— Адмирал атакован! — проорал во всеуслышание Вова Крестовский.

— Что⁈ — в один голос заорали Даша и Эльза.

— Иду на помощь! — выкрикнул Вова.

А я уже кромсал стискивающие меня щупальца саперной лопаткой.

И что-то как-то не очень успешно это у меня получалось. Они были прочные, как колючая титановая проволока. Не хватало размаха.

Мы в обнимку с чудовищем кувыркались, медленно скатывались на поверхность лавового озера.

В лаве мой доспех-скафандр некоторое время продержится, но не так, чтобы долго. Не хочу туда падать, могу уже не выбраться назад.

Но облепившая скафандр тварюка явно не собиралась меня отпускать. А явно собиралась прихватить меня с собой.

Ну, это мы еще посмотрим!

Я резко раздвинул подкрылья на доспехе, разорвав цепкий, как колючая проволока захват щупалец, создал пяток микрощитов удерживая на дистанции эту водоплавающую тварь, и подловив момент, когда мой противник оказался подо мной, выдернул из-за пояса ручной бластер и пальнул прямо в середину спутанных щупалец отличным первоклассным балстерным болтом.

Я увидел прозрачную полосу в воде оставленную силовой оболочкой болта, а потом плазма заряда роскошно взорвалась, разворотив атакующего меня ордынца, словно крупнокалиберной пулей. Меня швырнуло вверх ударной волной, ордынца вниз, и он, проломив тонкую корку, мгновенно скрылся в раскаленной магме. Подбросив меня, вскипевшая над лавой вода скрыла его последние мгновения.

Активировав микродвигатели, я завис над кипящей поверхностью, огляделся.

Вокруг в наполненной всплывающими пузырями воде уже кипел жестокий ближний бой. Уже дошло до ближнего боя на ножах.

Первая линия десанта рубилась катласами с комками щупалец, второй ряд десантников палил из бластеров в упор по плывущим к нам ордынцам.

Вот дерьмо… Эти адаптированные к воде ордынские саламандры лезли буквально из-под каждого камня. Их оказалось много. Больше, чем посчитала Октавия.

И лично ко мне уже выгребал десяток таких. А у меня тут бластер в одной руке и саперная лопатка в другой.

Отобьюсь. Должен отбиться. И не таких расковыривали.

Я пальнул в ближайшего, самого быстрого или мотивированного. И он тут же поплыл. Пошел ко дну, в смысле. До меня дошла волна взрыва болта, качнув на месте. Хорошо, что сам бластер не дает отдачи и не сбивает прицел. Выставив другую руку, я удержал на расстоянии лезвием лопатки второго претендента, не дав зацепиться за меня щупальцами, и пальнул и в этого, прямо в середину перепутанных тентаклей.

Сожри это, ктулхоид кипяченный!

Их трупы ещё не коснулись расплавленного дна, а я уже схватился со следующими. Я смотрю, тут много собралось желающих добраться до вкусного адмиральского тела!

Ну, если вы тут чего и сожрете, то это полметра титанового лезвия моего роскошного шанцевого инструмента! Как же удачно мне его в свое время Семёныч подогнал.

Болт в ещё одного, и крест-накрест лопаткой другого, только отрубленные щупальца брызнули в четыре стороны. Кручусь на месте с расправленными подкрылками, они как лезвия рубят подплывающих ордынцев, разбрасывая их в стороны. Форсируя двигатели, делаю в воде невероятное для открытого воздуха сальто, ударом обоих ботинок расшибая башку ближайшему вражине. Вон как полетел по низкой пологой дуге. Видать к отливу.

Ну? Кто тут на адмирала следующий⁈ Всё уже кончились, что ли? Чот как-то быстро вы тут все скончались, я даже не разогрелся толком ещё.

Ладно, справился сам, помоги товарищу.

Я швырнул силовую молнию в подкравшегося к Вове со спины водоплавающего ордынца, молния оставила за собой пенный след, сорвавшись с моей руки, угодила в играющего щупальцами гидроордынца и разрубила его пополам. А неплохо! Вова и сам отмахнулся от второго ордынца собственным копьем. Если он чему энергетическому и научился пока служил у меня, так это копьями кидаться.

— Саша! — услышал я крик Даши.

Оглянулся, установил кокон, и прилетевший из подобранного нашего бластера болт рассеялся об его непреодолимую квазиповерхность.

Какой ловкий ордынец попался. Ловкий и быстрообучаемый. Своего стрелкового оружия у них тут нет, матка еще не произвела, одни голые щупальца, и он подобрал нашу пушку выбитую из рук одного из десантников.

