Накануне вечером они стащили матрасы с обеих кроватей и разложили их в гостиной. Но хотя пятеро членов семьи провели ночь, лежа бок о бок на этих матрасах, Тамао была единственной, кому удалось сразу сомкнуть глаза. После того, как Мисао погасила свечи, комната погрузилась в безжалостную темноту. Входная дверь (которая теперь была единственным источником вентиляции) оставалась открытой всю ночь, и время от времени легкий ветерок неизвестного происхождения врывался внутрь, незаметно пробегал по коридору и касался дверных косяков комнат внутри.

В течение ночи Теппея не раз охватывало желание заключить Мисао в объятия, но ему каким-то образом удавалось сдерживаться. Независимо от того, как крепко он обнимал свою жену, он знал, что все равно будет чувствовать внутри себя полную пустоту. Он чувствовал, что Мисао тоже сражается с демонами уныния, и боялся, что в тот момент, когда они коснутся друг друга, кожа к коже, они внезапно осознают, насколько катастрофичным было их положение, и начнут рыдать так громко, что это разбудит остальных членов семьи – если кому-то удалось заснуть.

Мисао лежала на боку, одетая только в шорты и легкую майку. Теппей слышал, как она вздыхает каждые несколько минут, и протянул руку, чтобы погладить обнаженное плечо жены. Когда он нежно массировал мягкую плоть, его затопил краткий, но неподдельный момент счастья. Мисао продолжала лежать совершенно неподвижно, время от времени шмыгая носом и пассивно принимая его знаки внимания.

Теппей едва мог дождаться начала следующего дня. Он то и дело поглядывал на наручные часы, которые не снимал, используя фонарик рядом с подушкой. Когда на часах было 3:50 утра, он уселся на край матраса.

«Татс. Проснись и пой», – прошептал он.

Тацудзи, который уже проснулся, лениво поднял голову и огляделся. Первые признаки рассвета только начинали просачиваться в окно, и его глаза блестели в тусклом свете.

«Мы должны совершить еще одну экскурсию по зданию, прежде чем спустимся в подвал», – объявил Теппей.

«Я знаю, знаю», – нетерпеливо сказал Тацудзи.

Наоми села в постели, тяжело вздохнув от недосыпа. Затем Тамао открыла глаза и сразу же заплакала.

«Что случилось? У тебя болит живот?» – спросила Наоми. Тамао не ответила; она просто придвинулась ближе к матери на матрасе и уткнулась головой в грудь Мисао.

Вот куда я бы тоже хотел положить голову, если бы только мог, – подумал Теппей. Желание забраться обратно в постель и обняться со своими близкими было настолько сильным, что ему казалось, что он вот-вот сойдет с ума.

Оторвав взгляд от жены и дочери, Теппей встал и зажег одну из свечей. Сквозь небьющиеся зеркальные окна он мог ясно видеть, как светлеет небо, так что восход солнца был не за горами. Вероятно, это будет еще один невыносимо жаркий день. Он попытался открыть дверь на балкон, но она оставалась такой же неподвижной, как и вчера.

Я мужчина… Эта фраза непрошено всплыла в голове Теппея, и сначала он понятия не имел, откуда она взялась. Потом он вспомнил: это была крылатая фраза героя мультсериала, который он часто смотрел. Я мужчина. Да, герой в плаще постоянно делал это доблестное заявление.

Я мужчина, – мысленно пробормотал Теппей, хотя и не произнес этих слов вслух. Я мужчина. Повторяя эту беззвучную мантру, он решил, что если ему каким-то образом удастся пережить этот кошмар и благополучно вернуться в реальный мир, он будет конструктивно использовать эти слова. Можно назвать их банальными, но для него, по крайней мере, они имели глубокий и волнующий резонанс. «Да, – сказал себе Теппей, – если я выберусь отсюда живым, то найду способ превратить эту фразу в какую-нибудь рекламную статью, и, возможно, однажды эта фраза вдохновит кого-нибудь другого».

Теппей пошел на кухню и на пробу покрутил ручку крана. Как всегда, вода из-под крана свободно лилась в раковину. Однако, когда Теппей открыл холодильник, он увидел, что внутри все покрыто каплями влаги и первыми признаками плесени. Это было все равно что заглядывать в промокшую картонную коробку, которая начинала гнить.

