Великий князь думал некоторое время. Затем стих, поник, покачал головой.

— Этот поединок не будет честным. Я вижу ещё двух практиков Большого Взрыва на корабле. И они на вашей стороне, пусть они ещё и юнцы. Вы озвучили ультиматум, граф Александр?

— Я озвучил своё деловое предложение, — оскалился я. — И упаси небо думать, что это я делаю, потому что планирую занять ваш престол. У меня есть дела поважнее. Например, разгромить Орду в нашем с вами Великом Княжестве. Кто-то же должен был этим заняться?

— Вы не понимаете, Александр! Их невозможно победить! Что только я смогу с ними всеми хоть как-то договориться! — сделал последнюю попытку Леонов-Лисовский. — Поэтому вы делаете большую ошибку, не пытаясь установить мир со мной. Так вы окажитесь с ними один на один.

Я усмехнулся.

— Если вы реально смогли договориться с Ордой — значит, вы часть Орды. Значит, в моём представлении, с вами договариваться уж точно не стоит. Если вы не можете договориться с Ордой, и не можете справиться с ней, что куда более вероятно — аналогично, смысл мне с вами договариваться? Но я повторюсь — я добрый. Неделя.

— Я услышал вас, — сказал Великий князь и, сухо кивнув, ушёл в челнок.

Как же чесались у меня руки подбить его на отходе от яхты.

Но — нет. Надо по-чесноку. Поединок двух практиков. Возможно, и ранговый. Посмотрим, в общем. Но — сначала Орда.

Тем более, что Капитан Немо рассказал, что наблюдал весьма интересное. В аккурат, когда он прилетел на планету, юркий и колючий «Сорокопут-Надсмешник» булькнул выходом из подпространства на низкой опорной и неспешно направился прямо к Арктическому дистрикту. Как раз, видимо, на ту самую «жатву», про которую проговорился Великий Князь.

Наш разведчик весьма в красках обрисовал ситуацию на орбите.

— «О боже, какой ужас, корабль Орды! Надо всем боевым кораблям уйти на безопасные орбиты или нырнуть в прыжок, главное не задеть дорогих гостей!» Вот примерно такая картина нарисовалась в первые минуты после его появления, командир.

Это они так договорились, значит? Вот тебе и состав преступления.

* * *

Локацию встречи эскадры я назначил на периферии системы в глубине газопылевого облака, окружавшего звезду Помпеи. Достаточно далеко, чтобы нас было трудно различить с внутренних планет, но достаточно близко для последующего внезапного броска к звезде.

Великому князю хватило мозгов нас не преследовать.

— Ну, где эти потерпевшие? — угрюмо прогудел «Песецъ» когда мы вышли из прыжка. — Опаздывают? Ну, как обычно…

— Вот они, — я отметил тусклые точки на тактическом экране, изображавшие из себя для внешнего наблюдателя, типа случайные безопасные ледышки на периодической орбите.

— Им же лучше, — буркнул Песецъ.

Ну как всегда никогда не доволен. Галлахад после прыжка пошел отсыпаться. Вымотался собирая корабль в поход, и вот, два часа до точки рандеву «Песецъ» бухтел чего-то себе нелицеприятное для всей остальной вселенной, а я особо не прислушивался, только посмеивался.

Тем временем, пока Октавия пыталась придать малость адмиральского лоску моей гостевой каюте, я, заняв капитанское кресло на мостике, сам себе искал развлечений.

Еще в прыжке в систему Помпеи я нашел себе развлечение, точнее вспомнил хорошо забытое старое — тёмный крафтинг. У меня же целая бутылка темного Пойла, застоялась на полке в кабинете, и в этот полет я прихватил её с собой, чисто мозги размять на досуге.

Клякса, которой нынче полноправно владел мой старшенький, получилась в свое время довольно забавной. Можно было предположить, что в этот раз у меня из тьмы подсознания выскочит что-то не хуже. Главное — себя не ограничивать.

