— Так нельзя. — Качал головой Киан.

— Все, хватит уже, — возмущался и Грэй. — Больше она за осколками не отправится. Ты ее видела? Да она чуть жива.

— Но все-таки чуть, — резонно заметила Скарлет и раздраженно вздохнула. — Слушайте, я уже устала от обсуждения одной и той же темы. Мы не приходим ни к чему новому, не затрагиваем никаких новых тем, просто «Клуб Вилу» меня поносит, а я продолжаю объяснять, что ничего не изменилось и не изменится. Предлагаю поберечь это драгоценное во всех смыслах время и заняться главным: спасением этого чертово мира.

— Мы просто беспокоимся о ней, — в свою защиту заявил Грэй.

— Если бы я действительно думала, что это ее убьет, я бы вообще не позволила ей в это все встревать. Давайте на этом остановимся и завершим наши бесполезные дискуссии.

— Что будем делать, Скар? — Уточнил Киан.

— Пока она будет восстанавливаться, мы отправимся за заклинателями, — обвела всех присутствующих уверенным взглядом Скарлет. — Мы должны торопиться, поэтому — разделимся.

— Откуда ты знаешь столько заклинателей, и почему уверена, что они все нам помогут? — Уточнил Киан.

Скарлет улыбнулась. Даже не верится, что когда-то она была неуверенной забитой девушкой по имени Ирэн.

— Долг платежом красен, — сообщила заклинательница крови.

— То есть ты предлагаешь нам выбивать долги? — Повел бровью Киан.

— В твоих способностях я не сомневаюсь, — все улыбалась Скарлет.

— Кто останется с Вилу? — Уточнил Грэй.

— Никто. Мы уедем ненадолго.

— Но…

— …чем быстрее мы призовем всех заклинателей, тем быстрее все встанет на свои места.

— А если другие реальности снова начнут сливаться? — Уточнил Грин.

— Из-за того, что мы разъедимся на какое-то время, магическая подпитка должна ослабнуть, следовательно, петли поуспокоятся, как и во время каникул.

— Но нас мало, — мрачно заметил Грэй. — Как мы должны перевесить целую академию?

Скарлет мило улыбнулась.

— Как мало веры в собственные силы, — съязвила она.

Грэй ничего не ответил, просто мысленно внес Скарлет в список «Убить до Рождества».

— Рокки тоже вернется? — Нервно уточнил Оли.

— Конечно, — как будто видя насквозь провидца, подтвердила Скарлет.

Оли тут же стал пунцовым и скукожился. Я, прям, видела, как в его голове рисуются образы ее возвращения. Интересно, как она изменилась? Изменилась ли вообще?

Провалы во времени мне были не ведомы. Больше разговора между Скарлет и ее бандой (думаю, она именно так себе это все и представляла) я не видела. Впрочем, заострять свое внимание на этом моменте я не стала, переключившись на нечто другое.

На удивление я увидела Оддэт, которая все еще в том же настроении «без духа» брела по коридору. В одежде она по-прежнему выбирала только черный, выглядела также надменно и устало, как и в прошлый раз. Может, только волосы уложила.

И вот, когда ничего не предвещало, прямо перед ней появляется он. Даже в побочном эффекте реальности меня несколько кольнуло, но я по-прежнему была только сторонним наблюдателем.

Оддэт отступила, заметно удивилась, но… все-таки признала.

— Себастьян Блэкторн, — холодно и отстраненно назвала его она. — Я думала, ты умер.

Сволочь. Эту Оддэт мало за волосы оттаскать.

— Так и есть, — отозвался в ее мыслях Бас. Она же была гарпией, поэтому разговаривать с ней он мог беспрепятственно. Конечно, она слегка дернулась, но предпочла вести себя так, словно понимает, что происходит. — И умру окончательно, если это не исправить.

— Чего? — Оддэт уж совсем скорчила недовольную рожу и даже почти собралась уходить.

— Стой, — Бас схватил ее за руку, Оддэт вырвалась так, будто он ее жизни угрожал.

— Не трогай меня, — Взъелась эта несносная девчонка. — Я и ответить могу.

— Извини, — тут же ретировался Бас. — Но мне нужна твоя помощь.

