Чтобы немного прийти в себя после произошедшего, попросила внести меня в экзаменационные списки на мои предметы с другими группами. Это позволило выиграть пару дней, которые я просто пластом пролежала дома, читая книги по травничеству и медицине. Спрашивать у Хэлмираша, почему он меня не забрал из расположения войска, не стала, это и так было понятно. Опыт, который я там получила, пусть и был довольно страшным, но он был бесценным. Ведь именно этим мне и предстоит заниматься. А то, когда учишься вместе с целителями, которые парой взмахов руки залечивают рану от стрелы, начинаешь забывать, что тебя, чуть что, ждут иголка, скальпель, настойки, тобой же сделанные, и бинты.

Прикладное травничество действительно пришлось сдавать комиссии, Бошар не захотела давать мне второго шанса. Но меня это не особенно расстроило. После работы «в поле» я совершенно умиротворенно сварила несколько мазей перед тремя достопочтенными старичками. И вышла, довольная своим «отлично».

Оставшиеся до боевой подготовки экзамены прошли буднично, никаких эксцессов. А вот сдавать боевку я шла с некоторым раздражением, потому что Дармин валил всех. Принципиально, из природной вредности, видимо. Точнее он делал так, что ты чувствовал себя полнейшим отбросом, распинал тебя перед всей группой, а потом милостиво ставил тройбан и отпускал. Это был именно тот момент, когда ты рад тройке, как лучшему другу. Все, что угодно, кроме пересдачи. На этот раз в экзамен входили: стандартная полоса препятствий, спарринг и сдача нормативов по скорости. Первое и последнее у меня особенных затруднений не вызвало, в рамки уложилась. Как оказалось, зря. Наученные горьким опытом магистры старались особенно не выделяться и не выкладываться, чтобы не произошло то, что случилось со мной. Потому что в спарринге Дармин встал против меня сам. Мол, что-то ты легко все проходишь, надо бы усложнить. В общем, в тот день я собрала на свои многострадальные локти, колени и спину песок с каждого уголка полигона. Хэлмираш молча наблюдал за всем этим безобразием, но в процесс вмешался только тогда, когда Дармин решил мне назначить пересдачу за провал спарринга. Пока я валялась в изнеможении на песке, учителя о чем-то поспорили, и Дармин все-таки согласился на вожделенную тройку. Перевернулась на живот, ударилась головой в песок, имитируя поклон стражу. Тот только усмехнулся в ответ.

В конце экзамена я успела-таки его выловить, пока не испарился, и упросить перенести меня до дома. Тащиться через лес к себе не было ни малейшего желания. Хэлмираш, как ни странно, уговорился, только мы отдалились от остальных, чтобы не исчезать у всех на виду. Когда мы оказались перед моей дверью, я не упустила шанса и пригласила стража на ужин. Ну а что, говорят же, что путь к сердцу мужчины лежит через желудок. Хотя, злые языки и перебивают, крича, что через грудную клетку.

Но, видимо, готовила я действительно неплохо, раз Хэлмираш от приглашения отказываться не стал. Так что поужинали мы вдвоем, заодно страж подзарядил мне плиту и чайник. И сказал, что для подзарядки светильников придется все-таки вызывать бытового мага, потому как сам Хэлмираш в этой системе не разбирается и может все к Харашу спалить.

Так что я внесла в список ближайших дел поговорить с Селеной или с Сэм насчет бытового мага. А то оказаться внезапно без света мне не улыбалось.

После экзаменов наступили двухнедельные каникулы. Академия опустела, мои друзья тоже все разъехались. В основном, конечно, по родителям, и только Орм с Руш рванули к ее дальней родственнице, надеясь хоть там спрятаться от предрассудков. Мне же нынче все также пришлось куковать в Академии по крайней мере первую неделю точно, потому что в Цитадели сейчас был некоторый переполох, и Даарен попросил меня пока не приезжать. Ибо из кланов диких, зачисткой которых Предводитель занимался, были изъяты все дети, которым еще можно было нанести татуировки и которые по малолетству не помнили ничего о кланах. Демоны были очень осторожны и принимать в свои ряды того, кто затаил бы злость за уничтожение семьи, не собирались. Жестокая политика, но такова была их жизнь. Поэтому в Цитадели сейчас было не до меня. Однако мне несколько повезло, потому как у Хакета и Рейна были какие-то совместные научные изыскания, что обоих мужчин не особенно-то радовало, но вот мне как раз пришлось по вкусу, потому что по вечерам мы собирались у меня либо в доме, либо во дворе и о чем-нибудь разговаривали.

