Снова я не я и все происходит отдельно от моего существования. Правда, в этот раз эмоции я все-таки проявляла в каком-то нереальном забытьи. Снова я видела Скарлет и Грэя, столкнувшихся в противостоянии. Больше никого никто не собирал, были только они и еще Оли. Правда, последний скорее с ужасом на лице наблюдал за тем, как эти двое ругаются.

Да к и тому же перепалку эти двое затеяли прямо в столовой где-то под вечер. Счастье, что никого уже не было, даже случайно оголодавших.

— Ты не смеешь мне приказывать, — Кричал Грэй. — Ты знала, что все именно так и будет происходить. Ты. Знала. Больше я не собираюсь тебя слушать, сумасшедшая ведьма.

— Пасть свою закрой, ангелок, иначе познакомишься поближе с носком моего сапога, — огрызнулась Скар.

— Донна абсолютно права, — продолжал давить Грэй, а Скар лишь закатила глаза. — Ты не имеешь здесь власти. Ты просто почему-то решила спасти этот чертов мир. Кто давал тебе это право?

— То есть, когда твоя подружка это делает, ничего, пусть старается, даже если все бесполезно, так? — Хмыкнула Скарлет.

Но Грэя беспокоило не это.

— Почему ты держишь меня здесь? — Потребовал ответа он.

— Ну, начинается, — цокнула языком Скарлет и как будто даже собралась уходить.

Грэй этот жест проигнорировал, продолжая ругаться.

— Скажи мне правду, ведьма, — Грэй злился не на шутку, Скарлет это начинало задевать. — Никто в этом мире не твои марионетки, поняла? Ты не смеешь нас использовать. Зачем ты держала меня? — Молчание. — Отвечай…

— Да потому что ты должен быть здесь, идиот, — Не выдержала, наконец, она. — Ты нужен ему, понимаешь? Только от тебя будет зависеть, умрет ли он или у него появится шанс, тупой ты малолетка. Не смей никогда повышать на меня голос.

Грэй был ошеломлен. Он стоял и таращился на Скарлет теперь совершенно новым взглядом. Даже у Оли глаза округлились больше, а это если учесть, что у него глаза и так спокойно загородили бы апельсины.

Волнение зародилось в душе моего ангела, раскаяние, отчаяние, конечно же, он понял, кого она имела в виду… Он шагнул ближе к Скарлет.

— Ты знаешь?.. — Грэй растерял все слова, ему пришлось запускать мыслительные процессы. — Ты знаешь наверняка?

— А как ты думаешь, зачем еще бы я терпела твое эгоистическое нытье и бесконечные оскорбления? — Рявкнула Скарлет. В этот раз она решила выплеснуть все, что у нее накопилось. — Не грядки вспахиваю, знаешь ли. Ты попал на небо, мальчишка, но это не означает, что ты это заслужил.

Обида скользнула во взгляде Грэя, но возразить он не посмел. Он знал, что Скарлет была права, ему стало стыдно. Он опустил плечи, уставился в пол, принявшись о чем-то размышлять. Предположений могло быть полно, но все они сводились к одному.

— Ты видела это? — Грэю нужно было больше подтверждений, чтобы разбудить свою веру.

— Теперь это знаешь ты, — просто ответила она. — Подбери уже свои слюни, которыми ты тут все обрызгиваешь и соберись. Мы сейчас на пороге больших перемен. Счастье, если кто-нибудь из нас все это переживет. Думаешь, ты стал ангелом, и это сделало тебя кем-то. А ты не думал, что тебя сделали таким, потому что у них не было выбора?

Сомнения, страх, частичное смирение и борьба в глаза Грэя в ответ. Он понимал…

— Воины света, ты — не самая лучшая подборочка. Если только…

— …если только не главное численное превосходство, — обреченно закончил Грэй и сглотнул. — Я недостоин.

— Ты не готов, — поправила Скарлет. — Но тебе доверили то, чем ты обладаешь, потому что ты можешь достичь вершины. Просто помни об этом, мальчик.

Грэя резануло слово «мальчик», но он смолчал, стерпел, усмирился. Ему не хотелось, чтобы Скарлет была права, а для этого ему требовалось тысячу раз доказать ей это. Но сейчас это было все же не главное.

— Я ведь смогу? — Оправдывая ее обращение к себе, неуверенно уточнил Грэй.

Скарлет ухмыльнулась. Не сказать, что она теперь была более расположена к Грэю, нет, возможно, даже наоборот. Но она сделала то, что сейчас было необходимо — она его поддержала.

— Это неоспоримо, — ответила лишь она.

Это была раздевалка в бассейне. Здесь сейчас никого не было. Двери были открыты, из-за распахнутых окон в зале ветер гулял свободно везде. На скамейке сидела она, причина, по которой, как оказалось, все мы здесь собрались.

Искупительница.

Мелисса Уэйк.

Дьяволица.

Не скажу, что ей здесь что-то надо было. Возможно, она искала здесь тишину. Ее лицо было грустным, она явно была погружена в свои мысли. Впервые я видела ее не уверенной в себе жуткой и неприятной, а совсем уж поникшей и, можно даже сказать, грустной.

Теперь с высоты всего, что я о ней узнала, я относилась к ней по-другому. Нет, это было совсем не так, как с той маленькой девочкой, которую я хотела бы спасти. Я все еще помнила, как Дьяволица чуть не убила Оли, как она гонялась за ним, пытаясь отправить его на тот свет.

Я помню и как она пыталась убить меня.

Но теперь я понимала ее мотивы, что привело ее именно в эту точку реальности. Не скажу, что ее можно оправдать, или простить, просто посочувствовать. По сути, почти всю жизнь она оставалась лишь марионеткой в чужих руках. И к чему это привело? К загубленным жизням.

Думала ли она об этом? Жалела ли она когда-нибудь, что убила Джея? Что в конечном итоге осталась совершенно одна? Чувствовала ли она боль? Это все, что оставалось предполагать, глядя на ее совсем другое теперь лицо.

Киан появился незаметно. Он долго и выверено искал пути сближения, всеми силами пытаясь не привлекать к себе внимания.

Но она знала. Она совершенно точно знала, что он здесь. Хоть он и стоял у нее за спиной, я-то по каким-то причинам видела ее лицо, потому и знала, что в момент, когда Киан набрался смелости ступить в раздевалку, Мелисса лишь прикрыла глаза, как будто он за ее жизнью пришел, и по ее щекам покатились крупные слезы.

Она этого не ожидала, принялась разбираться с последствиями, пытаясь скрыть следы любых эмоций. Она защищалась, теперь я это понимала.

Киана я никогда таким не видела. Он всегда был скалой, нерушимой, цельной, несгибаемой. Но сейчас он казался таким открытым, ранимым, его могло уничтожить всего лишь неосторожно оброненное слово. Но он осмелился, он пошел на огромный риск, ведь намеренно раскрывая душу, ты понимаешь, к чему это может привести.

Заговорить он не решался очень долго, Мелисса же все это время возвращала свое безразличие, холодность, беспощадность. Она возводила бастионы, закрывала все двери, захлопывала окна, сжигала все мосты. Она не хотела чувствовать, так отчаянно отказывалась от всех эмоций. Но так и не смогла их победить. Почему?..

Киан слишком сильно сжимал кулаки, совершая последние шаги. Она давно знала, что он здесь, а он позволял себе мысль о том, что она не сбежит. Что она его не прогонит. Страх в глазах превращал его совсем в другого человека.

В человека.

— Элли, — вымолвил наконец он, голос дрогнул.

Стена, которую так старательно возводила Мелисса, рухнула, словно от взрыва. Она не смогла, это было бесполезно, но она старалась изо всех сил. С силой закусив задрожавшую нижнюю губу, Мелисса все еще верила, что ее лицо не выдает ее истинных чувств и эмоций. По крайней мере, пыталась себя в этом убедить.

— Прости меня, — глаза Киана покраснели, голос снова дрогнул.

Мелисса закрыла глаза, и очередной поток слез сорвался с ее глаз. Она снова сопротивлялась, пыталась их стирать все яростнее, ожесточеннее, как будто без них он не понимал. Ничего не получалось, но всю свою жизнь она боролась, так просто она не сдастся.

— Так вышло, что я позволил ему тебя обидеть, — снова говорил Киан, словно готовил эту речь уже очень давно. — Мне так жаль, что меня не было рядом, когда тебе нужна была помощь. Но я был не прав, когда послушал тебя и стал держаться подальше. Мне казалось, это было тебе необходимо, теперь я понимаю, что это не так.

Какими силами Мелиссе удавалось держаться, я не знаю, не имею ни малейшего представления, но она это делала. Прилагала тонну усилий, я судила по тому, как она сжимает край скамейки. Киан это тоже видел, но не сдавался, пытался изо всех сил найти подход. Сделал еще один маленький шажок ближе.

— Теперь все будет хорошо, — пообещал Киан, как он всегда это делал. Не верить ему это то же самое, что не верить в воздух вокруг нас. — Решение всегда будет за тобой, я никогда не стану навязываться тебе, но ты должна знать правду.

— Правду? — Грустная ухмылка, боль и обида как будто принялись выплескиваться наружу. — Какую еще правду ты хочешь мне рассказать?

Киан несколько устало вздохнул и сделал еще один шажок ближе.

— Ту же, что и рассказывал тебе каждый раз, когда находил возможность, — он грустно улыбнулся. — Возможно, я не пример для подражания, но я никогда не предавал тебя, Элли, я никогда не позволял себе даже такой мысли. И никогда этого не сделаю. Этот чертов колдун играл с твоим разумом, он затуманил твои воспоминания, он обманывал тебя все это время, он…

— Я знаю, — тихо призналась она.

Киан слегка опешил, но надежда была очевидней.

— Что ты знаешь? — Осторожно на всякий случай, чтобы только не спугнуть.

Мелисса сделала глубокий тяжелый вздох, казалось, он ее целиком и полностью опустошил, ведь эмоции после этого с ее лица как будто смыло прибрежной волной.

— Знаешь, зачем я так хотела найти ее? — Задала вопрос, на который она не хотела получить ответа, имея в виду, видимо, искупительницу. — Высшие демоны безжалостны. Они не испытывают ничего. Я так хотела этого, так хотела убить в себе все, — На мгновение Мелисса стиснула зубы в приступе невыносимой ненависти к самой себе, едва сдержавшись, чтобы себя не ударить. Поразительно, что внутри нее боролись такие страшные демоны. — Но даже то единственное в моей жизни, что вело меня, оказалось бессмысленным. Потому что я гонялась сама за собой.

Значит, она знает.

Киан помедлил недолго.

— Как ты поняла? — Спросил он.

Мелисса выдавила нечто похожее на смешок и снова вздохнула.

— Эта девчонка преследовала меня по пятам всю мою жизнь, — видимо, имея в виду меня, отвечала она. Теперь ясно, как я это делала. — Она вообще была единственным, что я ясно помнила о своей жизни. Она то спасала меня, то появлялась рядом, я уж подумала, что кому-то в этом мире не безразлична. Глупая.

Горькая усмешка.