Теппей вымыл лицо над раковиной, затем вытер его ближайшим кухонным полотенцем. Вооружившись молотком, фонариком и нейлоновым шнуром, он направился к входной двери. Мисао побежала за ним. На ней все еще были шорты, и ее голые ноги блестели в утреннем свете.

«Я иду с тобой», – сказала она.

«В этом нет необходимости. Мы с Тацудзи все предусмотрели».

«Я знаю, но…»

Теппей взял Мисао за руку и тихо притянул к себе.

«У нас все будет хорошо», – сказал он, целуя ее в макушку.

«Надеюсь, ты прав. Я действительно чувствую, что нахожусь на грани нервного срыва».

«Что ж, ты определенно проделываешь потрясающую работу, притворяясь спокойной».

«О, спасибо. Это все, что я могу сделать, чтобы держать себя в руках».

Теппей вздохнул и еще крепче обнял Мисао.

«Если бы тебя не было здесь со мной, я бы тоже не смог притворяться, что у меня все хорошо».

В этот момент появился Тацудзи, и они отпрянули друг от друга.

Сначала братья спустились на первый этаж. Когда Теппей осветил вестибюль лучом фонарика, они увидели, что стеклянная дверь все еще была покрыта отпечатками рук. Мало того, отпечатков казалось еще больше, чем накануне. Создавалось впечатление, что дверь была закрашена очень толстым слоем масляной краски. Теппей взмахнул молотком над головой и обрушил его на стекло, но дверь с таким же успехом могла быть сделана из поролона.

Тацудзи стоял в стороне, наблюдая за действиями Теппея.

«Хорошая попытка, – усмехнулся он. – Конечно, со вчерашнего дня ничего не изменилось».

«Да. – Теппей вздохнул. – Пойдем, спустимся в подвал».

«Черт возьми, мне следовало получить прощальный поцелуй от Наоми, поскольку я, возможно, никогда больше ее не увижу», – сказал Тацудзи, иронично хлопнув себя по лбу.

«Что? Не говори таких вещей, даже в шутку».

Братья вошли в лифт, нажав кнопку «B1», к которой (как пришло в голову Теппею) не прикасались уже довольно давно. Видение подвала, кишащего бесформенными, злыми, сверхъестественными существами, промелькнуло в его сознании, и он невольно вздрогнул. В какой-то момент они, вероятно, покажутся и придут, чтобы напасть на нас, – подумал он. – Но какую форму они примут? Будут ли они выглядеть отдаленно по-человечески, с их демоническими лицами, закрытыми черными капюшонами, как у средневековых грабителей или участников сатанинского ритуала? Или это будет просто орда гигантских полупрозрачных сгустков, похожих на тех смертоносных амеб, о которых я читал в детстве?

Лифт остановился в подвале со знакомым звуком га-тонк. Двери со свистом открылись. Аварийное освещение было оставлено включенным, оно отбрасывало тусклый свет на похожее на пещеру пространство. Теппей нисколько не удивился, обнаружив, что «отключение электроэнергии» не затронуло подвал. Нервничая, он шарил по стене, пока не нашел выключатель верхнего света.

На первый взгляд казалось, что ничего не изменилось. Складские отсеки по-прежнему были выстроены аккуратными рядами; бесчисленные легионы оголенных труб по-прежнему змеились по стенам и по потолку; и пол по-прежнему выглядел так же. Все было покрыто тонким слоем пыли, и весь подвал, казалось, застыл, выжидая своего часа, как какие-то забытые руины.

«Это протеиновые батончики, о которых мы говорили», – сказал Теппей, указывая в сторону высокой груды коричневых картонных коробок в задней части подвала.

Тацудзи кивнул.

«Я не понимаю, из-за чего был весь сыр-бор», – сказал он.

«А? Что?»

«Я имею в виду, что для меня это просто выглядит как совершенно обычный подвал».

«А, ну да. Может быть, до определенного момента», – загадочно ответил Теппей.

