Я с Термидором, вцепившимся мне в плечо, выскочил из здания Ассамблеи, а за моей спиной огромная Тень пожирала здание изнутри, со скрежетом перекусывала огромные колонны в глубине. Порождение тьмы жрало всё, что попадалось ему на пути, и останавливаться не собиралось. И росло в размерах.

Точно валить надо отсюда! И побыстрее!

— Всем-всем-всем! — проорал я, выбегая на площадь перед Ассамблеей, где стояли наши челноки. — Общая эвакуация! Я повторяю! Общая эвакуация! Всем покинуть здание!

— Что? Почему? — удивился как минимум Галлахад.

— Опасная форма жизни потому что! — проорал я в ответ. — В бой не вступать! Опасность высочайшего уровня.

Пусть кто-нибудь меня попробует убедить, что порождение бутылки не высочайше опасно.

— Чего? — где-то в эфире удивился вслух мой непутевый оруженосец Вова.

— Ноги в руки — и к челнокам! — проорал я. — Тебя это тоже касается, Вова!

— Вас понял! — испуганно отозвался Владимир. — Уже бегу!

Бойцы Гиацинтовой Сотни быстро, но без паники покидали флигели здания, мчались к челнокам и грузились на борт.

— Где Иоланта⁈ — крикнул я озираясь по сторонам. — Где эта чертова девчонка?

Никто не знал, где она. И на запросы она не отвечала. Вот чёрт. Вот чёрт!

— Октавия! — крикнул я, бросаясь обратно к разрушаемому изнутри зданию. — Свяжись с Батыем! Пусть Иоланта бросает свои игры и бежит сюда!

Надеюсь, хотя бы Батый, как высокопоставленный офицер, поддерживает резервный канал связи рабочим.

Да! Так и оказалось!

— Иоланта двигается к челнокам! — передала Октавия. — Скоро будет там.

— Пусть включится в общий канал! — проорал я. — Приватная вечеринка окончена!

— Что происходит, Ваше Высокопревосходительство? — задала вопрос Октавия.

— Я понятия не имею! — крикнула в ответ. — Но если мы сейчас же не смоемся, нас сожрут всех! Посол на челноке?

— Так точно, адмирал, — отозвался Макс.

— Взлетайте немедленно! — приказал я. — Поднимайте челноки! Не ждите меня!

— Ну, уж нет, — мрачно отозвался Макс. — Я точно могу подождать сколько понадобится.

Вот блин! Ладно! С принципиальными будем разбираться после.

— Иоланта! — крикнул я. — Ты где?

— Я уже тут! — отозвалась Иоланта, выбегая на площадь, с которой один за другим взлетали наши челноки.

— Наконец-то, — выдохнул я. — Тебя только за смертью посылать!

— А вас на минуту нельзя оставить! — огрызнулась Иоланта. — Один раз позволила себе отвлечься! Вы чего тут без меня устроили⁈

Тут здание Ассамблеи вздрогнуло — с фасада по всей длине взлетела пыль, и начало оседать, ровно вниз, по всей длине, словно проваливалось в бесконечный колодец. Только это был не колодец. Это была распахнутая пасть Тени Термидора, в которую, как в прорву проваливалось здание. И с каждым поглощенным метром здания пасть становилась все шире, а Тень всё больше.

Годзилла чертова!

Если оно уже сейчас такое, то что с ней станет через полчаса? Совсем не похоже, что порождение бутылки вот так вот вдруг остановит свой экспоненциальный рост.

А вдруг оно совсем его не остановит? Мы его всем флотом тогда сможем остановить? Об этом я еще не успел подумать. Вот дерьмо.

Горшочек, не вари!

Я вызвал к жизни невероятное чудовище. И как теперь загнать его обратно в бутылку?

— Это ещё что? — явно охренев проговорил Вова, задирая голову.

— Тварь чертова, — пояснил я.

— Это просто потрясающе… — прошептала рядом Иоланта.

