Пять стальных машин, как единый организм, рванули к Феликсу. Первый «Страж» на скорости врезался в колено моего гиганта. Удар был такой силы, что голем качнулся, и я едва не вылетел из креплений. Второй воин ударил Феликса в корпус, третий попытался залезть на спину. Феликс снова пошатнулся, сбросил одного, но двое других повисли на руках гиганта, вцепившись железными пальцами в края бронепластин. «Стражи» даже не пытались сейчас драться с големом, они карабкались по его телу, как по дереву, стараясь дотянуться до моих ног.

Их оператор, наконец, понял, что гораздо проще не пытаться повредить закованного в железо гиганта, а добраться до меня, его седока и оператора, что висел сейчас на высоте четырёх метров над землёй.

«Феликс, стряхни их!» — мысленно скомандовал я.

Одного удалось сбросить резким рывком, и тот отлетел к стене одного из домов по соседству, оставив глубокую вмятину в кирпичной кладке. Второй уже повис в районе пояса, и его железная рука царапала броню в опасной близости от моей ноги.

Феликс отмахнулся, и «Страж» разжал хватку и рухнул на мостовую. Раздался лязг металла, но противник ловко вскочил на ноги и снова встал в боевую стойку.

Мой взгляд упал на ржавый уличный фонарь, вывороченный из земли ещё во время постройки баррикад. Коротковат, конечно, для комплекции моего голема, больше походит на дубинку своим кованным массивным основанием. Я перекинул орудие из одной железной ладони в другую.

— Ну держитесь, — ухмыльнулся я.

А дубинка-то оказалась в самый раз. Первый же удар пришёлся в корпус ближайшего ко мне «Стража», и тот улетел в сторону, попутно сломав эркер на втором этаже одного из строений по соседству. Вторым ударом я смачно припечатал по голове второго нападавшего, который попытался вскарабкаться по ноге Феликса. Звук был отменным, металл загудел, выбив сноп искр, и даже красные глаза на миг померкли. Увы, но машина выстояла: шатаясь, она отступила на несколько шагов назад, но осталась на ногах.

— А что это мы такие живучие, гады⁈ — выругался я.

Оставшиеся трое «Стражей», что на данный момент не участвовали в схватке, вдруг изменили тактику. Они не полезли в ближний бой, вместо этого они бросились к остаткам баррикад. Каретные колёса, дверные створки, выломанные перила, и разбитые кадки от цветов, всё это полетело теперь в Феликса и в меня. Они швыряли в нас с завидной синхронностью, что неудивительно, ведь их вёл один кукловод.

— Что за… — начал было я, и тут же прилетела уличная урна по плечу гиганта.

Я едва удержался на ремнях, в глазах рябило от разлетающихся о голову и торс Феликса предметов. Фонарь в руках голема здесь был бесполезен, нечего было и надеяться отбить даже часть летящего в меня хлама.

«Феликс, отойди к стене!» — мысленно скомандовал я. Голем шагнул назад, прижимаясь спиной к кирпичной кладке, и я на секунду выдохнул. Так я могу хотя бы быть уверен в неприступности своих тылов, пускай и на время.

Я уже начал привыкать к царящему вокруг меня хаосу, когда заметил какое-то движение справа. Один из пятерки «Стражей» отделился от общей группы и быстро побежал вдоль стены. Он не пытался атаковать ни голема, ни меня, куда же он собрался?

Ясно, он рванул к тому самому двухэтажному дому, на крыше которого ещё недавно Лиза нейтрализовала неудачливых снайперов.

— Куда⁈ — мысленно заорал я и рванул в его сторону, но мой гигант не успевал за прытким противником.

«Страж» ловко, что дворовая кошка, взлетел по водосточной трубе, подтянулся на козырьке и через секунду уже был на остатках балкончика второго этажа. Ещё буквально секунда-другая, и его фигура скроется за парапетом.

У меня похолодело внутри: если он туда залезет, то скроется из виду у меня, и солдат, что сгрудились сейчас недалеко от места нашей схватки. Я уже начал замахиваться фонарём, критически оценивая его аэродинамические свойства, как позади меня грянул залп.