Но как я не пялился на бутылку, как не концентрировался на содержимом, пустив в ход все подходы моего нехилого, признаем честно, опыта медитаций, — жидкость в бутылке только вибрировала, не воплощая ничего конкретного, что конкретно меня раздражало непомерно.

— И чем это вы тут занимаетесь, господин учитель?

Я отвел глаза от бутылки, посмотрел на Иоланту. Она только что поднялась на мой командирский пост со своей дипломатической яхты, надежно спрятанной в недрах «Песца». Утомилась строить там своих горничных, пришла теперь на моих нервах поиграть.

— Не видно разве? — усмехнулся я. — В бутылку лезу.

— Вы бы с этим поосторожнее, — бросила Иоланта усаживаясь в кресло второго навигатора. — А то будет как в прошлый раз.

— Думаешь, уже не смогу без неё обходиться? — заржал я. — Да я сто лет без неё прожил, и дальше проживу.

— Вот все вы так говорите, — буркнула Иоланта. — А потом всё. Поздно.

— А чего это мы с утра такие язвительные? — тепло поинтересовался я.

Ну мало ли, может у нее какие-то проблемы личные.

— С тётей разговаривала, — буркнула Иоланта, отталкивая претендующего на ласку Термидора. Папаша его, светлейший князь Потемкин изволили почивать тем временем у меня на плече сливаясь цветом с адмиральским аксельбантом и даже ухом не прядал.

— Это с которой тётей? — просто на всякий случай уточнил я. — Тёти, они знаешь ли разные бывают.

— Она у меня одна, — мрачно зыркнула Иоланта. — И вы более чем отлично знаете, эту мою дражайшую родственницу.

— Это Епифания, что ль? — удивился я. — И чем же таким она смогла испортить тебе настроение сразу после подъема?

— Папа болеет, — вздохнула Иоланта.

— Серьезно? — удивился я.

Я помню ее папу. Такого кабана из дробовика в упор не свалишь.

— Очень серьезно, — ответила Иоланта. — Две недели с постели не встает. Созвали даже регентский совет. Требуют, чтобы я возвращалась домой. И тётя Епифания тоже. На фамильной планете нельзя допустить безвластия.

— Вот блин, — отозвался я. — Весьма некстати.

— Вот и я ей точно также сказала. — возмущенно ответила Иоланта. — А она назвала меня безответственной!

— Да не, — покачал я головой. — Ну ты не безответственная. Самую малость, разве что. И что ты ей сказала?

— Что высшие приоритеты в интересах всего человечества требуют моего присутствия здесь. — отозвалась Иоланта. — А если ей лично так это важно, может сама поехать домой, присмотреть за троном, сидеть у постели больного и слушать бесконечные папины байки о подледной рыбалке.

Да. Коварольская подледная рыбалка — это точно не то, что, реально интересует Иоланту, юного талантливого и широкоизвестного модельера с галактической репутацией.

— И что-таки она тебе ответила? — улыбнулся я.

— Что если мне этот трон не нужен, она у меня его с удовольствием отберет! — воскликнула раздраженная Иоланта.

— Ха-ха-ха! — меня прям подорвало. Узнаю старушку Епифанию и её простой, как кувалда, солдатский юмор. — Во дает!

— Вы же не позволите ей! — воскликнула Иоланта. — Вы же не позволите?

— Да она это не всерьез, — успокаивающе произнес я. — И я не позволю, конечно. Это она просто так тебя мотивирует.

— Я пока не разберусь с одним выскочкой, — Иоланта бросила косой тёмный взгляд на ничего не подозревающего Вову Крестовского, дремавшего в обнимку с раритетной гербреской лопатой в соседнем кресле. — Пока не верну мой приоритет в Системе наследования, домой я не вернусь. Не сейчас. Ещё не время.

Во как у неё все сложно, мда.

— Не, — с сомнением произнес я. — Вова так просто тебе первенства не уступит. Его это очень воодушевило.

