В доме было тихо, а от Места Силы шла ровная, спокойная пульсация, которая невольно успокаивала и меня самого.

Я достал из рюкзака плотный пакет, положил его на табуретку посреди комнаты и развернул.

Здесь было всё, что у меня накопилось на сегодняшний день для восстановления территорий. А накопилось немало: выручка за кости монстров от Тимура, наградные от виконта Прудникова, трофейные купюры из карманов людей Стального Пса и Залесского. Плюс несколько перевязанных пачек, которые один из наших гвардейцев вчера извлёк из усадьбы Бестужева. Вроде это был Цицерон. Даже интересно, как именно ему удалось это сделать.

Сумма получалась приличная.

— Здесь почти пятьдесят девять тысяч рублей, — озвучил я.

Петрович неразборчиво крякнул. Свят просто завис, обрабатывая услышанное, а Мирослава несколько секунд молча смотрела на деньги и только потом подняла на меня ошарашенный взгляд.

— Это… — произнесла она.

— Это касса рода Северских на сегодняшний день, — ответил я. — Всё, что есть. За исключением мелочи на повседневные нужды в размере ещё десяти тысяч рублей.

— Мелочи, дери её в дуло, — всё ещё не придя в себя, выпалил Петрович.

Да уж… красноречивая реакция у них, конечно…

Но леший их дери, с чего вдруг-то? Петрович и Свят со мной уже не один бой прошли, и в битве почти не удивляются моим способностям. Зато деньги выбили их из колеи.

Или они не верят, что я зарабатывать умею?

— Ты всегда таскаешь всё, что есть, у себя в рюкзаке? — медленно спросила Мира, всё ещё изумлённо таращась на купюры.

— Я собрал вас здесь ровно затем, чтобы ничего в рюкзаке не таскать, — спокойно ответил я. — Начинаем обустраиваться всерьёз. Теперь у нас есть земля, есть лаборатория, есть гвардия — и есть свора врагов, которая вчера с нами только поздоровалась. У нас нет жилья для бойцов, нет нормальной парковки для машин, не проведено электричество в дом. Нет забора, который защитит территорию от кого-нибудь серьёзнее пьяного Михалыча, нет стабильного источника воды и еды. Всё это надо поднимать, и поднимать быстро.

Я выдержал паузу, окидывая их взглядом, и продолжил:

— Поэтому я распределяю задачи. Мира. Ты — старшая по основным расходам. Всё, что связано со стройкой, ремонтом, закупкой материалов, заказом рабочих, договорами с Николаем-плотником и кем там ещё — всё это твоя зона ответственности. Я даю тебе доступ к основной части этих денег. Сама решишь, сколько на что тратить. Но помни: приоритет — обеспечение достойных условий жизни и службы для наших людей. Ты тоже мой человек, так что и себе комнату оборудуй. Насчёт снаряжения и прочей технической составляющей: если будешь сомневаться, смело консультируйся со Святом или Петровичем. Вряд ли кто-то из наших тебе лучше про патроны или тушёнку расскажет, чем кто-то из них. Но последнее слово в распределении ресурсов в любом случае за тобой. Поняла?

Мирослава смотрела на меня не отрываясь. Спустя секунд десять она тихо выдавила из себя:

— Ты… Ты мне первый день как не чужой, и доверяешь такие деньги?..

— Род Северских переживал не лучшие времена, — невозмутимо ответил я. — Теперь будет иначе. Привыкай к этому. А мне самому некогда доски покупать. Ну? Поняла?

— Поняла, — нервно кивнула Мира. — Я не подведу! Обещаю.

— Знаю, — кивнул я девушке и повернулся к Петровичу. — Старый, на тебе продукты и кухня, пока не найдём кого-нибудь для этой работы на постоянку. Закупка, хранение, готовка. Возьми себе в помощь Игошу и, если потребуется, кого-нибудь из местных — ту же Галину. Разумеется, не бесплатно. Понял?

— Понял! — козырнул он. — Главный по кухне и провианту!

— Верно, — хмыкнул я. — Но твоя основная должность будет другой. — Я проникновенно посмотрел ему в глаза и продолжил: — Ты мой доверенный представитель по налаживанию контакта с местными. Лицо, которое они уже знают и которому должны доверять. Работай над этим, чтобы мы понимали, кому здесь что нужно, и от кого чего ожидать.

— Есть, — коротко ответил Петрович.

— И ещё, — продолжил я. — Передай им от меня, чтобы выбрали старосту. Мне нужен человек, через которого я смогу с ними разговаривать как с одним собеседником, а не с пятьюдесятью. Кого выберут, того и приму.

Петрович задумчиво кивнул, а я повернулся к Святогору.