С десяток стволов ударили практически одновременно, пули впивались в стальное тело карабкающегося по стене «Стража», и одна из рук железного воина бессильно повисла плетью, перебитая в двух местах. Он дёрнулся, судорожно попытался удержаться на парапете другой рукой, но второй залп то ли повредил её, то ли разрушил тот кирпич, за который он схватился, но итог был один: машина, потеряв равновесие, рухнула с крыши. Она упала в паре шагов от меня с Феликсом, с лязгом ударившись о мостовую и подняв облако пыли. Красные глаза несколько раз мигнули, сфокусировались, и увидели прямо над собой занесённую ногу глиняного гиганта.

— Прощай, — коротко произнёс я.

Феликс с грохотом опустил свою ступню, и красные глаза одного из противников погасли навсегда.

— Хорошая работа! — крикнул я в сторону военных, но даже не обернулся в их сторону. Четверо оставшихся «Стражей» уже перегруппировывались, понимая, что их товарищ к ним больше не присоединится.

Я поудобнее перехватил фонарь в руке Феликса и шагнул вперёд.

Надеюсь, солдаты поняли, куда лучше стрелять, с их помощью мы сможем дожать противника.

— Главное, не подпускать «Стражей» к солдатам! — скомандовал я сам себе. — Феликс, работаем щитом.

Голем качнулся из стороны в сторону, закрывая собой отступающих к стене солдат. А «Стражи», мгновенно выстроившись полукругом, снова пошли в атаку, медленно и неумолимо.

— Теперь хотят меня окружить, — сразу понял я. — Феликс, не дай им зайти за спину.

Голем качнулся, делая широкий шаг назад и плавно уходя в сторону, прикрывая взвод солдат, что продолжали вести прицельную стрельбу из-за моей спины. Искры от рикошетов по стальным корпусам «Стражей» летели в разные стороны, но противник словно не замечал этих пуль, лишь кое у кого появились на броне глубокие вмятины и царапины.

Первый «Страж» бросился на Феликса слева, снова целясь в слегка повреждённое первой атакой колено. Я встретил его фонарём, и от удара в плечо тот отлетел кубарем в сторону. Второй попытался запрыгнуть справа, стараясь дотянуться до ремней моих креплений, и от резкого разворота Феликса я сам чуть было не свалился.

В горячке боя я не видел манёвра солдат за моей спиной, а между тем они и не думали прятаться. Зайдя с фланга, они разрядили свои винтовки в ближайшего к ним стального воина. Командир у вояк, седой мужчина с перебинтованной окровавленной тряпкой рукой, снова и снова что-то кричал остальным, и пули раз за разом крошили броню в особо уязвимых местах «Стража». Машина зашаталась, и её движения стали какими-то неуклюжими, очевидно, ребята хорошо прошлись по его «болевым точкам».

— Феликс, добивай! — скомандовал я.

Голем размахнулся и ударил фонарём сверху вниз по голове противника. Тот покачнулся, и уронил голову на грудь, но красноватый отсвет его глазниц продолжал полыхать. Размахнувшись ещё раз, я снова нанёс по врагу сокрушительный удар. На этот раз всё было кончено.

— Минус два, — прохрипел я.

Оставшиеся трое «Стражей», осознав, что начинают проигрывать, бросились в лобовую атаку.

— Посмотрим, — хмуро произнёс я, покрепче вцепившись в ремни креплений.

Не мудрствуя лукаво, я принялся размахивать перед собой изрядно погнутым фонарным столбом, не давая своим противникам приблизиться. Солдаты верно поняли мой манёвр и продолжили осыпать стальных воинов градом пуль. Сначала пропустил мой богатырский замах один «Страж», и машину согнуло пополам, отбросив на мостовую. Я рывком приблизился к поверженному противнику и наступил ему на грудь, пока двое других на секунду замешкались.

Второму я ткнул основанием столба в корпус, отчего он вынужден был сделать несколько шагов назад, открыв третьего для очередного залпа. Почти одновременно были повреждены оба его колена, и враг зашатался, не в силах сделать резкий рывок в сторону от приближающейся дубины.

Последний из нападавших медленно выпрямился и в два прыжка неожиданно ловко оказался прямо перед Феликсом. Запрыгнув гиганту на грудь, он резкими движениями начал подтягиваться всё выше и выше, опасно приближаясь ко мне.

— Твою же мать, — прохрипел я, судорожно пытаясь сбросить железными ручищами ловкого противника.