Однажды мне даже удалось вытащить их обоих на полигон, попинать мяч и размяться. Там нас нашел Хэлмираш, планирующий обсудить рабочий вопрос с Рейном. Мне не хотелось просто стоять и ждать, пока они поговорят, поэтому я уломала Хэлмираша поучаствовать в нашем спортивном мероприятии. Мол, сначала разомнемся, а потом на обратной дороге все решите. Только обговорили правила, как вдруг все вокруг очень странно потемнело и… замедлилось. Стало трудно двигаться, как будто оказалась в воде, для каждого маневра приходилось прикладывать лишнее усилие. Даже моргнуть быстро не получалось. Оглядела остальных и поняла, что у них та же проблема, но при этом особенно взволнованными мужчины не выглядели. Скорее раздраженными и недовольными.

Окружающий пейзаж стал меркнуть, начал преобладать синий цвет, и вот уже я и четверо магов оказались в эдаком синем непрозрачном кубе. Причем шевелить чем-то ниже груди больше не получалось, мы как будто застыли. Хэлмираш метрах в полутора от меня, Хакет и Рейн чуть дальше.

— Это что, снова приколы оракулов? — спросила я, замечая, как странно звучит мой голос. Он как будто стал гораздо выше и мелодичнее.

— Колодец истины полон, — раздалось вдруг, заставив меня вздрогнуть. Невозможно было понять, откуда шел звук, складывалось ощущение, что отовсюду. Также я не смогла определить даже пол говорившего, настолько он был туманным.

По центру куба вдруг произошло какое-то движение, и я, сощурившись, разглядела несколько бледных, почти прозрачных лент. Они покачивались, как водоросли в воде, устремляясь то в нашу с Хэлмирашем сторону, то отклоняясь к Рейну и Хакету.

— Хэл, что это? — прошептала тихо.

В этот момент ленты резко, как будто реагируя на звук, устремились ко мне. Я бы отшатнулась, но тело не двигалось, смогла только голову назад откинуть. Однако в одно мгновение на пути лент появилась смуглая рука с широким металлическим браслетом. Ленты резко поменяли направление, опутывая всю руку, затем перебираясь на тело, и вот они уже спеленали Хэлмираша, оставляя свободной только голову. Страж смотрел на меня, и по его губам я смогла прочесть: «Все в порядке».

Правда, верилось с трудом, попыталась двинуться с места, но легче не стало, меня держало все так же крепко. Говорить что-то еще не решилась, боясь сделать хуже. Однако Хэлмираш оставался невозмутимым, не более хмурым, чем обычно, что меня хоть немного успокаивало.

— Благородный порыв, — проговорил все тот же голос. — Колодец истины видит все. Колодец истины помогает всем. Скажи Колодцу все, что у тебя внутри.

Что-то мне не верилось этому голосу. От слова совсем. Не походило это на благотворительность, вот нисколько. По лицу Хэлмираша прошла судорога, видно было, что он пытался сопротивляться.

— Колодец знает. Колодец видит. Колодец поможет показать. Где ее место?

Ленты шевельнулись, полностью разворачивая Хэлмираша ко мне. Я вновь напрягла мышцы, пытаясь вырваться и помочь стражу, но ничего не получилось. Мужчину перекосило, но все-таки его сил на сопротивление не хватило, и он хрипло выдавил:

— В моем доме.

Я озадачено моргнула. И что все это значит?

— Колодец знает. Колодец помог. Колодец истины показал.

В следующее мгновение ленты на страже истончились и пропали, а сам синий куб медленно растаял. Мы вчетвером снова оказались на поляне. Судя по положению солнца, в заточении мы провели от силы несколько минут.

— И кто мне скажет, что это было? — озадаченно спросила, оглядывая мужчин.

— Одно мерзкое блуждающее заклинание, — Рейн отряхнулся, как будто коснулся чего-то грязного. — Оно безвредное само по себе, так что последствий никаких.

Я с сомнением перевела взгляд на Хэлмираша, но он на меня не смотрел. Страж несколько секунд побуравил одну точку на земле взглядом, затем вынул из-за пазухи несколько бумаг передал их Рейну и исчез. Я только вздохнула.

— Так что это за заклинание? — подошла к магам.