Двое мужчин направились к груде коробок, внимательно оглядываясь по сторонам. Теппею крайне не хотелось спускаться сюда снова, но он был вынужден признать, что, похоже, в тенях не таилось ничего зловещего. Он вздохнул с облегчением. Все, что им сейчас нужно было сделать, – это взять коробки и как можно быстрее отнести их наверх.

Стопка картонных коробок доходила Теппею до пояса. В каждой коробке оказалось около дюжины упаковок знаменитых батончиков для увеличения веса. Когда Теппей подтолкнул всю кучу двумя руками, она легко скользнула по пыльному полу со звуком, похожим на выпуск воздуха из шины.

«Давай, Татс, за работу, – сказал он. – Нам нужно перетащить это к лифту. Тацудзи стоял неподалеку, уставившись на заднюю стену подвала, и когда он не ответил, Теппей повторил: – Эй, давай! Мне нужна помощь. Что ты вообще делаешь? Чем скорее мы выберемся отсюда, тем лучше».

«Подожди, что это?» – спросил Тацудзи тоном, в котором, казалось, сочетались опасения и трепет от нового открытия.

Ослабив хватку на коробках, Теппей перевел взгляд на заднюю стену. Длинная тень Тацудзи скрывала интересующую его точку, но через мгновение тот сменил позу, и Теппей наконец смог проследить за взглядом брата.

Рядом с тем местом, где Тамао получила травму ноги, в стене виднелась маленькая неровная черная дыра. Забыв о коробках, Теппей бесшумно подкрался к тому месту, где стоял брат. Оказалось, что для того, чтобы пробить бетонную стену, как раз в этом месте был использован какой-то острый инструмент. Отверстие было около двух дюймов в окружности.

Когда Теппей заглянул внутрь, все, что он увидел, была чернота. Затхлый запах влажной земли доносился через отверстие.

«Хм, это странно, – задумчиво произнес он, склонив голову набок. – Когда я был здесь в последний раз, пару недель назад, здесь не было дыры».

«Стена на удивление тонкая. Посмотри на это! – воскликнул Тацудзи, проводя указательным пальцем по краю отверстия. «Это не так трудно сломать».

«Возможно, но откуда вообще взялась эта дыра?»

Тацудзи, приложив глаз к отверстию, заглянул внутрь.

Теппей недоумевал: чего бы эти неизвестные монстры – если бы они вообще существовали – надеялись достичь, проделав такую маленькую дыру в стене?

Я действительно больше не могу этого выносить, — подумал Теппей, направляясь обратно к ящикам. – Это место сводит меня с ума.

«Эй, Татс, пошли! – раздраженно позвал он. – Нам нужно отнести эти вещи наверх».

Тацудзи не ответил; он просто продолжал смотреть в темноту за дырой в стене.

«Поторопись! – крикнул Теппей. – Ты вообще меня слышишь?»

«Ш-ш-ш, – прошипел Тацудзи, поворачиваясь лицом к Теппею и прижимая палец к губам. – Тише. Я что-то слышу».

«Что?» – Теппей застыл как вкопанный.

Тацудзи прижался ухом к отверстию. Он был совершенно неподвижен, если не считать его выпученных глаз, которые дико метались из стороны в сторону.

«Подожди, что это? Этот звук…»

Теппей вернулся в заднюю часть подвала и приложил ухо к стене. Он услышал слабый топот, который заставил его представить, как кто-то с трудом поднимается и спускается по лестнице. Шаги вовсе не были торопливыми; они были медленными, обдуманными. У Теппея также возникло ощущение, что далекие люди что-то несли. Или это был всего лишь один человек? Он не мог сказать. Не было слышно звуков разговора.

«Но куда это ведет – что бы там ни было по ту сторону этой стены? – пробормотал Тацудзи. – Может быть, эта комната каким-то образом соединена с подвалом частного дома, магазина или чего-то еще, например, туннелем?»

Теппей сразу же вспомнил историю, которую рассказала ему Мисао, о «призрачной дороге», которую она однажды изучала в библиотеке прихода. Могло ли что-то подобное существовать на самом деле? Возможно ли, что тот, кто проводил первоначальные раскопки для подземного торгового центра, просто заасфальтировал поверхность и оставил гигантскую яму нетронутой после того, как разработчики не смогли получить разрешение на перемещение могил и были вынуждены отказаться от всего проекта?