Выходило не очень, тот, словно из последних сил, решил выполнить свою задачу. Он уклонялся от попыток ухватить его, ловко переползая по моему голему, и я начал искренне жалеть, что не создал Феликсу рот. Наконец я сумел ухватить «стража» за руку и несколько отстранить от себя, и тут же раздался очередной оглушительный залп, и тело врага несколько раз дёрнулось. Сил у врага стало меньше, и я сбросил его на мостовую, с которой тут же раздался командирский приказ.

— Добить! — крикнул седовласый командир военных, и, опережая меня, практически одновременно грянула очередь из выстрелов. Закономерно, выстрелы в голову не принесли ожидаемой победы над врагом, поэтому я, приблизившись, уже привычным жестом наступил «Стражу» на голову.

Только теперь я смог сползти с голема, и, тяжело дыша, упал на какой-то куль.

— Все живы? — спросил я, поднимая голову в сторону военных.

— Без потерь. — Командир уверенно кивнул, оглядывая своих бойцов. — Ну спасибо тебе, тайная служба.

— Не меня благодарите, — я кивнул на Феликса, который стоял, опираясь на фонарь, как на костыль. — Это всё он.

Я встал, отряхнулся, и повернулся в сторону Цитадели, откуда доносился далёкий гул.

— Ну что, армия, уничтожим змеиное гнездо? — с улыбкой спросил я седовласого вояку.

— Как пить дать, — ответил мужчина, привычно перезаряжая оружие. — А он, это, выдюжит? — кивнул он в сторону изрядно «потрёпанного» Феликса.

— Выдержит, — сказал я, хотя сам уже не был до конца в этом уверен. — Тут делов-то, начать и кончить. Дойти до Цитадели и разнести там всё к такой-то матери.

Только сейчас я оглядел площадь. Тюремные ворота, вернее то, что от них осталось, были заперты, с территории доносились крики и одиночные выстрелы. Жандармы уже оцепляли периметр, выставляя временные заслоны. Город постепенно приходил в себя после короткой, но довольно жестокой схватки.

— А вы здесь теперь и без меня справитесь? — спросил я одного из начальников жандармов.

— Справимся, — кивнул мужчина в офицерском кителе. — Тюрьма под контролем, бунт подавлен. Спасибо тебе, парень, от одного вида твоего железного верзилы некоторые сами по камерам попрятались.

— Не за что, — ответил я. — Служба у нас такая, государственная.

Я подошёл к Феликсу, он слегка наклонился, хватая меня рукой и давая мне возможность забраться на спину. Я проверил крепление ремней и потуже их затянул.

— Ну что, красавец, — шепнул я. — Впереди последний бой.

Феликс выпрямился, отбросил в сторону уже ненужный фонарь, и шагнул вперёд, туда, где за крышами вставал серый день, и где-то там, вдали, возвышались мрачные стены Цитадели.

* * *

Мы прошли через полгорода, и каждый следующий шаг давался Феликсу всё тяжелее: поврежденный коленный сустав давал о себе знать.

Сразу за нами, держа строй, двигался взвод солдат, тех самых, что сражались с нами у тюрьмы. Они держали оружие на изготовку, но опасности словно и не было, город будто вымер. Я не знал, радоваться ли подобному затишью или опасаться.

— Скоро, — бросил я бойцам через плечо. — Ещё один квартал.

Мы, наконец, вышли на улицу, что вела к главным заводским воротам, и я не поверил своим глазам: ворота были распахнуты настежь, и не было ни охраны, ни заграждений.

Внутренний двор между заводскими корпусами также оказался пуст, на нас смотрели лишь тёмные окна цехов, да ветер гонял по дорожкам обрывки каких-то бумаг да клубы пыли. Лишь в самой глубине, там, где находились недра Цитадели, был слышен какой-то низкий гул. Мы медленно дошли до самой арки ворот, и тут я увидел их.

Десяток «Стражей» стоял ровным строем, блокируя проход к центральному корпусу. Машины застыли в два ряда, их красные глаза горели, а руки были сжаты в кулаки.

— Стойте, — скомандовал сзади командир бойцов, и солдаты послушно замерли, вскинув ружья.

— Нет, — крикнул я, поправляя крепления. — Это моя работа. Прикрывайте, но вперёд не лезьте, вы им на один удар.

Феликс шагнул вперёд, и первая пара «Стражей» бросилась мне навстречу. Я схватил их могучими руками голема за головы и приложил друг об друга, металл сочленений пошёл сетью трещин, и я повторил процедуру ещё пару раз. Закончив, я бросил потухшие фигуры к ногам остальных.

