Дверь с грохотом влетела внутрь и рухнула на пол коридора. Соваться через парадный вход было бы чистой глупостью — там, укрывшись в засаде, противники простреливали холл. Зато боковой вход через веранду вёл прямо в хозяйственный коридор первого этажа, от него до лестницы вниз оставалось рукой подать.

Руна Ощущения мгновенно выдала расклад: поблизости четверо, все на первом этаже. Один уже отреагировал на грохот, это был здоровенный мужик с короткоствольным автоматом. В полумраке коридора я отчётливо видел его силуэт — а вот он меня пока не заметил: пыль от выломанной двери ещё не успела осесть.

Я вложил энергию в ноги и рванул вперёд. Мужик среагировал на движение и дал очередь в мою сторону, но я уже ушёл влево, а через мгновенье настиг противника.

Я ударил его локтем в горло, он захрипел и согнулся пополам. Мгновенно перехватив врага за шиворот, я развернул его лицом к коридору и толкнул вперёд. Он, нелепо размахивая руками, успел сделать пару шагов, прежде чем из глубины холла грохнули выстрелы. Другие гвардейцы Бестужевых всадили в него три пули, и лишь потом сообразили, что стреляют по своему.

Едва обмякшее тело рухнуло, а я метнул два воздушных копья. Оба одновременно устремились в холл — прямиком к стрелкам. И оба достигли своих целей.

Я знал, что рядом ещё один… Стоп! Он рванулся вверх по ступеням?

Бежит не ко мне — от меня. Спешит доложить начальству? Или просто драпает, спасая свою шкуру?

Впрочем, неважно. Мне все равно нужно не наверх.

Подвал находился прямо подо мной, чуть левее. Вход в него скрывался за тяжёлой дверью в конце коридора первого этажа, у самой кухни. Дверь была плотно прикрыта, но не заперта на засов — видимо, ректор Бестужев, торопясь подняться наверх, не стал тратить время на такие мелочи.

«Первый, самочка-то с гонором», — раздался в голове мыслеголос Руха.

«Подробности», — потребовал я, спускаясь по бетонным ступеням.

«Хм… опять напрячься?» — недовольно пробурчал он.

«Можешь расслабиться. Но тогда отправишься на Антарктиду, где из самочек только пингвинихи», — спокойно ответил я, прекрасно зная, как Рух не любит лед и крупных нелетающих птиц.

«Ладно… Помогу» — невозмутимо ответил он.

А затем голова затрещала от всплывших в ней образов. Какой-то шарик падает и катится по полу подземелья. Я чувствую волны этого шара, мешающие контролировать Силу. Понятно — артефакт для того, чтобы одаренные не могли пользоваться Даром. Но в момент падения волны стали дергаными, нестабильными — от падения он стал работать нестабильно.

«Дрянь и дешевка, — резюмировал Рух. — Дальше это»

Он показал мне связанную девушку, которая яростно заорала, выпуская мощный поток энергии.

Шарик-артефакт треснул и раскололся надвое.

Но и девушка лишилась чувств.

«Спасибо», — поблагодарил я своего друга за усилия — чувствовал, что передача мыслеобразов в самом деле далась ему большим трудом.

«Сочтемся», — отозвался Рух.

Внизу пахло сыростью, спиртом и травяными экстрактами — явно кто-то баловался зельями. Света не было — пришлось усилить глаза энергией, чтобы видеть в темноте.

Комната была маленькой и почти пустой. Рух сидел на трубе под потолком, оставаясь невидимым. К вмонтированному в пол стулу была привязана светловолосая девушка с закрытыми глазами.

Красивая… Даже несмотря на то, что провела несколько дней в плену. Голова её свесилась набок, глаза закрыты…

Однако Руна Ощущения тут же подтвердила мою догадку — пленница не спит. Сердцебиение учащённое, да и мышцы напряжены.

А её Источник… Впечатлял! Он был мощным и необычным для нынешних одаренных. Каналы Силы внутри девушки сейчас были сильно истощены и испорчены — слишком долго артефакт глушил её Дар. К тому же ее напичкали такими отвратительными зельями… будто намеренно пытались отравить. Хотя, судя по остаточному следу, основная функция зелий была в другом.

Это что же… ректор Медицинской Академии использовал настолько дряные зелья? И из-за побочного эффекта, лёгшего поверх блокировки Дара, здорово просадил здоровье моей «кузине»?

Мудак неумелый!

Ладно, к лешему. Сейчас важно другое — даже несмотря на эту алхимическую подделку, загрязнившую каналы, я чувствую в них нечто знакомое, и Структура начинает вибрировать, будто отвечает на какой-то запрос.