— Но потом я встретила ее здесь и сначала еще просто не понимала, почему раньше она вроде как относилась ко мне лучше, а потом… — горечь, какая же горечь на ее лице, — потом она сказала мне правду: если бы я сдохла, я оказала бы этому миру услугу.

Неловко получилось. Ну, чего я ляпнула?.. Это я сказала? Точно? О, Боже, Киан, прости меня. Прости меня, пожалуйста.

Ее глаза снова увлажнились, нижняя губа задрожала.

— И она ведь была права, — слезы, — мне бы лучше было сдохнуть и избавить мир от себя. Я ведь всегда была лишь обузой, проблемой, которую все старались решить. Я ничего полезного в этой жизни не сделала, ничего.

— Это неправда, — Злость в голосе Киана была направлена на того, кто как будто специально поселил эти ужасные мысли в ее голове. — Этот мир жесток, я знаю, в большинстве здесь каждый сам за себя. Но это не означает, что в этом мире не осталось никого, кому ты дорога. Ты мне нужна, Элли…

Она всхлипнула сильнее, как будто Киан задел давно кровоточащую душевную рану. Слезы проложили ровные дорожки, по которым продолжали пробегать снова и снова.

— Ты всегда боролся за меня, всегда. Чтобы я тебе не говорила, как бы ни оскорбляла, не просила уйти, оставить меня в покое. Единственное, что я могла, самое малое, на что была способна, я не сделала. Я не спасла тебя тогда. Я ничего не сделала. Она тебя спасала, она, не я.

— Ты бы ничего не смогла.

— Но она же смогла.

— У нее были наставники, подсказки, магические артефакты, Элли, я не виню тебя и никогда не стану ни в чем винить. Я просто… хотел рассказать тебе, но раз ты уже все знаешь, так будет проще. Ты же знаешь Заклинательницу крови, она может нам помочь. Она хочет все исправить, забрать твою силу, избавить тебя от нее, понимаешь?

Чем больше в этот раз Киан говорил, тем более непроницаемым становилось ее лицо. Ей этот план пришелся не по душе.

— А от того, что я творила, будучи уверенной в том, что когда-то была демоном, она меня тоже избавит? — Холодно спросила она. Киан опустил глаза. — А те смерти и злодеяния, которые я причинила невинным людям, она заставит исчезнуть?

— Элли…

— …я поняла, что Кристиан играл с моим разумом слишком поздно, — оборвала она, продолжая. — Было трудно, но я смогла развеять его магию, хоть и не всю. Я кое-что узнала, Киан, и это тебе не понравится. Ты тоже встанешь на ее сторону, — это она, видимо, имела в виду меня, судя по ее следующим словам, — ты тоже посчитаешь, что лучше бы я сдохла и оказала миру услугу.

Киан почему-то разволновался, приблизился на еще один шаг.

— Чтобы ты там не узнала, ты должна знать: это не изменит моего к тебе отношения, понимаешь?

Недоверие и отторжение, Мелисса покачала головой. Киан понимал, что теряет ее, потому и сделал последний шаг.

— Элли, послушай, чтобы там ни было, я всегда буду рядом с тобой, как твой брат…

— Да, но ты не мой брат, — Резко вскочив на ноги, Мелисса развернулась и, наконец-то, посмотрела Киану в глаза.

Несмотря на всю ее решимость, в глазах Киана она встретила свое отражение — тоску и желание забыть обо всех разногласиях, просто бросившись ему в объятья. Но она не позволяла себе слабости, держалась изо всех сил, а он… Киан уже был готов на все, чтобы только не потерять ее. Снова.

— Я знаю это, Киан, — Предательские слезы не позволяли ей притворяться. — Когда заклинание развеялось, я отправилась искать себя. Я нашла информацию о своих родителях. Твой отец погиб за полтора года до моего рождения. Мы не родственники. Я не твоя сестра. А ты не мой брат.

Голос дрогнул, Мелисса пыталась сдержать истерику, но ей нужно было для этого замолчать, что она и сделала, попытавшись успокоиться. Давалось ей это с трудом, но взгляда от Киана она не отводила.

Казалось, полученные новости способны были его уничтожить, однако по какой-то причине на его лице были только лишь сомнения, желание… признания?

— Я знаю, — наконец, вымолвил он.

Мелисса замерла и задержала дыхание. Этого она не ожидала. Да и я, если честно. Растерявшись, она поначалу даже не знала, что и сказать. Думаю, она забыла все слова разом, потому что вместо связной речи вышли лишь рассеянные глубокие вздохи.

— Тогда что ты здесь делаешь? — Потребовала она, все еще готовая возобновить войну.

Она ее хотела, она к ней привыкла, она просто желала, чтобы все закончилось именно ею. Ведь с войной можно справиться, со слабостью останешься один на один.

— Не оставляю тебя одну, — просто ответил Киан и снова приблизился на маленький миллиметр. — Элли, я знаю, что такое одиночество. Вся моя жизнь такова, и я не жалуюсь, я к этому привык, другой жизни я не знаю. Но я точно знаю, что для тебя это мучения. Да, мы не родные, пусть так, ну и что? Ты моя семья, пусть даже не настоящая. Другой у меня нет. Другую я и не хочу.

Сдержаться Мелисса уже не могла, рыдая навзрыд, зачем-то пытаясь закрыть ладонями лицо. Киан не настаивал, не пытался нарушать границы, он просто был рядом. Как и всегда, как и со всеми.

— Но я — зло, — последние аргументы перед капитуляцией.

— Ты защищалась, как могла, потому что была одна, сама по себе. Я буду рядом, я больше не оставлю тебя, Элли, пожалуйста… — он протянул к ней руку, — пожалуйста, доверься мне, сестренка…

Дьяволица чуть ли не взвыла и, наконец-то, сдалась. Сделав последний шаг, она прижалась к Киану, а он крепко обнял ее, став для нее надежным фортом, укрытием, успокоением. Она рыдала, не переставая, а Киан с облегчением выдохнул и прижался щекой к ее макушке. Он, наконец-то, был рядом с ней, тихо нашептывая ей, что теперь все будет хорошо. И, несмотря на все свои страхи, на свои рыдания, Мелисса ему верила. Знаю по опыту — только такому, как он, и хочется верить.

Холл перед большим залом. Уже почти совсем темно. За окном что-то мерцает, гром по-прежнему откликается на зов природы. Страшно. Но внутри кажется безопаснее. Двери в зал, где я заметила Хлои, Грина и Линя, только что закрыл… О. Феникс. Выглядел он совсем иначе, чем в прошлом, что естественно подтверждает мою теорию перерождения. Что-то общее все-таки угадывалось, но все же.

А где Скарлет? К сожалению, ее рядом не было.

Зато были другие заклинатели. Прям, собрание.

Здесь была Донна (сейчас она выбрала вид молодой девушки), Рик и Рокки. Чего они здесь собрались? Обидно, что я очевидно где-то валяюсь без сознания и не участвую в местных обсуждениях. Надеюсь, я вскоре проснусь. Но пока…

Рэнс вернулся к другим заклинателям и сложил руки перед собой. Судя по тому, как они все держались, они уже давно преодолели барьер знакомства и налаживания контакта.

— Здесь мы не сможем сдержать демонов, — заметила Донна. — Если они захотят, они разобьют окна, если кто-то не заметил, они там большие.

— В подвал еще опаснее, — парировал Рик. Видимо, первая идея была именно подвалом. Донна скривилась недовольно. — Во-первых, мы не знаем, где откроется портал.

Портал? Какой еще портал?

— Какая разница вообще, где он откроется? — Огрызнулась Донна и снова стала превращаться в старуху. — Когда он откроется, здесь все рухнет к чертовой бабушке, которая, кстати говоря, вылезет вместе с той армией, которая планируется.

— Значит, отправится на свой вертел обратно в ад, — Воскликнула Рокки и все тут же вздрогнули, потянувшись к ушам. Рокки тут же скривилась, затем беззвучно откашлялась и тихо добавила: — прошу прощения. Я просто хочу сказать, что у нас нет времени спорить и размышлять о всяких там глупостях. Нам нужно разработать четкий план…

— Хорошо-хорошо, — прижимая ладони к ушам, прервал Феникс, — так и поступим. Только давай протокол будешь вести не ты, ладно?

Рокки бросила на него угрожающий взгляд, Хранитель библиотеки со страху дернулся и спрятался за Донну. Которая снова стала маленькой девочкой. Вот она дает. За считанные секунды из пятидесяти в пять.

— Ладно, друзья, соберемся, — предложил Рик, — мы не команда и это очевидно. Но, когда мы займем наши позиции, некому будет охранять людей.

Рик махнул в сторону зала. Значит, там они собрали всю академию. Умно. Но в то же время пугает — ведь, если пришла пора собирать всех в одном зале, значит, грядет нечто ужасное. К сожалению.

— Предлагаю вырыть яму и спрятать их внутри, — Радостно воскликнула Донна.

— Отличный план, — хмыкнул Феникс, — нафиг тогда вообще их спасать? Возьмем ружья и перестреляем всех, чтобы яма послужила им могилой.

— Я думаю, нужно создать вокруг них что-то вроде защиты, — осторожно предложила Рокки.

На всякий случай заклинатели от нее отшатнулись, но, когда поняли, что ее голос не уничтожил цивилизации, вроде бы расслабились.

Сложно общаться с той, кто может ласковым словом полопать твои барабанные перепонки.

— Эй, — Вмешался в разговор кто-то и все заклинатели устремили взгляд на вторженца. А точнее на вторженку.

— Оддэт? — Нахмурившись, узнала Рокки.

— Так, девочка, иди сюда, зайди в зал и сиди, бойся в уголке со всеми, — поманил Феникс.

— Не стоит, — одарила взглядом недостойного даже мусорного бака Оддэт Рэнса. Затем она подошла поближе к кружку заклинателей и сложила руки перед собой. — Что вы хотите сделать?

— Оддэт, иди лучше внутрь, — посоветовала Рокки.

— Почему ты решаешь?

— Потому что я сильнее тебя, — нотки стали в голосе сирены, заклинатели заблаговременно отодвинулись от нее подальше.

— И это говорит мне пантера? — Оддэт начинала злиться.

— Уши, — Вскрикнул Феникс и заткнул свои.

Также поступили Рик и Донна. Последняя уже снова являлась молодой девушкой. Отдать должное Рокки, она хоть и выглядела первое мгновение так, словно была готова расщепить Оддэт на атомы, все-таки совладала с собой и успокоилась. Отвечала она совершенно нормальным голосом.

— Кем я была, я не горжусь, но и не стыжусь этого.

То, как Рокки это сказала, заставили Оддэт покраснеть. Она опустила взгляд в пол, нервно сглотнула и стала перешагивать через собственную гордость. Было видно, что ей это тяжело дается, но она тоже решила показать, как она выросла и что далеко уже не глупая девчонка, не способная взять под контроль свои эмоции.

— Я хочу помочь, — призналась Оддэт.

— И это говорит мне гарпия? — Язвительно ухмыльнулась Рокки.

Молча они некоторое время смотрели друг другу глаза, словно в немом диалоге, но потом вмешался Рик.

