Родился в городе Тоёкава, префектура Аити, 20 декабря 1961 г.

В 17 лет Соно взбунтовался против своих родителей-преподавателей, воспитывавших его в строгости, и сбежал в Токио.

В одном из интервью он подробно рассказывал о своих приключениях в столице, где чуть не стал участником двойного самоубийства, вступил в религиозную секту, откуда потом едва сбежал, побывал членом левой террористической организации, прежде чем вернулся домой. Родители с облегчением вздохнули, когда в 1984 г. сын поступил в университет Хосей, но со стороны будущего режиссёра это был всего лишь хитрый трюк. На самом деле он хотел снимать на 8-мм камеру и почти сразу же забросил учебные занятия.

Ещё с 17 лет Соно начал сочинять стихи, позднее, в 1997 г., основал движение «Tokyo GAGAGA», участники которого писали поэтические тексты на флагах и выходили с ними на улицы Токио, выкрикивая бессмысленные слова «GAGAGA! GAGAGA!». Никакого политического или социального смысла в эти действия не вкладывалось.

По мнению Соно, в поэзии эмоции выражаются через почерк, но не через типографский текст. Чтобы сохранить эти эмоции, он начал снимать свою поэзию на плёнку, просто писал на стене и снимал. Фильм он воспринимает как средство для передачи своих чувств аудитории. При этом он не любит, когда его кино называют «поэтическим», потому что обычно это слово служит синонимом слова «красивый», но по мнению Соно, поэтика не исчерпывается красотой и уродством. В одном из интервью он говорил, что книгам и фильмам нужен яд, вот поэтому-то его так привлекают корейские картины. Показ крови на экране – это метафора. Как в поэзии. Там слова, а здесь образы. И звук тоже метафора. Обычно считается, что влюбиться – это радостное событие, но для Соно это нечто очень мрачное и грустное, поэтому подобные сцены сопровождаются соответствующей музыкой.

Из нескольких снятых на 8-мм плёнку работ обращает на себя внимание 30-минутный экспериментальный фильм «Я Сион Соно» (1985), демонстрировавшийся на фестивале корпорации PIA. Здесь автор будто пытается сделать выбор между поэзией и кино – читает стихи перед камерой. В зрительном ряде уже намечены черты, наиболее характерные для раннего этапа его творчества – сверхдлинные статичные планы, стоп-кадры, обращения персонажей прямо в камеру, почти полное отсутствие сюжетной линии, эксперименты с цветом, пантомима. В 1987 г. на том же фестивале его «Мужская дорога цветов» завоевала гран-при. В 1990 г. как лауреат стипендии кинофестиваля корпорации PIA Соно смог снять «Велосипедные вздохи» на 16 мм., где сам выступил в роли сценариста и исполнителя главной роли. Решив не продолжать образование, выпускник средней школы хочет закончить съёмки своего 8-мм фильма. Сюжет этого опуса таков: команда бейсболистов становится невидимой в результате некоего тайного государственного эксперимента. Этот фильм в фильме чуть более доступен для понимания, чем собственно «Велосипедные вздохи», где персонажи то и дело впадают в глубокую задумчивость, повествование ведётся бессвязными скачками, а зрительный ряд изобилует абстрактными символами.

Чёрно-белая «Комната» (1992) рассказывает об убийце, который ищет идеальную комнату в безлюдном районе Токио, а найдя таковую, пускает себе пулю в лоб. Повествование начинается со статичного плана пустыря перед складскими помещениями, который длится почти две с половиной минуты. При этом на экране совершенно ничего не происходит. Едва ли ни весь фильм состоит именно из таких кадров – указатель «Комната», спина главного героя, сидящего на скамейке, бесконечные поездки в поезде в поисках комнаты.

Та же эстетика сохраняется в «Кэйко», где первые четыре с половиной минуты на экране почти неподвижно сидит девушка, причём мы видим только её лицо. Следующие пять минут зритель наблюдает за ходом стрелки настольных часов, а девушка отсчитывает секунды. Большое значение здесь приобретает игра цветом, предпочтение явно отдаётся основным цветам – красные, жёлтые, зеленые, синие предметы, пустой экран залит каким-то одним цветом. «Кейко» – портрет девушки, переживающей смерть отца и необыкновенно остро ощущающей ход времени. Иногда она изображает ведущую радиопередачи, при этом сидит на одном и том же стуле, в одном и том же интерьере, меняются только одежда и причёски. Цвет приобретает центральное значение и в полудокументальной картине «0cm4» (2001) о человеке, не различающем цвета, чей мир круто изменился, после того, как его заболевание вылечили.

