Тишина становилась невыносимой. После того, что со мной произошло, я отправилась на уроки. Был день. Какой? Не имело значения. У меня были уроки, и мои одноклассники здесь тоже были. Значит, уроки действительно будут.

Как бы я не переживала из-за всего, что со мной произошло, мысли упорно не хотели упорядочиваться. Я понимала, что это необходимо, но факт оставался фактом: думать мне не хотелось.

Я ушла с головой в сложные уравнения по алгебре, потом погрузилась в законы физики, а завершила все это экспериментом по химии. К концу дня мои одноклассники выли на луну, потому что день выдался ну очень сложным.

А мне это было только на руку. Я хотела забыться, хотела погрузиться во все это, только чтобы не вспоминать.

Сердце продолжало болеть и чем больше проходило времени, а боль не стихала, тем больше я понимала, что так теперь будет всегда. Оно всегда будет болеть.

Мне нужно было куда-то деться, потому я и отправилась гулять по опустевшей академии. Шумные компании, как вариант, были не самым лучшим решением. Мне нужно было проветрить голову.

Как назло, стражники академии — да, они еще в наличии имеются — строго-настрого запретили выходить. Мол, новое правило или вроде того. Ругаться с ними сил не было, да и смысл? Их приказ — мой закон.

Короче говоря, я поплелась на крышу.

Было пасмурно, от того темнело рано. Хотелось уже пойти спать, но я понимала, что если даже коснусь подушки, глаз не сомкну всю ночь. Так что лучше поторчать на крыше, только чтобы не встречаться лицом к лицу с отчаянием.

Это было обидно. Я всегда доверяла ему, всегда. Чувствовала, конечно, что что-то не так, что что-то происходило. Его ложь, его иногда иррациональные поступки. Все, что он делал, все, к чему он шел, была лишь его свобода. Я понимала, что нельзя на него за это обижаться, ведь, в конце концов, он сам остался рядом.

Но вот вопрос: действительно ли он со мной, потому что он хочет этого? Или же потому, что вместе с моей душой он испытывает чувство вины? Я же, и правда, в лепешку разбилась, только чтобы их спасти. Может быть, он просто мое успокоение? Мол, «не переживай, я с тобой. Да, вырвал тебе сердце, но теперь-то я здесь».

Когда я появилась на крыше, уже совсем стемнело. Хорошо, что я надела куртку, ведь помимо наступившей внезапно ночи появилось и нечто иное: зима. Закутавшись посильнее, я поежилась от порыва ледяного ветра. Мой талисман едва заметно засветился. Я уже и так поняла, что петля.

Так, теперь что? Еще кто-нибудь оторвет мне ногу или вырвет печень?

Пока, конечно, ничего такого не происходило, вот я и двинулась вперед, рассчитывая встретить каких-нибудь страшных демонов. Но вместо них на парапете я заметила одинокую фигуру.

Сначала я даже не включила мысли, чтобы понять, кто это, да и зачем здесь сидит. Молча, отправилась к нему ближе, совершенно не понимая, что здесь происходит.

Но потом ветер внезапно взъерошил его каштановые волосы, и я узнала его.

— Грэй, — зачем-то вслух позвала я.

А вот теперь пришло и понимание, что он делает, сидя на парапете, свесив ноги с крыши. Я все-таки гений. Еще бы толкнула его, честное слово.

К счастью, Грэй то ли оглох, то ли заснул, я так и не поняла, ведь на мое появление он не отреагировал. На какое-то мгновение я даже подумала, будто я — призрак и он не может меня слышать, но потом вспомнила, что на уроки ходила, все меня видели, кто-то даже о чем-то пытался разговаривать, и быстро отмела эту идею.

Отрешенность пришла внезапно. Я вздохнула и медленно подошла к нему, усаживаясь рядом. Правда, я села осторожно, ноги не свешивала в пропасть. Может быть, я узнала кое-что неприятное, однако это не настолько меня сломило, чтобы я желала оказаться на том свете.

Говорить о чем-то особо не хотелось, поэтому я просто положила голову ему на плечо. Грэй молчал, мне даже показалось, не заметил моего такого жеста. Мне было в принципе все равно, он сейчас отлично справлялся с ролью подголовника.

Что же теперь я чувствую к Рэйвину? Сказать что-то конкретное я не могла. Просто мои какие-то наивные и детские мечты внезапно разрушились, и я узрела очевидную правду. Я ведь знала о ней, это наверняка. Но почему-то мне до конца не хотелось верить в то, что это действительно так.