Оддэт сначала просто стояла и смотрела на Баса безразличным взглядом, а потом, когда поняла, что Бас это серьезно, ее глаза округлились, и она ими выразительно захлопала.

— Моя? Ты что? С дуба рухнул?

— К сожалению, у меня нет выбора, — признался Бас. Я заметила на его лице тревогу. — Вилу не просыпается, а остальные… куда-то делись.

О, Боже. В смысле? Что произошло? Я хотела бы переживать и волноваться, но пока не могла дозваться до своих чувств.

— И что? — Брезгливо оглядывала Баса эта девчонка, — Я здесь причем?

— При других обстоятельствах я бы не стал просить, но… — Бас сделал паузу, — ты единственная, кого я знаю, и кто может меня выслушать сейчас.

— Но мне вообще нет дела до ваших дурацких игр.

— Это не игры, — Бас решил перейти к делу. — Воины света нашли наше убежище, они уже вырвали нас из той реальности в эту. Они собираются нас уничтожить. Но они не знают, что если они попытаются это сделать, баланс сил не восстановится, он, наоборот, перевесит в сторону зла.

— Ты вообще в своем уме? — Скривилась Оддэт. — Ты во что хочешь меня втянуть?

— Пожалуйста, Оддэт, мне больше не к кому идти.

Как же это?.. Как же это могло произойти? Значит, Рэйвин специально подождал, пока все так сложится, чтобы избежать преград в лице меня и остальных? Как же подло и несправедливо. И это Воин света…

— Я в этом не участвую. Мне абсолютно все равно до ваших разборок. Я в это не полезу.

Чтобы больше не продолжать эту беседу, Оддэт развернулась и уже хотела уходить, но у Баса не было других возможностей. Он оббежал Оддэт и снова преградил ей путь.

— Оддэт, — в глазах Баса я вдруг увидела то, чего не было ранее, — ты помнишь, как мы познакомились?

Судя по тому, как перекосило Оддэт, она помнила это очень хорошо. На ее щеках даже появился румянец. Но она предпочитала защищаться.

— Что тебе не дает покоя та ситуация? — Раздражалась она. — Я же сказала тебе уже. Тебе показалось.

— Нет, я не о том, — настаивал Бас, — вспомни, как мы разговаривали тем вечером.

Оддэт сжалилась и вздохнула, уткнувшись взглядом в плинтус. Бас воспринял это как знак доброй воли.

— Зои ведь нарубила дров, а ты встала на ее защиту и аргументировала ее позицию так, что ни у кого вопросов не осталось, помнишь?

Глаза Оддэт округлились.

— И ты что? Хочешь, чтоб я — гарпия, доказывала Воинам света, почему вас убивать нельзя? Да меня в клочья изорвут первую.

— Оддэт, я понимаю, это непросто, но у меня больше никого нет. Я прошу тебя. Пожалуйста.

— Да ты с ума сошел? Не стану я так подставляться и рисковать. Я — порождение тьмы, я…

— Ой, да ладно тебе, — Прервал ее Бас, не выдержав всего этого неизвестно откуда взявшегося пафоса. — Я — порождение тьмы. А ты выбрала это своим хобби. Эти девчонки обработали тебя и заставили думать, будто ты вершишь какие-то судьбы. На самом деле ты просто строишь мину и притворяешься, будто знаешь больше остальных.

— Какую еще мину я строю? — Начала голосить Оддэт, словно нарастающий вой серены.

— Ты не знаешь настоящей тьмы, ты даже понятия не имеешь, насколько это ужасно, быть в рабстве зла. Это невыносимо. Но тебе же не нужна ничья сторона, ты думаешь, за тебя уже ведется схватка. Но это не так. Тебе просто нравится твоя драма. Ты можешь двигаться вперед, чего-то достигнуть, но ты же этого не хочешь.

— Да что ты знаешь обо мне? — Разозлилась Оддэт и пнула Баса в грудь, оставив ему следы от когтей. — Я хотела изменить мир и именно поэтому гарпии выбрали меня.

— Они выбрали тебя, потому что им нужен был кто-то третий к сроку, — поправил Бас. — И ты была не первым выбором.