— Воодушевило, значит. Вот как, — Иоланта раздраженно щелкнула Термидора по бронированному носу. — Ну, что ж, пусть будет сложно. Я не уступлю.

Блин, ну вот хоть соревнование между ними устраивай, чтобы перенаправить разрушительную энергию в русло мирного сосуществования! Иоланта ведь теперь точно не уступит, и с лыжни не сойдет. И так — пока кто-нибудь не сдохнет…

Щёлкнутый по носу Термидор прикрыл ноздри одной лапкой, осторожно протянул другую и цапнул Иоланту коготком за нос.

— Да вы сговорились, что ли все⁈ — возмущенно воскликнула Иоланта, скидывая Термидора на спящего Крестовского.

Сон у моего оруженосца конечно тут же прервался.

— Вот блин! — воскликнул он. — Что я пропустил?

— Ничего не пропустил, — едкой щелочью прошипела Иоланта. — Спи дальше.

— Да поспишь тут с вами, пожалуй, — буркнул оруженосец, поднимая Термидора на руки. — А ты чего тут распрыгался, Потемкович? Хочешь, я тебе проволоки медной накрошу? С изоляцией! Няма! А на десерт — коннектор позолоченный.

Термидор, конечно, хотел. И они пошли угощать мелкого брата Гильотины и Террора в ремонтный отсек. Вот не подозревал в своем оруженосце таких скотоводческих способностей. Иоланту маленькие броненосцы привлекают только, когда изображают из себя трогательные безжизненные плюшевые трупики, а Октавия семью моих броненосцев вообще терпеть не может. Видимо, опасается за некоторые выступающие детали своего впечатляющего движимого имущества…

— В общем, я готова! — мрачно, но решительно заявила Иоланта, когда они ушли достаточно далеко.

— Чего? — опешил я. — К чему готова?

— К преодолению. К росту! К новым высотам! — заявила отважная ученица. — К подвигу! У нас же тут война? Пошлите меня в самое горячее место! Я должна брать новые уровни!

— Тпру! Погодь! — воскликнул я. — Оставить! Стоять! Приказа геройствовать не было. Ты чего это удумала? Послать тебя мы тебя всегда успеем. Особенно в горячее место. Дай возможность специально обученным людям, то есть мне, тщательно всё обдумать и найти место приложения твоих талантов в общем стратегическом плане!

— Да вы никогда ничего не обдумываете, на самом то деле! — возмутилась Иоланта. — Нет никаких стратегических планов! Я уже сто раз в этом убедилась! Вы просто потом всем говорите, что так и было задумано, какой бы адский бардак не происходил.

— Ты обижаешь своего старого заслуженного учителя, — горько заявил я. — Ранишь в самое, можно сказать, сердце. Ты хоть представляешь, как тяжело запланировать адский бардак? Как невероятно тяжело предусмотреть всё, и добиться, чтобы бардак происходил именно так как задумано? Это структурирование хаоса! Высший пилотаж стратегии, действия неотличимые от случайностей, но тщательно спланированные и приносящие конкретную пользу в конкретном времени и месте приложения! Это тебе не галактический рынок дорогих шмоток монополизировать! Это задачка понетривиальнее будет!

— Вы это серьезно сейчас? — с подозрением глядя на меня процедила Иоланта. — Какое ещё, нафиг, планирование? Вам же просто везет, как утопленнику!

— Ну раз повезло, ну два, — прищурился я. — Но я бы уже давно захлебнулся всем этим дерьмом, если бы не знал, что делаю, не так ли?

Иоланта все еще с ярким недоверием смотрела на меня. Но вижу, вижу, удалось заронить сомнение в её объяснение происходящего.

— Вы должны меня этому научить, — заявила она.

Вот нифига себе поворот.

— Это не так просто, — начал отмазываться я.