— У нас по-прежнему часы тикают, время уходит, — напомнил он. — Нам нужно найти способ оградить людей от опасностей.

Оддэт быстро включилась в обсуждение и выдвинула свое предложение:

— Так пусть защищаются.

— Что? — С сомнением в нормальности переспросила Донна.

— Ну, там же все гарпии, — саркастически заметил заклинатель пламени и вздохнул.

— Такое себе предложение, — честно оценила Рокки.

— Да нет же, ну, послушайте, — Оддэт не сдавалась. — Я знаю точно, что в магии есть определенные обереги и амулеты. Пусть они не всесильны, да и не надо. Им достаточно будет отбиться. И все. И это при том, что кто-нибудь нападет. Я им помогу, буду сражаться, если понадобится. Вы же сами сказали: вы им не поможете, так ведь?

Феникс снова вздохнул, Донна стала девочкой пяти лет и принялась играть в классики, находя в рисунке на полу нужные квадраты.

— Ну ладно, — наконец, пожал плечами Рик и получил в свою сторону осуждающие взгляды. — А что? Какие еще предложения?

— А кто, по-вашему, займется изготовлением амулетов? — Возмутилась Рокки.

— Ты, — В унисон поддержали Феникс, Рик и Донна.

Оддэт даже растерялась от такого напора. Рокки так вообще оступилась.

— Чего?.. — Начало было она.

— Нежнее, — Попросил Рик.

— Да, сирена, сбавь обороты, мы еще нужны для дела, — поддержал Феникс.

— Я себя контролирую, — совершенно спокойно заявила на это Рокки. — Но как я могу что-то изготовить?

— О, это очень просто, дорогая, — Донна лет сорока пяти взяла под руку Рокки, сделала пару шагов, обнаружила под ногами кем-то потерянную ручку и подняла ее. — Берешь любой предмет и нашептываешь ему некие полезные свойства. Все, как тебя учили на острове, помнишь?

Рокки хотела еще немножко поспорить на эту тему, но потом внезапно поняла, что Донна права. Это стало понятно по просветлению на ее лице.

— Я тоже помогу, — бесстрашно шагнула ближе Оддэт. — Я знаю, я не самый идеальный пример защитницы, но изначально я ввязалась во все это только ради того, чтобы помогать людям. Мне просто хотелось иметь цель в этой жизни. Теперь она будет правильной.

— Здорово, — поддержал Рик, — нам бы уже выдвигаться, Скарлет там, наверное, рвет и мечет.

— Ой, переживет, — Рявкнула Донна.

— Эй, ты точно справишься? — С сомнением смотрел на Оддэт Феникс.

— Конечно, — Оддэт задрала голову, — я же, в конце концов, гарпия.

— Самокритично, — хмыкнул Рик.

Для разнообразия Оддэт не обиделась, только лишь пожала плечами.

— Догоню, — Чуть громче предупредила Рокки, и они с Оддэт шагнули к залу.

— Не задерживайся, — Предупредил Рик, а Донна проводила девчонок многозначительным взглядом.

Феникс уже спускался вниз…

Мрачные тени отбрасывали свои тяжелые отблески на одинокие деревья. Здесь было по-настоящему жутко. Все дрожало и вздрагивало при звуках монотонного голоса, читающего запрещенные всеми мыслимыми и немыслимыми правилами заклинания.

Заклинания.

Он открыл глаза. Кристиан. Здесь.

И тут я вдруг вспомнила бал. Ведь там должен был позднее появиться Заклинатель. Для чего? Для?.. Неужели он уже тогда собирался вызвать демонов?.. К кому он взывает сейчас? Я знала ответ, но не хотела в него верить. Земля умирала под его убаюкивающий голос, деревья превращались в пыль, растворяясь в вечности, истончались, рассыпались в прах.

Небо продолжало гневаться, гром отдавался теперь какой-то неприятной пульсацией. Тьма приближалась. Но действующие лица были на страже. Они знали, что приближается.

Он знал.

Царь.

Мистер Баррэт.

Он был не один, со своим Фридрихом, или как его там на самом деле зовут? Он не был близко, держался на расстоянии, но с его позиции можно было увидеть, где находится враг. Кристиан. Зачем? Ему же была не нужна искупительница. Что он делает? Какие другие цели преследует?

Как этот червяк вообще выжил? Это я про Кристиана, а не Баррэта. К последнему я все-таки относилась хоть и с относительным (опустим эпизод с угрозами), но все-таки уважением. Но вернемся к червяку — знаю-знаю, заклинатель смерти и все такое. Но все равно. Киан ему покажет. Скорее бы. А то достал.

Деревья продолжали превращаться в ничто. Прекраснейший лес исчезал, растворяясь в сумерках, и никто этого не останавливал. Кристиан шел против природы, против создания, против движения. Он уничтожал, истреблял, обращал жизнь в смерть.

И когда земля содрогнулась, Баррэт беззвучно позвал свою армию. Когда из воздуха материализовались Вороны, стало и страшно, и радостно одновременно. Волнительно. Целая сотня-другая черных, словно ночь порождений Тьмы. Все, как на подбор, явились из черных вороньих перьев.

Бас был в первых рядах. Я заметила и Дэмьяна где-то неподалеку. Их мыслей я не слышала, но и не нужно было. Понятно, к чему тут все готовились. Их силуэты в сгущающихся сумерках выглядели устрашающе, было вполне очевидно, на чьей стороне преимущество.

Баррэт внезапно отступил, он словно не собирался участвовать в том, что здесь произойдет. В общем-то и понятно, но все равно. Выпускать своих воинов — вперед. А сам в кусты. Не честно.

Впрочем, я по-прежнему ничего не могла, просто наблюдала за тем, что происходит и отчаянно хотела проснуться. Но ничего мне в этом не помогало. Власти над собой и своим телом не было, я даже не знаю, как я так каким-то образом подключалась к творившемуся вне зоны досягаемости меня в качестве самой себя и могла наблюдать за происходящим. Но, тем не менее, вопросов я не задавала, это оказалось полезным.

Кристиан закончил читать свои запрещенные заклинания ровно в тот момент, когда вокруг не осталось ничего. Только одинокое здание академии и вымершее поле. Казалось даже небо начало умирать, окрасившись в темно-серый и темно-синий цвета. Весь красивый бесконечный и умиротворяющий лес превратился в бесконечную пустошь.

Поле битвы.

Кристиан куда-то делся в тот момент, когда мертвая безжизненная воронка призвала в этот мир нечто более ужасное, чем все, что встречалось до этого. Я узнала скорее ощущение, нежели что-либо увидела. Я наблюдала в этот момент за Басом, и меня поразило, как он держался. Да, он был подневольным, но он был готов к схватке, он… он…

Мерцающий отблеск, вспыхнувших небес и я вдруг заметила в его глазах нечто иное. Я не замечала этого раньше, не думаю, что он бы показал мне это когда-нибудь, если бы не обстоятельства. Но Бас был не готов к схватке. Не потому, что у него не хватит силы, дело было не в этом. Он ведь был простым парнем, подростком, которому жить и жить. У него были свои мечты, свои планы, стремления. Они все еще у него есть.

Но вопреки дикому желанию вырваться из этого ада, отправиться в мирное светлое будущее вслед за мечтой, его по принуждению заставляли здесь находиться. Он этого не хотел, все его нутро отчаянно сопротивлялось. Его тело было напряжено, он как будто пытался сбежать, исчезнуть, спрятаться.

Но у него был приказ. И вынужденное подчинение. Он ничего не мог сделать.

Когда в нашем мире наконец появился тот страшный Демон, что владел душой Баррэта, в глазах Баса я увидела обреченность. Не знаю, почему он был настолько уверен в том, что ему в этой схватке не выжить, но, с другой стороны — а почему он должен думать иначе? Рэйвин и остальные изначально были Воинами, им было проще, когда они стали Воронами. Но Бас был человеком, ему все это было чуждо до мозга костей.

Но выбора по-прежнему не было, Вороны готовились биться.

Но все изменилось, когда Демон привел за собой свою армию. Тысячи демонов.

В мгновения они заполонили собой все то мертвое пространство, которое высвободил для них Кристиан. Их численное превосходство было настолько очевидным, настолько невыносимым, что даже Свет над ними померк, погрузив все, что их окружало, в беспроглядную Тьму.

Конечно же, ни Бас, ни другие Вороны, такого не ожидали. У всех на лицах застыл испуг и удивление. Они смотрели в саму суть растущей в разные стороны Тьмы, не в силах объять одним взглядом все разом.

Обреченность встала неизбежным одиночеством в глазах Баса. Он приходил к осознанию, что этот мир для него закончился. Все закончилось. Он остался один против тех, кого ему не победить. Он принял неизбежное — свою смерть.

Тьма стала надвигаться, Бас и многие другие Вороны начали обретать свою боевую форму, их со всех сторон потихоньку начинали окутывать черные перья. Это был приказ, неизбежность, но не желание. Они этого никогда не хотели.

Одиночество стало таким резким, оно буквально окружило Баса со всех сторон. Какая-то безумная надежда все еще теплилась в его взгляде, но постепенно умирала, пока армия демонов приближалась волной Тьмы.

И вот Бас достигает абсолютной точки невозврата, той самой, когда последнее, на что можно было бы положиться, предает и уходит с пути главного врага, но вместо решительных действий Себастьян лишь закрывает глаза. Он не хочет этого больше видеть. Рабство сломило в нем Свет…

Свет. Что-то мелькнуло слегка заметным росчерком, чем-то похожим на душу Царя. Но это была не она.

Что-то светлое, пока едва различимое, внезапно легло на правое плечо Баса. Я ничего не понимала, а Бас… Я никогда не забуду это мгновение. Все его страхи, сомнения, боль, одиночество, словно развеялись по ветру. Его лицо озарила медленная, но уверенная улыбка. Надежда вернулась.

Черты Света обрели вполне конкретные формы, за спиной у Баса появился силуэт.

— Неужели ты думал, что я оставлю тебя одного, лучший друг? — С теплотой произнес Грэй.

А потом белоснежные крылья расправились у него за спиной, озарив Светом и Баса и нескольких Воронов вокруг. Только теперь я заметила еще искорки Света, которые сыпались с неба, словно звездопад. Достигая земли, они вспыхивали, словно фейерверки, и появлялись ангелы. Все новые и новые ангелы.

Буквально за пару минут армию Воронов разбавили Светом, вперед выступили и они, Воины света. От них исходил самый яркий Свет. Всего лишь за каких-то несколько минут на стороне Воронов заметно прибавилось. Присутствие ангелов сделало свое дело и усмирило волну беспокойства, которая тревогой легла на всех принудительных жертв этой будущей кровавой бойни.

Теперь Бас не сомневался, он улыбался, и я была за него спокойна, ведь Грэй был рядом с ним.

Наступила темнота. Я сначала никак не могла понять, почему картинки больше нет, но потом вдруг начала догадываться, что дело здесь вовсе не в картинке. Стало нестерпимо больно, а потом я, словно поднимаясь из глубины, услышала чей-то голос. Чей-то очень недовольный голос.