Да, её эта тварюка явно впечатлила хотя бы с эстетической точки зрения. Следовало ожидать.

Тень одним затяжным глотком проглотила ушедшее в неё целиком здание Ассамблеи, одно из самых высоких зданий на планете, уж в этом полушарии так точно. Стоит ли надеятся, что на этом оно насытится?

Да вот хрен там. Титаническая тень повела алым голодным взглядом, не обращая внимания на взлетающие челноки. И уставилась прямо на нас.

Земля под нами вздрогнула. Вова громко сглотнул. Термидор, цепляясь за высокий вышитый воротник моей формы спрятался у меня за спиной.

— Спокойно, приятель, — проговорил я, не слишком сам себе доверяя. — Мы не дадим тебя в обиду.

Тень потеряла живость малоразмерной юности, медленно как огромный динозавр она наклонилась к нам, протягивая вперед когтистую лапу.

— Вова, Иоланта! — прорычал я. — Силовое копье! Синхронно! По моей команде! Огонь!

Я ударил Тень, мы все ударили Тень, и наши силовые копья прошли неё насквозь, не причинив вреда. Твою мать! Порождение бутылки отказывалось поддаваться Энергии Большого Взрыва. Со мной такое впервые!

— А чего теперь делать-то? — ошарашенно произнес Вова в полной растерянности.

Хорошо что тут есть я, человек который никогда не растеряется.

— Чего делать? — переспросил я. — Чего-чего… Валить надо! Вернее, совершить манёвр тактического отступления! За мной!

И мы разом развернувшись помчались к последнему челноку, который Макс отважно удерживал на грунте только ради нас.

— Всем челнокам! — проорал я на бегу. — Беглый огонь по цели!

Челноки немедленно начали палить по цели из бортовых бластеров, болты с уханьем проносились над нами, влетали в темную плоть Тени и там бесследно гасли.

К этому времени мы втроем, уже вбежали по пандусу в челнок, и Макс немедленно стартовал.

— Совершаю маневр уклонения, — произнес челнок, это был наш старый знакомый «Иолай» с «Геркулеса».

Огромная Тень броненосца, высотой уже, наверное в полкилометра, медленно задрав когтистую лапу, пыталась нас поймать. Я видел пока закрывался трап, как пылают пожары ее алых глаз. Твою же мать! Страшная, как атомная война.

Вова выдохнул, когда трап закрылся и челнок рванул к высоким облакам в высоте.

А по-моему выдыхать было рано. Всё только начиналось, как по мне.

Я добрался до пилотских кресел, упал на место рядом с Максом.

— Спасибо, что дождался. — пробормотал я.

— Да мне нетрудно было, — усмехнулся Макс.

Внизу под нами среди зданий гигаполиса ворочалась огромная туша Тени.

— И что мы с ней теперь делать будем? — спросил Макс, глядя как Тень ломает небоскребы и запихивает их себе в пасть, словно огромная титаническая панда — бамбук.

— Надо подумать, — пробормотал я.

Вот оно так бывает. Бойтесь своих желаний, они сбываются, усмехнулась где-то на левом плече призрачная Тёмная Богиня. Хотел я призвать жуткую невероятную тварь, способную уничтожить целую планету? Получи и распишись. И не жалуйся. А то, что инструкции по отключению жуткой твари нет, ну так это не проблема производителя, раньше думать было надо.

Как там было? «А как выйти из крутого пике — читайте в следующем выпуске журнала 'Юный Пилот».

Правда, лучше бы я Луну Смерти строить взялся. Или даже Звезду. В последний раз в жизни я с Темной Бутылкой дела имею. Клянусь.

Если предметы в состоянии передавать иронию, то Темная Бутылка у меня в кармане ровно ее и демонстрировала всей своей выразительной формой.

