы никуда не поедем! — сообщила она нам. — Эти нам говорят — уезжайте, а мы — не поедем. Опасно! Ожидают порывы ветра до пятидесяти метров в минуту!

— Кто вы такая? — тут же накинулась на неё Эльза. — Документы!

— Я гид! Мы ехали на минералогическую экспедицию в музей шахтного дела в Хребет Столбовского. У меня дети! Я здесь уже не первый год вожу экскурсии! Никогда проблем не было. А тут — какая-то операция! До чего докатились!

— А вы слышали, что произошли террористические акты⁈ — повысила вслед за ней голос Эльза.

— Слышала! Это нас не касается! У меня дети! Целый автобус отличников! Я гид!

— Мы вас и ваш автобус доставим под конвоем! Потом замаетесь докладные и объяснительные записывать!

Смотрел я на это всё и думал — до чего же гиацинтовцы — суровый народ. как у них дыхалки хватает так громко ругаться на таком морозе и при таком давлении?

— Оставайтесь, — не выдержал я. — Старайтесь минимизировать потери тепла и экономить провизию. Если прогноз погоды не подтвердится — отправитесь сразу же.

Но прогноз погоды, к сожалению, подтвердился. Задул сильный ветер, мелкая снежная крупа снова, как и в начале пути, больно била в ноздри и глаза. А на площади вокруг базы и вовсе стало формироваться что-то вроде маломощного смерча, кружащего по кругу и норовящего вывернуть из седла.

После недолгих обследований в радиусе в пару километров от базы мы приняли волевое решение — вставать на стоянку внутри базы.

Поисковые дроны все ушли в спящий режим в свои отсеки у глайдеров.

И тут выяснилось, что всего наши поисковые отряды не досчитались десяти дронов из двух сотен.

Загнали глайдеры в полуразрушенный, зато хотя бы не задуваемый ангар. Сервы принялись таскать вещи внутрь. В качестве ночлега мы выбрали комнату в самом низу, в середине трёхлистника. Опыт Даши показывал, что так будет меньше теплопотерь.

Сервы заняли охрану в коридоре и в ангаре. Теплогенератор заработал, палатку развёрнули прямо по центру комнаты, и столбик термометра быстро поднялся выше нуля. Мы втроём бодро уплели сухпайки, принесённые дронами, а сами стали думать, что делать дальше.

— Надо, пока время есть, раны Саше на спине лучше обработать, — сказала Даша. — Раз он эвакуироваться не хочет. Эльза. Будешьпомогать. Придётся снимать его комбез и термобельё, там надо осторожно, а то можно с кожей содрать.

Эльза восприняла команду с таким рвением и энтузиазмом, что мне аж жутковато стало.

Надо ли говорить, что полное раздевательство в компании с избранницей, её подругой, да ещё и посреди заброшенной базы, в тесной палатке — ну прямо-таки очень пикантная ситуация… Одно слово — весна.

Но ничего. Справились, подлатали меня. Я поблагодарил их и переключился в рабочий режим, пообщался с Октавией, Максом, который уже спешил на Гиацинт с Гефеста, ответил на несколько деловых писем.

А буря всё поднималась. Небо заволокло густыми тучами, снег, обычно всегда очень мелкий и редкий, теперь шёл прямо-таки хлопьями. Завораживающее зрелище, последний раз я такое видел в мире Пантеона.

Девушки у палатки о чём-то шептались, то и дело поглядывая на меня. Эльза хихикала, Даша изображала строгость и непоколебимое желание никому ничего не рассказывать. Ага, ага, сейчас. Не очень-то верится в такое… Мне кажется, уже все всё знают.

С другой стороны — ну не могут девушки, даже самые боевые, самые замечательные, жить без вот такой вот специальной боевой подруги, с которой можно посплетничать про мужика! Что поделать, видимо, это что-то, опять же, древнее, первобытное такое, из разряда истории формирования первых языков.

Я им не мешал, я вообще занялся упражнениями по медитации, преисполнился созерцания момента и принялся копить Энергию Большого Взрыва.

Как выяснилось — не зря.

Я медитировал до тех пор, пока Сефиорт не откатился к западной части горизонта, а в дверь не принялись настойчиво стучать.

— Откройте! Откройте! Я еле дошла до вас! Нам нужна помощь!

Мы открыли — на пороге нашего убежища была та самая гид из автобуса.

— Что случилось? — осведомились мы.

— Водитель! Водитель пропал! — сообщила гид. — Он вышел в туалет и уже не возвращается два часа!