Устав от независимого артхаусного кино, Соно отправился в Америку, в Сан-Франциско, где провёл 15 месяцев и всё время смотрел исключительно картины серии «Б». Неудивительно, что после возвращения в Японию его стиль резко изменился.

Обычно Соно работает очень быстро, вот и «Клуб самоубийц» (2001) был снят всего за месяц. Правда, написание сценария заняло шесть месяцев и ещё примерно столько же ушло на пост-продакшн. Начинается фильм со сцены массового самоубийства на железнодорожном вокзале. У края платформы стоят в ряд, взявшись за руки, ученицы и на счёт «три» все как одна спрыгивают под колеса приближающегося поезда. Кровь заливает всё – стоящих на платформе людей, лобовое стекло кабины машиниста, стёкла и стены вагонов; просачиваясь с крыши, капает на ничего не понимающих пассажиров в поезде. Далее по ходу фильма люди будут прыгать с крыш группами и поодиночке, резать себе руки как колбасу, глотать горстями таблетки, совать голову в духовку, пускать себе пулю в лоб. И всё это, как положено, сопровождается потоками крови. Но это отнюдь не просто ужастик. Начинается он скорее как детектив (полиция пытается вести расследование происходящего), потом превращается в представление Grand Guignol с долгой гротескной сценой массового изнасилования и животного убийства под рок-балладу в помещении пустого склада. Завершается же как эссе о природе самоубийства. Почти все смерти так или иначе связаны с прослушиванием дурацкой песенки в исполнении детского эстрадного ансамбля. Каждая новая жертва фиксируется в виде красного кружочка на специальном веб-сайте. Иногда фильм рассматривается как разоблачение популярной декадентской культуры, подчиняющей себе людей, лишающей их индивидуальности, как констатация отчуждения молодёжи, развала семьи, различных социальных недугов. Вдогонку фильму появились роман и комиксы манга.

Имя Соно получило широкую известность в международной фестивальной среде, у него появилось множество поклонников среди любителей экстремального культового кино.

В двух следующих менее известных фильмах о молодёжи Соно делает небольшой шаг назад, к своей прежней эстетике.

Фильм «Опасность» был снят в 2002 г., но вышел в прокат лишь в 2006 г… Сценарий Соно начал писать по мотивам реально случившегося в США садо-мазохистского убийства. Поскольку преступник жил в Нью-Йорке, режиссёр отправился в США, но уже начав снимать, отказался от первоначального замысла и создал авторский фильм об американской мечте. Уставший от спокойной жизни токийский студент отправляется в Нью-Йорк на поиски опасности и приключений. Там он знакомится с мелкими хулиганами, не признающими ни власти, ни закона, которые в дальнейшем попадают в крупные неприятности. В Нью-Йорке можно всё – развлекаться с девушками, продавать наркотики под видом мороженного, шутки ради грабить магазины. Соно многое заимствует у французской «новой волны», снимает только ручной камерой, почти во всех сценах используются длинные планы, никакого специального освещения. Камера всего лишь документирует происходящее, что придаёт кадрам дополнительную реалистичность.

Лента «В сновидение» (2005) сильно напоминает поток сознания второстепенного актёра, чьи отношения с людьми и умение логически мыслить начинают распадаться, когда он заподозрил у себя венерическое заболевание. Вернувшись домой по случаю семейного торжества, он всё больше путается в странных видениях, в которых его семья и друзья выступают в роли террористов, а реальность становится сном. В фильмах Соно вообще часто важна музыка, вроде песенки в «Клубе самоубийц», в данном же случае даже само название позаимствовано из песни, которую главный герой то и дело напевает, – «В сновидение» (Yume no Naka e) Ёсуи Иноуэ, которую многие японцы знают по мультипликационному сериалу «Kare Kano».