А вот и вторая волна желающих закусить моей быстросваренной печенью. Да как много! Только я невкусный! Слишком жёсткий, как подошва армейского сапога!

Я тут же расширил установленный кокон на десяток метров, пришибив им подвернувшихся саламандр не хуже иной ударной волны. Но хитрец с бластером успел отплыть и пальнуть в меня ещё несколько раз. Тогда я рассеял кокон и просто пристрелил этого гения. Вот так вот. Прямо в окруженную щупальцами башку. Брутально и без затей. Хватит с меня ордынских гениев, пощадил уже одного, до сих пор не расхлебал.

Бластер упал на дно, пробил тонкую корку и исчез в выбросе кипящей магмы.

Кстати! Быстро масштабируемый кокон от микрошара до огромной сферы реально действует как взрыв, если раздвигать среду, в которой он появился, достаточно быстро. И такой кокон после увеличения получается пустым внутри, в отличии от кокона устанавливаемого сразу максимально доступного размера. Любопытные возможности открываются!

Пальба вокруг не прекращались. Надо переломить ход схватки. Немедленно!

— Адмирал! — услышал я в этот момент. — Я иду к вам!

Чего? Это кто сказал? Эльза? Какого черта вообще?

— Оставаться на месте! — прорычал я. — Это приказ! Трибунал захотела? Выполнять! Приказа на высадку не было! Подтвердить!

— Да, адмирал, — пробормотала Ларина.

— Что, да? — саркастично прорычал я.

— Остаемся на месте, ждем приказа, — выкрикнула Ларина.

— Даша, — процедил я. — Ты же её подруга? Прострели ей колено, если вздумает чудить. Ради её же блага.

И я даже близко не шутил. Видимо на «Геркулесе» это ясно поняли, и притихли все.

— Да, адмирал, — произнесла Даша, мой образцовый командир. — Будет сделано.

Я слышал как возмущенно задохнулась Ларина.

Не. Командовать десантниками — это не её. Придется искать ей другое применение.

А бой в бурлящей воде продолжался. Кипел прямо, что логично, как бы сто пятьдесят градусов за бортом. Судя по моему личному тактическому экрану, мы уже несли потери. Пора нам тут с ними кончать. Эта ордынская подводная адаптация очень мне не понравилась. И оставлять их тут нельзя. Их нужно быстро уничтожить, или потеряем океаны планеты.

— Октавия, — произнес я, пробивая насквозь силовым копьем ордынца охватившего шлем моего десантника. — Требуется поддержка. Немедленно.

— Уже действую, Ваше Высокопревосходительство, — безмятежно ответила Октавия.

И это было действительно так. Она действовала, быстро, эффективно, безжалостно.

Дроны, сброшенные одновременно с десантом, сейчас кружившие в воде прямо над нами, разом встали вертикально и как падающие бомбы устремились вниз. Морские торпедные дроны Октавии атаковали противника. Быстро гаснущие подводные взрывы мотали пролетающей по нам ударной волной, обращаясь в облака взмывающие пузырей, смешивая атакуюших ордынских саламандр с камнями, поднятым с дна.

Подброшенные взрывами камни бомбами пролетали над нами и, пробивая тонкую корку на дне, исчезали во вспыхивающей лаве.

Дроны торпедировали большую часть ордынцев, накопившихся между скал на берегу лавового озера, и их давление на нас тут же ослабло.

Вова Крестовский, стоя на коленях, безжалостно долбил подобранным булыжником прижатого ко дну ордынца, с широкого размаха, равномерно, обстоятельно, словно гвозди забивал.

— Вова, уймись, — бросил я, опускаясь на берег рядом с ним. — Он уже сдох.

Вова прекратил бить камнем по ордынцу, всмотрелся в то, что осталось от вражины. откинул камень в сторону, тяжело поднялся на ноги и пинком отправил раздолбанный труп в лавовое озеро.

— И так будет с каждым, — мрачно произнес он.

Слова, не мальчика, но мужа.

Вырос мой оруженосец. Может, пора уже и в рыцари посвящать?

Наши десантники добивали мечами остатки напавшего на нас охранения матки-репликатора. Ни один ордынец не ушел.

Так, ладно, охрану мы вырезали, теперь можно и оглядеться, разобрать, что же это такое мы тут нашли в деталях.

Я повернулся и осмотрел наше подводное поле боя.