— И это ты так пытаешься заставить меня тебе помогать? — Прищурилась Оддэт, сложив руки перед собой.

— Я веду все к тому, что, выбрав стать гарпией, ты хотела вершить человеческие судьбы, — продолжал Бас, немного скривившись на последних словах. — Сейчас я предлагаю тебе остановить кровопролитное побоище, несравнимое с несколькими жизнями. И я знаю, что ты сможешь.

— Ты сам сказал, что пришел ко мне, потому что никого больше нет, — Тут же возмутилась она.

— Оддэт, — Он встряхнул ее.

— Нет, — Снова вырвалась эта девчонка и уже более решительно стала уходить.

Что оставалось делать Басу? Только применять последнее оружие.

— В тот день ты сказала мне, что я тебе нравлюсь, — Он шел ва-банк, Оддэт это не понравилось. Что? В принципе, не удивительно, Бас всем нравился. Даже мне. — Значит, ты меня обманула?

— Не смей, — Оддэт разозлилась, стала потихоньку превращаться в гарпию, когда обернулась и снова посмотрела на Себастьяна.

Между ними теперь было большее расстояние, но напряжение стало сильнее.

— Я знаю, что ты мне не лгала, — добивал Бас. — Я был дураком, собирая чужие чувства к себе, я это знаю. Но сейчас я не пытаюсь тебя этим унизить, я просто прошу тебя о помощи.

Бас был искренним, я это понимала, да и Оддэт это тоже приняла и даже почти сдалась. Значит, она ему признавалась в любви? Думаю, это тоже сыграло свою роль в росте лютой ненависти к моей персоне. Все же думали, что мы с Басом чуть ли не тайно встречаемся на всю академию. Впрочем, после некоторых событий становится действительно понятно, почему.

Но это сейчас не важно.

Оддэт раздумывала, стояла и пыталась найти отговорки, почему ей все это претит. К несчастью, она их находила.

— Я не могу, — наконец заключила она. — Может быть, я и не самое ужасное создание на земле, но давай по-честному: я выбрала тьму сознательно. Не потому, что я хорошая. А потому, что я совсем наоборот. Может быть, и не абсолют, но…

Бас вдруг начал растворяться в черных перьях, а Оддэт мгновенно переменилась в лице и рванулась за ним. Да, похоже, она рассчитывала бесконечно пререкаться и вести долгие беседы о своей избранности и нелегкой судьбе, а тут…

Если бы не ее гарпия, она бы не успела. Баса призвали, это было ясно по тому, как он перепугался. Но Оддэт успела схватиться за него и перенеслась вместе с ним. Сначала ее мир поглощала беспроглядная тьма, но спустя несколько секунд она рассеялась и Оддэт огляделась. Как это ни удивительно, Бас, как и все другие Вороны, оказались возле круга, который раньше мог защитить от них, а сейчас он был разрушен моими молниями.

Оддэт огляделась, все-таки такое не каждый день происходит, присмотрелась и… обнаружила Воинов света. Их было… на самом деле, тот же состав, что были раньше Воронами. Разве их не мало? Уже неважно.

Оддэт взглянула на Баса, сглотнула волнение, кивнула и шагнула было к Рэйвину.

— Это не твоя битва, — вдруг сообщил Рэйвин и повел рукой в сторону.

Оддэт тут же заволокло белыми перьями, и она перенеслась в свою комнату. Так. Откуда это Рэйвин знает, где комната Оддэт? Что это за?..

Гарпия быстро сообразила, где находится, поднялась, огляделась, вздохнула и рванулась куда-то из комнаты…

Следующее, что я почувствовала, была боль. Я резко проснулась и вскрикнула. Да, я лежала на своей кровати, а возле моей двери мялась Оддэт. Судя по адской боли в боку, она меня сильно приложила. Когда я нашла ее взглядом, она тут же вскинула руки вверх и принялась оправдываться.

— Не бей меня молниями. Я это не со зла, — Затараторила она. — Мне просто нужно было тебя разбудить…

Глядя сейчас на нее, я вдруг поняла, что она меня боится. Что же — наконец-то. Но об этом позже. Если Оддэт тут меня пинает, значит, все то, что я только что видела…

Бас.