— Свят, продолжай набирать людей. Из бывших сослуживцев, их знакомых, знакомых знакомых. В общем, сойдут все, за кого ты готов поручиться. Далее: снаряжение, боеприпасы, тренировки, военная техника, охрана периметра — всё полностью на тебе.

— Принял, — кивнул Свят.

— В идеале, у гвардии должен быть свой личный завхоз, — продолжил я. — Чтобы Мирославе Сергеевне не заниматься закупом. Но пока его нет, помогаешь ей с этим. Составь списки необходимого, списки поставщиков. Если ей потребуется сопровождение — обеспечь.

— Принял, — повторил он.

Когда я замолчал, Мира, слушавшая мои распоряжения очень внимательно, вдруг спросила:

— А ты?

— А я, — чуть помедлил я, подбирая формулировку. — Выпаду на пару деньков.

— То есть, как выпадешь? — нахмурилась она. — Куда?

— Никуда. Физически буду здесь, в Чёртовой Лапе. Но без лишней необходимости меня не трогать, пока не закончу с делами.

— Не понимаю… — вздохнула она.

— Место Силы нужно настроить, — пояснил я. — А не то долго рядом с ним жить мы не сможем.

* * *

Я дал Святу и Петровичу ещё несколько личных указаний, после чего отпустил их. Миру же попросил задержаться.

В руке у меня уже покоился тёмный бутылёк с эликсиром. Я откупорил склянку — и комнату тут же наполнил запах горького шалфея с едва уловимой металлической ноткой: тот самый, до боли знакомый аромат печени пепельника.

— Дай руку, — сказал я Мирославе.

Она протянула ладонь. Я осторожно прижал два пальца к её запястью, закрыл глаза и, обратившись к Структуре, прислушался к каналам девушки. Они держались ровнее, чем вчера, но всё ещё несли в себе след от подавителя и от той дряни, которой её поил Бестужев.

Ну и последствия Среза всё ещё ощущались, даже несмотря на все мои усилия.

— Мне это… пить? — покосившись на бутылёк, осторожно спросила Мира.

— Тут слишком круто для тебя, — усмехнулся я. — Свят принимал столько, чтобы перестроить половину тела. Тебе хватит и десятой части.

Я поставил чистую колбу, отмерил в неё часть настоя из флакона и долил дистиллированной воды из свежей бутылки ровно настолько, чтобы получить нужную пропорцию. Цвет сразу посветлел с густо-бурого до жидкого орехового.

— Теперь главное, — произнёс я, ставя колбу на медную плиту.

Я коснулся ладонью края перегонного стола и пустил в рунные желоба тонкую нить Силы. Плита налилась привычным тёплым оранжевым свечением. Жидкость в колбе забурлила почти сразу — энергия стола разогревала смесь изнутри. Долгой перегонки мне не требовалось: концентрат уже прошёл полный цикл, сейчас надо было лишь заново связать разведённые компоненты и привести их в рабочее состояние.

Полминуты — и жидкость перестала бурлить. Я снял колбу и поставил её на стол.

— Руку, — коротко велел я Мире.

Она молча протянула ладонь, подозрительно косясь на меня. Казалось, она догадалась, что её ждёт впереди.

Я взял со столика стеклянную пипетку и ловко уколол ей подушечку указательного пальца. Мирослава даже не вздрогнула. Капля тёмной крови набралась в пипетку, и я тут же уронил её в колбу.

Смесь коротко полыхнула изнутри мягким зелёным светом и успокоилась. Кровь одарённого — ключ к его же каналам, и без неё любое такое зелье било бы вслепую. Сейчас колба держала в себе уже не абстрактное лекарство, а лекарство именно для Мирославы Сергеевны Северской.

— Хм… — С колбой в руке я остановился возле полки с ингредиентами.

— Что ищешь? — полюбопытствовала девушка.

— Землянику.

— Зачем? — удивилась она. — Явно ведь не для вкуса.

— Зря ты так, — взяв нужную банку, улыбнулся я. — С ней будет вкуснее. Ну а кроме того, это один из видов стабилизации — цветы земляники не дадут телу отторгнуть чужеродную структуру.

Больше подробностей я озвучивать не стал. Лучше бы не знать моей прелестной кузине, что выступало основным компонентом эликсира — точнее, чья печень.

Я растёр между ладонями щепотку высушенных цветков, пропуская через пальцы короткую струйку Силы. Цветки коротко вспыхнули золотой пыльцой и осыпались в колбу. Жидкость в последний раз мягко качнулась и замерла.

— Пьётся залпом. — Я протянул колбу Мирославе. — Даже с цветками земляники вкус так себе, но поверь, ещё спасибо потом скажешь.

— Похоже, будто из лягушек компот сварили, — оценила Мира принюхавшись.

— Хуже, — хмыкнул я.