Глупо, я знаю. Он — мой палач, мой убийца, это же очевидно. Впрочем, вопрос был в другом: зачем Фридрих дал ему волю? Разве он имеет что-то против меня? Если да, то что? И почему Оли этого не увидел? Он тоже предатель? А что еще я могу думать в такой момент?

Печально, мне было печально. Но вот, что было странно: сидя сейчас здесь с Грэем, я почему-то чувствовала себя в покое. Да, не было взрыва эмоций, не было глобальных свершений, он был…, будет моим ангелом и еще будут эти странные видения.

А, может быть?..

Глупо было давать себе волю в этом вопросе, да и в такой момент.

— За все в этом мире нужно платить, — так неожиданно заговорил со мной Грэй. — А все, что ты получаешь, как тебе кажется, просто так и есть расплата за твои деяния.

Как бы странно это не звучало, возможно, он примерял это на свою ситуацию. Думаю, это тот самый новый год, в который он был лишен своих сил. Однако я примеряла его слова на себя. И как он только догадался, о чем я думаю?

А ведь он был прав. За возможность быть с Рэйвином я расплатилась очень многим. Кто в действительности знает, какие последствия повлекут за собой мои смерти? Я не бессмертна, я — человек, что это даст мне? Скарлет вернула мою кровь, но это все равно останется со мной до конца моей жизни.

И смерть от руки Рэйвина тоже.

Эта правда, которую он так тщательно скрывал, оказалась слишком тяжелой. Если бы только я наблюдала за ней со стороны, или Рэйвин мне во всем признался, возможно, я не отреагировала бы настолько остро. Но я прочувствовала это на себе. До последней капли боли.

И это было невыносимо.

— Почему ты не уговариваешь меня слезать? — Внезапно спросил меня Грэй.

Сначала я как-то не поняла, что он сказал, а потом улыбнулась и даже потихоньку похихикала.

— А ты разве хочешь, чтобы я тебя уговаривала? — Уточнила я.

Грэй помолчал несколько секунд.

— Тогда… — он все-таки повернул голову в мою сторону и посмотрел на меня, — зачем ты пришла?

— Просто посидеть, — признаваться в том, что произошло, мне сейчас не хотелось.

— Но ведь я пытался тебя убить, — как-то даже с вызовом напомнил Грэй, словно предостерегал, пытался воззвать к моей сознательности.

Я лишь ухмыльнулась. Да, теперь я понимаю разницу между «почти» и «точно сделал».

— Но ведь не убил же, — парировала я.

Грэй нахмурился и чуть-чуть подвинулся.

— Я не понимаю, — честно признался Грэй.

Я лишь вздохнула и все-таки подняла голову, заглянув в его пока еще такие неспокойные глаза.

— Знаешь, Грэй, иногда за возможность получить минуту счастья мы готовы закрывать глаза на большие несчастья.

— И ты готова закрыть на все это глаза? — Почему-то был тронут тем, что я сказала ему, Грэй.

Некоторое время я смотрела ему в глаза и потихоньку вспоминала то самое ощущение, которое он дарил мне, когда мы учились с ним вместе в академии. Эмоций было много, но все же та ложь, которая привела нас к разлуке, была выносима.

— Я просто хочу побыть рядом с тобой, — ответила я.

Грэй уже совсем запутался и нахмурился так, будто думы думал года три.

— Я не понимаю, тебя Вилу.

— Это не обязательно понимать. Просто ты не знаешь, насколько нужен мне, Грэй.

По-моему, я запутала его еще сильнее.

— Нужен? Тебе?

Я мягко улыбнулась.

— Знаешь, раньше я думала, что происхождение определяет человека. Его поступки, его мысли, цели. Но иногда очень важно, чтобы определенный человек просто был рядом. И не надо никаких условностей, выяснения отношений. Мне просто нужно, чтобы ты был, Грэй. Как для меня, так и для Баса.

Что-то мелькнуло в глазах Грэя, что-то мне до боли знакомое, что-то, что я хотела бы проигнорировать и не обращать на это никакого внимания. Но в то же время я прекрасно понимала, что это за чувство.

— Это твой способ спасти меня? — Как-то немного глухо уточнил Грэй.

— Ты же хотел быть ангелом, — беззаботно пожала плечами я. — Вот и отвечай теперь за тех, кого ты обещал спасти.

Еще несколько минут спасительной тишины, а затем Грэй вдруг произнес:

— Ты ведь не из этого времени, так ведь?

Как он узнал? Впрочем, удивления я не выказала, просто улыбнулась ему.

— Важно только то, что я всегда знала, что ты никогда не станешь ангелом. Нельзя стать тем, кем ты уже являешься.