Резко вскочив на ноги, я тут же рухнула на пол, пытаясь прийти в себя. Голова кружилась так, словно я летела в вакуумной комнате, которую трясло и разворачивало одновременно. Похоже, Оддэт разбудила меня раньше времени. Я еще не восстановилась, но…

— Грэй, — Стала звать я, пытаясь подняться.

— Ты что? Рехнулась? — На всякий случай уточнила Оддэт.

— Где мой телефон? — Заорала я.

Оддэт дрожащими руками нашла мой мобильник и протянула его мне. Встать на ноги… стоило мне парочки жизней, честно слово, это было ужасно. Но я пыталась ползти к цели. Одновременно с этим я стала набирать номер моего ангела.

— Помоги мне, — Снова теряла равновесие я.

— Они хотят их убить… — начала бормотать Оддэт.

— Я знаю, — прервала я, — веди меня.

Оддэт покорилась и выволокла меня в коридор. С опорой в ее лице я даже перебирала обессиленными ногами быстрее. Грэй не отвечал, а я понимала, что причина этому банальна. После того, как он вернулся с небес на землю (как есть), мобильным он не пользовался. А с кем именно он отправился за заклинателями, я не знала. Как мне был нужен Грэй.

Но теперь я действительно одна. Странно, что Оддэт помогала, но… Похоже, она и правда не так плоха, как я о ней думала. Или это из-за Баса? Неважно. Главное, что она мне помогает, потому что сама я не смогу…

Силы уходили стремительно, меня мутило, голова раскалывалась, все, что я видела перед собой, разваливалось на части. Так плохо мне не было даже, когда я тащила осколок. Я не преувеличиваю, восстановление в этом всем было слишком важным пунктом. Но, тем не менее.

Каким-то чудом Оддэт выволокла меня на улицу и потащила к полю боя. На мое счастье мы успели как раз вовремя. Ну, это я так думала.

— Рэйвин, пожалуйста, — Крикнула я ему издалека, когда кое-как настроила зрение и поняла, что Воины света двинулись на Воронов.

Все взгляды присутствующих — сотни-другой Воронов и семи Воинов света — обратились в нашу сторону.

Я попыталась рвануться вперед, но только шлепнулась на землю под оглушающие вопли Оддэт о том, куда я рванула и какого вообще черта.

— Рэйвин… — я пыталась до него дозваться, но он все стоял на месте. Ладно, хотя бы стоит, не атакует Воронов. — Пожалуйста…

Он сомневался, я это поняла, когда меня Оддэт снова на ноги поставила. Ему требовалось принять решение, но, как оказалось, оно было не окончательным.

Он все-таки шагнул ко мне, подошел, забрал у Оддэт, и я почувствовала его исцеление. Возможно, я восстанавливалась все дольше именно из-за того, что он перестал приводить меня в норму. Становилось лучше, значит, я могла собраться с мыслями.

— Ты не понимаешь, что делаешь, — говорила с ним я. — Не допусти этой ошибки, я прошу тебя, пожалуйста.

Мне хотелось его близости, хотелось его тепла, отклика в его душе. Но вся наша проблема заключалась в одном простом, но фатальном факте: души у него не было. Он был холоден и беспристрастен, он просто приводил меня в чувство, а я понимала, что как только это закончится, он…

Бессилие роняло за меня слезы, я не могла его остановить, я это понимала…, я… понимала…

— Пожалуйста, — сжимала его одежды в своих руках я, как будто это могло его остановить, как будто это могло помешать. — Прошу тебя. Если ты хоть когда-нибудь любил меня, даже с моим амулетом, я прошу тебя, остановись.

Рэйвин молчал, просто смотрел мне в глаза, и я вдруг увидела в них не Воина света, а Ворона. Как будто мы вернулись в то самое время, когда он только стал моим… прислужником. Таким далеким, недоступным. Чужим.

Беспощадность в его глазах убивала, уничтожала одними лишь намерениями. Мне становилось страшно, но я не готова была смириться…

— Знаешь, ведь можно было пройти этот путь и освободить вас от рабства тьмы, — дрожала моя нижняя губа, — но из сердца эту тьму уже не выгонишь. Ты навсегда будешь ею проклят.