Образ сопоставился моментально.

— Вставай, — Шлепнула меня еще раз по щеке Скарлет и в этот раз я уже проснулась.

Сразу разлепить глаза я не смогла. Голова была словно налита свинцом, тело настолько вымоталось и износилось, как будто я была девяностолетней старушкой, готовой отойти за ту сторону жизни. Точно не проснуться. А надо. Особенно, когда будит Скарлет.

— Давай, Солэнклэр. Некогда мне тут с тобой, — Ругалась Скарлет.

Видимо, она считала, что подобная мотивация хорошо работает на тех, кто не может проснуться далеко не по своей воле. Ох, как же мне плохо…

Теперь картинки, которые я видела, пока лежала без чувств, начали возвращаться. Рядом никого не было, чтобы меня спасти. Была только я, потому что и Грэй, и Рэйвин бились.

Звуки сражения донеслись до меня случайно, как будто до этого ничего не происходило. Как будто кто-то внезапно просто включил их. Но осознание того, что там происходит, заставило меня все-таки прийти в себя.

Или, по крайней мере, постараться прийти в себя.

Разлепив глаза, я села и попыталась понять, почему моя комната кружится так, словно она внезапно стала барабаном стиральной машинки. Голова, как же мне нехорошо.

— Давай, Солэнклэр, — поторапливала Скар, в этот раз уже не так категорично меня ругая.

Похоже, по мне все-таки было видно, что я способна едва ли на попытку встать. А я ведь знала, к чему она ведет.

Кое-как водрузив меня на свое плечо, Скар потащила меня на выход. Все плыло, ноги не слушались, я вообще ничего не соображала. Куда она меня вообще тащит в таком состоянии? Я понимаю, что война ждать не будет, но все же.

Громыхнуло так, что я даже в таком состоянии и то вздрогнула и чуть больше пришла в себя. Скарлет покачнулась от неожиданности, а я попыталась притормозить. Моя мучительница возражений не принимала, поэтому пришлось дать ей честное слово, что я буду в порядке через пару секунд, если мы остановимся.

— Значит, началось, — прислонившись к стенке, я заставляла себя фокусировать зрение.

Знаю, мало что может мне сейчас помочь, но над собой властна только я сама, поэтому добиться от себя нормального состояния я тоже смогу. Без вариантов.

— Еще как, — кривилась Скарлет, выглядывая в окно. — Давай, Солэнклэр, времени мало.

— Пока мы тут ждем, лучше расскажи, что делать, — предложила я.

Скарлет резко обернулась и взглянула на меня волком, мол: «Чо вякнула, червяк раздавленный?». Но потом проявила нотки терпимости и сдержалась.

— Расскажу по дороге, — решила она и вдруг глянула на мою шею. Затем она шагнула ко мне ближе и протянула ладонь. Я, естественно, перепугалась, но она меня не убила. Только забрала мой талисман, притягивающий петли. — Тебе он больше не понадобится.

Это меня так напугало, что я чуть не взвизгнула. То есть, если меня убьют теперь, я помру по-настоящему? То есть навсегда? Не скажу, что этот страх притупился раньше, ведь в конце концов околосмертное состояние малоприятно. Но сейчас я почувствовала себя как будто голой.

Так, где там Мелисса? Хочу затребовать свой защитный амулет обратно.

— Почему? — Жадно наблюдая за тем, как Скарлет убирает амулет в карман джинсов, спросила я.

— Петли теперь тебе не нужны, — объяснила она более спокойно и под очередной оглушительный грохот грома снова выглянула в окно, сверившись с происходящим. — Готова?

— Да, — красиво и уверенно соврала я, оттолкнулась от стены и чуть снова не рухнула.

Скарлет без возражений и лишних рассуждений поддержала меня, и мы поплелись вниз. В коридорах никто нам не встречался, но я и не ожидала никого здесь увидеть. Однако в главном холле первого этажа тихо не было. Я была удивлена, когда мы спускались вниз и оттуда доносились… звуки битвы?

Когда я вышла на балкон, мои опасения подтвердились. Внизу, и вправду, велась схватка не на жизнь, а на смерть. Демоны заполонили собой весь первый этаж, выскакивая из самых неожиданных мест. Но это на первый взгляд, в действительности дело было в разрывах.

Я знала точно, что это разрывы с того самого балла, демоны были теми же, их я уж запомнила, так запомнила, а еще в разрывах царила тьма. Страшно, не по себе, хотелось уйти. Но отступать нельзя. Да и некуда. Отсидеться где-нибудь в уголке явно не получится.

С демонами велось сражение. Причем сражались те, кто сражался с ними раньше. А точнее те, кто сделать этого семь лет назад полноценно не мог. Моя команда. Не знаю, почему, но от этой мысли меня пронзило такой гордостью, что я даже несколько растерялась. Голова закружилась, а мне этого сейчас не нужно.

Линь скакал по всему холлу, раздавая тумаки и оплеухи, дезориентируя жителей преисподней, а потом их добивал Грин, стреляя из своего обреза специальными зачарованными пулями. Вместе они действительно были настоящей командой.

Но на этом все не заканчивалось. Хлои использовала свои клинки, зачарованные магией, также подготавливая врагов к фатальному обстрелу охотника. Действовали они слаженно и уверенно. Такое тепло разливалось во мне каждый раз, когда я осознавала, что в скором времени мы будем отправляться на задания уже вместе.

Не знаю, что вдруг меня кольнуло, возможно, просто сошлось множество дорог, но, видя, как Хлои сражается сейчас, как сверкают ее клинки магией, как они забирают силы у демонов…

— Скарлет, — не громко позвала я. Судя по ее спокойствию, она уже догадывалась, о чем я собиралась ей сказать. — Хлои ведь потомок семьи Бонар, так ведь?

Скарлет не торопилась отвечать, молча наблюдая за схваткой какое-то время. Что-то далекое и очень древнее было в этом взгляде. Отклики воспоминаний.

— Когда я встретила Хлои семь лет назад в петле, — решила продолжать я, — она так и не призналась мне, зачем ей искупительница. Она ведь искала ее не для себя. Она искала ее для тебя.

Это уже было очевидно, поэтому Скарлет мне ничего не отвечала, да и я просто констатировала то, что поняла.

— Вот почему ты позвала их, всю команду. Да, они, конечно же, сильны, но… Хлои твоя родная кровь. — Я помолчала, стесняясь спросить то, что хотела. Да и могла ли я? Стоит попробовать. — Ты не ненавидишь их?

— За что? — Ее глаза пригвоздили меня к месту, как будто я собиралась бежать. — За что я должна быть зла на них?

Это был вопрос с подвохом, точнее даже не совсем вопрос. Он сам собой подразумевал, что я в очередной раз проявила свою тупость. Со Скарлет всегда так: если ты молчишь — тупой молчун. Сказал что-нибудь — тупой болтун. К несчастью, во многом она все-таки была права, как бы ни хотелось этого признавать.

— Ты не рассказала ему, — в попытке сменить тему, я выбрала не самую лучшую, особенно, когда Скарлет все сразу поняла, схватила меня за руку и потащила к лестнице дальше. Похоже, она собиралась пройти толпу. Решив не сдаваться, я тащилась за ней, как воздушный змей на ветру. — Феникс не знает, что ты и есть Ирэн.

— Пасть закрой свою, Солэнклэр, — Огрызнулась Скарлет и про себя я начала молиться всем богам.

Ладно-ладно, я пока еще жива, потому что явно нужна ей, раз уж она меня куда-то тащит.

— Скарлет, я не вправе лезть в твои с ним отношения, но ведь он нравился тебе тогда, — зачем-то продолжала копать себе могилу я. — Почему ты ему не скажешь?

Скарлет резко остановилась и зло заглянула мне в глаза.

— Открою, видимо, для тебя Америку, но вообще-то это не твое собачье дело лезть в жизни других, — Злилась она. — Перестань всюду совать свой нос. Достаточно и того, что я терплю тебя из последних сил, идиотка недоделанная.

Я знаю, я заходила на запретные территории, но почему-то от ее последних слов стало обидно.

— Так ты меня терпишь? — Не смело выдавила из себя я.

Скарлет лишь швырнула меня вперед, как какую-нибудь игрушку и двинулась следом. Ладно, понятно, не до душевных бесед сейчас, потом выясним, как я ей осточертела.

Только мы стали спускаться вниз, как из коридора, ведущего в актовый зал, внезапно выскочила Оддэт. Выглядела она очень возбужденной, а, как только влилась в толпу демонов, так вообще заорала, как резанная, и… мои глаза. Мои глаза.

За ней следом из коридора уверенно выскочила наша команда пловцов во главе с Джеймсом и Патриком, за ним следом еще десяток-другой студентов, даже студенток. Замыкала шествие раздосадованная Рокки, которая выглядела сейчас так, будто пыталась поймать всех вырвавшихся на волю цыплят, выбравшихся из коробки.

Но это ладно. Джеймс. Патрик. Идиоты.

Тем не менее, они рванулись на демонов так, словно делали это всю свою жизнь до этого. Сказать, что я была в шоке, это то же самое, что сравнить парад планет с обычным днем жизни дождевого червяка. Что происходит-то?

И вот Джеймс достиг демона, я уже подумала, что сейчас увижу его конечности, разлетающиеся по холлу, как вдруг в его зажатых кулаках вспыхнуло что-то беловато-голубое и он со всей силой ударил исчадье ада по голове, припечатав к полу.

Чего?

Поскольку студентов было много и все почти одновременно бросились в бой, демоны несколько опешили и сбавили обороты. Явно жизнь их к такому не готовила. Тут-то я и различила вопли Оддэт. Она орала: «В атаку.».

От возмущения я была готова лопнуть на месте, но не я одна. Скарлет резко обогнула меня и направилась к гарпии, я заторопилась следом, опасаясь, что сейчас Оддэт настигнет кара небесная. Скар могла.

— Ты что творишь? — Припечатала сперва взглядом заклинательница крови.

Еще завидев Скар в нескольких метрах от себя, Оддэт несколько съежилась и отступила, ее пыл поугас, она перестала скандировать подбадривающие речевки. Что на общий ход битвы не так уж и повлияло, мальчишки орали сами и пинали демонов, что было силы.

— Это не я, — Принялась оправдываться Оддэт. — Они сами захотели сражаться.

— Что значит «сами»? — Гремела Скарлет, перекрикивая даже гром, который по-прежнему пугал до чертиков. — Как они сами могли до такого додуматься?

— В некоторой степени она говорит правду, — подошла к нам Рокки с кислой миной. Сложив руки перед собой, она вздохнула и оглядела парней, которые бились с демонами. — Я стала зачаровывать их предметы одежды и прочую канцелярию, чтобы они при случае защищались. Ворвался демон, Джеймс попер, как идиот, но сумел справиться. На удивление.

Тут Рокки глянула на меня и, многозначительно вскинув бровь, добавила:

— Я всегда думала, что при случае Джеймс, как минимум, завизжит как девчонка и бросится наутек, а не вот это вот.