Сделав глубокий вздох, я слезла с парапета и отправилась на выход. Разговоры все-таки были сейчас совсем не к месту. Мне нужно было немножко пустого оглушения, чтобы хоть как-то попытаться привести мысли в порядок.

Когда я распахнула дверь, я сначала испугалась, потому что за ней кто-то находился, а потом узнала Баса. Углядев на его лице беспокойство и тревогу, я сразу же поняла, из какого он времени.

— Вилу… — немного растерялся Бас, — ты?..

— Из будущего, — подтвердила я. — Там Грэй.

Глаза Баса округлились, он весь напрягся и готов был сорваться с места, но сначала ему нужно было кое-что прояснить.

— Ты уходишь? Почему?! — Почти что с претензией потребовал он.

— Потому что только ты можешь его спасти, — улыбнулась я и, обойдя Баса, ушла.

Значит, вот он этот момент, о котором мне говорил Бас тогда в комнате. Вот так должно было случиться спасение Грэя, о котором я сказала Басу. Не знаю, почему мне так легко удалось уйти. Просто у меня было такое чувство, что именно эта последовательность действий в итоге приведет нас к тому, что произойдет потом.

А я ведь еще удивлялась, почему Грэй после каникул взял и исцелил меня. Я думала, он это из-за остатков чувств, которые у него ко мне могли быть. А оказывается, я все-таки разговаривала с ним на крыше.

Вот что меня удивляло: вроде бы ничего такого не произошло, но я почему-то улыбалась. Шла и улыбалась во весь рот. Я ведь была права, Грэй никогда не должен был стать ангелом. Он уже им был.

Всегда.

Рэйвин все не возвращался. Это было странно, но, наверное, в некоторой степени для меня сейчас — необходимо. Конечно, я скучала по нему, скучала по тому Рэйвину, которым он стал. Но этот барьер, который внезапно возник между нами, стал слишком осязаем.

Я не могла винить его в том, что он делал тогда, без моей души. Но если у него отнять душу сейчас, разве это не вернет его в то же состояние? Нет, я понимаю, что он не соберется вырывать мне сердце, ведь он уже свободен.

Но вообще, конечно, забавно: они заставляли других их освобождать, однако это никогда не работало. И только возможность испытывать эмоции сделала его свободу возможной. Но он бы этого так и не понял. Если бы не временные петли.

Нет, я понимаю, что он миллион другой лет был бессмертным Прислужником Дьявола, ему довольно сложно верить в людей. Но все-таки я так долго не жила, и подобное предательство было чем-то слишком тяжелым…

Еще один день. В связи с последними событиями для меня они превратились в какую-то мешанину. Оли ко мне не подходил, старался держаться подальше. Но, если честно, я была этому рада. Не хотелось бы, чтобы он внезапно выдал: «Вообще-то я тебе это с самого начала говорил». Да и расписываться сейчас в собственной глупости…

Не знаю, почему, но я действительно чувствовала себя глупой. Как будто я позволила себя обмануть, но сама этого не поняла. Он за моей спиной точно знал, что станет свободным. Не всегда в это верил, но он шел к этой цели. Да, я стала ему дорога, но какой ценой дались ему эти чувства…

После обеда я побрела в сторону классов, стараясь избегать учеников. Нужно было одиночество, нужно было что-то такое, чтобы смогло хоть немного встряхнуть меня, отвлечь…

— Вилу! — Вдруг позвал меня до боли знакомый голос.

Я обернулась, и ласковое тепло разлилось у меня в груди. Даже не думала, что увидеть его такого улыбающегося, бегущего ко мне, окажется так прекрасно для меня.

— Бас, — расплылась в улыбке я и вопреки всем предрассудкам на свете просто обняла его.

Он немного растерялся, подал признаки какого-то невнятного бормотания, а затем неуверенно похлопал меня по плечу.

— Ясно, что ты из будущего, — констатировал он.

А я отстранилась и звонко рассмеялась. Все-таки скрывать боль за самой широкой улыбкой всегда проще, чем признаваться самой себе в ней.

— Ты — молодец, Бас! — Внезапно даже для себя похвалила я. — Ты все сделал правильно.

Бас слегка нахмурился.

— А ты о чем?

— Сейчас что? — Уточнила я.

— Январь, — ответил Бас.

Январь. Значит, очень скоро… Да, я понимаю, что Бас переродится и станет Вороном, но от этого он не останется жив после схватки с Мэридит. Так что очередная улыбка и глубокий вздох мне немножко помогли.

— С Грэем. Ты все сделал правильно.

Бас сначала смутился, а потом изобразил некое подобие улыбки. Такого глупого выражения на его лице я еще не видела. Он был рад такой похвале, поэтому даже не знал, как на это реагировать.