Когда мы прибыли на «Геркулес» на кораблях эскадры уже все знали. Да оно и не удивительно. За те полчаса что мы поднимались на орбиту, Тень уже была ясно различима над горизонтом планеты, окруженная зелеными всполохами полярного сияния, она возилась разгоняя выгнутой спиной спираль огромного, на пол полушария циклона. И было ясно различимо, как Тень пожирает планету, вырывая из неё кусок за куском, как невероятных размеров бульдозер.

— Саша, что это такое? — пораженно воскликнула Даша, встречая нас на посадочной палубе. — Это ты устроил?

— Блин, да я не специально! — отозвался я. — Само как-то накосорезилось.

Я поднялся в штабной зал, на голограмме уже обозначили занимаемые в данный момент габариты Тени. Она непрерывно росла, разменивая на объем поглощенную массу планеты.

— Охренеть, — первым пробормотал со своей высокой орбиты Принц Александр.

Остальные корабли до сих пор как-то испуганно молчали. Видимо, их нейросетевые модели не могли обработать что-то, чего не было уложено в них за годы многолетней человеческой истории и последующего обучения.

— Да, такого я ещё не видел, — с одобрением даже высказался Песецъ. — Адмиралу балл за креативность! Так на моей памяти планеты ещё не разносили.

Блин, вот чего я бы не хотел, так это чтобы моё имя ассоциировали с этой жуткой невероятной хренью. Но похоже, мне уже не отвертеться.

Как интересно они меня назовут, имперские борзописцы? Пожирателем планет? Адмиралом, превзошедшим своего врага в чудовищности? Понятия не имею, но заклеймят так, что не ототрешь никогда, падлы

А Тень росла, не по часам — по минутам. Она шествовала по планете, медленно погружая могучие, как горы лапы в вспухающий кольцевыми цунами океан.

Разрушительная мощь шагала по планете, оставляя за спиной огромный континентальный разлом, из которого в космос взлетала раскаленная магма мантии. Никакие ордынцы такого не переживут.

Иоланта с восторгом любовалась чудовищем, пожирающим планету. Наверное прикидывает, какое классное чучелко могло бы из него получиться, если бы мы нам по силам было его вывернуть и высушить.

Я приказал кораблям отдалиться от планеты и рассчитать траектории выхода на прыжки за пределы системы.

А я не могу не думать, что будет, когда Тень доест планету. Она перекинется на другие небесные тела в системе? Доберется до звезды как крокодил из сказки?

Вот что называют лекарством — что хуже болезни. Я не знал что выбрать между Тенью и Ордой. Оба хуже.

Я конечно, сначала обстреляю Тень их всего что имею в подчинении. Но если её Энергия Большого Взрыва не проняла, то что ей сделают, простецкие человеческие квадробалстеры? Да ничего не сделают. Мы с тем же успехом можем обстреливать черную дыру, к которым наблюдаемое нами сейчас явление явно имеет родственное отношение.

— Октавия, — пробормотал я. — Ты ведешь наблюдение?

— Так точно, Ваше Высокопревосходительство, — отозвалась Октавия.

— Что скажешь? — спросил я.

— Данных недостаточно для выводов, — отозвалась Октавия. — Судя по показаниями гравиметров мы имеем дело с интеллектуально управляемой сингулярностью, размером с мяч для космобола в середине этого образования. Остальное, это периферия в искусственно удерживаемой форме броненосца.

— Что посоветуешь? — спросил я.

— Держаться на расстоянии, — отозвалась Октавия. — Дистанцию около астрономической единицы можно считать пока достаточно безопасной. Продолжаю наблюдение.

Уже половина Помпеи поглощена Тенью. Тень буквально купается в разлетающейся высоченными протуберанцами мантии планеты.

И я сам видел, как Тень вырвала из сердцевины планеты ее сияющее, как маленькая звезда, раскаленное ядро и запрокинув титаническую голову поглотило её. На мгновение стало нестерпимо ярко, а потом все померкло. Масса Тени удвоилась, она уже не удерживалась на планете, она сама была уже размером с планету, удерживая невероятными лапами огрызок коры с изливающейся магмой около себя.