Я понимающе закивала. Да, с ней я была полностью согласна, Джеймс, и правда, обычно любил прыгать в кусты, нежели выходить вперед. Вот Бас — другое дело, он всегда выходил вперед и мог идти в бой. Он сейчас и бьется. Ладно, не отвлекаться.

— Короче давай, — Приказала Скарлет.

— Короче — они как поняли, что я сделала, оставили команду для защиты девчонок, а сами ринулись в бой. Мол: «Наша академия. Пошли эти демоны к черту.». Потом они ржали, как кони над собственной шуткой… — взгляд Скарлет, кого хочешь, напугает, — в общем, Оддэт их только поддержала.

— Что за заклинания? — Едва сдерживалась Скарлет.

— Стандартные защитные и атакующие.

— Они же умрут тут.

— Ну, а я что могу сделать? — Развела руками Рокки. — Я сдержу, что ли, этот табун? Донна сказала, что ничего страшного не случится.

— Если только мы не перестанем разводить нюни, — появилась и сама Донна в облике молодой девушки нашего возраста. — Сколько можно ныть, Скарлет? У нас, между прочим, есть дело.

Скарлет едва сдержалась, но все-таки вздохнула и окинула уничтожающим взглядом Оддэт, мол: «Это еще не конец». Но сказала ей другое:

— Не дай никому погибнуть.

Оддэт восприняла ее слова, как кредит доверия, выпрямилась, лицо ее посветлело, она сглотнула ком в горле и решительно кивнула. Похоже, для нее, и правда, было важно выбрать правильную цель в жизни. Представляю, что произойдет, когда все закончится. Надеюсь, Оддэт не сильно расстроится.

Больше времени разговаривать, не было. Мы двинулись на выход, за несколько шагов до дверей переглянувшись с Хлои. Она сначала заметила Скарлет и крикнула ей что-то о защитных заклинаниях в академии, заклинательница крови коротко и многозначительно кивнула, а затем выбежала на улицу. Потом Рокки и Донна оказались снаружи, а я дождалась, когда Хлои посмотрит на меня, ободряюще улыбнулась и, поймав ее теплую улыбку в ответ, выскочила следом.

Что творилось снаружи — это ужас. Небо было затянуто тяжелыми тучами, которые клубились страшным смерчем вокруг битвы, которая происходила где-то слева. Как я и видела в своем видении, леса больше не было. Ничего уже не было на многие километры вокруг. Одна только пустошь.

Ни Воронов, ни ангелов, ни демонов я не разглядела, только две абсолютные величины, столкнувшиеся в страшнейшем противостоянии — Свет и Тьма. Впрочем, нам было совсем не в ту сторону. Скарлет подозвала меня, и мы рванулись куда-то в противоположном направлении от здания академии.

Бежали мы долго, но наша цель была в зоне досягаемости. Я увидела Феникса и Рика, которые уже караулили в отдалении. Завидев нас, мне показалось, они заметно расслабились. Похоже, они ожидали нас уже довольно давно. Судя по тому, что воздух вокруг них вибрировал, а реальность отливала всеми цветами и красками, какие только возможны, они здесь времени зря не теряли.

Пока мы бежали, на нашем пути стали встречаться разрывы. Они появлялись, словно тени, ветром накатывая на нас воспоминаниями. Вот пропала Скарлет, потом вскрикнула и появилась чуть позади. Потом исчезла Рокки, шумно воскликнув какие-то ругательства, после чего свалились мы все, включая Скарлет. Рокки — сирена — это довольно сомнительное удовольствие.

Какое-то время ее не было, потом она буквально свалилась с неба, каким-то чудом не переубивав нас своим громким испуганным воплем. Когда она поднялась на ноги и отряхнулась, похоже, она только в тот момент вдруг поняла, что наделала. У нас разве что только кровь из ушей не шла.

Слегка вспыхнув, Рокки опустила глаза и тихо буркнула себе под нос: «Извините». Скарлет лишь скривилась недовольно и, молча, прошла мимо нее. Мы снова шли вперед.

Так здорово было без амулета. Во-первых, ничего больше не слепило глаза, во-вторых, я больше не попадала в петли… Кто-нибудь, стукните меня. Вот в тот самый момент, как я об этом подумала, я тут же угодила в петлю. Разрыв настиг и меня. К моему же великому счастью я не угодила в лапы демонов. Я угодила в руки лучшего друга.

— Стопэ, красотка, — Скривился в самодовольной улыбочке Бас, как только я на него налетела.

М-да.

Лес вокруг все еще был, время позднее, но еще не снег. Если Бас такой… Стоп: а что еще я не сделала в петлях такого, о чем я раньше знала?

— Себастьян, — сделав глубокий вздох, я уверенно взяла его за руку и улыбнулась, — ты должен мне помочь.

Бас удивленно уставился на меня, завис на пару мгновений, потом заморгал, дав понять, что процессы в его голове снова запущены и нахмурился.

— Ты вообще кто? — Хмыкнул он слегка похабно.

Если бы я не знала его сейчас, я бы такого не стерпела. Но да ладно, едем дальше.

— Мы с тобой потом поближе познакомимся, — решила поторопиться я, потому что реальность за спиной Баса начала слегка разъезжаться, снова выпуская меня в мое время. — Просто запомни: ты должен помочь Грэю. Понял?

Времени выслушивать ответ уже не было, я оббежала Баса и бросилась в разрыв — мало ли? Вдруг это ненадолго? Судя по тому, что никакой закономерности в том, что происходило нет, не думаю, что я могу запросто выбраться из любой петли.

Выскочив наружу, я увидела Скарлет и остальных заклинателей в нескольких шагах впереди. Они все ждали меня, уже встретившись с Риком и Фениксом. Я даже не взглянула на Скарлет, боялась, что она сейчас меня одним взглядом испепелит. Просто добежала до остальных и остановилась.

— Еще раз для тех, кто уже в курсе и для тех, кто еще нет, — быстро говорила Скарлет, — расходимся все на равные расстояния и занимаем каждый свою позицию. Как только увидите, что заклинатель по правую от вас руку занял свое место, используем силу. Солэнклэр — за мной.

Задавать уточняющие вопросы, раздавать более подробные указания, Скарлет не стала. Просто направилась уже как будто бы вдоль периметра. Остальные тоже заторопились разойтись. Рокки, Донна и Рик перешли на бег, один только Феникс шел неспешно, как будто даже поспевая за нами.

Может быть, я не права, может быть, мне так только показалось, но он все смотрел на Скарлет…

И тут я поймала его взгляд, а затем ухмылку, мол: «Да-да, помню тебя, сумасшедшая». Ладно, проехали. Все равно не понимаю, почему Скарлет ему не расскажет.

— Скарлет, — несмотря на то, что я бегала почти каждый день по наставлению моей учительницы, сейчас я за ней едва поспевала. Будем надеяться, что это из-за осколков реальности, а не я так позорно проигрываю трехсотлетней старушке. Или сколько Скарлет лет-то, вообще? — Портал открыл заклинатель смерти. Зачем ему это?

— Ты правильно заметила, Солэнклэр, — обернулась на меня она, — от смертей он становится сильнее. Но не только ему это нужно.

Мои глаза округлились.

— Баррэт его попросил?

Скарлет только фыркнула, набирая скорость.

Значит, Кристиан по-прежнему не гонялся за искупительницей, но свою роль тоже сыграл. Заклинатель смерти. Чертов.

А ведь смерти сделают его сильнее. Как теперь Киану с ним биться? Лучше бы Кристиана просто как-нибудь засосало в какую-нибудь умирающую реальность, и он там схлопнулся. Отличный план. Мне только сценарии к приключенческим фильмам писать.

— Слушай внимательно, — раздавала указания Скар, — когда займешь позицию, ровняйся на меня. Первое и главное — как только ты активируешь силу, тебе запрещено уходить с позиции, это ясно?

— Да. А что делать-то?

— Нужно поставить щит из молний, — объяснила Скар, а я удивленно уставилась на нее, даже притормозила.

— И все?

— Что значит «и все»? Не помню, чтобы ты в этом сильно преуспела, — Отругала меня Скарлет.

— Я защищала Воронов…

— Ой, хватит Солэнклэр, — отрезала она, и даже остановилась, — ты только и делаешь, что хвастаешься своими достижениями. Лучше бы ты подумала о том, что нужно сделать, чтобы сравниться с сильнейшими, а не довольствовалась малым.

— Но щит…

— И что? Если бы ты и щит не научилась ставить, то тебя и заклинательницей было бы не назвать. Это основа и ты с ней справилась. Но хвалиться абсолютно нечем. Твоя лень невыносима. Возьми себя уже в руки. Все, что ты делаешь — не твоя заслуга.

— Я стараюсь…

— Ничего ты не стараешься, — отмахнулась Скарлет. — Ты даже искупительницу найти не смогла нормально.

— А вот тут позвольте не согласиться, — Быстро выпрямилась я, пытаясь казаться выше. — Я знаю, кто она.

Первое мгновение Скарлет еще хотела сказать что-нибудь вроде: «Да ты даже не знаешь, кто на тебя смотрит из отражения в зеркале», но потом поняла, что я серьезно. Та жадность, проснувшаяся в ее глазах, показалась мне всеобъемлющей. Это было желание человека, отчаянно хотевшего получить заветный приз.

— Кто? — Серьезно, без обиняков и обвинений.

Я сглотнула ком в горле, почему-то немножко испугавшись уверенности Скарлет. Честно говоря, я испытала некую ревность из-за того, что Скарлет узнает, кто она просто так, ведь я так долго и отчаянно старалась ее найти и у меня это получилось. А она что для этого сделала? Знаю, глупо, но уже ничего не поделаешь. Во мне вновь взыграла гордыня.

— Сначала скажи, почему ты не говоришь Фениксу правду, — обрадовалась чему-то я.

— Шантаж? Серьезно? — Скарлет аж скривилась от неприязни. — Солэнклэр, это тебе не шутки. Говори.

Что-то в выражении ее лица переменилось, через секунду я поняла почему. К нам приблизился заклинатель пламени. Обойдя нас со Скар, он прошагал еще несколько метров, а затем замер. Все то время, пока он шел, глаз от нас он не отрывал. Слышал ли он наш разговор? Что он на нас смотрит?

После затянувшегося молчания сомнений не осталось — он что-то знает. Но потом он вдруг сказал:

— Это мое место.

Скарлет скривилась и отвернулась, вздохнула, чтобы успокоиться, и не успела я хоть что-нибудь сказать, как она схватила меня за руку и потащила дальше. Других заклинателей уже не было видно.

— Прости, я не видела, что он рядом, — пыталась оправдаться я, когда мы отошли на достаточное расстояние, чтобы Феникс нас уже не слышал.

— Куда ты вечно лезешь, Солэнклэр, — злилась Скар, — что тебе вечно неймется. Зачем тебе это, ну вот скажи мне?

В ее голосе я услышала отчаяние и меня это покоробило. Знаю, она права. Раз или два просто сделав что-то более или менее нормальное, я уже возомнила о себе невесть что. Совершенно незаслуженно, я знаю, но так хотелось бы верить, что я хоть что-то могу, я хоть что-то способна исправить.

Вздохнув, я решила говорить правду.

