— А не много ли ты, Сереженька, компенсации зверушке своей отсыпал?

— Это была справедливая цена, государь.

— Справедливая цена это рубль за метр. А десять миллионов моих денег это грабеж.

— В рамках установленного бюджета…

— Да плевать мне на бюджет, ты мои деньги разбазариваешь.

— Государь, если вы спокойно…

— Я похож сейчас на спокойного человека?

— Какие будут указания, государь?

— Пошел вон!

* * *

— Ты видел?

— Да, государь. Осмелюсь также сообщить, что Сергей Геннадьевич крайне вольно распоряжается и иными бюджетами…

— Да плевать мне на деньги! Они инструмент и они должны работать.

— Виноват, государь.

— Что там с Ефимом?

— Спрятался, государь. В Архангельск прибыло много сильных магов, желающих получить награду за его голову.

— Ты вот тоже казну не пожалел с этой наградой.

— Согласно вашему указанию, великий государь.

— Все вы так говорите, а деньги исчезают.

* * *

Улетевший обратно в столицу, сразу после разговора со мной, Сергей Геннадьевич оставил вместо себя целых двух людей.

Первого звали Афанасий Петрович, а фамилия у него была Весы. Было ему под двести лет, выглядел он на тридцать, имел военную выправку, щегольские усики на лице и взгляд матерого убийцы, что примораживал любого прямо на месте. Именно этот вампир был назначен руководить научно-исследовательским центром крови и фактически теперь являлся моим непосредственный руководителем.

Ученым Афанасий Петрович не был ни одного дня в своей долгой жизни, но заявил, что руководить твердолобыми умеет. Я ему поверил. Готов поспорить, через некоторое время он будет полностью держать весь Северодвинск в кулаке, а местный филиал Организации Охотников и Комендант будут заглядывать ему в рот и ждать его указаний.

Вторым оставленным рядом со мной человеком был Марк Анатольевич Фатов, и, как следует из его фамилии, он не был вампиром Семьи. Марк Анатольевич выглядел лет на шестьдесят и был живым воплощением слова «апатия». А еще он являлся стряпчим, сиречь адвокатом, и числился в штате «Согласия». Именно ему было поручено организовать здесь дела с точки зрения законности, а заодно и помочь мне с документами и наследством погибших друзей.

Толком поговорить с этими двумя товарищами у меня не вышло, так как каждый из них занялся своими делами, но мы договорились предметно пообщаться завтра. Причем, если со стороны стряпчего это было по той причине, что ему некогда сейчас заниматься мной и есть более важные дела, то Афанасий Петрович явно хотел посмотреть, переживу ли я ближайшую ночь. Странное отношение к «главному активу» будущего исследовательского центра, но не мне советовать древнему вампиру, как относиться к людям.

Переданная мне папка с кандидатами в команду также осталась у меня, но я к ней больше не прикасался. Если Мастеру так нужны эти уродцы, пусть он берет их под свое крыло. Хотя, конечно, карманный алхимик… хочу, очень хочу, но не такого, как мне предложила Семья. Хотя и Сергей Геннадьевича тоже легко понять. Алхимики товар эксклюзивный и на дороге не валяются. Вытащить такого из кармана и подарить мне как игрушку Мастер просто не мог при всем своем желании.

А вот десять миллионов рублей Сергей Геннадьевич дать мне мог, и дал. И это было странно, так как сумма была явно завышенной. И это при том, что фактически «Согласие» взяло меня на полное довольствие, прием за счет Царя. Согласно договора, мне в пользование будет предоставлен целый корпус будущего исследовательского центра и меня будут обеспечивать всем необходимым. Буквально всем.

И на этом фоне мне дополнительно выдают десять миллионов. Зачем?

Мысли про «эффективное» использование Сергеем Геннадьевичем царского бюджета я опускаю. Семья, конечно, в деньгах не купается, но их более чем хватает и без запускания рук в государственную казну. Тем более, эти десять миллионов мои личные и к Весам никакого отношения не имеют. Разве что чуть позже меня попросят поделиться, но это такое себе предположение. Подобные сделки оговариваются заранее.

Мне же просто подарили несколько миллионов царских рублей… Или все дело именно в Царе?