Время действия картины «Обеденный столик Норико» (2006) совпадает с «Клубом», но фильмы независимы друг от друга. Главная героиня – 17-летняя девушка, которая, не выдержав невероятно скучной и «правильной» жизни в глубинке, бежит в Токио, где попадает под влияние некой Кумико. Последняя заведует службой, напоминающей религиозную секту, которая за плату предоставляет людям на определённый срок имитацию семьи. Норико настолько запутывается в непривычной ситуации, а уроки актёрского мастерства так действуют на неё, что девушка начинает забывать, кто она, откуда и кто её настоящая семья. Примеру старшей сестры последовала младшая, а вскоре и отец пускается на поиски пропавших дочерей и находит их лишь спустя два года. Следует фантасмагорическая сцена встречи, в которой отец пытается пробиться сквозь затуманенный разум дочерей, не останавливаясь ни перед чем, включая ножи. Здесь полностью стирается грань между фантазией и реальностью, актёрской игрой и действительностью.

Фильм разделён на четыре части, в каждой ведётся закадровое повествование от лица одного из персонажей. Закадровый текст позволяет объяснить те или иные решения или поступки, ведь повествование опять ведётся далеко не линейно. К тому же Соно цитирует сцены из «Клуба самоубийц» уже как документальные кадры, так что возникает даже подозрение, уж не была ли Норико одним из его членов.

К фильмам Соно часто применяют определение «eroguro», «erotic-grotesque nonsense», искусство, характеризующееся отклонениями в эротике, декадансом, странностью. С наибольшей очевидностью это проявилось в эротическом ужастике 2005 г. «Странный цирк». Это фильм об инцесте, самоубийствах и одновременно эротическое, сексуальное и криминальное кино. Омерзительная история начинается с того, что отец-деспот регулярно насилует собственную жену и дочь. Особое наслаждение он получает, если одна из них подглядывает за его совокуплением с другой, будучи заперта в виолончельном футляре. Личности матери и дочери постепенно стираются, а разбушевавшаяся ревность едва не заканчивается убийством. Однако оказывается, что история сексуального насилия – роман популярной писательницы-инвалида, в прошлом которой немало неприглядных тайн, возвращающих нас к ужасному содержанию её книги. Снова, как и в «В сновидение», сон и реальность, переплетаясь, сливаются воедино.

При том, что съёмки длились всего 20 дней, в картине замечательная работа художника и декораторов. Рабочий кабинет писательницы обставлен совершенно фантастически, гротескно, дом же, где она живёт, кажется обычным особняком в европейском стиле, но и он порой становится фантастическим, когда меняет цвет, окрашивается в жёлтые тона, а со стен роскошных комнат будто кровь стекает красный цвет. Под стать цветовому безумию и цирковые кошмары в стиле гран-гиньоль. Только на улице всё кажется нормальным. Можно сказать, что то, что на улице – это реальность, а то, что в помещении – более субъективно, внутренний мир.

Фильм ужасов «Наращивание волос» (2007) – один из самых коммерческих проектов Соно. Здесь переплетаются истории жизнерадостной парикмахерши, её сестры-садистки, затравленной племянницы, жутковатого следователя, фетишизирующего накладные волосы. Основной конфликт связан как раз с борьбой между сёстрами за благополучие забитой девушки. При переключении от одной повествовательной линии к другой резко меняется тональность. Соно ловко пародирует каноны жанра j-horror, добавляя изрядную долю гротеска, в частности превращая в злобных мстителей сами оживающие накладные волосы (длинные волосы призрака – стандартный атрибут j-horror). Место традиционных потоков крови, частенько выплёскивающихся на экран в фильмах Соно, здесь занимают неестественно большие локоны, которые будто выплёскиваются и вырастают из всевозможных отверстий.

«Признания в любви» – третий фильм в трилогии «Странный цирк» и «Обеденный столик Норико». 4-часовая эпопея подводит итог десятилетней работы, включающий всё от «Клуба» до «Наращивания волос». Первоначально Соно отталкивался от реальной истории своего друга, который сам профессионально занимался фотографией скрытой камерой и спасал младшую сестру от рук сектантов. В центре повествования подросток Ю, запутавшийся сын свихнувшегося христианского священника, который уверен, что его сын грешен и не верит, что тому не в чем каяться. И вот, чтобы угодить отцу, Ю начинает грешить от души, с восторгом осваивает искусство тайного фотографирования девчоночьих трусиков. В довершение всего парень по уши влюбляется в девушку, ненавидящую всех мужчин, которая вскоре помимо своей воли становится членом религиозной секты.