Нашли мы точно то, что нужно. В озере лежала огромная дырчатая бугристая сфера с ордынским маточным десантным модулем с уже разогретой кладкой на миллион особей, с уже развернутой инфраструктурой. Уже начала рожать. А это огромная матка. Я таких лично ещё не видел. И, видимо, адаптированная к работе в океанических условиях. Отлично скрытый инкубатор, питаемый геотермальной энергией дремлющего вулкана. «Личинки» упакованы, усушены, быстро напитываются водой, подпитываются рассолом из гидролизированных солей и быстро наращивают тканевую массу. И никаких техногенных следов снаружи. Правильно мы сделали, что залезли сюда. Хрен бы мы их таких нашли по-другому. Вода кипит от гейзеров, скрывая активность в глубине.

Придется это всё взрывать. Артиллерия с орбиты сюда не дотянется. Естественный инкубатор для миллиона зародышей, из которого с часу на час выйдет миллион ордынских огнеупорных морпехов, оставлять нельзя.

И лучше бы нам поторопиться. Если они оттуда полезут, хрен мы эту дыру заткнем. Нас просто массой сомнут.

Хорошо, что в рюкзаке у Макса лежит одна из моих родимых семейных бомб, спасибо любимой бабушке, она их для меня в достатке запасла.

Ну сейчас я вам устрою грандиозную яичницу…

— Макс, — мрачно произнес я. — Доставай мегатонку. Время пришло.

— Жахнем? — довольно отозвался Макс скидывая с плеч огромный рюкзак на дно океана.

— Обязательно, — усмехнулся я. — Прямо сейчас, никуда не откладывая. Всё гнездо чудовищ в труху.

— Ну наконец-то, — заржал довольный Макс.

Его завтраком не корми, дай только подорвать ядерный фугас покрупнее.

Он извлек из рюкзака две увесистые половины ядерного фугаса, соединил их, скрутил болтами, получив пока еще разъедиеннную подкритическую массу, настроил детонирующую обжимную оболочку, протестировал. Можно закладывать.

В этот момент Вова Крестовский и заорал, так словно его резали.

Я аж подпрыгнул, мгновенно развернулся на месте с бластером и лопаткой наготове, заметался взглядом по котловине над лавовым озером, никакой активной опасности. Только Вова, вцепившись руками в задницу, вопил со всей мочи, бессмысленно мотыляя ногами, так что аж всплыл в воде над поверхностью.

— Что? — заорал я. — Вова⁈ Что с тобой?

— Протечка! — простонал Вова.

— Чего? — удивился я.

— Протечка! — повторил Вова. — Вода снаружи! Всю задницу обожгло!

— Тьфу, блин! — возмущенно воскликнул я.

Десантники заржали в голос. Скафандр Вовы дал слабину в самом не героическом месте из всех возможных. Видать, его там кто-то из ордынцев кусанул перед бесславной гибелью, от одного только бессилия, а Вова и не заметил. А тут, во время передвижений, ткани скафандра окончательно треснули, потеряли герметичность, вот и случился конфуз. Герметизирующий гель уже залил внезапную протечку и застыл, закупорив пробоину, прервав поступление воды под давлением в скафандр Вовы, и, в целом ему уже ничего серьезно не угрожало. Хотя понимаю — крутым кипятком, да по ягодицам, и из скафандра не выскочишь, там деваться некуда, тот ещё экстремальный опыт, должно быть. Ожоги наверняка будут роскошные.

— Обезболивай, Вова, — мрачно бросил я. — Все обезболивай.

— Да я уже, — простонал Крестовский. — Уже! Но все равно больно, блин!

Да уж, наверняка. И больно, в основном от самой ситуации. И тут конечно не знаешь, спасать или смеяться.

Десантники без малейшего проявления уместной товарищеской эмпатии, втихаря гыгыкали, и всё не могли уняться. Мда, вот и слилось твоё посвящение в рыцари, Вова. Тебе это героическое ранение еще долго вспоминать будут.

Придется подождать и потерпеть до другого уместного случая.

— Ладно, хватит ржать, — буркнул я. — Давайте, заминируем эту матку поплотнее и свалим отсюда, пока самих не накрыло. Сделаем это по-быстрому.

Дроны-разведчики Октавии кружили над маткой, передавая данные на мой тактический экран. Макс с парой парней для перекрытия на месте, переплыл на слабых выхлопах маневровых двигателей доспехов на торчащую из лавового поля сторону ордынской матки. Там их попробовали остановить псевдоразумные шипы, выскочившие из щелей в корпусе, но они их быстро и без рефлексий порубили мечами и продолжили свое дело.

Они спустили бомбу в одну и разверстых вовне камер, из которой недавно вылупились встретившие нас тентаклевые саламандры, и инициировали дистанционное управление. Ну всё, обратный отсчет пошел. Макс с парнями выбрался обратно и переплыл обратно к нам, контролирующим с берега подходы к лавовому озеру.

А теперь — ходу отсюда.

— Уходим, — приказал я. — Октавия, присмотри за Малышом.