— Колодец истины, — Хакета перекосило.

— Мне это все еще ни о чем не сказало. И это я и так знаю, он назвался.

— Он с тобой разговаривал? — ошарашено посмотрел на меня Рейн.

— Не совсем со мной, с Хэлмирашем. Точнее, он сначала на меня свои щупальца пустить хотел, но Хэл перехватил, — что-то мне не понравилась в его интонации. — Но ты же сказал, что он безвреден!

— Так, — Хакет сделал пару шагов в сторону, сел на лавку. — Колодец истины не приносит никакого физического зла. Его создал один псих, который все никак не мог признаться в любви своей пассии. Все боялся, что она решит с ним быть из жалости или по другим причинам, но не полюбит по-настоящему. Ну и создал он этот Колодец истины. В нем нельзя соврать. Вообще, будь ты хоть архимагом оракулом. Однако его любимая не только не полюбила его, но и вообще отказала. Тогда этот идиот решил доработать Колодец. Всю сущность в него вложил. К сожалению, в его случае — буквально. Именно поэтому это чокнутое заклинание никак не могут развеять, хоть пытались неоднократно, и оно блуждает, появляясь то там, то здесь. И после доработки этот Колодец приобрел новое свойство. В нем теперь не только соврать нельзя, он еще и заставляет бедного попавшего в него человека сделать признание. Перейти на следующий уровень отношений.

— Не повезло бедняге Хэлмирашу, — покачал головой Рейн.

— Я вообще не думал, что у него кто-то есть, — пожал плечами Хакет. — Но да, тут не повезло.

— Вы о чем вообще⁈ — что-то я конкретно так нервничать начала. — Куда там опять Хэл из-за меня вляпался⁈ Какой следующий уровень отношений?

Рейн приземлился на лавку рядом с Хакетом, я встала перед ними, сложив руки на груди и требуя объяснений. Быстро же помирились и спелись на фоне чужой беды! Вон как друг за другом повествование подхватывают. Так и действительно поверишь, что много лет лучшими друзьями были.

— Что ты знаешь о человеческих ритуалах ухаживания? — поднял на меня глаза Рейн.

Фыркнула:

— О ваших местных? Ничего. Ну, кроме того, что мне Хакет сказал.

Вэйджер покосился на Малиша, но тот покачал головой.

— Мы как-то не думали, что тебе это понадобится, — с неловкой гримасой заметил Хакет.

— В общем, ритуалов ухаживаний у нас много, тот, который выбирается, зависит от расы мужчины в паре. Так вот, человеческий ритуал многостадийный, и там идет чередование. Начинает действие мужчина, женщина отвечает, тогда мужчина получает право на следующую ступень. А Колодец этот момент не учитывает. Он заставляет кого-то одного из пары сделать следующий шаг, но вторая половина его чаще всего не видит и не слышит, ведь Харашев Колодец появляется абсолютно внезапно и в любом месте. А повторять одну и ту же ступень нельзя, да и Колодец не дает. Вот и получается, что, если женщина сама каким-то образом не догадается, что там уже другая ступень, то пара может рассыпаться. Такой вот кривой Колодец истины вышел. И Хэлмираша сейчас перебросило на другую стадию. Еще бы знать, хоть на какую, можно посторонним же помочь, но я понятия не имею, что он сказал.

— Вы же там с нами были, — нахмурилась я.

— Слишком далеко, — пожал плечами Хакет. — Да и не слышат ничего толком те, кому слова не предназначаются, свойство Колодца.

— Так, — я повторила за Малишем. — А теперь поподробнее, что там у людей за ступени.

— А у тебя есть кто-то на примете? — хмыкнул Рейн.

Но мне было не до смеха. Ведь действительно, а вдруг у Хэла там отношения где-то нормальные есть. Внутри от этой мысли, становилось тоскливо, но это не повод портить стражу жизнь. Еще неизвестно, что бы со мной этот Колодец сделал, не останови Хэлмираш те нити.

Разглядев мое выражение лица, Рейн вздохнул:

— Ладно. Обещал же как-то, что просвещу тебя на эту тему. Так вот, чтобы показать женщине, что она ему нравится всерьез, мужчина преподносит подарок.

— Какой-то особенный? — приподняла брови.

— Да нет, в этой роли может выступать что угодно, — пожал плечами маг.

— Так это что, мужчины не могут просто подарок сделать? Обязательно со значением? — нахмурилась я.