Он явно имеет на меня какие планы. Причем планы эти добротой, любовью и заботой не обременены. Я не более чем подопытная крыса. А от лабораторных мышей обычно избавляются без всякой жалости. И при этом Сергей Геннадьевич не раз говорил, что своих птенцов в обиду не даст.

То есть, эти десять миллионов это мой запасной аэродром на случай если что-то пойдет не так.

Предположение выглядит обоснованным. Если мне выдадут эти деньги золотом, то я однозначно прав. Ну ладно, не обязательно золотом, можно и обезличенными векселями на предъявителя. В любом случае все будет понятно, и тогда уже можно будет думать над тем, что делать дальше.

* * *

— Дед, ты себя слышишь? Как я могу его защитить?

…

— Да, я получил материалы вчера, но использую их этой ночью.

…

— Нет, я не медленный, дед, у меня вообще-то и другие дела есть, кроме собственного развития. У меня в уезде гнилоцвет!

…

— Что значит не обращай внимания? Я командующий Туманной Стражей!

…

— Да, я понимаю, как для Рода важен этот парень.

…

— Да, сегодня ночью я попытаюсь прорваться на Пятый ранг.

…

— Если бы это была так просто!

…

— Нет у меня дурного настроя. Сегодня или завтра прорвусь.

…

— Ладно-ладно, сегодня.

…

— Я же выслал материалы.

…

— К каким наградам?

…

— Сколько⁈ Они там не обнаглели?

…

— Разберись.

…

— Я тебя тоже люблю. Уф, — положив трубку телефона, полковник Огнев смахнул пот со лба, — Возьми Пятый ранг, возьми Пятый ранг — будто это что-то простое. У нас же в стране магов Пятого ранга как блох, куда ни плюнь — мага Пятого ранга заденешь! Капитан!

— Слушаю, господин полковник?

— Нам окончательный доклад по карантину присылали?

— Никак нет, господин полковник.

— Получи его. Там кто-то обнаглел настолько, что за плохо сделанную работу хочет получить высшие награды.

— Будет сделано, господин полковник.

— И не шуми при этом. Возможно, Огневым с Морозовыми придется еще раз заняться чистками. Не будем пугать дичь раньше времени.

* * *

Найдя в крепости Нину и Лапу рядом с ней, я отозвал их в сторонку.

— Дамы, — я внимательно посмотрел на Лапушку, — Сегодняшнюю ночь я собираюсь провести вне стен крепости.

— Но…

— Это не обсуждается, — прервал я возмущение Нины, — Это мои дела, а тебе надо снять нам комнату на троих и забронировать места в гостинице Архангельска.

— Думаете, внутри есть предатель? — напряглась девушка.

— Не исключаю, но больше забочусь о том, чтобы нам хватило места. Уже завтра сюда прибудут десятки магов, и некоторые из них будут иметь Шестой ранг. Уровень важности понимаешь?

— В крепости с трудом разместился боярин Морозов, если тут будет четыре архимага, места им точно не хватит.

— То есть, простых людей будут выгонять, — кивнул я, — Надо позаботиться о жилье заранее.

— Я могу снять в городе дом.

— Пока без надобности, — дом это уязвимость.

— Да, господин.

— Я с Лапой буду снаружи. Тебе в крепости ничего не грозит. Если со мной что-то случится, просто бери все мои деньги и беги с Севера.

— Не говорите так, господин. И зачем вам выходить? Внутри вы в безопасности.

— Спорное утверждение. Крепость может выдержать удар Высшей Твари, но не ее целенаправленную атаку. Я не хочу подвергать вас всех риску. Я бы и Лапу оставил, но она же за мной увяжется.

Муравьед фыркнул.

— Видишь?

— Это опасно, господин.

— Не повторяйся.

На самом деле мне не хотелось рисковать собой, и я вполне мог остаться в крепости. Если уж Ефим один раз смог притащить меня в нужное ему место против моей воли, то сможет это и во второй раз. То есть, фактически безопасного места для меня в мире нет. Настроившись на меня, эта Высшая Тварь просто приманит мое тело куда ему надо. При этом никакая крепость меня не удержит, я просто перейду в туманную форму и улечу.

Иными словами, теоретически, предыдущей ночью Ефим мог убить меня, а не моих друзей. Но это лишь в теории. На практике следователи Тайного приказа отказались рассказывать мне, как именно работает ментальная настройка и все такое. Не мог просветить меня про подобные силы и Сергей Геннадьевич. К тому же кто знает, как именно защищен кремль? Резиденция князей может таить в себе свои секреты. Царская семья не просто так правит этой страной.