Ничто, ничто его не трогало, мне становилось лучше физически, но… это означало только одно.

— Я выбираю лучшее для этого мира, — тихо сказал Рэйвин.

— Ты убиваешься невинных, — все сопротивлялась я.

Он понимал, что не дозовется до меня, поэтому отпустил и… как будто забрал с собой мою душу. Слезы лились не прекращаемым потоком, но я не собиралась отступать. Я задержалась лишь на мгновение, а затем двинулась следом. Рэйвин не рассматривал меня, как преграду, ему было все равно.

— Я боролась за тебя, — Кричала ему в след, но он все шел. — Я готова была умереть за тебя. Но ты променял чувства. Ты выбрал вершить чужие судьбы. Не за тебя я рисковала своей жизнью, не за тебя. Не за…

Рэйвин вдруг обернулся, и в его ладони я увидела свой амулет с частичкой души. Он чувствовал, он сейчас чувствовал. Когда он забрал его? Как? Зачем? Так вот почему мне показалось, будто он забрал мою душу…

— Чтобы я знал наверняка, как это, чувствовать, что теперь ты выбираешь его, — с обидой в голосе вдруг заявил Рэйвин, махнув в сторону Баса.

— Рэйвин…

— …не смей мне говорить о том, кто за кого боролся, — Рэйвин злился, я видела, как на моих глазах в нем закипает ненависть. — Ты знаешь правду. И я знаю правду. И это… — гримасы боли я не ожидала увидеть на его лице, — я всегда выбирал тебя. Всегда.

— Это неправда, — парировала я, глотая обиды и слезы. — Ты выбрал мою смерть.

— Потому что такова была моя сущность.

— Нет. Потому что таков был твой выбор. Ты до сих пор выбираешь тьму.

— Я выбираю общее благо.

— Ты так решил, — Я шагнула к нему ближе. — Ты. И никто другой. Кто твой Бог? Есть ли кто-нибудь в этой жизни, ради кого ты выбираешь свое проклятое благо? Неужели ты еще не понял? Демон выбрал тебя не потому, что ты был силен. А потому, что ты был слаб. Ты и другие Воины. Слаб духом. И ты мог пасть. И ты пал. Но Свет всегда давал тебе выбор, никто тебя не осуждал. До сих пор не осуждает. Господи, Рэйвин. Вы творили просто невообразимые бесчинства. Но ты стал Воином света. СВЕТА. Ты никогда не задумывался — почему?

— Я вернулся к истокам.

— Нет, ты вернулся к своему выбору. Знаешь, ведь Бас и другие Вороны тоже делали этот выбор. И даже несмотря на проклятие, они выбрали Свет. А ты, несмотря на свое происхождение, свое освобождение, все равно выбираешь тьму.

— Ты не знаешь ничего обо мне, — холодно, все еще с обидой.

— Боюсь, я ошибалась на этот счет. Мне казалось, что я не знаю тебя, мне казалось, что я тебя не понимаю. Но на самом деле все гораздо проще, чем могло бы быть. За тысячелетия ты так и не понял самого главного. Это было не проклятие, это было твое испытание.

Испуг в глазах Рэйвина пронзил меня, словно гипноз. Сама не знаю, как пришла к этому, но по какой-то причине я оказалась права. Только потому, что он выбрал собственную слабость, забрав амулет, он вдруг испытал неуверенность, обернулся, взглянул на других Воинов света. Не знаю, что происходило, но мне казалось, что и Блэйк, и остальные как будто бы тоже ощутили отголоски страхов, пронзивших Рэйвина.

Но, как известно, страх умеет завладеть и разумом, и эмоциями одновременно. Страх умеет проникнуть в такие глубины, какие не бывают доступны даже нам самим. И если это происходит, именно страх берет верх, он занимает трон и правит беспощадно, уничтожая и разрушая даже сильнейших изнутри.

И сейчас он выбрал себе новую цель.