— Прости, Скар, я знаю, ты меня едва терпишь, я избалованная девчонка, принцесска, которая уверена в своей исключительности. Но на самом деле я ведь знаю, что ничего не могу. До сих пор даже со всеми своими достижениями. Которых нет. Мне просто хотелось хоть к чему-то быть причастной, хоть что-то сделать правильно. Ни Бас, ни Грэй, ни кто-либо еще не стали теми, кого я спасла. Ничего, я ничего не сделала. Я бесполезна. И тебя бесит, что мне отводят большую роль, чем я того заслуживаю.

Скарлет на меня так посмотрела, что ответила на все мои вопросы разом. Да, именно так она и думала, если не хуже. Да, я ее бесила, и да, она не в восторге от того, что приходится меня терпеть. О последнем она мне уже ранее неоднократно говорила.

— Тебе отвели именно ту роль, которая тебе подходит, — скрепя сердцем заметила Скар, сложив руки перед собой. Я молча двинулась дальше, она также молча скорректировала меня, чтобы я шла в нужном направлении, а не куда я там намылилась. — Дело вообще не в роли, дело в твоем желании всем управлять.

— Чего?..

— А что ты устраиваешь? Шантажировать меня решила? С чего ты взяла, что у тебя есть на это право? Хочешь знать, почему я не говорю Фениксу, что я — Ирэн? А с чего я должна ему говорить? Он помог мне выжить, а потом заточил в гробницу. С чего ты вообще решила, что я к нему хоть что-то испытываю?

И тут я вдруг вспомнила о Басе и о его заточении. А, правда, почему я вдруг решила, что Скарлет должна быть Фениксу благодарна? Ее жизнь была не подарком, она еле-еле выживала под гнетом всей семьи, которая ее откровенно ненавидела… Ее брат, ее отец… Меня вдруг пронзило нереальной идеей. Я заглянула Скарлет в глаза.

— Ты хотела умереть, — заключила я.

— Да, хотела, — Воскликнула она. — И сейчас хочу, и ты даже не представляешь как. Они обрекли меня на вечность. И нет, глупая, дело здесь не в благодарности сестре. За что я должна быть ей благодарна? За то, что она заточила меня? Знаешь, почему я вообще выжила? Дело не в том, что я заклинательница крови или была когда-то искупительницей, а в том, что я не исполнила свой долг. Так уж вышло, что я должна была умереть и тогда бы кровь передалась дальше, но из-за того, что кровь похитили, я застряла. В этом мире и в этой чертовой жизни. И я не выберусь, пока не исполню свой долг. Это мое проклятие. И это мое единственное предназначение в жизни. А не какие-то шуры-муры с тем, кто из меня сделал мученицу.

Вот блин. Ну почему я вдруг стала считать себя экспертом в чужих жизнях? Я ведь даже в своей жизни не могу разобраться, не то, что в других. Но со своими советами и гениальными предложениями лезу исправно. Молодец я, ничего не скажешь.

Мне стало так стыдно, что хотелось просто провалиться сквозь землю. Скарлет была права во всем относительно меня. И это меня угнетало больше всего.

— Прости, — вздохнула я. — Это дьяволица.

— Что? — То ли не расслышала, то ли не поняла Скарлет.

— Искупительница — дьяволица.

Скарлет притормозила, а затем и вовсе замерла. По ней было сложно сказать, о чем она думала, но то, что она думала, это было яснее ясного. Какое-то время она молчала, переваривая полученную информацию, а мне уже хотелось напомнить, что там вообще-то гром гремит, и схватка Света и Тьмы ведется. Но я не спешила, я и так много чего натворила и наговорила, лучше мне будет помолчать. Начинаю понимать целесообразность молчания.

Наконец, когда я уже решила, что Скарлет впала в кому, а битва на задворках потихоньку начала расползаться и опасно приближаться к нам, что конкретно стало меня нервировать, Скарлет отмерла.

— Киан, — заключила она, как будто бы связав все развязанные узелки у себя в уме. — Значит… — ее глаза коснулись меня, — она может переходить сторону?

Хотелось мне, конечно, самодовольно заявить, мол: «А ты этого не знала?», но в то же время я все-таки решила для себя больше не умничать, я ведь тоже не знала этого и даже не подозревала о том, что такое вообще возможно. Пока Киан не рассказал мне.

— В этом была и моя ошибка, — призналась тут же я. — Оли ведь сказал, что она человек, вот я и искала человека. Подумать, что она могла бы быть дьяволицей…

Скарлет сделала глубокий тяжелый вздох, как будто бы даже не слушая мои попытки подмазаться к ее недомыслию, поэтому я и замолчала, ожидая, что скажет теперь она.

— Ты с ней разговаривала? — С тревогой в голосе спросила она.

Хотелось, конечно, немножко порассуждать на тему: «А почему это у тебя такой страх в голосе? Боишься, что я все испорчу?», но я решила вести себя по-взрослому.

— Нет. Киан говорил.

Скарлет чуть нахмурилась и глянула на меня с не меньшим подозрением. Ее взгляд смягчился, и она снова вздохнула.

— Он тебе сказал? — Уточнила зачем-то Скарлет. Я лишь кивнула, закусив нижнюю губу. Так, чего щеки-то вспыхнули? — А что он сказал ей?

— Правду. Она и знала уже ее. Просто Киан убедил ее, что ты все сделаешь и избавишь ее от этого… — тут-то я и застопорилась, быстро заглянув в глаза Скарлет, — но… но…

Скарлет разозлилась, схватила меня за руку и потащила дальше. Ну, нет уж. Я такого момента не упущу.

— Скарлет, но если ты заберешь ее силу, то она точно также застрянет в своей жизни, так ведь? — Сделала вполне приличный вывод я. — Так же нельзя. Ты страдаешь из-за этого… Какой твой план?

Скарлет не ответила, просто встала внезапно и дернула меня, развернув лицом к битве, которая творилась вдалеке.

— Слушай внимательно: сейчас стоишь здесь, смотришь направо. Как только к тебе подберется огонь, сразу же ставишь щит, поняла?

— Скарлет, пожалуйста, — Вцепилась я в нее, пока она не ушла. — Что ты хочешь сделать?

Ее любимый взгляд: «Хватит вякать, мошка.», но я его выдержала в этот раз. Я повторила свой вопрос, но Скарлет не была настроена отвечать мне.

— Ты доверилась мне во всем, что сейчас происходит, — напомнила мне она, — доверься и в этом.

— Но ты ведь не поступишь с ней так же, как поступили с тобой, так ведь? — Кинула ей в след последний вопрос.

Но Скарлет и его проигнорировала, перейдя на бег, рванувшись к своему месту. Я посмотрела направо — Феникс виднелся маленькой фигуркой в отдалении, других я уже видеть не могла. Если бы я только могла встретить Киана…, а чтобы я ему сказала? На самом деле планы Скарлет мне были неизвестны, она по-прежнему все утаивала и скрывала, черт бы ее побрал. Нужно было думать об этом, а не о каких-то там шурах-мурах.

Чувствую себя полной дурой. Почему я не попыталась узнать обо всем раньше? Почему я не могла просмотреть Скарлет? Ее имя у меня есть, но сейчас решительно нет никакой возможности просмотреть прошлое. Или… Скарлет там все еще бежит, может, у меня есть минутка? Ну, свалюсь я, ну, подумаешь? Я еще слаба после осколка, можно все списать на недомогание.

Дрожащими руками я залезла в карман джинсов… Потом другой, еще один и еще… Камня не было. Я посмотрела в след Скарлет. Кто еще мог это сделать? Никто не знал, а она понимала, откуда я узнала и о ней, и о ее прошлом. Значит, она не хочет, чтобы я узнала правду. Во что я, черт возьми, ввязалась?

Тем не менее, Тьма и борющийся с нею Свет продолжали накатывать призрачным угрожающим облаком, которое пыталось накрыть собою как будто бы всю площадь, которую заполняла. Поднимаясь к небу, оно словно проникало в саму суть существования.

И тогда я вспомнила то, что видела в прошлом Рэйвина. То самое первое противостояние, когда не было абсолютно ничего, кроме Света и Тьмы. Не уверена, что рада видеть подобное вживую, мне было достаточно наблюдать за всем во сне.

Меня по-прежнему никто не спрашивал, как я ко всему этому отношусь (с ужасом, если что), просто Скарлет запустила свою магию и началось. Я все время думала, что заклинательница крови может показать? Какой у нее щит? Что она вообще умеет? Будет ли ее магия зрелищной? Будет. Еще как.

Щит, который она воздвигла так, словно насыпала себе хлопьев в миску, был потрясающе угрожающим. Черно-бордовые потоки возникли из земли, словно кровь, которую Скарлет использовала, принадлежала именно природе. Мурашки побежали по телу, это не то слово, но дальше больше. Следующей была Донна, я так полагаю, запустившая в воздух щит из золотисто-белых сплетений. Он был ласковым, он был правильным, что и говорить? Заклинательница жизни.

Рокки я видела плохо, но все же смогла разглядеть ее магию. Она взметнула в воздух целую волну, которая прежде чем стать непроходимой стеной, пролилась с неба сильным дождем. Рик поднял в воздух… воздух, вставший непроходимым смерчем, а затем и заклинатель огня создал словно ворота в ад. Да, я помнила жар его огня, от этого невольно становилось не по себе.

Но времени тут трястись не было, нужно было переходить к главному. Я сделала глубокий вздох, сосредоточилась, и с неба полились молнии. К сожалению, сразу же показать высший класс не получилось. Сначала парочка молний ударили в землю в нескольких метрах впереди, какие-то угодили в академию (к счастью, здание находилось под какими-то чарами, что не позволило мне его уничтожить — неловко получилось вообще-то), несколько — в борьбу сражающихся. Но потом все вроде бы наладилось, и я выдала вполне себе приличный щит.

Заметно расслабившись, я мельком глянула в сторону Скарлет. Даже на таком расстоянии я видела ее взгляд неодобрения. Ну что? Я разволновалась. Все-таки столько заклинателей, не хотелось опозориться. Что я в итоге и сделала.

Ладно, едем дальше. Точнее, стоим и ждем. Неизвестно чего.

А стоять пришлось достаточно долго. Кто бы мог подумать, что это будет так утомительно. Сначала я еще напрягалась, думала, что придется сражаться, но ничего не происходило. Сила текла сквозь меня, легким покалыванием разливаясь по всему телу. Было интересно, но не настолько, чтобы возводить самоанализ происходящего в нечто абсолютное.

Схватка пульсировала Светом и Тьмой где-то вдалеке, а я уже стала подумывать, на кой фиг мы тут все встали? Я имею в виду — они там вроде и сами справляются не плохо, наш круг почета что-нибудь значит? Должно ли произойти что-нибудь такое, из-за чего наше несение поста могло бы сделаться достаточно эффективным? И кому-нибудь нужным?