«Помнишь, что я говорил тебе на крыше о том, что некоторые застройщики, возможно, вырыли яму для подземных торговых рядов, прежде чем проект провалился?» – неохотно ответил Теппей.

«О, точно! Так что, должно быть, осталось большое подземное пространство, и владельцы земли, вероятно, разделили его и сдали в аренду магазинам, под склады и все такое прочее. Это бы все объяснило!» – сказал Тацудзи с растущим волнением.

«Сомневаюсь, – произнес Теппей. – Никогда ни о чем подобном не слышал. И даже если бы такое пространство существовало, оно было бы завалено, когда строили этот дом, ты так не думаешь?»

«Нет, но все же, здесь что-то происходит прямо сейчас. Я могу… – Тацудзи остановился и прижал ухо к отверстию. – Да, я отчетливо слышу это. Сначала были шаги, а теперь люди разговаривают».

Теппей находил всю эту ситуацию явно неправдоподобной, но он не мог не уловить маленький лучик надежды в словах Тацудзи. Оттолкнув брата в сторону, Теппей приложил ухо к отверстию.

Он не мог разобрать ни слова, но на расстоянии – очень большом расстоянии – он мог безошибочно различить звуки разговора, а также повторяющийся звон. Это звучало так, словно кто-то складывал в кучу стеклянные бутылки… и поток образов хлынул в сознание Теппея. Может ли это быть подземный винный погреб, или подвальная кладовая магазина сакэ, или подземный зал собраний какого-нибудь тайного общества? (Нет, последнее было просто нелепо.) Или, может быть, это был подземный саркофаг, который использовался древним храмом Мансэйдзи в качестве хранилища костей священников и их семей? На данный момент сгодилось бы любое объяснение. Важно было то, что он мог слышать человеческие голоса.

И вот послышался смех: приличное количество мужчин громко хохотало от удовольствия. Мужчины средних лет, а может, и старше.

Следующее, что услышал Теппей, было несколько женских голосов, увлеченных оживленной беседой. Значит, в группе были и женщины. В целом это было похоже на здоровую конструктивную суету, которую можно услышать в любом оживленном уголке города: люди весело выполняли ту или иную задачу, непринужденно болтая между собой.

Теппей просунул указательный палец в отверстие, и ледяной сквозняк мгновенно пробрал его до костей. Тацудзи, которому явно не терпелось дождаться своей очереди, грубо оттолкнул Теппея в сторону и отчаянно крикнул в дыру:

«Эй! Нам нужна помощь! Есть здесь кто-нибудь?»

Затем, приложив ухо к отверстию, он внимательно прислушался. Как и прежде, были слышны далекие голоса, разговаривающие между собой, но тембр их не изменился и никто не откликнулся на мольбу Тацудзи.

«Дай мне молоток!» – крикнул он, выхватывая инструмент из рук Теппея. Подняв его над головой, Тацудзи ударил по стене рядом с отверстием. Глухой звук столкновения металла с бетоном эхом разнесся по подвалу. С каждым последующим ударом цемент крошился все больше, осыпая пол порошкообразным серым щебнем. Это была такая абсурдно легкая работа, что залитая бетонная стена могла быть не более чем элементарным слоем окрашенной штукатурки.

В считанные секунды дыра заметно увеличилась. Теперь Теппей вспомнил, что, когда он спустился в подвал, чтобы провести ночную инспекцию вместе с Табата, он почувствовал что-то необычное в этой конкретной части подвала, и в особенности в задней стене. Теперь начинало казаться, что его первоначальная догадка о том, что бетон в этом месте может быть тоньше, в конце концов оказалась верной.

Лицо Тацудзи было покрыто крошечными капельками пота, которые поблескивали на свету. Теперь дыра быстро увеличивалась, и по мере того, как Тацудзи, который, казалось, наслаждался происходящим, продолжал рубить, вскоре она стала достаточно большой, чтобы просунуть голову человека. Неестественно холодный, сырой ветер врывался в подвал через отверстие.

Тацудзи швырнул молоток на пол, затем просунул голову и шею в увеличенное отверстие.

«Эй! – крикнул он. – Есть там кто-нибудь?»