В общем, подумав, я решил, что прятаться в крепости бессмысленно. Меня либо выманят оттуда наружу, либо возьмут объект штурмом. И так, и так — мне хана. Но я воспитан улицей и знаю, что быстрые ноги тумаков не бояться. И в этом вижу свое спасение.

Моя туманная форма значительно превосходит по своим возможностям аналогичные способности вампиров. Даже если это Высшие Вампиры. Я банально быстрее.

Но сто первый прием карате я применю лишь во вторую очередь, ибо у меня есть Лапа с ее ультимативно длинным призрачным языком. Так что стоит уроду, убившему моих друзей, лишь приблизиться ко мне, и его Ядро будет скушано Туманным Зверем. К сожалению, вампира такое не убьет. А там не просто вампир, а Высший. Но даже ему будет хреновато. А уж дальше я не оплошаю. Накоплю силы на удар молнией такой мощи, что от урода даже головешки не останется.

Таков план. Сработает ли он или нет — не знаю, но о Нине надо позаботиться, а если выживу, то мне надо куда-то возвращаться. А то, и правда, наедут важные и могущественные маги в город и пернуть будет нельзя, чтобы кого-то не обидеть испорченным рядом с ним воздухом.

Формирование Серебряного Тумана я встречал на руинах своей базы.

Развалившись на земле, я принялся жадно втягивать в себя разлитую в пространстве силу и одновременно снял с себя всякую маскировку. Сейчас меня ничто не должно сдерживать и ограничивать. Я просто аккумулятор для молнии, которой я убью Ефима, а Тварей попроще пусть уничтожает Лапа, она справится.

Воспоминание о вампире породило внутри меня тихую ярость и гнев, которые стали расти, и я не сдерживал себя. Эмоции не мешали накапливать мощь, так что отвлекаться на борьбу с ними я не стал.

Первое время все шло нормально, но тут я уловил эмоции Ефима и его желание убивать внезапно стало моим собственным. И это желание нести смерть и хаос, смешавшись с моим гневом и моей ярость, в какой-то момент стало доминирующим. Я буквально утратил себя, превратившись в комок эмоций и желаний, которые обычно были мне не свойственны. Перед лицом, как живые, встали мои друзья. Бронислав. Фомич. Анна, Василиса, Иван, Барбара, девчонки вампирши…

И именно в этом момент я окончательно утратил связь с реальностью. Меня больше не было. Вокруг существовала лишь чистая, незамутненная разумом, ненависть и желание убивать. И тогда я вновь, как и однажды в Москве, ощутил, что нечто могущественное обратило на меня свое внимание.

Передо мной раскрылся целый океан силы. Сама вселенная смотрела в меня, и перед этой силой я был настолько незначительной букашкой, что лишь благодаря своей жажде убивать я хоть как-то сохранял собственное я.

Так продолжалось целую вечность, а затем сила, которую я даже представить не мог, хлынула в меня и растворила в себе.

* * *

— Серебряный Туман. Низкое излучение. Легкая ночь.

— Повезло. Мне отозвать боевые группы на базу?

— Не будем спешить, подождем. Мелкие Твари однозначно появятся, зачистим их и можно будет отдыхать.

— Как скажешь.

— Хм…

— Что там?

— Изучение и концентрация Тумана растут.

— Обычная неисправность оборудования.

— Все датчики у нас на гарантии.

— Это ничего не значит.

— Концентрация и изучения растут по всему уезду.

— Это невозможно.

— Синий Туман! Цвет изменился на Синий! Концентрация и излучение зашкаливают!

— Вот тебе и легкая ночь.

— Что будем делать?

— Молиться.

* * *

Очнулся я утром, на развалинах своей базы. Рядом со мной сидела Лапа и преданно заглядывала в глаза. Меня же буквально разрывало от боли. Казалось, каждая клеточка моего тела решила, что она должна болеть, и делала это на свой манер, из-за чего я даже не мог понять, как именно мне больно. А еще меня переполняла сила, и в теле была удивительная легкость, что очень странно сочеталась с болью, которую я испытывал.

Поднявшись на ноги, я попытался вспомнить все, что произошло.