Не знаю, почему все это начинало расслаблять меня, возможно, щит, который я создала, источал собой такую непреодолимую мощь, что мне как будто бы все сделалось по плечу. Отчасти так и было, но еще сильнее меня обдавало жаром пламя Феникса. Честное слово, это было зрелище не для слабонервных. Жар огня, мощь света, рокот живого пламени даже иногда перекрывал собою раскаты грома. Небо по-прежнему гневалось, и во всей этой какофонии звуков и света я даже не представляла, как можно, будучи такой песчинкой, на что-то вообще повлиять.

Все происходило, словно во сне. То ли молнии начали как-то не так на меня влиять, то ли Свет и Тьма стали нагнетать атмосферу, но чувствовала я себя не в своей тарелке. Может быть, это из-за осколков, я не знаю, однако, когда я услышала сначала, как разбились окна где-то в академии, я не сразу сообразила, было ли это реальностью или же игрой моего воображения.

Несмотря на то, что хотелось бы понимать, что там творится и не переживать, к сожалению, все происходило не по сценарию. Было слышно, что там, за стеной академии, явно разворачивалась схватка. Ну, или что-то в этом роде, я не знаю, видно не было.

Я глянула в сторону Скарлет — она сосредоточенно смотрела прямо перед собой, а точнее, как мне показалось издалека, она была сосредоточена на битве Света и Тьмы. Ладно. Я глянула на Хранителя библиотеки — он тоже не так, чтобы сильно заморачивался по поводу того, что происходило за академией.

Битва набирала силу, увеличивалось в размерах и облако Света и Тьмы. Как бы ни хотелось видеть примерно равное количество, это было не так. Тьма побеждала, разрасталась, с каждым новым завитком гром гремел все сильнее. Единственное радовало — это мои молнии. Они дарили мне хоть какую-то защиту.

Что-то мелькнуло на задворках того места, где по моим предположениям велась схватка. Сначала я еще пыталась догадываться, что это там происходит, но потом что-то настолько мощное внезапно буквально разорвало стену, превратив ее в мелкую крошку, и разрушило большую часть внешней облицовки.

Это было похоже на взрыв, но необычной формы, как будто что-то словно ударилось… О, Боже.

Когда камни разлетались в разные стороны, поднялась страшная пыль, сквозь которую едва ли что-то можно было разглядеть. Но, когда все более или менее успокоилось, среди булыжников, валявшихся на земли, я вдруг различила человеческий силуэт. Сначала ветер взметнул в воздух темные волосы, потом она вскочила на ноги и с нечеловеческой ловкостью скользнула в сторону.

Дьяволица. То есть искупительница. Через пару мгновений стало ясно, с кем она сражается. Догадаться было не так уж и сложно. Кристиан.

Заклинатель смерти швырялся в дьяволицу… Мелиссу смертоносными заклинаниями, явно пытаясь ее уничтожить. Не то, чтобы они старались к нам приближаться, просто схватка невольно приблизилась и велась теперь примерно между мной и Фениксом. В этом всем я не понимала только одного: где Киан? С ним все в порядке? После всего, что я узнала и увидела, я более чем уверена в том, что Киан первым делом вступил в схватку с Кристианом.

Тогда — что же произошло? Неужели с Кианом что-то случилось? Ладно, не будем о грустном. К тому же эти двое приблизились достаточно, чтобы можно было слышать, о чем они разговаривали. Не особо, конечно, это был разговор, скорее ругань, но все же.

— Все, что тебе нужно было сделать, это убить его, — Злился Кристиан, отправляя в сторону Мелиссы новые и новые убийственные заклятия. Казалось, его злость управляет им больше, поэтому каждая новая атака была чуть меньше предыдущей, да и вдобавок меткость страдала. — Ты, слабая и никчемная девчонка. Нужно было просто убить тебя.

— Да, но теперь поздно причитать, слизняк, — поднявшись на ноги, отряхнулась Мелисса. — Ты сам в это влез, ты всю эту кашу заварил. Неужели ты не знаешь миф об Эдипе?

— Причем здесь женитьба сына на матери? — Раздраженно прогремел Кристиан и попытался взять дьяволицу обманом.

Да, не плохой ход, его заклинание появилось незаметно. Но это же дьяволица, с чего это она должна была попасться на его такую уловку? Он сам сделал из нее монстра, что теперь причитать?

— Да нет же, идиот, — рассмеялась она, ловко уйдя в сторону. — Возьми ту же историю. Кир и Астиаг. Кто-то когда-то кому-то сделал предсказание. Астиагу сказали, что его внук займет его место на троне. Тот так испугался, что сослал Кира в дальние дали. Но в конечном итоге именно это и положило начало исполнению предсказания.

Дьяволица ухмыльнулась.

— Все, что тебе надо было сделать, это просто отпустить, — покачала головой она. — Ты даже не знал его (это она, видимо, про Киана), с чего он бы вообще пришел по твою душу? Если… — Мелисса поморщилась, — конечно, она у тебя вообще есть.

— Ты что, серьезно? — Фыркнул Кристиан. — Ты думаешь, я буду слушать эту чушь? Единственное, на что ты могла бы сгодиться, ты и то не сделала. Все твое существование — ошибка. И да, ты можешь вилять и уходить от меня, но не забывай: я тебе не какой-нибудь глупый демон, падкий на твои уловки.

— Почему ты выбрал меня? — Казалось, дьяволицу в этот раз совсем не задели слова Кристиана о никчемности и прочем. Почему же тогда мои задели? Блин, надо бы извиниться. Наверное. Но я же это не очень люблю… — ты мог выбрать на эту роль любую.

— Ты что? Серьезно? — Кристиан буквально упивался своей издевкой. — Только ты могла сделать его человеком, ослабить его, сделать его смертным, бессильным. На этот случай я бы убил его сам, но решил, что будет лучше, если это сделаешь ты.

Дьяволица улыбнулась во все свои белоснежные тридцать два зуба и ушла еще от парочки атак.

— А это даже забавно, — продолжала улыбаться она. — Я не особо заморачивалась по этому поводу, но… я ведь всегда знала, что сила Киана не в его демоне, но именно он защищал его от таких, как ты.

— Чертова ведьма, — Кристиан разозлился сильнее.

Схватка снова возобновилась, Кристиан отравил, мне кажется, даже воздух, столь интенсивными стали его атаки. Но дьяволица была хороша. Никогда не используй чужую слабость, она потом может стать именно той силой, которая тебя победит.

— Но я не ведьма, — каким-то образом оказавшись рядом с заклинателем смерти и даже полоснув ему по шее клинком, самодовольно напомнила Мелисса.

Кристиан яростно пытался отшвырнуть девчонку, а та уже замерла в нескольких метрах от него.

— Но ведь ты же знаешь, что искупительницу найти или обнаружить нельзя, — справедливо напомнила Мелисса, — как же нашел меня ты?

— А это очень забавная история, — ухмыльнулся Кристиан, пытаясь заставить себя успокоиться. Дьяволица умела бесить, не то слово, а сейчас она пользовалась своим даром с лихвой. — Я ведь никогда не искал именно тебя, как искупительницу, я всегда искал способ уничтожить своего врага. Это было случайное стечение обстоятельств, которое привело меня к тебе. Забавно, не правда ли? Я никогда не искал тебя, но нашел, против всех тех, кто положил жизни на то, чтобы забрать твою кровь.

— Да, прям, обхохочешься, — съязвила Мелисса и бросилась в атаку.

Пока эти двое сражались, я заметила некое движение на задворках академии и оторвала взгляд от дьяволицы и заклинателя смерти.

Киан.

Он брел от академии неуверенной походкой, явно пытаясь ускориться, но по нему было понятно, что ничего у него не получалось. Так или иначе, но он держал меч, пусть не очень уверенно, да и выглядел он — краше в гроб кладут, но он шел на бой.

Только, когда он подошел ближе, я вдруг заметила, что вся его голова была в крови. Он пострадал, не знаю из-за чего, может быть, дело рук Кристиана, но сейчас он явно был не готов к борьбе. О чем и попыталась ему заявить Мелисса. Отправив в Кристиана залп черной магии, девчонка приблизилась к Киану и…

Все произошло слишком стремительно, чтобы я смогла что-то сообразить. Сначала Кристиан слишком быстро опомнился и пришел в себя, вернувшись к схватке. Что-то столь молниеносное сорвалось с его ладоней, чего человеческим глазом заметить было нельзя. Просто случилась какая-то вспышка, словно даже магии рядом с Кианом и Дьяволицей, а потом меч упал на землю, а Киан подхватил Мелиссу.

Его взгляд менялся стремительно, из потерянного и едва ли способного сфокусироваться на тревожный и отчаянный. Зато Мелисса почему-то все больше расслаблялась, на ее губах появилась улыбка. Не та, которую она любила надевать маской на лицо дьяволицы, нет. Это была та самая улыбка, которая столь редко трогала ее до глубины души в самые чистые и светлые минуты ее жизни.

То, что Киан что-то говорил, я даже не сразу поняла, просто его бесконечное повторение слова «нет», мольба и просьбы сливались в один сплошной поток. Мелисса тоже пыталась что-то говорить, но мне этого было не услышать.

Просто в какой-то момент Мелисса решила действовать наверняка и приложила ладонь к губам Киана, чтобы не дать ему больше говорить.

Свою окровавленную ладонь.

Только в это мгновение я заметила, что под девчонкой уже растеклась огромная лужа крови, последние капли священной крови беспощадно утекали, глаза Киана пронзила невыносимая боль. Он отвел ее ладонь от своего лица, поджал губы, чтобы только не выдать слез и крепко прижал к себе Мелиссу. Та все еще улыбалась, обнимая Киана в ответ.

Я понимала, что происходит, но поверить в это не могла. За помощью я обратилась к Скарлет, но та хоть и наблюдала за всем происходящим, не пыталась нарушить границы нашего круга заклинателей и поспешить спасти искупительницу. Почему? Ведь это все, ради чего мы все здесь собрались. Какого черта она делает?

Мелисса потеряла последние капли, жизнь ушла из ее тела, и она обмякла в руках Киана. Тот до последнего не хотел мириться с тем, что только что произошло. Искупительница погибла. Все кончено. Все было зря.

Это было настолько не реально, что я просто пыталась изо всех сил зажмуриться, сморгнув то, что только что случилось прямо у меня на глазах. Не может этого быть, ну, не может. Как так вышло? Да, Кристиан, конечно, заклинатель смерти, но и Мелисса не последний инвалид. Как так вообще произошло?

— Победа бывает сладка только, если достается тяжелым трудом, — приближался Кристиан, пока Киан укладывал на землю бездыханное тело Мелиссы. — Но, если то последний шаг, его все же можно сделать легко.

Оказавшись рядом, Кристиан окутал свою ладонь самым что ни на есть омерзительным и отвратительным ворохом заклинаний смерти, на которые был способен. Он собирался нанести последний удар, и если бы время могло замедлиться, я бы могла хотя бы попытаться закричать, на большее я была просто не способна.

В последний момент перед ударом Киан поднял глаза и… они были красными, наполненными горем. Я ведь видела, как он любил ее, как он действительно сделал все, на что был способен. Все ради нее, ради ее спасения, ради ее жизни. И все это оказалось напрасным.