Это у десанта так традиционно любой ядерный фугас называется.

— Будет сделано, Ваше Высокопревосходительство, — с непередаваемым самодовольство отозвалась Октавия. Нда, вот кому точно никогда не будет лень, язык ломать моим полным титулованием…

Торпедные дроны под управлением Октавии заняли кольцевые траектории над шаром матки-репликатора, готовые убить любого кто покажет из нее свою голову.

Ладно, усилим аргументацию. Я установил вокруг Малыша сферу кокона. Её с разберу не преодолеешь, и я буду спокоен, что бабушкин подарок не разберут, пока я не вижу. Так оно надежнее будет. Лишним не будет.

— А теперь всплываем, — приказал я, перенаправляя движки под ноги и отрываясь от дна. Десант последовал за мной.

Мы поднимались к свету в небесах из глубин огромной черной лагуны, в облаке воздушных пузырей, словно души погибших воинов в Вальхаллу.

На поверхности за бортом у воды было-то всего девяносто имперских градусов, фигня какая-то.

Понятно теперь, почему тут нет ничего живого, даже растений. Может, только, какие-то невидимые глазом экстремофилы тут обитают…

А скоро тут совсем экстремально станет. Вряд ли эта похлебка придется кому-то по вкусу.

Один за другим мы всплывали на поверхность, пробивая шлемами сияющую поверхность воды в лагуне. Наши челноки уже кружили над водой, готовые нас подобрать.

Один за другим бойцы вылетали из воды на тяге маневровых движков, а челноки подхватывали десантников прямо в полете на свои аппарели.

Я, Вова и Макс последними покидали эти гостеприимные воды.

Все были на месте, все вернулись, и Вова с его ошпаренной задницей оказался самым легко раненным из всех. Ордынцы сражались отчаянно, и серьезно помяли нескольких парней, вывороченные из суставов конечности, глубокие вмятины в доспехах с серьезными заброневвми повреждениями. Пятнадцать процентов отряда сразу с челноков придется отправить прямо в госпиталь.

На диво легко отделались. Вот если бы ордынцы успели хотя бы стартовый холодняк произвести, вот тогда бы мы кровью умылись бы. А так они в рукопашную, считай с палками и камнями пошли.

Кто знает, что я бы делал на их месте. Как-то не думал об этом.

Но мы победили. Мы нанесли мощный удар и в этом деле можно ставить жирную точку.

Когда мы улетели достаточно далеко, я не отказал себе в удовольствии снять кокон и лично инициировать взрыватель фугаса.

Полыхнуло как над атоллом Бикини. Роскошнейший белый, как пар, подводный ядерный взрыв взметнулся к небесам миллионами тонн радиоактивной воды, а потом обрушился обратно затяжным, черным отравленным дождем.

А потом еще и вулкан проснулся. Без дураков, во всю мощь магматической полости вскрытой настежь ядерным взрывом.

Вулкан можно так ударил в небеса расплавленным выхлопом, что звезды померкли, а островок разметало в мелкую щебенку.

Обогнавшая нас ударная волна встряхнула уходящие в космос челноки, а ведь мы уже в верхних слоях атмосферы были.

Облака разметало над всем полушарием, так что из космоса было отлично различимо на темной глади океана огромное расходящееся белое кольцо высоченного цунами.

Население с берегов было заблаговременно эвакуировано, ещё после первого нашего сообщения об обнаружении гостинца от Орды. Жертвы если и будут, но минимальные.

От островка ничего не осталось. Там точно никто не выжил. Могу быть уверен.

Успешное уничтожение 1 млн боевых юнитов Орды.

Успешное окончание планетарного сражения с Ордой.

Ваш ранг в иерархии престолонаследия повышен с 831 до 830.

Ну, наконец-то. Заслуженно, да. Я удовлетворенно откинулся в десантной ячейке и расстегнул шлем моего скафандра. В челноке оказывается невыносимо воняло вулканической серой, аж глаза резало, но эта мелочь не могла испортить мне настроения.

Я был доволен.

Хрен вам, а не моя планета. Тут я главный. И пока я главный, вам погань ордынская ничего тут не обломится, я вам это гарантирую.

Я сказал.

Внутренний экран тем временем ещё раз моргнул новыми строчками.

Зафиксировано повышение ранга в иерархии престолонаследия вашего ученика.

Получено достижение Императорского Дома «Наставник-3»

— Ого, — даже как-то буднично прокомментировал случившееся Крестовский, сидевший рядом.

Какой у него теперь уровень? Девятьсот девяносто седьмой? Получается, на пятки наступает Иоланте.

Ох, я даже не представлял, как она обрадуется этой информации…