Итак, сначала я собирал силы для одного единственного удара по Ефиму, если он придет за мной. И у меня это отлично получалось. Потом я вспомнил погибших друзей и настроился на эмоции древнего вампира, а затем…

Проникающий в самую душу взгляд, перед которым я был никем…

Голова взорвалась болью, а вместе с ней вернулись и все воспоминания прошедшей ночи.

Взгляд, сила, океан силы, что стал Синим Туманом, и я…

Ох, грехи мои тяжкие.

Я убивал. Много. Я буквально стал смертью, и никто не мог избежать моего внимания. Хорошо хоть вся эта ярость имела конкретную цель, а потому сначала я бросился искать Ефима, но поняв, что его мне не найти, почему-то переключил свое внимание на Зуба.

До Архангельская добрался буквально за десяток минут и всего за полчаса нашел в городе моего врага который так долго и умело прятался от меня. Туман просто шептал мне, где он, и мое желание убить вело меня вперед.

На базе Зуба не осталось ничего живого. Я уничтожил даже цветы в горшках. Я был стихией, которую невозможно остановить. А потом я вернулся к Лапе и, обняв муравьеда, зарывшись лицом в ее жесткую, почти стальную шерсть, заснул.

— Ну и ночка, — я потрепал Лапу по загривку, — Кому расскажешь — не поверят.

Но главное, что я знаю.

Туман это не природное явление. Это нечто несоизмеримо большее. Но вот разума там нет. Это точно. Но есть некая система, что определяет, кто свой, а кто чужой. И изначально я был признан чужим. А сегодняшней ночью я стал своим. И это открыло передо мной новые горизонты.

Взять эту боль в клеточках моего тела. Это сила. Энергия, которой так много, что тело не выдерживает ее напор.

Я сосредоточился и легко втянул эту силу в Ядро. Боль пропала, зато легкость в теле стала невообразимой. Я буквально ощущал свое тело как единый организм и мог им распоряжаться как пожелаю.

Первый ранг силы. То, к чему вампиры стремятся годами, я взял за одну ночь. И это был не предел.

Прогулка до крепости окончательно успокоила мои нервы, и под своды человеческой твердыни я входил уже успокоившийся и принявший нового себя. Да, надо будет еще провести эксперименты, но мне кажется я подобрал ключик к тому, как именно я должен развиваться.

Всепоглощающее желание убивать, вот что отличает Тварей от Людей. До этого я был человеком. Моя жизнь была легкой и простой. Почти беззаботной. У меня не было стимула развиваться.

А потом появился Ефим, и умерли близкие мне люди. И я понял, что такое жажда крови, и тогда Туман признал меня Тварью.

Вот только я не Тварь. Но маскироваться могу. Теперь я это умею.

— Господин! Вы в порядке?

— В полном, Нина.

— Я так испугалась, когда сообщили, что Туман стал Синим. Такого ведь никогда раньше не было!

— Ничего страшного. Много Старших Тварей появилось?

— Ни одной, господин. Все в недоумении. Излучение и концентрация были запредельными, но ничего опаснее Низших не было.

Ну, кое-что было, но я об этом умолчу. Видимо, вся мощь этого Синего Тумана ушла в одну конкретную Тварь. Исследовательскому центру будет над чем работать. Да и мне самому не помешает разобраться в изменениях, которые произошли со мной этой ночью.

А пока изображаем, что все нормально, улыбаемся и машем.

— Еще вас хотел видеть ваш стряпчий, господин.

— Фатов?

— Он самый.

— И что ему надо, — тихо ворча, я пошел к месту обитания адвоката Семьи.

— Борис Николаевич, я оформил все документы по компенсациям, и вам надо их подписать, — сразу после приветствия стряпчий приступил к делу.

Я пробежал глазами по бумагам и поставил внизу каждой свою закорючку.

— Я больше не нужен?

— А деньги? — в апатичных глазах стряпчего впервые мелькнуло что-то похожее на удивление, — Ваша компенсация.

В мою сторону придвинули тонкий дипломат, открыв который я обнаружил внутри векселя на предъявителя. Причем все они были номинированы в золоте.

Что-же, можно сказать, мои предположения подтвердились, и Сергей Геннадьевич в очередной раз обо мне позаботился. Осталось теперь выяснить, чего желает Царь, и тогда можно будет планировать свое будущее.

А будет ли это будущее Твари или Человека, я решу чуть позже.