Теппей приложил ухо к стене, ожидая ответа, и был поражен, услышав нарастающий гул группы людей, увлеченных дискуссией, за которым последовал отчетливый вопрос.

«Что происходит?» – раздался далекий мужской голос.

«Кто там?» – раздался и женский голос.

Тацудзи высунул голову из отверстия. Его потное лицо озарилось радостью.

«Мы спасены! – ликовал он. – Нас спасут, всех нас!»

Не дожидаясь ответа брата, Тацудзи просунул голову обратно в дыру и закричал:

«Помогите нам, пожалуйста! Мы здесь в ловушке! Это подвал особняка Сентрал Плаза. Нас пятеро: четверо взрослых и ребенок. Пожалуйста, помогите нам выбраться отсюда!»

В этот момент оживленные звуки за стеной резко прекратились. Затем Теппей услышал, как его брат прокричал:

«Эй, Тепп, не мог бы ты передать мне фонарик?»

Теппей неохотно подчинился.

На мгновение отдернув голову, Тацудзи направил луч фонарика в отверстие, затем снова заглянул внутрь.

«Эй! – позвал он Теппея. – Ты должен это увидеть. Там действительно есть подземная дорога!»

Теппей осторожно подошел к отверстию и заглянул внутрь. То, что он увидел, было настолько невероятным, что ему потребовалось некоторое время, чтобы переварить сцену, представшую его глазам. По другую сторону стены была проложена дорога, достаточно широкая, чтобы несколько взрослых могли идти в ряд. Длинная прямая тропа, по-видимому, тянулась в направлении Мансэйдзи, как и предполагалось в отчетах отделения. Конечно, свет фонарика не распространялся так далеко, так что сказать наверняка было невозможно, но, казалось, на этом пути не было никаких серьезных препятствий, и конца ему не было видно.

В ноздри Теппея ударил неприятный запах древней, перебродившей земли. Отступив от проема, он посмотрел в лицо своему брату и неопределенно произнес:

«Я думаю, что…»

Он чувствовал все большую и большую уверенность в том, что подземная дорога могла быть уловкой или какой-то ловушкой, но он знал, что его подозрение прозвучало бы нелепо, если бы он попытался выразить его словами.

«Слава богу, мы спасены! – завопил Тацудзи. – Та дикая история, которую ты мне рассказал, оказалась абсолютной правдой. Верно? Та, про подземную дорогу, ведущую отсюда к железнодорожной станции. На самом деле это оказалось правдой! Я не знаю, как это вообще возможно, но… в конце пути есть люди, так что мы можем выбираться!»

Тацудзи был настолько воодушевлен, что длинные струйки слюны сочились из обоих уголков его рта. Он бросил на брата взгляд, излучавший надежду, затем снова просунул голову в дыру.

«Эй! – крикнул он. – Привет!»

«Эй!» – На этот раз все ответившие голоса были мужскими. Похоже, их было по меньшей мере трое. Это определенно не было эхом.

«Помогите нам, пожалуйста!» – взмолился Тацудзи.

«Иди к нам! – крикнул мужской голос. – Ты сможешь добраться сюда, не так ли?»

«А где вы? Это какой-нибудь подземный склад или что-то в этом роде?»

При этих словах далекий хор умолк на несколько секунд. Затем послышались отдаленные звуки пронзительного, кудахчущего смеха и общей суматохи. Женский голос – такой чистый и высокий, что она могла бы исполнять партию сопрано в опере, – звучал громче остальных, но слов было не разобрать.

Все еще прижимаясь ухом к стене, Теппей потянулся и схватил брата за руку.

«Подожди минуту!» – сказал он.

«Что? В чем дело?» – потребовал ответа Тацудзи, высунувшись наполовину.

«Тебе не кажется, что в этом есть что-то странное?»

«Странное? Не говори глупостей. Эти голоса принадлежат человеческим существам. Это не шайка призраков или гоблинов, если ты об этом думаешь… – Тацудзи снова просунул голову в отверстие и крикнул: – Эй! Привет! Что нам теперь делать?»