— Ну что? Идем играть в игрушки? — Чтобы хоть чуть-чуть скрыть свой восторг, предложил Бас.

— Конечно!

Да, я шла играть с ним только второй раз, но он об этом не знает.

В этот раз незаметно пройти не удалось. Парни заметили, похихикали, кто-то даже присвистнул. Пришлось реагировать.

— Завидуй молча! — Крикнула я, когда Бас захлопывал дверь.

В коридоре послышался хохот. Да, мальчишки. Но мне на это наплевать. Хотя после такого я, может быть, и понимаю, почему все так легко поверили в то, что я его целовала. К счастью, благодаря той скорости, с которой мы пронеслись по коридору, никто фото сделать не успел.

Мы снова сели играть в гонки. И снова Бас выигрывал. Но я на него совсем не злилась. Мне нравились его победы, нравилось, как он радовался, нравилось все, что он сейчас делал. Потому что взамен тому удушению, которое приносила моя непростительная реальность, Бас дарил мне умиротворение, простые радости жизни, о которых я невольно со всем этим позабыла.

— Ты как всегда лучше всех, Бас, — хвалила я.

Бас радостно выдохнул и плюхнулся в кресло.

— Господи, какая же ты другая, — покачал головой он, не веря своим ушам. — Честное слово, если б я точно не знал, что это ты, я бы предположил, что тебя подменили.

— Да ладно, — отмахнулась я. — Я ошибалась на твой счет и это поняла многим позже. Я просто рада, что наверстать упущенное я все же могу таким образом.

Бас сначала улыбнулся, а потом как-то погрустнел. Я даже не заметила этого, учась наслаждаться мгновением и пытаясь полностью прочувствовать то, что сейчас со мной происходило. Да, ничего не происходило, но можно я просто побуду в этом?

На какое-то мгновение я даже внезапно почувствовала себя частью целого мира. Сидя в мягком кресле в комнате Баса, запрокинув голову назад, я ловила в окне отблески холодного, но ясного и солнечного неба и это мне чертовски нравилось. Это были абсолютные покой и умиротворение. Такие необходимые…

Все-таки надо почаще останавливаться и просто оглядываться по сторонам. Ведь именно такие моменты в будущем мы вспоминаем, как нечто столь прекрасное, что мы готовы были бы пережить заново.

— Вилу, — позвал меня Бас. Я пока не отвлекалась. Я наслаждалась. Даже его голос казался мне невообразимо прекрасным. — Я…, мне действительно жаль, что я почти… посмел ударить тебя.

Ударить?.. На секунду я совсем даже позабыла обо всех тревогах, поэтому не сразу поняла, о чем он говорит. Так не хотелось сейчас мутить воду не самыми приятными воспоминаниями, но я все же подняла голову и посмотрела на Баса.

— Ты так и не рассказал, что именно произошло, — произнесла я.

Бас быстро спрятал глаза и вздохнул.

— Он обещал мне, что Браслет позволит мне управлять сильными воинами. Воронами. Я поверил и, если честно, хотел этого. Ведь я должен был быть сильным. Тот колдун, который чуть не прикончил меня, когда Грэй спас меня… Мне не понравилось быть слабым. Я хотел силу.

Да, лекция, конечно, интересная, но я зацепилась за главное.

— Кто «он»?

Бас снова вздохнул.

— Колдун, по имени Фридрих.

Что? Я слегка удивилась, что, очевидно, заметил и Бас.

— Ты его знаешь? — Уточнил он.

— Как вы встретились? — Спросила я.

— Он пришел ко мне после того, как Грэй спас мне жизнь, — рассказал Бас. — А что такое, Вилу?

Да, действительно, что такое?

— И он дал тебе браслет? — Еще раз уточнила я.

— Да.

— Он?.. — Хотела бы я выкрикнуть: «Твой Хозяин», но потом замолчала. Бас же пока не знает, что станет Вороном. — Неважно.

— Ну да! — Возмутился он. — Как что-то интересное, так сразу неважно.

Блэкторн надулся, словно маленький мальчик, сложил руки перед собой и насупился.

Так-так-так, стоп! Значит — что там сказал Оли? Что Фридрих в академии? Ага, отлично. И чего я не додумалась спросить Баса из прошлого? Впрочем, как бы я это сделала? «Ой, ты случайно не знаешь, кто твой будущий хозяин?». Глупо. А по-другому как бы он дал мне понять, что происходит?

Блин, вот ведь я глупая! Это же было очевидно, я даже не подумала об этом. Ведь у него был браслет! Браслет! О котором он рассказал мне и ткнул носом в очевидность: браслет наводил на них других Воронов, чтобы они их убивали и обращали! А я сижу тут и «сопли жую»!