— Я не был предназначен для этого, — вытянул ладонь с моим амулетом, неспокойно произнес Рэйвин. — Я создан для совсем других свершений. Прости…

Он сжал ладонь сильнее, и мой амулет разлетелся на множество искрящихся осколков, осыпавшись мелкой переливающейся, как будто волшебной, крошкой на землю. Сразу за этим незначительным на первый взгляд действием последовал неожиданный раскат грома. В марте? Серьезно? Природа гневалась, я это чувствовала, но…

— Выбор — слишком не прочная величина, — стараясь убедить в первую очередь самого себя в том, что эмоции ушли и больше не вернутся, произнес Рэйвин.

А потом он взглянул на Воронов и двинулся в их сторону. Как и другие Воины света. Я сорвалась с места и бросилась бежать к Басу.

— ВИЛУ. УХОДИ.

— УХОДИ ОТСЮДА. СКОРЕЕ.

— БЕГИ, ДУРА.

Начали предупреждающе кричать мне Вороны. Наперебой они пытались мне помешать, а я уповала на мою самую лучшую учительницу в мире. Скарлет. Небо гневалось снова, а я встала перед Басом и возвела дрожащие руки к небу. Да, я боялась. Кто сказал, что страх обошел меня стороной? Я ощущала угрозу, я знала точно, что Рэйвин не остановится, но я рассчитывала на помощь стихии.

Молнии.

Разлившись, словно водопадом, они посыпались с небес, разрезая оставшееся пространство между нами. На одной стороне — Воины света, которые забыли, за что сражаются, а по другую сторону — мы. Сотни незнакомых мне Воронов, которые оглушают меня угрозами, мольбами и уговорами о том, чтобы я бежала. Чтобы я спасалась. Ведь я в смертельной опасности…

— Вилу, — Орала на меня и растерявшаяся Оддэт.

Она не приближалась, да и чем она смогла бы помочь, если бы оказалась рядом? Я просто была удивлена видеть на ее лице отчаяние и сожаление, как будто ей действительно было не все равно.

Но было поздно. Все происходило слишком быстро, чтобы чему-то мешать, но…

Бас схватил меня неожиданно, развернул и закрыл собою, прижав к себе. Я понимала, что он делает, но продолжала держать щит из молний. Как и сказал когда-то Рик — он мне пригодился.

Еще одно гневное послание с небес оглушило так, что даже напугало меня на мгновение больше всего, что и так происходило вокруг. Это, и правда, был гнев небес, и я точно знала, что пока это всего лишь предупреждение. Но это не останавливало их, Воины света шли напролом.

В последнее мгновение где-то между молний я увидела глаза Рэйвина. В них было сожаление, и это почему-то тронуло меня. То есть: «Я тебя, конечно, убью, но мне жаль». Печально…

Что-то абсолютное вместе с рокотом грома стало обрушиваться на мой щит. Я пыталась призвать больше молний, но атака Рэйвина просто прошла сквозь них.

— НЕТ, — Взвизгнула я, схватила Баса и попыталась его развернуть.

Он стоял насмерть, держа меня в своих руках, прижимая к себе. Защищая меня. Все было бесполезно. Мои молнии не остановили их, не смогли.

Я не смогла…

В этот раз рокот грома разразился из каких-то самых далеких далей, возрос и взорвался ужасающим возгласом неба. Он мгновенно подавил все другие страхи. Дрожало все — земля, воздух, деревья, облака, как будто даже сама реальность. И в тот самый момент, когда я услышала такой не реальный шепотом Баса у себя в голове, обронив последние слезы, огромная бездна уничтожающего Света коснулась нас с ним.

Не помню, когда я обняла его в ответ, как прижалась, как осознала, что именно он мне сказал…

Но тут нас как будто бы дернуло в разные стороны, пытаясь разлучить. Каким-то чудом мы все-таки удержались, Бас просто не допускал мысли о том, что будет возможным вообще когда-нибудь меня отпустить.

Мне хотелось знать, ведь Себастьян все-таки подставился под удар, мне нужно было видеть, что произошло. Я распахнула глаза и глянула ему через плечо. Реальность, словно расходящееся по швам платье, сейчас разверзлась в разные стороны в том самом месте удара, куда метили Воины света. Именно это в конечном итоге смогло поглотить всю силу и мощь, обрушившуюся на нас.