Я, не отрываясь как и все мы, следил за этим невероятным зрелищем. Поглощение планеты полностью заняло ещё около двух часов. За это время Тень доела остатки коры, и теперь покоилась в бушующем сферическом облаке из остатков атмосферы и испарившегося океана, медленно и сыто озираясь.

Самое время нам все начать напрягаться по настоящему.

На поверхность почти свернувшейся в клубок, как броненосец, Тени выпадали кипящие дожди, по темному панцирю пробегали ветвистые плети невероятной длины молний. Масса Тени подменила собой массу исчезнувшей планеты, гравитационные вектора даже не поколебались. Корабли флота вращались на высоких орбитах над планетой ставшей Тенью, готовые вступить по одному моему приказу в безнадежный бой.

«Горшочек, не вари! — мысленно произнёс я. — Прекрати, а? Остановись, тварюга».

И, кажется, сработало. Либо же просто Тень не собиралась пожирать дальше всё мироздание. Кажется, она наконец нажралась.

Я рухнул в кресело. Всё, похоже я могу выдохнуть. И все остальные тоже. Тень явно медленно засыпала. Алые глаза её гасли. Тень окончательно свернулась в клубок и замерла так, как странная планета в форме спящего броненосца.

— Хрена ты памятник себе оторвал нерукотворный, Потёмкович, — пробормотал я. — Папка твой, как узнает — весь обзавидуется.

Термидор смущенно спрятался у меня на плече, изо всех сил делая вид, что он тут ну вот совершенно не причем, и очевидное с ним сходство, это невероятное необъяснимое совпадение. Бывает же так? Ведь бывает?

Если сам Термидор в такое верил, то все остальные, очевидно, доверяя собственным глазам, шарахались, встречая меня в коридорах корабля с Термидором на плече, вполне явно.

А потом мне на внутренний системный экран упало сообщение о новом достижении.

«Внимание! Уничтожена планета Империи первой категории обитаемости!»

«Получено достижение императорского дома „Разрушитель Планет“ второго уровня»

«Внимание! Пожалуйста, в дальнейшем соблюдайте осторожность при повышении уровня этого достижения. Оно может серьезно угрожать политической цельности Империи».

«Штраф! Ваш ранг в иерархии престолонаследия понижен с 830 до 832!»

«Уничтожено гнездо Орды первой категории опасности!»

«Получено достижение императорского Дома: „Защитник Империи второй ступени“. Повергайте в прах врагов человечества везде, где встретите!»

«Ваш ранг в иерархии престолонаследия повышен с 832-го до 830-го».

Вот так вот. Вычли два и прибавили два. Во избежание, видимо. Для профилактики. Чтобы я не пытался поднимать уровни, тупо подрывая планеты все подряд, разрушая имперскую движимую недвижимость. Обидно, но здраво, чего там.

Но не успел я всерьез расстроиться, как мне упала еще одна ачивка:

«Получено достижение императорскного дома „Животноводство“ третьего уровня за открытие, селекцию и одомашнивание новых исполинских ксеновидов.»

«Ваш ранг повышен с 830-го до 825-го».

Ну, офигеть теперь! Что ж вы раньше-то молчали?

За животноводство как щедро отсыпали! Значительно больше рангов. Вот и пойми их, приколистов. Может, это потому, что, для Империи животноводство перспективнее разрушения планет, и за это поощряют богаче? Вот черт их поймешь…

Пойду, посплю, что ли, минут эдак шестьсот от таких переживаний. Авось за это мир новая какая напасть не сожрет…

— Саша, — произнесла дражайшая моя Дарья Федоровна, баронесса верхнегерберская, командир моего флагмана и просто моя будущая жена, встречая меня в нашей личной каюте. — Что мы с этим теперь будем делать?

Я не стал делать вид, что не понимаю, о чем она говорит. Об общественном мнении, конечно. Трудно будет сделать вид, что ничего не произошло, мы же целую планету с лица мироздания стерли. Да еще таким, прямо скажем, экстравагантным способом…

— Что будем, что будем? Привыкать будем, — пробормотал я, падая на застеленную постель. — Будем как-то жить с этим дальше.