Притом что я к ней сейчас не обращаюсь.

Ноздри защекотало запахом пепла… Определенно, прийти за этой девушкой было правильным решением. Не только чисто по-человечески.

Кажется, будто она нужна этому миру.

Ну или лично мне.

Подойдя к ней ближе, я освободил пленницу потоком ветра, разрезав верёвки на ее руках и на ногах.

Девушка даже не шевельнулась.

Я усмехнулся и произнес:

— Не прикидывайся спящей, красавица. У нас мало времени.

Она не шевельнулась. Выдержка у девчонки была что надо.

— Наверху идёт бой, — продолжил я. — Скоро сюда прибудет подкрепление врага. Если хочешь выбраться отсюда живой, советую открыть глаза.

Несколько секунд ничего не происходило, но потом ресницы дрогнули и я увидел ее глаза. Большие, синие как небо, а еще ясные и злые — ровно как на той фотографии.

Чтобы она могла что-либо разглядеть, я включил фонарь на телефоне и положил трубку на стол.

Кузина прищурилась, изучая меня. Казалось, всего за полсекунды она прикинула расстояние до двери, мой рост и вес, и наличие оружия.

— Кто ты? — её голос хрипел от обезвоживания, но оставался твёрдым.

— Мы не знакомы, — ответил я. — Но так вышло, что теперь я — Антон Северский.

Я показал ей руку с родовым перстнем.

Девушка уставилась на кольцо. Несколько секунд спустя она медленно подняла взгляд на моё лицо. И я видел, как в её глазах столкнулись два противоречия: перстень настоящий, она чувствовала его, но человек перед ней точно не был тем братом, которого она знала.

— Ты не Антон, — тихо произнесла она и начала багроветь. — ГДЕ ОН⁈

Даже в её жутко ослабленном состоянии от этого крика разнеслись волны энергии. Она стиснула зубы, а в следующий миг кожа на её предплечьях изменилась. Буквально на глазах она стала матовой, обрела сероватый оттенок, будто под ней затвердел крепкий металлический сплав. Кисти сжались в кулаки, и по тому, как свет лёг на костяшки пальцев, я понял, что сейчас эти маленькие кулачки тверже хорошей стали.

Я по-доброму улыбнулся. А ещё в комнате моментально стало нарастать давление. Воздух стал плотнее, стул, к которому была ранее привязана «кузина», заскрежетал, крепёжные болты в полу заскрипели.

Моя улыбка стала шире… Да! Её Дар — управлять давлением. Не стихией, а давление в чистом виде. Она просто берёт и сжимает пространство вокруг цели. Для необученной, измотанной и отравленной зельями девушки сейчас она выдавала поразительный результат.

Но что важнее… Дар этот был мне весьма близок и знаком…

Вот только визуальное проявление Дара на её руках не относится напрямую к «Давлению». Однако же происходит из «смежной школы». Которая, разумеется, известна мне не хуже.

Но что же получается? По местным меркам у моей «кузины» два Дара? Я слышал о людях, которые со временем открывают в себе второй, а то и третий Дар.

Однако же давать мне времени на размышления «кузина» не собиралась. Вскочив со стула, она без замаха ударила мне в лицо.

Точнее попыталось — я поймал её кулак ладонью. Мои пальцы сомкнулись на затвердевших костяшках, и в тот же миг я пустил через точку контакта тонкий импульс Силы. Я не атаковал, а просто проник в её энергетические каналы и нашёл то, что искал.

Дар кузины держался на трёх узловых точках: запястье, локтевой сгиб и плечо. Энергия из Источника шла по каналам, уплотняя плоть на своём пути. Грубая, примитивная схема, лишённая какой-либо тонкой настройки. Но мощная.

Я коснулся ключевого узла на запястье и мягко «развернул» его без особого усилия — просто потянул за нужную нить, и весь конструкт послушно осыпался.

Серый налёт на её коже исчез. Кулак девушки снова стал обычным — маленьким, нежным и тёплым. А моя Сила, проникнув еще дальше по её каналам, погасила давление на пространство.

Все вокруг стихло.

Изумленная «кузина» отшатнулась, вырвав руку. Ярость в ее голубых глазах сменилась растерянность.

— Как?.. — прошептала она.

— Меняя плотность своего тела, ты делаешь конечности похожими на сталь, верно? — хмыкнул я. Она удивилась еще больше и чуть приоткрыла миленький ротик. Я же продолжил: — Когда-то давно меня тоже называли «Стальным». Примерно за это же. Удивлен, что ты способна на такое… Даже среди последователей «Хранителя Севера» далеко не каждый высший маг мог освоить это заклинание. А среди нынешних… Тем более впечатляет.