— Минус два! — довольно выкрикнул я, но моя радость длилась недолго.

Оставшиеся восемь противников рассыпались веером и взяли Феликса в кольцо. Они больше не лезли по одному, атакуя меня со всех сторон одновременно. Стальные кулаки били по ногам и корпусу не переставая, и я едва успевал блокировать хотя бы часть из них, с трудом посылая мысленные команды гиганту.

Феликс не оставался в долгу, но в откровенный клинч машины не входили, предпочитая отступать назад или в сторону после каждого удара, что мешало мне хоть как-то повредить им. А пустое сбивание с ног ничего не давало, стальной воин сразу же вскакивал и продолжал лезть в драку. Для одного Феликса их было слишком много.

— Феликс! — закричал я, когда очередной удар пришёлся в колено и голем пошатнулся.

«Только не это», — с ужасом подумал я, ведь лишится конечности в этом бою было смерти подобно.

Гигант устоял на ногах и даже откинул пару особо ретивых противников, и тогда я заметил на крыше главного корпуса знакомую фигуру в парадном мундире. Меньшиков сжимал в руках странное устройство и буравил глазами место нашей битвы.

— Вот ты где, — прошептал я. — Сейчас мы с тобой поговорим.

Но «Стражи» снова сомкнули вокруг меня кольцо, и мы с големом оказались в ловушке. Было ясно, что они не пытались меня убить сразу, попыток уже было вдоволь, и ни одна не привела к успеху. Теперь тактика была рассчитана на износ.

Один из ударов пришёлся в грудь голема, броня треснула, и связь на долю секунды прервалась, правда, сразу восстановившись.

— Ещё не легче! — заорал я.

Второй «Страж» пробил двойку в колено, то самое, повреждённое ещё у тюремных ворот. Сустав окончательно хрустнул, и Феликс начал плавно заваливаться на бок. Я вцепился в ремни, мысленно приказывая гиганту выпрямиться, что удалось с трудом.

— Нужно зафиксировать его ногу в одном положении, я смогу, — прикидывал я, пытаясь выделить из десятка мыслепотоков боя ещё один, направленный на прямое взаимодействие с металлом сустава.

Мне это удалось, но, воспользовавшись моим секундным отвлечением, один из «Стражей» запрыгнул на спину голема, пытаясь добраться до меня. Его железные пальцы проскрежетали по броне, и я хоть и успел сбросить его, но острая кромка его сочленений разрезала один из ремней моих креплений, и я повис на одной лямке, лишь чудом не свалившись в стальную кучу-малу у моих ног.

Феликс, стоило мне ухватиться за него поудобнее, выбросил вперёд руки и схватил одного из нападавших. Тот рухнул перед нами на землю, и я тут же добил его ногой. Ещё минус один, знать бы, сколько их у Меньшикова.

Между тем, ворота Цитадели, которые прежде стояли распахнутыми, почти закрылись, невидимый мне оператор медленно сводил створки. Вот почему солдаты, что ждали за ними с ружьями наперевес, не могли помочь мне огнём: слишком узкая щель, да крайне неудобный угол.

Ещё один «Страж» бросился мне в ноги, и я лишь чудом ушёл с линии атаки, отвесив противнику знатного подзатыльника, от которого тот потерял координацию и сшиб одного из своих «коллег».

Но следом двое других ударили Феликса одновременно в грудь и живот, голема неожиданно согнуло, и я резко ударился о его могучий затылок, с трудом повиснув на последнем «живом» ремне. Из рассечённой брови хлынула кровь, заливая правую сторону лица.

«Мне их не победить», — пронеслось в голове одновременно с очередным пропущенным ударом, что я неудачно заблокировал левой рукой. Внутри противно хрустнуло, и левая конечность повисла, как плеть. — «Значит остаётся лишь одно».

Я оттолкнул очередных нападавших железных воинов (одной рукой это было крайне затруднительно) и приблизился ещё на пару шагов к крыше, на которой стоял довольный Меньшиков, чью наглую ухмылку я вполне мог уже разглядеть.

Он сжимал в руках мастер-пульт (а это определенно был он), а губы его шевелились, отдавая неслышимые команды.

— Сейчас, — мысленно прошептал я, глядя на Меньшикова, — Главное, чтобы получилось.