Вопросы католичества и сама фигура Иисуса Христа с детства интересовали Соно, в своих картинах он возвращается к ним снова и снова. По его словам, он был поклонником Христа, как бывают поклонники Джона Леннона или рок-звезд, религию воспринимал как некий фан-клуб. Фигурирующая же в фильме «Zero Church» (Церковь Нуля) – это некий собирательный образ множества мелких религиозных сект, процветающих на территории Японии. Последователи «Zero Church» отрицают всякую индивидуальность, каждый становится нулём, пустым сосудом и играет строго предписанную ему роль, а значит, церковь сможет наполнить этот сосуд чем угодно.

Приключения Ю разворачиваются как в комиксах манга, с юмором, преувеличенным почтением к отцу, цирковыми акробатическими номерами. Если уж Ю влюбляется, глаза у него затуманиваются, а на интересном месте тут же вырастает бугорок. Есть здесь и цитаты из поп-культуры. Так переодевание Ю в леди-Скорпиона – отсылка с сериалу 1970-х «Заключённая по имени Скорпион». Для того, чтобы сфотографировать трусики, Ю и его друзья используются следующие приёмы: нунчаки с прикреплёнными к ним камерами, машинка с дистанционным управлением и камерой на крыше, камера на резинке – выбрасывается, а потом сворачивается обратно.

Соно не хотелось отталкивать женскую часть аудитории, поэтому он и предложил весёлый комедийный вариант этого занятия.

«Признания в любви» получил награду Калигари и приз ФИПРЕССИ на берлинском фестивале 2009.

У себя на родине Соно не пользуется большой популярностью, но зато, не будучи частью мейнстрима, волен делать, что хочет. Но фильм «Поговорим начистоту» (2009) как раз полностью традиционный. Это простая семейная история в духе фильмов столь нелюбимого режиссёром Одзу. Сион Соно будто захотел показать критикам и зрителям, что он, если захочет, может снять классический фильм. Соно абстрагируется от общественного фона и сосредотачивается на жизни одной семьи, создавая камерную, реалистическую драму, совсем не похожую на другие его картины.

Узнав о скорой неминуемой смерти отца, сын пытается как-то смириться с неизбежностью и наверстать упущенное в их взаимоотношениях. И тут он узнаёт, что и сам неизлечимо болен. Воспоминания о прошлом уступают место отчаянному желанию осуществить мечту отца об их совместной рыбалке вплоть до того, что сын похищает тело прямо с похорон и усаживается рядом с трупом на лавочке на берегу озера с удочкой в руках. Впрочем, на сей раз сцена не выглядит ни непристойной, ни гротескной.

«Поговорим начистоту» – реакция на смерть отца Соно, а образ главного героя Сиро из Тоёкава «списан» с самого режиссёра.

О том, почему он снял свой следующий фильм, Соно говорил так: «Вместе с «Признанием в любви» моя оболочка взорвалась и теперь у меня больше нет любви. Больше нет ни любви, ни надежды, ни бога. Всё кончено. Осталась только грусть, отчаяние, темнота, мир без света. Этот фильм («Холодная рыба») я снял, чтобы как-то развеселиться.» Хотя не каждый способен разделить такую точку зрения.

«Холодная рыба» (2010) – история Сямото, хозяина магазинчика тропической рыбы. Помимо своей воли он оказывается втянутым в дела своего более успешного конкурента Мураты. Последний продаёт дешёвую рыбу по высокой цене, а всякий, кто начинает что-то подозревать, исчезает. Он уже сделал «невидимыми» более 50 человек, но Сямото понимает это слишком поздно, потому что его дочь уже оказалась в руках убийцы. С помощью «компаньона» – Сямото – Мурата перевозит трупы в домик в горах, расчленяет на мелкие кусочки, часть сжигает, а часть скармливает рыбам в близлежащей речке. Мурате помогает жена, этакая леди Макбет. Убийства в домике среди изображений Христа и девы Марии доставляют парочке сексуальное наслаждение, а унижения и издевательства – весёлая забава. В исполнении известного характерного актёра Дэндэна Мурата – вечно ухмыляющийся, шумный, неуёмный сгусток энергии и в то же время прирождённый торговец и соблазнитель. Сямото же – безвольный неудачник, которого ни в грош не ставят ни дочь, ни вторая жена, который всю жизнь боялся и муху обидеть. В финальной сцене, когда этот бессловесный червь наконец взбунтовался, всего через край – крови, страсти, накала. Фильм изобилует сценами унижения, изнасилований, расчленения трупов. Между «Признаниями в любви», «Поговорим начистоту» и «Холодной рыбой» есть общее – мрачное чувство юмора, ещё более мрачный взгляд на человека, игры с христианской символикой и доктринами, и смесь наглого богохульства с любопытством и даже восхищением.