Я одобрительно кивнул.

Она же от моих объяснений загрузилась еще сильнее, и задумчиво склонила голову набок. Я тоже так иногда делаю — у Руха научился.

Однако же через секунду девушка тряхнула волосами и яростно выпалила, сжав кулаки:

— Ты так и не ответил насчет моего брата! Где он? Почему у тебя его кольцо⁈

Я повернулся к ней спиной и огляделся.

— Дома поговорим, — произнес я, зашагав к противоположной стене.

— У Северских нет дома! — топнула она.

— Теперь есть, — спокойно ответил я, подняв два кусочка разломанного шарика.

— Зачем тебе эта дрянь? — девушка подошла ближе и заглянула через плечо. — Из-за зонального подавителя я попалась в руки к этому мерзкому слабаку!

— Значит штука полезная, — хмыкнул я, убрав кусочки в карман. — В хозяйстве пригодится.

— Она сломана, — фыркнула девушка. — Когда-то у моего рода был нормальный подавитель. Так бы легко он не раскололся, как эта подделка.

— И все же эффект от подделки был? — посмотрел я на неё с улыбкой. Она злобно оскалилась. — Был, — продолжил я. — И будет еще лучше, если я его починю на досуге.

— Починишь? — удивилась она. — Как?

Ответить я не успел — сверху, прямо над нашей головой мощно загрохотало и особняк затрясло. Кузина не устояла на ногах и начала падать.

Я подхватил ее. Она попыталась отпрянуть, но ноги ее задрожали — плен под подавителем и зельям давал о себе знать.

— Держись за меня, — сказал я, мягко вливая в нее Силу. — Идем наверх, там гвардия Северских — она прикроет.

— Что? — вновь отшатнулась она. — Гвардия? У Северс…

— «Нет гвардии»? — за неё закончил я. — Теперь есть. Сейчас тебе это просто нужно принять как данность, а потом я расскажу подробности. Идём.

Пару секунд она хмуро смотрела на меня, а затем недовольно буркнула:

— Веди.

Я выключил фонарик на телефоне, и вмиг стало темно.

— Рух, включи свет для дамы, — произнес я в пустоту.

«Давно бы так. Надоело». — отозвался он, и «отключил» невидимости.

«Кузина» вскинула руку, но атаки не последовало — я предвидел такой расклад и заранее погасил ее Дар.

— Это Рух, — спокойно сказал я. — Он свой.

Она напряжённо покосилась на огненную птицу, а затем нервно кивнула. Типа поняла и приняла.

Мы поднялись по лестнице. Рух летел впереди, освещая нам дорогу волнами пламени.

На первом этаже было дымно, воняло порохом. За время моего отсутствия трупов тут явно прибавилось, а где-то на этажах до сих пор звучала стрельба и грохот.

Когда света стала больше, Рух, поворчав, вновь ушел в невидимость.

У бокового входа, через который я заходил, нас встретил гвардеец с позывным Клин. Он тяжело дышал и был весь в пыли.

— Первый! — козырнул боец. — Периметр удерживаем. Казармы зачищены.

— Потери? — коротко спросил я, чтобы не тратить ману на усиление эффекта Руны Ощущения.

— Один ранен в плечо, один контужен, но оба на ногах.

— Отлично, — искренне порадовался я. — Бестужев?

— Не обнаружен, — мотнул головой Клин. — Но одной чёрной машине удалось прорваться с территории через северные ворота. Изрешетили её, как могли, но и только лишь.

Ушёл, значит, мерзавец? Впрочем, этого следовало ожидать — крыса всегда знает, где запасной выход из норы.

— Ну и леший с ним, — сказал я и переключил рацию на общий канал: — Говорит Первый. Основная задача выполнена. Теперь берём всё ценное, что сможете быстро унести — оружие, артефакты, броню, и уходим до прибытия вражеского подкрепления. Повторяю! Кто придет на точку эвакуации с пустыми руками, лишится премии за месяц!

Клин встрепенулся и начал резво вертеть головой по сторонам, выискивая, что плохо лежит. Я же повел «кузину» дальше.

Девушка тем временем тоже озиралась по сторонам, глядя на трупы, разрушенные пристройки и следы взрывов. Кажется, это зрелище ей приходилось по душе. А когда она увидела наших гвардейцев, то даже ухмыльнулась.

Каждый из гвардейцев уже нашёл, что притащить: автоматы, подсумки с магазинами, бронежилеты. Гвардеец Лапа приволок ящик с артефактными патронами. Я и сам не преминул накинуть на себя разгрузочный жилет одного из погибших противников — уж очень много в нем было энергетических узоров. Хорошее приобретение, зачем его Бестуживым оставлять.