— Я не жду, что это будет просто, — отбрила Иоланта. — Я готова вкалывать, учиться, приносить жертвы и терпеть. Вы меня знаете.

Ну да. Я её знаю. Придется действительно, что-то сочинять на тему этой эзотерической дисциплины, только что мной придуманной в полемическом запале. Вот же я нарвался. Стратегическое структурирование хаоса, блин, что это значит вообще…

Поэтому, оставшиеся полчаса до встречи я пытался отвлечься, расшевелить тёмную жидкость в бутылке, да хрен там.

Ну, помянув недобрым словом Тёмную Богиню, бутылку пришлось всё-таки отложить. Жидкость мне не подчинялась и материализовывать мои гениальные придумки не спешила. Ну, может, оно и к лучшему, а то я от раздражения начал откровенно злиться. Пусть стоит. Найду себе другое хобби, чтоб его…

Вот так через пару часов долгожданная встреча и состоялась. Мой флот, верные проверенные корабли, с кем я вскоре намеревался пойти в бой, старые добрые соратники, соединяется воедино.

— Окурок, а ты чего тут забыл? — сразу же радушно поинтересовался «Песецъ», только завидев своего старого верного доброго недруга «Якова Перельмана».

— О, престарелый маньяк на пенсии пожаловал, — не менее радушно отозвался Яков. — Ну все, этому не наливать, эта вечеринка необратимо пошла под откос.

— Оставить, горячие герберские парни! — приказал я. — Враги ждут нас в другом месте.

— С такими сторонниками и враги ни к чему, — буркнул Перельман, но все-таки унялся под глухое неартикулированное рычание Песца.

Тут собрались самые сильные корабли подчиненного мне флота: юный и необъезженный «Геркулес», угрюмый и злобный «Песецъ», оредноносный «Принц Евгений» под командованием Макса, Великорнова на своем еще пиратском «Герцоге Игнатине». Сироты Войны, все трое «Аторопос», «Клото» и «Лахезис», а также приданный нам союзниками Ганзоригами карманный линкор «Перельман» не лазающий за словом в карман, вместе со своим новым капитаном.

— Рад, что ты с нами, Батый, — приветствовал я его.

— И я рад, командир, — ответил Батый.

— Как самочувствие? — спросил я, имея ввиду его ранения после нашей обороны в остове «Прозерпины».

— Я уже вполне восстановился, спасибо командир.

Фига какой вежливый стал, а всего-то надо было вместе продержаться два часа отбиваясь от непрерывных атак. Ну, хоть кому-то из нас это испытание пошло на пользу…

— Так, сбор оперативного штаба, на флагмане, через тридцать минут, — оповестил я всех. — Обсудим дела наши тяжкие.

— Я подготовлю штабной зал, — сообщила Даша. — Жду всех с нетерпением.

И мне так типа незаметно подмигнула.

А уж с каким я нетерпением жду!

— И всё-таки, кто у нас нынче за флагман? — с иронией поинтересовалась бывший пиратский вожак, а ныне капитан герберского космического флота Великорнова.

— Линкор «Геркулес», прошу любить и жаловать, — представил я остальным нового члена флота. — Молодой, прогрессивный, многообещающий. И очень хорошо вооруженный.

— Ишь ты, — пробурчал «Перельман». — Только со стапелей, да сразу в дамки. Молодой, да ранний,

— Это да, — буркнул «Песецъ». — Пронырливый стервец.

— И не говорите, по головам идёт! — добавил «Принц Евгений».

Ого! Кажись среди друзей внезапное согласие по этому вопросу. Ишь ты, ветераны не одобряют. Ничего, притрем. И не таких протирали, мне не впервой. Если что, отправлю к ним моего сексуального комиссара Октавию, провести в темпе духоподъемную психологическую сессиию.

Я прибыл на «Геркулеса» через пятнадцать минут и даже успел обнять и поцеловать Дашу, пока не все видят.

— Ну? Как вы здесь? — спросил я.