Как и я, как и другие Вороны, Воины света так же не ожидали ничего подобного. Рэйвин и Блэйк отступили первыми, замешкались, а рокот небес разразился новой атакой. Реальность трещала по швам в буквальном смысле. Что же произошло?

Из недр земли раздался словно бы гул, мы дружно вздрогнули, пошатнулись, но потом мой амулет на шее вспыхнул, словно солнце, разлетаясь, казалось, даже смертоносными лучами фиолетового цвета в разные стороны. Я попыталась отстраниться от Баса, чтобы ненароком его не ранить, но он не отпускал, сжимал меня в своих руках.

— Бас… — прошептала его имя я.

Он открыл глаза и взглянул на меня обреченным взглядом. Он не просто был готов принять смерть, он уже это сделал. Он ее принял. Смирился. Он меня не отдавал. Я едва соображала, дрожа в его руках. Неужели я слышала его слова? Неужели я действительно слышала, как он сказал мне?..

— Ты не ушла, — смертельная опасность все еще угрожала мне, поэтому он говорил со мной в моих мыслях.

А я? А я не знала, что сказать, просто стояла и всхлипывала, подавляя в себе вспышки страха, когда очередной рокот прокатился по небу. Я просто прижалась к нему, позволив ему обнять меня снова. Не верится, что мы все еще живы…

Каким-то образом нас закинуло в петлю. Я это поняла случайно, когда чьи-то крики отвлекли мое внимание. Была ночь, холодно. Я поежилась, но Бас все еще не отпускал меня, согревая мою душу своим присутствием.

Но сейчас не об этом. В нескольких метрах от нас снова появилась искупительница. Судя по платью — она после бала. Следующая ночь? Наверняка, ведь мы сражались до утра, а потом все исчезло. Сейчас бедную Мелису снова окружали демоны.

— Бас. Ее нужно спасти, — Крикнула я.

Не знаю, чего я орала. Видимо, меня оглушили раскаты грома. К счастью, в петле их не было.

Себастьян обернулся, все еще не выпуская меня, оценил обстановку, а затем вернулся взглядом ко мне. Судя по тем нескольким секундам, которые он смотрел на меня, думаю, он говорил мне что-то мысленно. Но, похоже, здесь я не находилась в смертельной опасности. Поэтому он покачал головой.

— Бас. Но искупительница… — Он не пускал. — Но ты со мной не общаешься телепатически, это значит, я в норме. Пожалуйста…

Он не хотел. Как будто после случившегося было жизненно важно не отпускать меня. Если честно — немножко колотило. Да, Рэйвин, все дела, но… больше меня колотило от того, что я услышала. Были ли это действительно его слова? Или мне просто показалось? Предсмертная агония там…

Как будто бы молча о чем-то договорившись — мы делали это не впервые — мы бросились спасать бедную искупительницу. На фоне последних событий это уже было как-то не столь важно, но именно из-за нее мы все здесь собрались. Это — наша цель.

Пока Бас разбирался с демонами, я стала поднимать на ноги искупительницу. В этот раз я снова видела ее лицо. Ту девушку, которую я встретила и в лесу змеиной колдуньи. Да, это она, и нет, я ее не знаю.

— Давай, — Поторопила ее я.

Девчонка вытаращилась на меня, как на седьмое чудо света, а я пока думала, в какую дыру ее спрятать, чтобы не убило. И тут мне в голову пришла одна мысль.

— Тебе нужна защита, — крепко держа ее за руку, говорила я. Мелиса смотрела на меня так, будто не понимала не единого слова. — Чтобы до тебя никто не смог добраться. Понимаешь?

Мелиса слегка съежилась, как будто я была резка, но нет. Я не была. Просто нервничаю. Меня тут чуть не убило карой небесной. Мне можно.

— Да, — коротко ответила она и сглотнула. Бас подошел к нам. Похоже, с демонами он разобрался. — Зачем ты мне помогаешь?

Я уже хотела переговорить с Басом, вопрос искупительницы меня ошарашил.

— Кто-то должен, — хмыкнула я. — Идем, нужно тебя на время спрятать.

— На какое время? — Спросила Мелиса.