Удар случился слишком неожиданно. Я поняла, что была совершенно не готова к этому. До последнего мгновения я надеялась на то, что все обойдется. Все разрешится. Но удар смертельной магии разошелся в разные стороны, словно круги на воде, задев даже нас. Я почувствовала взрывную волну, и только стена из молний смогла защитить меня от неизбежной смерти.

И так израненная земля пошла рябью, такое чувство, словно она умерла дважды. Это был смертельный удар, способный разрушить целые города. Кристиан был жутким заклинателем, не представляю, почему…

От своих мыслей я отвлеклась довольно быстро, когда заметила силуэт Киана. О том, что он жив я даже помыслить не могла, поэтому решила, что он просто… замер? Когда заклинания смерти немного рассеялись, стало понятно, что удар по какой-то причине не уничтожил его… Стоп.

Мелисса не могла умереть, у нее ведь был мой амулет защиты, тот самый, который я изготовила и обронила в прошлом на концерте, но она погибла. А Киан нет.

Небольшое, но довольно действенное голубовато-белое поле окружало Киана, он был под защитой. Мелисса отдала ему мой амулет.

Но не только.

Облизнув губы, Киан медленно поднялся на ноги. Тот жест, Мелисса не просто закрывала ему рот, она дала ему своей крови. Она знала. И специально сделала его сильнее. Способным победить заклинателя смерти.

Глаза Киана вдруг вспыхнули красно-черным пламенем, его тело отозвалось на запретный и желанный плод любых демонов, он начал меняться. Сказать, что эти изменения затрагивали его силу, я не могла. Скорее всего так и было, но еще он менялся внешне. Черты его лица обострились, зубы заострились, мышцы превратились в тугие жгуты, разорвав одежды только лишь своим напряжением.

Это больше был не тот Киан, которого я знала. Это был высший демон.

И этот Киан уже не собирался вести беседы.

Сорвался с места он внезапно и неожиданно. Кристиан отскочил в сторону и в последнее мгновение сумел отбить смертельный удар. Потом он огляделся, но Киана нигде не было. Куда он делся? Мы же посреди поля…

В этот раз все случилось не менее быстро, чем в прошлый раз. Кристиан был готов отбиваться, молниеносное движение и… демон разорвал заклинателя на куски. На малом он не остановился, продолжив кромсать тело. Я не смогла на это смотреть и отвернулась. Это был не Киан, это был настоящий демон. Страшный, беспощадный, злой. Я даже не была уверена в том, что он до сих пор сохранил остатки разума. Может быть, но… если честно, мне не очень-то хотелось это проверять.3ec623

Противостояние между Светом и Тьмой достигло апогея, мне пришлось вернуться взглядом к происходящему. Я старалась выбирать то, на что смотреть, но получалось не очень хорошо. Я все равно не могла не обращать внимания на то, что Киан творил с Кристианом…

Когда все было кончено, гром разразился таким страшным раскатом, что вздрогнула сама земля. Киан выпрямился и обернулся, как будто почувствовал мой взгляд. Его руки и лицо были все в крови, я не хотела додумывать эту мысль до конца, поэтому просто смотрела на Киана, пытаясь отгонять от себя любые домыслы. Знал ли он, что я напугана? Думаю, да, ведь у меня на лице все было написано. Но понимал ли он вообще что-нибудь?

В мою сторону он так и не двинулся, я даже не до конца уверена, что он смотрел именно на меня. Просто, развернувшись, он доковылял до тела Мелиссы и взял ее на руки, отправившись к академии. Что он собирался делать, зачем он ее куда-то понес, я не знаю, но не в силах была его остановить. Да и зачем? Таким Кианом я была напугана гораздо больше, чем даже бездушным Рэйвином в то время, когда он еще был просто Вороном.

Волна Тьмы внезапно накатила на нас со всех сторон, словно цунами. Сначала я даже не поняла, что происходит, просто вокруг все заволокло тенями. А потом был удар, столкнувшийся с моим щитом, но все же пошатнувший и меня с ним. Сначала я просто чуть оступилась, но потом пришла еще одна волна и буквально толкнулась в меня, словно разъяренная толпа крепких людей.

— Стоять, Солэнклэр, — В перерыве между волнами услышала я громкий окрик Скарлет.

Взглянув на нее, я поняла, что и ей тоже не просто, однако таков был план. Вот, что мы должны были сдерживать. Я подумала о Киане и о том, как же его эта волна не сшибла с ног. Но потом я снова вспомнила о собственном амулете защиты и шумно выдохнула. Не скажу, что я была рада за него теперь, но, по крайней мере, неожиданных смертей мне ждать не придется. Самой бы еще выстоять.

Волны продолжали на нас накатывать. К моему великому сожалению каждая новая была сильнее предыдущей. Они сбивали с ног, жалили, словно тысячи ос, отнимали воздух, зрение и слух. Все тонуло в этой Тьме. Но наш плотный круг заклинателей не позволял этому темному потоку прорваться наружу. Думаю, если бы так случилось, он бы просто принялся заволакивать собой всю землю. Вот чего мы пытались избежать.

Почему это бьет по нам Тьма? Неужели она побеждает? Неужели Свет проигрывает? Этого ведь не может быть.

Удар. Еще один. Волна стала гораздо выше нас самих. Я невольно свалилась, едва успев удержать свой щит, чтобы только следующий удар не вырвался наружу. Меня сбило с ног, я завалилась на землю, молнии сбивались с четкого направления, мой щит разваливался по частям. Испугавшись, что я все испорчу, я быстро глянула в сторону Феникса — оказалось, он боролся с теми же трудностями. На данный момент он тоже валялся на земле, пытаясь подняться и совладать с собственной магией.

И тут вдруг все замедлилось и даже замерло. Я сначала не поняла ничего, просто решила воспользоваться минуткой и встать на ноги. Было сложно и тяжело, но я это сделала. Обернулась на Скарлет и обомлела. Сейчас рядом с ней стоял какой-то старик в балахоне… Фридрих. Ну, или как там его? Короче — заклинатель времени.

Отсюда было ничего не услышать, но было видно, что они о чем-то разговаривали. Не скажу, что Скарлет была в восторге от данного разговора, но о чем-то они явно договорились, потому что когда Фридрих отошел в сторонку, Скарлет как будто определилась с каким-то планом действий. Нам она о нем не рассказала, просто снова встала твердо и уверенно, приготовившись, видимо, ловить кита, я не знаю.

В общем, когда и мы более или менее приготовились к очередной волне, Фридрих отошел на достаточное расстояние и, как оказалось, снова запустил время. Удар пришел мгновенно. Меня заволокло непроходимой пеленой, вторгшейся в мой щит. Что?

Удар, еще один, еще… Я попыталась сосредоточиться, призвать больше молний, но любое действие было бесполезно. Никто ничего не кричал, я вообще ничего не видела, даже своих молний, не то что Феникса или Скарлет. Дышать стало почти невозможно, я почувствовала себя в самой гуще разрушительного шторма. Безысходность…

В самый темный и безнадежный час мою душу внезапно кольнуло чувство. Что-то теплое и абсолютное, что-то спасительное и живительное, немного грустное, но в то же время умиротворяющее и спасительное.

Голос.

Это была словно бы песня, больше всего походившая на колыбельную, она убаюкивала и обволакивала со всех сторон, заставляя даже Тьму как будто бы отвлекаться от своих собственных прямых обязанностей. Это было странно, но…

Так вот, значит, какой силой обладала Рокки. Какую же мощь сковывала ее надуманная Тьма, в которую она добровольно спрятала себя от этого мира. И вот что дарует Свет, если осмелиться и перестать прятаться за собственными страхами.

Ее голос звучал чем-то значительным, чем-то столь естественным, словно шелест ветра в листве деревьев вкрадывался в каждую частичку воздуха столь гармонично и всеобъемлюще, будто это именно то равновесие, которого все так долго ждали. Как же была прекрасна та песня, которую я слышала впервые в жизни, но она как будто играла нотками моей собственной души.

И Тьма замерла. Побеждая, владея абсолютным преимуществом, она вдруг покорилась. Маленькие едва заметные крупицы Света вдруг стали зарождаться в тенях, словно лучи солнца среди облаков после грозы, гром потихоньку переставал греметь, превращаясь словно в смирного дикого зверя, опасность для которого постепенно уходила, растворялась в вечности.

Буря стихала, борьба успокаивалась, Тьма постепенно становилась податливой, смиренной, она обращалась в воздух, растворяясь, словно сахар, в горячей воде. Постепенно и все вокруг прояснилось, небо разверзлось такой казалось уже далекой синевой, облака впустили солнечный свет. Задули живительные ветра. Сквозь призраки мертвой реальности проступала другая. Живая. Мерцая, словно новогодние гирлянды, сквозь мертвую пустошь проявлялись сотни деревьев. Все плохое заканчивалось, Свет побеждал.

Не знаю, в какой именно момент я или другие заклинатели поняли, что пора снимать щиты, но в то же время Рокки перестала петь. Душа, конечно, успокоилась, но стало немножечко грустно, что столь прекрасная песня закончилась. А я ведь думала, что ее голос теперь способен только уничтожать…

Как только умиротворение развеялось, сразу же взметнулась тревога. Я глянула на Скарлет за ее одобрением, она как будто этого ждала и коротко кивнула. В то же мгновение я резко сорвалась с места и бросилась бежать к месту битвы. К этому времени все уже закончилось, но я по-прежнему видела силуэты Воронов и демонов вдалеке. Мне нужно было знать, чем все закончится.

Куда делся Киан я так и не поняла, возможно, он в здании академии, я не знаю, но сейчас я видела только далекую фигуру Баса. Мне нужно было еще добежать, но меня никто особенно не ждал, оттого я и успела увидеть, как демон, против которого бился Свет, рассыпался в пыль. Почти вслед за ним моментально исчез и Баррэт.

Как только я приблизилась к Воронам, я увидела Баса, глянувшего на меня почти свободно. Как будто его больше не сковывали никакие приказы и вечное рабство. Затормозив, я попыталась перевести дыхание и позволила себе облегченную улыбку. Вороны были свободны, ведь Баррэта больше нет, а именно он был их Хозяином.

Я подошла поближе к Басу и выдохнула. Он смотрел на меня и улыбался. Выглядел он так, будто сбросил груз огромной ответственности. Теперь все будет хорошо. Он вернется к своей семье, закончит академию, заживет своей спокойной жизнью…

Яркий, ослепляющий Свет внезапно поглотил Баса и других Воронов. Зажмурившись от него после столь поглощающей Тьмы, я упустила важный момент и открыла глаза только в тот момент, когда все закончилось. А что именно закончилось, я так и не поняла. Просто я осталась стоять посреди то поля, то леса одна. Что? Что произошло?

— Бас? — Зачем-то позвала пустоту я.

Потом еще раз и еще раз. Но ничего не произошло. Я осталась на поле совершенно одна. Ни Воронов, ни демонов, ни ангелов, ни Воинов света.

Отчаяние не успело накатить на меня похожей на Тьму волной. Что-то громко щелкнуло, как будто заработал неизвестный мне механизм, я резко обернулась и увидела только яркую вспышку. Потом наступило еще большее ничто.