— У нас все хорошо, — улыбнулась мне Даша, провела ладонью по моей щеке. — Ты похудел. Опять чуть не помер, говорят?

— Прихожу в форму, — поцеловал я её руку.

— Идем, — улыбнулась Даша и взяв меня под руку повела в штабной зал. Моя свита, Октавия, Вова и Иоланта следовала за мной. Ну и Галлахад, конечно, тоже.

К «Геркулесу» один за другим прибывали челноки других командиров. Мы собрались за огромным круглым штабным столом в назначенное время.

Но кое-кто успел даже раньше всех. Батый в кожаном прикиде кочевого командира, подбитом волчьей шерстью по широкому позолоченному воротнику, нас уже ждал. Он отсалютовал нам, мы вернули ему любезность.

А вот и остальные мои командиры пожаловали. Великорнова в щегольской форме герберского капитана, черное с золотом, разработанной Иолантой лично. Говорят только ради этой формы народ со всей галактики в наши вербовочные пункты в очередь выстраивается. Галлахад в такой же форме гордо щеголяет.

А вот Сироты Войны, все трое в вызывающих разноцветных костюмах своей корпорации, в огромных беретах свешенных наискось до самого плеча, тоже модные красавцы по самое немогу.

Это мы удачно самого модного модельера в семью подтянули.

Кстати, о модельере.

— Иоланта, — произнес Батый, галантно отодвигая для неё кресло.

— Господин капитан, — козырнула ему Иоланта. — Ваше Высокоблагородие.

И уселась в кресло королева-королевой.

Остальные командиры за моим круглым столом, кто с мрачным недоумением, кто с иронией наблюдали как капитан линкора самоопределяющемуся мичману кресло пододвигает.

Ишь ты. Роковой Треугольник сократился в числе, но не распался. Пожалуй, тут тоже глаз да глаз нужен.

Я расположился в своем кресле с высокой спинкой и золотым гербом города-космодрома Королёв на ней, оглядел соратников. Да, здесь собрался почти весь мой ближний круг. Все способные водить корабли, по крайней мере, все, кто проявил себя на этом поприще. Ну, хотя бы минимально проявили, как Иоланта и Батый.

Будущие мои флотоводцы. Это им от меня огромный аванс и невероятное доверие, но других флотоводцев у меня для вас нет. Не адмирала Жибера же сюда мне приглашать? Ведь так? Значит, обучаем и натскиваем тех, кто есть. Материал отличный, остальное моя забота как вождя и наставника, блин.

Сервы под чутким управлением Октавии разносили командирам прохладительные напитки. Мы тут надолго засели.

— Сейчас по-быстрому проведем сессию тактического планирования, — объявил я, когда все, наконец расселись. — Потом перейдем к другим делам. Пока мы тут сползались в точку сборки, «Принц Евгений» с Максом провели удаленную разведку планетной системы, и сейчас нас проинформируют о результатах. Ну, давай, Макс. Покажи нам, чего интересного нарыл.

Макс провел огромной ладонью по гладко выбритой лысине и усмехнувшись гулко ответил:

— Кое-чего я нарыл. Вам интересно будет.

И показал нам.

Он вывел на тактический голограф посредине круглого стола модель системы со звездой в середине, затем приблизил одну из внутренних каменных планет, отсканированных дальнобойными телескопами «Принца Евгения». Это у нас, конечно Помпея. Узнаю по кольцевому экваториальному океану и форме приполярных материков.

— А вот самое интересное, — произнес Макс, разворачивая Помпею другой стороной ко мне.

Да, это было интересно. Да ещё как. Мои самые стрёмные предположения мгновенно подтвердились во всей своей угрюмой неотвратимости.

Там были корабли. Ордынские корабли, судя по силуэтам, висели на орбите двумя разделенными по высоте дивизионами. Я принялся считать. Один… два… пять…

Блин! Да там ордынских кораблей оказалось вдвое больше, чем у меня!

Вот дерьмо!