Картина снималась по мотивам реальных преступлений заводчика собак, его жены и партнёра по бизнесу, которые в 1993 г. убили и расчленили несколько человек.

«Холодная рыба» вышла под маркой дочерней компании «Никкацу» «Sushi Typhoon», которая призвана удовлетворить тех, кто жаждет найти хороший вкус в безвкусице, для кого ничто не бывает чрезмерно.

Два фильма – «Крот» (2011) и «Земля надежды» (2012) Соно посвятил осмыслению последствий катастрофы 2011 г. В первом из них подросток, оказавшийся в окружении беженцев из пострадавших районов, пытается разобраться в жизни и своих отношениях с отцом-пьяницей, регулярно его избивающим. Не выдержав постоянных издевательств, парень в конце концов в порыве бешенства убивает родителя. Режиссёр вновь возвращается к теме христианства, греха и искупления. Вторая картина совершенно нетипична для Соно, наполнена глубоким гуманизмом, состраданием и любовью к людям. При этом весь фильм проникнут горьким сарказмом. После катастрофы на вымышленной АЭС старик и его страдающая слабоумием жена оказались на заражённой территории. Забор из колючей проволоки, отделяющий зону отчуждения, военные ставят так, что половина двора оказывается по одну сторону, а половина – по другую. Старики остаются в своём доме, им уже поздно куда-либо перебираться. Соседи эвакуировались и теперь с трудом пытаются наладить жизнь на новом месте. Дети тоже уехали, но никак не могут нигде осесть – беременной жене повсюду мерещится радиация, и в конце концов она напяливает на себя костюм химзащиты, в котором и разгуливает по улицам городка.

У фильмов Соно нет единой стилистики, каждая новая работа – попытка найти выход из леса, выразить не столько свою трактовку, сколько своё непонимание какой-либо проблемы. Он попробовал себя в самых разных жанрах, снял даже один классический «pinku» и один гомосексуальный фильм, причём оба не эротические, а чисто порнографические. Соно часто сам себе противоречит не только в разных фильмах, но и в рамках одной картины, где свободно сочетается несколько жанров.

Фильмография

«Я Сион Соно!» (Ore wa Sono Sion da! док, к/м), 1985; «Мужская дорога цветов» (Otoko no Hanado), «Любовь» 1986; «Велосипедные вздохи» (Jitensha toiki) 1990; «Комната» (Heya) 1993; «Плохой фильм» (BAD FILM) 1995; «Кэйко» (Keiko desu kedo) 1997; «Ветер» (Kaze к/м), «Решающее сражение мужского и женского общежития» (Sekken! Joshiryo tai danshiryo), «Мужчина» (Dankon: The Man) 1998; «Уцусими» (Utsushimi) 1999; «0cm4», «Клуб самоубийц» (Jisatsu sâkuru), «День отца» (Chichi no hi), 2003; «Опасность» (Hazard) 2001/2006; «Выпускной» (Puromu naito) 2002; «Когда становишься взрослым» (Otona ni Nattara) 2004; «В сновидение» (Yume no naka e), «Странный цирк» (Kimyô na sâkasu) 2005; «Обеденный столик Норико» (Noriko no shokutaku), «Клуб воздушных шаров. Продолжение» (Kikyû kurabu, sonogo) 2006; «Наращивание волос» (Ekusute) 2007; «Твоё последнее желание» (Make the last wish), «Признания в любви» (Ai no mukidashi) 2008; «Поговорим начистоту» (Chanto tsutaeru) 2009; «Холодная рыба» (Tsumetai nettaigyo) 2010; «Преступления страсти» (Koi no tsumi), «Крот» (Himizu), 2011; «Земля надежды» (Kibô no kuni) 2012; «Почему ты не играешь в аду?» (Jigoku de naze warui), 2013, «Банды Токио» (Tokyo Tribe), 2014; «Любовь и мир» (Love & Peace), «Лебедь из Синдзюку» (Shinjuku suwan), «Салочки» (Riaru onigokko), «Девушки-экстрасенсы» (Eiga: minna! Esupâ da yo!), 2015.