Подземная полость наполнилась непонятным шумом, как будто одновременно говорило очень много людей. Слышалась смесь и других звуков: металлический лязг; звонкое позвякивание стекла; и, что самое странное, звук, который заставил Теппея представить батальон средневековых воинов-самураев, одетых в полные боевые регалии, ползущих по земле.

Теппея охватила дрожь. Теперь он был уверен в этом: это… это не были люди. Возможно, они звучали как люди, но они были чем-то другим. Что-то совсем другое и бесконечно более опасное.

Тацудзи, казалось, ничего не заметил.

«Пожалуйста, подойдите сюда! – кричал он в дыру. – Подойдите сюда прямо сейчас и помогите нам! Мы в подвале особняка на Сентрал-Плаза!»

«Ого-го!» – последовал ответ. Казалось, что очень большое количество мужских голосов – по меньшей мере, несколько десятков, – закричали все одновременно.

Что за черт? – с дрожью ужаса подумал Теппей. – Какая возможная причина могла быть для того, чтобы такая огромная толпа людей собралась в подземной пещере, или гроте, или кладовой, или что бы это ни было?

Тацудзи вытащил свое раскрасневшееся, вспотевшее лицо из дыры и на максимальной скорости помчался к лифту, крикнув через плечо:

«Давай! Давай поднимемся наверх и соберем всех! Нам нужно привести их сюда!»

Теппей последовал за ними обычным шагом. Он чувствовал холодный, липкий сквозняк – тот самый ненормально холодный ветерок, который он помнил по своему кошмарному вечеру в подвале, – кружащий по полу подвала.

«Татс, подожди! – крикнул он. – Я думаю, нам следует просто забыть об этом».

Тацудзи был уже в лифте.

«Не понимаю! – крикнул он. – Они же хотят нам помочь! Я не знаю, чего ты так боишься. Если ты не хочешь, чтобы тебя спасали, мы с Наоми пойдем сами».

«Послушай, – строго сказал Теппей, присоединяясь к брату в лифте. Он подумал о том, чтобы захватить коробку протеиновых батончиков, но решил, что это может подождать. – Прежде всего, как ты объяснишь маленькую дырочку, которая внезапно появилась в стене? Как я уже говорил, раньше ее там не было. Я не могу припомнить, чтобы когда-либо видел подобную дыру где-нибудь еще в подвале, и это никак не могло произойти естественным путем. Кто-то сделал это специально».

«Ну, ты довольно давно сюда не спускался, так что, как ты говоришь, может быть, кто-то пришел и проделал эту дыру».

«Но кто? И зачем кому-то это делать?»

«Откуда, черт возьми, мне знать! – взревел Тацудзи, топнув ногой по полу лифта. – Единственное, что сейчас имеет значение, – это то, что там есть люди, и есть дорога, и мы будем спасены. После того, как они спасут нас, мы сможем запросить подробное объяснение, если это так важно для тебя».

Когда лифт прибыл к месту назначения, Тацудзи ворвался в квартиру с таким переизбытком энергии, что чуть не упал лицом вниз в прихожей. Небо за окном уже совсем посветлело, и квартира была залита утренним солнцем.

«Наоми! Наоми! Мы спасены! Мы нашли людей!»

«Что? Где?» – Наоми выбежала в коридор, одетая только в синие джинсы и лифчик, с растрепанными волосами, разлетающимися во все стороны.

Тацудзи ворвался в гостиную, где начал собирать одежду и разные предметы и запихивать их в сумку Louis Vuitton.

«Иди и оденься, – приказал он Наоми. – Они собираются отправить спасательную группу в подвал с минуты на минуту, так что мы должны быть там».

«Спасательная группа? В подвале?» – с сомнением повторила Мисао.

«Нет, этого не будет, – прошептал Теппей на ухо своей жене. – Это правда, мы кое-что слышали, но я сомневаюсь, что это спасательная группа».

«Кто-нибудь, пожалуйста, объяснит мне, что происходит?» – спросила Мисао, беспомощно оглядываясь по сторонам, но, казалось, никто не услышал ее мольбы.

Снова появилась Наоми, одетая в блузку с цветочным узором, которую она носила накануне. Когда она начала красить губы, глядя в миниатюрное зеркальце своей пудреницы, Теппей подошел к ней и крикнул:

«Прекрати прихорашиваться, черт возьми! Ты никуда не пойдешь!»