— Нет, — усмехнулся Хакет. — Тут все дело в формулировке. Подарком может быть любой предмет, а вот преподноситься он должен не в подарок, а в дар. Это принципиально.

— Чтобы показать, что чувства взаимны, женщина должна продемонстрировать свое расположение и поцеловать избранника. После чего мужчина имеет право доказать, что он способен защитить свою избранницу. Обычно для этого покупается и вручается какой-нибудь амулет именно с защитным заклинанием. После получения такого амулета женщина должна при свидетелях дать согласие на защиту себя. И вступает в силу завершающая часть, где мужчина признается женщине в своих чувствах открыто. То есть, конкретно заявляет, что ее место рядом с ним. А женщина, если принимает такой расклад дел, переезжает к избраннику. Все, после этого они считаются парой. Там уже сами решают, через сколько свадьба, через год, пять, десять. Ну и потом уже на ритуале обмениваются магическими клятвами у алтаря и украшают свои запястья магическими знаками, — закончил Рейн.

Хакет показательно закатал рубашку и вытянул руку. На его запястье красовалась широкая золотая вязь.

— Что-то примерно такое, рисунок индивидуален, — с легкой улыбкой проговорил маг.

А я стояла, моргала и думала. Потому что все это мне сильно кое-что напоминало…

«Подарком может быть любой предмет, а вот преподноситься он должен не в подарок, а в дар. Это принципиально».

И хрипловатый голос отрывисто произносит:

— «В дар. Тебе. От меня».

…Мой задумчивый голос с пьяными нотками:

— «А ты мне нравишься», — я целую стража в щеку.

— «Встань в центр», — мужчина кивает на рисунок на полу. Вспыхивает защитное заклинание.

— «Тогда спасибо. Я не против твоей защиты». Хэлмираш еще тогда так странно усмехнулся.

И заключительное:

— «Где ее место?»

— «В моем доме».

И еще, умереть после управления старика Пинта мне не дали чужие слова про потерянный смысл жизни. Снова. Говорили про «снова» потерянный смысл жизни. А Хэлмираш уже один раз потерял всю свою семью.

Он ведь действительно всегда меня оберегал, помогал и ничего не просил взамен. Находил для меня время даже в своем до одури плотном графике, занимался, учил, пристроил в группу тренироваться, присматривал…

Рейн и Хакет еще что-то обсуждали, а я просто развернулась и побрела в лес. Бежать не хотелось, надо было все обдумать. Но голова была пустая. Совсем. Там только все звенели и повторялись эти обрывки наших с Хэлмирашем разговоров. Я практически не видела, куда иду. Начала хоть что-то соображать уже только около своего дома. Но заходить не стала, решительно развернулась и направилась в башню. Поднималась по знакомым ступенькам медленно, как будто каждое движение давалось с трудом. И вот я на втором этаже. Уже давно мне не приходилось замирать около этой двери, всегда влетала в нее стремительно. Что ж, на этот раз тоже не стоит трусить. Я толкнула дверь, сделала шаг за порог. Хэлмираш сидел за столом и что-то писал. На скрип двери страж поднял голову, окинул меня взглядом, почему-то задерживаясь на полу рядом с ногами. Он что… искал там сумки с вещами?.. Или я притягиваю факты за уши⁇

Молча покрутила головой, окинула взглядом уже привычное помещение. Голые стены, закрытые досками, большой стол с кучей бумаг. Дверь в личные комнаты была открыта, так что я хорошо видела маленькую спальню стража. Вздохнула, перевела взгляд на хозяина башни. Тот все так же следил за мной глазами.

Я оперлась плечом о дверной косяк, разглядывая знакомое до мелочей лицо. А что, если я все себе надумала? И его фразе в Колодце истины есть банальное объяснение? Например, что он смог обмануть заклинание. Или еще что. Ведь я-то не следовала никаким ритуалам, так просто само выходило. И заклинание то защитное Хэлмираш мог наложить без всякого умысла. В итоге, я буду выглядеть очень глупо, но… а что я теряю? Усмехнулась. Ну скажет он мне, что я рехнулась, ну выгонит и пошлет круги бегать, чтобы дурные мысли голову не забивали. Ничего страшного не вижу. А насмехаться надо мной страж не будет точно.

— Хэл, — позвала от дверей, очередной раз мельком пробегаясь взглядом по помещению. — А давай, ты ко мне переедешь, а не я к тебе?