— Вы в самом деле захватили эту усадьбу, чтобы спасти меня? — в какой-то момент выпалила «кузина».

— Ну да, — пожал я плечами, нагнувшись над очередным трупом. Когда шёл мимо, почувствовал всполохи энергии — у мертвого гвардейца Бестужевых на поясе висел артефактный нож. Ни чета, конечно, топору Святогора или моему наградному мечу, однако же кому-нибудь из наших явно сослужит службу.

— Но… — пробормотала девушка. — Это же…

Сидя на корточках рядом с трупом, я удивленно посмотрел на неё. Она на миг замялась, а затем фыркнула и заявила:

— Спасибо! А этому мерзавцу так и надо! Хм… Может, лучше будет забрать у него эту усадьбу с концами?

— Быстро ты в себя пришла, — хохотнул я, сняв трофейный нож, и поднявшись зашагал дальше. «Кузина» быстро шла рядом — благодаря моей подпитки ей стало заметно лучше.

— Говоришь так, будто знаешь, какой я была раньше, — произнесла она косясь то на меня, то на поле недавней битвы.

— Догадываюсь, — отозвался я. — А на счет усадьбы…

Я остановился и заглянул ей в глаза.

— Сейчас не потянем, — произнес я предельно серьезно. — Есть более важные активы, которые мне нужно удерживать. Но не за горами тот час, когда, у рода Северских будет имение покруче этого скромного дворика.

Некоторое время мы с девушкой смотрели друг на друга.

— Первый, тут ещё кое-что, — крикнул Клин, спеша в нашу сторону. Когда я повернулся к нему, он мотнул головой в сторону хозяйственного двора за казармами. — Бронированный «Волк». Стоит в ангаре, один борт помяли при штурме, и фара разбита. Видать, ихний, на ремонте стоял. Можно как бы и взять…

— Заводи и подгоняй, если заведётся, — кивнул я. — Это нам надо.

Клин расплылся в довольной улыбке и выпалив «я первый предложил его взять», побежал к машине.

А в это время к нам со стороны казарм подошел Святогор. Топор привычно висел на его бедре, но лезвие было тёмным от крови — видать не успел вытереть. Бывший имперский капитан выглядел изрядно помятым: рукав куртки был располосован, лицо покрывали полосы земли и пыли. Его вид невольно напомнил мне о северном народе эпохи Предтеч, который любил наносить на лица специальную белую краску. Свята сейчас они бы точно приняли за своего.

Проводив взглядом Клина и мельком глянув на мою «кузину», он произнес:

— Казармы пустые. Кто не убит — разбежались. К слову, у меня двенадцать, — она самодовольно усмехнулся, — А у тебя?

— Пятнадцать, — ответил я, прикинув точную цифру врагов, отправленных на тот свет.

— Тц, — цокнул он, — Придет час, когда я тебе перегоню.

«Кузина», понявшая, о чем мы говорим, смотрела то на меня, то на Святогора со смесью изумления и восхищения во взгляде.

Мы двинулись дальше к выходу через пролом в южной стене — его наши проделали при штурме. «Егерь», а также трофейные минивэн и легковушка Залесского изначально стояли на просёлочной дороге позади усадьбы, но сейчас их подогнали ближе. А из ангара, рыча и чихая дизелем, выкатился помятый «Волк». За рулём сидел Клин, ухмылявшийся во всю рожу.

В считанные минуты раненых погрузили в «Волка», туда же сложили трофеи. Гвардейцы распределились по машинам. Я усадил кузину в кузов «Егеря», туда же запрыгнул сам, а следом за мной в тачку влез и Свят.

Машина завелась и тронулась с места. Можно немного расслабиться, но прежде:

— Это Святослав Горцев, — представил я одноглазого богатыря «кузине». — Глава гвардии рода Северских — позывной «Святогор». А вон там — Михаил Петрович. Наш водитель, стрелок и кулинар.

Петрович неразборчиво поздоровался и переключил передачу.

Игоша с любопытством поглядывал на нового члена нашей команды. Поймав его взгляд я усмехнулся и сказал:

— Давай, парень! Представься сам.

Он смутился, но, напоровшись на мой серьезный взгляд, выпалил:

— Госпожа, Игоша Малой… к вашим услугам.

Свят от такого представления хохотнул, отчего малец покраснел как помидор и отвернулся

— Очень приятно, Игоша, Святослав, Михаил Петрович, — произнесла девушка косясь на нас. — Игорева Мирослава Сергеевна.

— Ну вот и познакомились, — резюмировал я. — А теперь отдыхайте. Будем надеяться, что нам удастся спокойно добраться до дома.