— На нас пальцем будут показывать, — произнесла Даша в сердцах.

— Думаешь, не стали бы показывать, если бы мы просто планету сожгли? — устало поинтересовался я. — Или антиматерию применили.

— Я так не думаю, — произнесла Даша. — Но просто это… Вообще ни в какие ворота. Я просто не представляю, что о нас будут теперь говорить.

— Боятся — значит уважают, — тусклкнько, без огонька, пошутил я.

— Ты же не думаешь так на самом деле? — возмутилась Даша.

— Конечно я так не думаю, — примирительно произнес я. — Я просто рад, что все это наконец-то закончилось. Иди ко мне.

Я обнял её, крепко прижал, по голове гладил, и она уснула раньше меня.

Я лежал и думал, что очень, очень, очень сильно надеюсь, рассчитываю, молю, прошу и заклинаю, чтобы на этом всё и закончилось! Да хрен там. Сам в это не особо верил. Я точно знал, что вот теперь все только начинается.

Самому мне хорошо выспаться после произошедшего с Помпеей не удалось. Вообще, нестерпимо захотелось домой. В мой уютный особняк в мавританском стиле.

Свалюсь в кроватку. Сперва отосплюсь в обнимку с Дашей. Там-то уж точно получится выспаться и успокоиться.

Потом сутки с ней не буду вылезать из кровати. А потом хочу ещё сутки во внутреннем садике сидеть, чтобы разноцветные, тугие потомки Потёмкина вокруг скакали, гладить их буду, кормить и пузяки им чесать.

Но судьба пока так поворачивает, что вокруг сплошная Орда, ксенофауна и ренегаты! А броненосцы хоть и имеются в наличии, но точно не та обстановка, чтобы чесать им пузяки.

Что ж, радовало, что хотя бы с Ордой пока что более-менее разобрались, значит — идём дальше. Пришло время решать вопрос с негодяями окончательно.

Встав на следующее утро я направился в адмиральский штаб, как был, в тапочках, халате и с кофе. А там меня уже все ждали.

И сидели молча — ну, хотя бы кто-то улыбнулся, увидев меня в таком экстравагантном виде. Надо же как-то было разрядить обстановку.

— Что, так и будем молчать? Ну, было и было. Я же не какое-то там чудовище.

— Адмирал, а такое точно не повторится? — озвучила общий вопрос Велинкорова.

— Аномалия как-то изменила своё поведение за последние сутки? — спросил я у Октавии.

— Нет, господин адмирал, — покачала она головой. — Оно выглядит и определяется всеми средствами наблюдения как сингулярность, сверхмалая стабильная чёрная дыра с массой, как планета.

— Ну? — спросил я у окружающих. — Остались вопросы? Природная астрономическая аномалия, удивительно похожая на свернувшегося броненосца, только и всего. Стабилизировалась. Мы тут вообще не при чём. Ясно?

Все промолчали.

— Значит, возвращаемся к операционной деятельности. Ну-ка, Андрон. Порази меня своими навыками глубинного поиска, — попросил я, пустив старого пройдоху к терминалу квантовой связи для обмена данными с разными теневыми организациями. — Что там без нас Леонов-Лисовский учудил? Что у нас в соседней системе творится?

После получаса поисков он резюмировал.

— Восемнадцать кораблей размерностью больше третьей уже в системе. Ещё восемь — на подходе, включая один линкор. И два малых крейсера князя Лотоса.

Да уж. Это много. Сильно большего нашего. По сути, он снял с дежурств все крупные суда на окраинах системы, оставив на транзитных планетах вроде Магмы.

Но разве это могло меня остановить?

— Давай-ка заскочим-ка по дороге домой, Гера, — сказал я кораблю и Даше. — Всем капитанам — начать подготовку к прыжку.