Его голос был таким громким, что Куки завыла в замешательстве. Наоми остановилась с тюбиком губной помады на полпути и уставилась на своего шурина, потеряв дар речи от изумления.

«Никто не придет нас спасать, – продолжил Теппей более спокойным тоном. – Там, внизу, происходит совсем не это. Ты должен понять… Те звуки, которые мы слышали, эти голоса, – они не принадлежат людям».

Тацудзи издал долгий, звучащий неестественно смешок.

«Я думаю, что мой старший брат потерял связь с реальностью. Я слышал их собственными ушами. Это определенно были люди, и они отвечали мне совершенно обычными словами и предложениями. Мисао, ты эксперт по подземной дороге, которую, возможно, никогда не засыпали, верно?»

«Подожди, откуда ты об этом знаешь?»

«Твой муж рассказал мне».

«Ну, это всего лишь предположение, – возразила Мисао. – Мы понятия не имеем, существует такая дорога или нет».

«Говорю тебе, она существует. Дорога действительно есть! – настаивал Тацудзи. – Очевидно, это было там все это время, за стеной… Ладно, послушай. Вот что произошло. В стене было небольшое отверстие, и когда я ударил по нему молотком, стена начала крошиться, как, не знаю, кусок праздничного торта или что-то в этом роде. После того, как я увеличил отверстие, мы заглянули в него, и по другую сторону стены была великолепно выглядящая дорога. Я слышал голоса вдалеке, и когда я позвал на помощь, мне ответили. Разве не так, Тепп?»

Теппей неохотно кивнул, пока Тацудзи продолжал лепетать:

«Когда Тамао поранил ветер-ласка, он, вероятно, задул из подземного отверстия. Если мы пойдем по дороге, она где-нибудь выйдет. Я уверен в этом. Если мы просто начнем идти, кто-нибудь придет и поможет нам или покажет, куда нам нужно идти».

«Неужели это действительно может быть правдой?» – спросила Мисао Теппея, но единственным его ответом было отвести глаза и пессимистично покачать головой.

«Давай, Наоми, нам нужно идти, – сказал Тацудзи. – Сейчас не время думать о макияже. Поторопись, давай двигаться дальше!»

«Ну а как же остальные члены семьи?» – нерешительно спросила Наоми, сжимая в руках дорожную сумку, которую Тацудзи сунул ей в руки.

Теппей посмотрел на Мисао. Она прерывисто дышала, и ее грудь заметно вздымалась под прозрачной майкой.

Мисао ответила ему пристальным взглядом. По выражению ее глаз было ясно, что, хотя она решительно скептически относилась к сценарию чудесного спасения, который рекламировал Тацудзи, она сочла это новое развитие событий слишком интересным, чтобы игнорировать.

«Мы могли бы, по крайней мере, спуститься и проверить это, – тихо сказала она. – Что плохого в том, чтобы просто взглянуть?»

Теппей понял, о чем говорила Мисао: они не могли позволить себе упустить ни малейшего шанса на спасение, каким бы незначительным он ни был. Он разделял эти чувства и знал, что последнее средство лучше, чем вообще никакого. Просто у него было очень плохое предчувствие по поводу этого конкретного последнего средства…

«А после того, как мы проверим это? – спросил Теппей. – Что потом?»

«Я не знаю, – ответила Мисао. – Но все лучше, чем просто сидеть в этой квартире и ничего не делать, тебе не кажется?»

Все знали, что она права. Когда люди лишены нормальной свободы передвижения, им нужно цепляться за любую крупицу надежды. Пока есть какие-то действия, которые нужно предпринять, или какое-то решение, которое нужно изучить, даже если эти варианты в конечном итоге сойдут на нет, простая иллюзия возможности может удержать людей от падения в пропасть отчаяния.

Итак, они все ввалились в лифт: Тацудзи, Наоми, Теппей, Мисао и Тамао. Когда дверь начала закрываться, Тамао вдруг закричала:

«Я не хочу оставлять Куки здесь!»

Собака уже задумчиво стояла перед лифтом, и когда Теппей придержал дверь, она нетерпеливо запрыгнула внутрь.