Она подозрительно глянула на меня, а затем резко, залпом выпила содержимое колбы.

Лицо у неё перекосилось, но потом разгладилось. Через пару секунд Мирослава моргнула и удивлённо посмотрела на свою руку.

— Тепло, — коротко сказала она. — Прямо от локтя идёт.

— Скоро станет ещё лучше, — кивнул я.

Мирослава ещё пару секунд смотрела на свою руку, будто пытаясь поймать тепло взглядом.

— Раз ты пока здесь остаёшься, я займу кузов «Егеря» в качестве кабинета, — решительно заявила она и покинула дом.

А я подошёл к Месту Силы и усмехнулся. Если бы сейчас рядом находилась Шиза, наверняка бы сказала что-то вроде: «Ты только что дал девочке, которую знаешь пару дней, полный контроль над деньгами рода, а сам ушёл медитировать».

Это забавно, но вопрос-то философский — кто из нас с Мирой больше радеет за благосостояние рода. Тут и сравнивать нечего, абсолютно точно мы заинтересованы в этом одинаково, а значит, она должна справиться.

Прежде чем приступать к глубокой медитации, я кратко прокрутил в голове все грядущие планы: кого и в каких объёмах лечить, органы каких монстров для этого могут понадобиться, какие иные ингредиенты могут подойти. Вообще, конечно, объём задач получался огромный, но недаром я уже выдал нужные поручения.

Ладно… Пора заняться делом, ради которого я, собственно, и попросил всех разойтись и взять на себя управление нашим скромным домохозяйством.

Я уселся прямо на дощатый пол у края пролома и скрестил ноги. Провёл ладонями по коленям, выдохнул и начал погружаться вглубь себя.

Первое, к чему я обратился, были мои собственные Руны. В ближайшие двое суток некоторые из них будут расти и культивироваться, другие продолжат работать сами по себе без моего над ними контроля. Источник растёт, а оттого и Руны необходимо время от времени развивать — корректировать их настройки, открывая по мере сил бОльшие возможности.

Особое внимание я уделил Руне Влияния. Той самой, которой я лечил Игошу, Петровича, Миру и Свята. С ней я провозился дольше всего. В эпоху Предтеч целители наносили её в три слоя, и я давно собирался добраться до второго. Новый слой ложился тяжело и долго. Источник просел, в висках пульсировало. Зато теперь, когда я буду работать с чужими каналами, мне не придётся каждый раз тратить столько Силы, сколько тратилось до сих пор.

Работа по настройке Рун получалась поэтапной, медленной и тягучей. Я не смотрел на время, не обращал внимания на звуки вокруг себя, концентрируясь только на том, что мне нужно.

Постепенно эти процедуры переключились на Место Силы — пора. Не зря я занимался работой над собой именно здесь. Плавно и неосознанно я всё глубже подключался к Месту Силы.

Чтобы в конечном итоге взять его под контроль.

Впервые я увидел Природный Источник в Чёртовой Лапе, когда рядом с ним лежали несколько трупов, неподалёку творили грязные ритуалы бандиты, и там же неподалёку жался мальчишка с дрожащими коленками. Тогда мне было не до тонких настроек — да и позже времени на это не нашлось. Всё это время я, по сути, использовал Место Силы как походный костёр: подбросил дров, согрелся, пошёл дальше. Старая Руна Стабилизации до сих пор держала те самые параметры. Для голого дома без людей этого хватало. Для гвардии и жителей Чёртовой Лапы — уже нет.

А использовать Место Силы теперь я планирую по максимуму.

Я начал серьёзно перестраивать его. Нужно было учесть, что Место Силы должно оставаться в секрете, а значит, отдельное внимание уделим его энергетической маскировке.

Сначала я ослабил старый контур, чтобы он не мешал, но и не рухнул раньше времени. Затем принялся чертить новый, уже под нынешние задачи.

Стены дома слегка загудели, когда я замкнул первое кольцо новой версии Руны. Во втором кольце я зашил ограничитель на внешний фон, чтобы никто в радиусе Чёртовой Лапы не чувствовал лишнего давления. В третьем поставил фильтр под собственные нужды. Теперь я и мои люди сможем вытягивать из Источника больше энергии, а само наличие Места Силы в определённом радиусе будет положительно влиять на их энергетический фон. Правда, для этого нужно будет позже сделать ещё кое-что.

Четвёртое кольцо я оставил «пустым». С запасом на будущее. Места Силы любят, когда им оставляют простор для роста.

Когда последний штрих лёг на рисунок, Источник коротко запульсировал и успокоился. Синий свет из пролома стал ровнее. Как лампа, которой наконец-то вкрутили подходящую спираль.

Но и на этом мои процессы медитации не заканчивались. Я продолжал обращаться внутрь себя и к Структуре. Работы ещё предстоит много…