Сара в тысячный раз выглянула в окно. Соглядатай никуда не делся. Таскался за ней вот уже несколько дней, неприметный, кропотливый, внимательный. Но уже заскучал. Она это чувствовала. Это было ясно по тому, как он непрестанно переминался, – в первые дни он терпел долгое ожидание со слепой безропотностью. Сара неотступно следовала своему графику, надеясь усыпить его бдительность. Если слежку не снимут в ближайшие сорок восемь часов, придется как-то его стряхивать.

При этой мысли сердце взволнованно екнуло. Всего через сорок восемь часов они проверят на прочность планы и мечты, на которые ушло семь лет. Внутри всколыхнулись старые страхи. С тех самых пор, как Сара впервые заметила соглядатая, она не связывалась с остальными – только со Стефани, и ей отчаянно хотелось попасть на последнюю перед Восстанием встречу. Эти пять дней тянулись бесконечно долго; она выполняла свои обязанности в конторе, потом в одиночестве возвращалась в общежитие, ни на минуту не забывая о своей неотступной тени. Окрыленная внезапной мыслью, Сара вскочила. Нужно занять себя чем-то, каким-нибудь немудреным делом – чем угодно, лишь бы не думать. Сара решила устроить Стеф сюрприз и что-нибудь приготовить. Уже скоро подруга придет с регулярного собрания женщин из ее цепочки. Разум упорно не желал отвлекаться, в голове снова и снова прокручивались следующие два дня. Все было проговорено и подготовлено уже очень давно. Оставалось только наладить небольшую радиостанцию (над этим работали Эли и ее женщины) да еще разнести газету. С газетой не все шло гладко. Ее удалось напечатать без проблем, станок разобрали, но сами номера до сих пор лежали в том же месте. Саре не удалось устроить так, чтобы их перепрятали. У многих женщин из-за слежки Стайнера связаны руки, общежития слишком часто обыскивали без предупреждения, поэтому Сара не могла распределить газеты, как планировала изначально. Снова и снова она просчитывала вероятность провала. Пока что газеты в безопасности, но ведь изначально она собиралась использовать это место только ночью. А номера и сейчас лежали там, совсем рядом с теми, кто туда заходил.

Сара целеустремленно направилась к шкафчику – без толку бояться, страхи нужно выкинуть из головы. Если она сейчас же чем-нибудь себя не займет, ее одолеют бессмысленные опасения, а в таком настроении она начинала сомневаться в своих замыслах, в своем праве подстрекать женщин к Восстанию. Сейчас этого нельзя допустить. Это все клаустрофобия после многодневной неотступной слежки. Сара машинально глянула в окно. Каждый раз при виде терпеливого соглядатая она ощущала присутствие Стайнера.

Достав из шкафчика несколько консервных банок, она саркастически улыбнулась. Блеснуть кулинарными талантами перед Стеф не удастся. Сара принялась стряпать что-то совершенно банальное, время от времени поглядывая в окно – не идет ли Стефани, и тщательно избегая смотреть туда, где укрылся человек Стайнера. Но вот наконец и Стефани торопливо прошла по бетонному двору. Сара быстро накрыла на стол, поджидая подругу.

– Сара, что-то неладно. – Стеф вошла, даже не постучавшись, – она слегка запыхалась, и в ее взгляде была тревога. – Общественный туалет закрыт.

Сара тоже встревожилась.

– Одна из моих женщин заметила с час назад и сообщила мне, – продолжала Стеф. – Хотя она, конечно, не знает, насколько это важно.

Что случилось? В это время дня туалет никогда не закрывали. Старушка, которая там дежурила, открывала дверь в девять утра и сидела до десяти вечера.

– Я отправила двоих выяснить, что случилось. Мы встретимся в магазине на углу через пятнадцать минут.

– Может, она просто заболела, – предположила Сара.

– Я тоже так подумала. Если это не очень серьезно, всего на денек, ей не станут искать замену. Тем более в субботу. Она же из цепочки Джоан?

Сара с отсутствующим видом кивнула. А если женщина не заболела? Если Стайнер каким-то образом выследил их и старушка теперь в главном управлении на допросе? Тогда Восстанию конец. Сара пока не могла допустить даже мысли об этом. Сначала выясним, что случилось.

– Можешь быстро связаться с Энн или Эли? – спросила она.

– С Энн смогу связаться где-то через полчаса. Но сначала нужно встретиться с моими.

Сара поглядела в окно на мужчину, который терпеливо ждал на крыльце конторы напротив. Она ничего не могла. Оставалось только полагаться на других и ждать, когда они все выяснят.

– Встреться со своими, а если им не удалось ничего разузнать, как можно скорее свяжись с Энн. Передай, пусть свяжется с женщиной, заменившей Джоан, и проверит, не знает ли кто-то из ее цепочки, что стряслось.

Стефани молча развернулась и вышла, а Сара осталась в комнате, снедаемая страхом и злостью. Если Стайнер нашел газеты, он знает про Восстание. Она заставила себя мыслить ясно. Что он сделает в первую очередь? Сломит сопротивление старушки и вытащит из нее всю информацию о женщинах из ее группы. Арестует их, начиная с той, что заменила Джоан… Господи, Сара до сих пор не знает ее имени. И выйдет прямиком на предводительниц. Нет. Сначала он выйдет на Энн и Сару. Только с ними и была связь у цепочки Джоан. Но Стефани, Эли и Мэри не справиться в одиночку. К тому же, хотя другие женщины не знали подробно, что должно произойти утром в понедельник, они знали обо всем остальном.

Сара принялась в нетерпении расхаживать по комнате. Мыслить ясно не удавалось. Если бы Стайнер заполучил газеты, он узнал бы о Восстании. Узнал, сколько женщин замешано, и тут же приступил бы к арестам, брал бы всех скопом. Но нет. Про аресты она бы услышала. Значит, газеты не у него. Может, отчаянная надежда не напрасна. Может, старушка и правда просто заболела.

Сара подошла к окну и увидела Стефани – та торопливо шла к общежитию с полным пакетом в руках. Сара повернулась к двери, ожидая, когда подруга поднимется по лестнице и войдет. Страх нарастал, дышать было больно.

– Ну и?

– Она умерла. Старушка умерла. – Стеф запыхалась и еле переводила дух.

Страх отступил, Сара забрала пакет с покупками и подвела Стефани к койке.

– Садись и рассказывай. Потихоньку.

Близкая к панике, Стефани тряслась, и Саре, как обычно, захотелось защитить подругу от всех напастей.

– Одна из моих побеседовала с дворничихой. – Стефани умолкла, пытаясь справиться с дрожью в голосе, и Сара погладила ее по руке. – Произошла авария. Сегодня около девяти утра. Старушка переходила дорогу, и возле туалета ее сбила машина. Она погибла на месте. С тех пор там никого не было. Туалет стоит закрытый.

Значит, Стайнер пока не узнал. Вздохнув с облегчением и стараясь не выдать взбудораженной подруге своих чувств, Сара направилась к плитке. Руки двигались сами собой, машинально заваривая кофе, а Сара прокручивала в голове, что нужно сделать в следующие несколько часов. Старушке найдут замену и направят в туалет новую дежурную – никак не выяснить, кого именно. Нужно убрать оттуда газеты, и поскорее. Она поставила перед Стефани чашку. Эли, ей нужна Эли. Они вытащат газеты точно так же, как и раньше. Только на сей раз придется делать это средь бела дня, а туалет закрыт.