А я отвлеклась. Бас шагнул за мной, взял за вторую руку. Дрожь пробежала по всему моему телу. Я снова остановилась и вздохнула, глядя на… него. Не знаю, почему ответы приходили, глядя на него, но почему-то это факт.

— Пока мы не исчезнем, — ответила девушке я и посмотрела на нее.

— А что потом?

— Потом ты уедешь из академии.

— Но я не могу, — протестовала искупительница.

— Но тебе надо.

— Почему?

— Это охота за тобой.

Ее глаза округлились.

— За мной? В смысле? Я-то здесь причем? — Действительно. — Мне просто нужно сделать то, что от меня требуется и все.

— А что требуется?

Эхо грома разразилось внезапно. Бас покрепче сжал мою ладонь, а я отпустила Мелису.

— Не волнуйся, — я улыбнулась ей, — все будет хорошо.

— Кто ты такая?

— Я… — вздохнув, я улыбнулась, — не важно, кто я. Важно, что я в итоге сделаю. Или не сделаю. Беги внутрь.

Девчонка была упрямой, это мы поняли еще из ее воспоминания о детстве, но раскаты грома все-таки пугали, не то слово. Она послушалась и рванула к входным дверям. Практически в тоже мгновение меня к себе притянул Бас. От неожиданности я даже не поняла, что происходит, но потом взглянула под ноги и увидела, как земля разверзает перед нами бездну и поняла, что надо бежать.

Жуткое ощущение. Но, похоже, худшее из всего, что могло произойти, все-таки случилось. В чем именно растворялась реальность, мне было не понять, главное было — бежать.

Бас хотел ускориться, поэтому стал подтягивать меня к себе, чтобы перенестись, я же предупредила его, что это может не сработать. Каким-то немыслимым образом мы даже вырвались чуточку вперед, и тут над нами кто-то закричал. Сначала это просто были рев непонятных голосов, а когда я посмотрела наверх, тут же замерла. Надо мной висела Скарлет. Чего?

Поскольку в этот раз я Баса об остановке не предупредила, он продолжил бежать. Он все еще держал меня за руку, вот я и полетела следом, ударившись в него. Свалившись на землю, мы какое-то время находились в недоумении, а затем я указала ему наверх. Там все еще махала руками Скарлет.

На удивление — Бас понял все моментально. Вскочив на ноги, он схватил меня и буквально подбросил вверх. Каким-то чудом я ухватилась за руку Скарлет и подтянулась выше. Вокруг тоже орали, громыхал по-прежнему гром — наша реальность. Но мне было не до этого, я должна была убедиться, что Бас выберется.

Свесившись ниже, я успела заметить, как Бас разбежался и подпрыгнул, ухватившись за руку Киана. Он тоже, оказывается, был здесь. Не знаю, была ли какая-то связь, но как только Баса подтянули вверх, дырка в пространстве затянулась, словно порез.

Первым делом я огляделась: та же буря бушевала вокруг, раскаты грома никуда не делись. Только теперь практически вся реальность была испещрена разрывами намного большего размера, чем те, которые я видела до этого. В них можно было буквально войти, словно в дверь.

Где-то пробивалось лето, где-то мели снега, опадали листья. В одних разрывах царила ночь, в других — светило полуденное солнце. Реальности разверзлись.

Когда раскаты грома стихали, я ощущала пустоту. За разъяснениями я обратилась к Скарлет. Та повела себя настолько странно и неожиданно, что я буквально оторопела. Она поднесла ладонь к моему лицу и стерла и так уже высохшие дорожки из слез.

— Ты — молодец, — похвалила она. — Ты сделала все, что было необходимо и даже больше.

Честно говоря, это было последнее, что я могла ожидать от нее.

— Но барьеры между мирами все равно разбиты, — осторожно напомнила я.

— Все будет в порядке, — как-то совсем уж не похоже на себя улыбнулась мне она.

Ну, раз она говорит…

Найдя глазами Баса, я хотела просто посмотреть на него, а он дал мне понять, что прощается. Инстинктивное «нет.» и попытка вцепиться в него не менее мертвой хваткой, чем он вцепился меня, не увенчались успехом. Он исчез, растворившись в вороньих перьях. Снова оставив меня…