Ладно, спокойно. Спокойно. Что мне это дает? Что я знаю, что это Фридрих? А как он выглядит хоть? А вот это знает Оли. И если все так сходится, а именно — Фридрих сделал Рэйвина безвольным, чтобы он убил меня, Воронов, чтобы их себе приручить…

— Ладно уж, — вмешался в мой мыслительный процесс Бас, — давай в GTA.

— Что? — Не поняла я.

— Тебе понравится.

Мне было уже как-то не до игр, но все равно даже в своих мыслях я упиралась в невидимые тупики. А что? Я понятия не имею, как этот Фридрих выглядит, но я точно знаю, что он очень сильный колдун. Я с ним вообще каким боком справлюсь? Другой вопрос — зачем ему все это нужно?

— Вилу! — Призывал меня к своему вниманию он. — Выбери уже себе имя!

— А, да, — рассеянно отозвалась я и стала пытаться что-то вводить.

— Ты что пишешь? — Посмеялся Бас.

Я раздраженно закатила глаза.

— Ты что пристал?

— Это же игра. Придумай себе какое-нибудь вымышленное имя.

— Да с моим именем ничего придумывать не надо, — заметила я.

— Ууу, смотрите-ка, кто тут вернулся! — Начал потешаться Бас. — Принцесска.

— Ага, конечно! — Схватилась за подушку я и попыталась ударить Баса.

Тот расхохотался и давай отбиваться, пытаясь перехватить мое оружие.

— Ну, ладно-ладно! В качестве поддержки я могу быть Принцем, идет?!

— Что?! — Возмутилась было я. — Это еще что за намеки?!

— Вилу, ты будешь играть за мужика… — расхохотался Бас, а я вдруг замерла и пропустила удар подушкой по голове.

Судя по тому, как Бас расхохотался, это выглядело довольно смешно. Впрочем, та мысль, которая пришла мне в голову показалась несколько неестественной, но в то же время много дорог сошлось в одном месте одновременно. Внезапный восторг я быстро подавила, волнение запихала подальше. Полагаться только на предположения я не могла.

— О, Боже! Ну, ты и чучело! — Ржал Бас.

Конечно, его «чучело» звучало несколько обидно, но главенствовало сейчас совсем другое.

— Бас, мне нужен твой комп, — попросила я.

Блэкторн немного успокоился и стал смотреть на меня в ожидании, что я рассмеюсь или вроде того. Но я смотрела уверенно, ни грамма смеха во мне больше не осталось.

— Ладно, валяй, — махнул на свой стол он.

Я поспешила воспользоваться поиском и тут же забила интересующую информацию. Еще раз, и еще. Использовала все доступные мне источники информации, но все равно ничего не нашла.

Так. Это пока еще не конец.

— Бас, мне пора, — вскочила с места я.

— Подожди! — Рванулся за мной он. — А как же игра?

А я-то подумала, он что-нибудь серьезное сейчас скажет. Как же.

— Мы обязательно еще поиграем, — заверила я. — Спасибо.

— Эй, что? Обнимашек не будет? — Похихикал он.

Я заглянула ему в глаза и сделала глубокий вздох. Нет, ругаться с ним я не хотела. Да и зачем? Он ведь дал мне то, что сейчас было необходимо.

Я подошла к нему и обняла. Он тоже крепко обнял меня в ответ.

— Как жаль, что дружить я могу только с тобой из будущего, — признался мне он.

Я медленно улыбнулась.

— Не волнуйся, — отстранилась я. — В будущем мы все еще будем оставаться лучшими друзьями.

— С Грэем тоже? — Уточнил на всякий случай он, и я уловила тревогу в его голосе.

— В этом можешь не сомневаться, — пообещала я и ушла.

Стоило мне покинуть мужское общежитие, как мой талисман погас. Я же поторопилась в библиотеку.

Вернувшись в свое время, я угодила в вечер. Народу уже было не так много, и к месту назначения я ворвалась в тот момент, когда библиотекарша закрывалась. Умоляя ее помочь мне, по моей очередной легенде, с докладом, я все-таки убедила ее хотя бы проверить информацию, есть ли она в наличии. Библиотекарша, конечно, была недовольна, отругала меня за то, что я оставила все на последний момент, но все же согласилась.

Мы потратили всего лишь пятнадцать минут ее времени, пытаясь отыскать то, что мне было так жизненно важно. Но как бы мы не искали, найти информацию мы не могли. А значит…

Сердце стало колотиться в груди, я разнервничалась и напряглась. Значит, я оказалась права.