Род Вороновых своим могуществом не в последнюю очередь обязан долголетию своего патриарха. Не так давно графу исполнилось два с половиной века. Необычайное долголетие графа Александра Воронова всем остальным объяснялось влиянием специальной медикаментозной терапии. Он же являлся живой рекламой эффективности препаратов, которые продавала по всему миру компания «Воронов Фармацевтика».
Вот только Михаил знал, что это не так. Он, как член правления компании и глава одного из самых крупных филиалов, имел доступ к информации о продажах всех препаратов. Граф видел, что покупатели этой терапии живут дольше, но не настолько.
Он знал, что дело в другом, но отец не подпускал собственного сына к тайне рода Вороновых. Говорил, что любой из его детей сперва должен доказать, что достоин этого знания, показать свою полезность древнему роду.
Однако Михаил — да и другие члены семьи наверняка — заметил, что кое-кого их отец к тайне рода все-таки допустил. Российскому императору в этом году будет сто тридцать семь, а выглядит он максимум на пятьдесят — пятьдесят пять. Нескольким влиятельным конгрессменам из страны за Атлантическим океаном шли уже восьмой и девятый десятки лет, а они были все так же в трезвом уме и здравой памяти. Британский король перешагнул полуторавековой рубеж, шведскому сто одиннадцать, римскому императору тоже за сотню, а в династии Минь в Поднебесной целая плеяда мудрецов-долгожителей.
Наверное, все эти люди доказали полезность роду Вороновых. Влияние компании продолжало расти по всему миру.
Нос десантного катера разрезал большую волну, и на лицо графа Воронова попали соленые брызги, мелким бисером усеяв седые усы. Морской бриз приятно холодил кожу.
Михаил тоже хотел жить долго, но не это было для него главным. Даже самому себе он не признавался, что ему всю жизнь не хватало простой отцовской любви. Чтобы Великий граф подошел однажды, похлопал его плечу и сказал: «Я горжусь тобой, сын». Но Великому графу не было дела до сына с дочерью. Он был занят другим своим детищем — могуществом рода Вороновых.
Сын Александра твердо решил, что добьется снисхождения отца, получит доступ к тайне рода и однажды займет место рядом с ним. Он должен доказать, что полезен. И в этом ему поможет Исаев Максим. Вот только сперва Михаил Воронов узнает, почему четыре древних меча так отреагировали на Исаева.
— Приготовиться к высадке! — крикнул капитан с мостика за спиной графа.
Впереди покачивался золотой берег архипелага Эдзо. Раньше это был один остров, но двести лет назад магический катаклизм расколол его на множество частей и разрушил японскую цивилизацию. Теперь на островах властвовали разобщенные, но хорошо вооруженные племена айнов и мутанты. Граф раздобыл сведения, где примерно жил мечник, изготовивший те четыре почерневших меча, и рассчитывал найти записи, что все же значит это почернение.
Как любая крупная корпорация, «Воронов Фармацевтика» обладали частной армией для защиты своих интересов за рубежом. Помощью этих людей и решил воспользоваться Михаил. Он отправил вооруженную экспедицию несколько дней назад. Связь с ними прервалась в первый же день. Вторую граф решил возглавить лично.
Он всегда считал: если хочешь сделать что-то хорошо, сделай это сам. К тому же медикаментозная терапия, увеличивающая срок жизни, все же на кое-что годилась. Хоть Михаил и выглядел на шестьдесят пять, в его мускулах бурлила сила, а суставы были все такими же гибкими, как сорок лет назад.
Тупой нос десантного катера вгрызся в песчаный берег, словно таран. Одновременно с этим граф уперся ногой в борт и позволил инерции увлечь его вперед. Он подпрыгнул и пролетел с полдюжины метров, после чего приземлился на песок, кувыркнувшись и тут же выхватив из-за спины два уже снова побелевших меча. Как раз вовремя, потому что песок буквально взорвался и выплюнул вверх небольших тварей с ракушками на головах, маленькими острыми когтями и зубами и с фиолетовой кожей. Граф, используя корпус, крутанулся вокруг своей оси, припадая на колено, и рассек мечами сразу с полдюжины мелких монстров.
Твари повыпрыгивали из песка по всему пляжу. С нескольких катеров по ним открыли огонь из пулеметов. На песок упали аппарели, и из внутренностей судов наружу хлынули бойцы в броне без опознавательных знаков и выехали несколько штурмовых машин.
Из сотни стволов разных калибров на пляж обрушился свинцовый дождь. Крупнокалиберные пули разрывали на части мелких тварей, вздумавших напасть на людей. Деревья, стоявшие стеной через два десятка метров, падали, спиленные рикошетами.
Канонада выстрелов привлекла монстров покрупнее. Пять крупных рогатых тварей ринулись на берег, но были встречены таким сильным огнем, что их жизни оборвались, едва они прошли несколько метров по песку. Пули вырывали из их туш целые куски плоти.
Из леса, привлеченные шумом, выскакивали все новые хищники, но вскоре их поток прекратился, стрельба стихла, а пляж заволокло едким пороховым дымом. Только двигатели бронированных машин тихо рокотали и гудели сервоприводы их и корабельных турелей.
К концу боя, побелевшие клинки графа утонули в крови, а вокруг него высился небольшой бруствер из трупов мутантов. Кожу лица неприятно стягивала кровь, но граф был доволен. Давно он так не разминался.
Командир отряда слева от графа одиночным выстрелом в голову из увесистого револьвера прикончил выжившего массивного рогача. Затем он огляделся и подошел к Воронову, при каждом шаге звеня гильзами, усеявшими пляж. Это был рослый, русоволосый мужчина, с короткой бородой и усами такого же цвета — бледнокожий уроженец Сибири, бывший гвардеец из Императорского дворца. Компания несколько лет назад переманила его на частную службу Вороновым. С тех пор их вложения несколько раз окупились.
— Ваша светлость, зона высадки расчищена, — пророкотал он глубоким голосом и уставился на графа, словно верный пес в ожидании новой команды.
— Хорошо, — отвечал Воронов. — Оборудуйте плацдарм и выдвигаемся. Путь предстоит неблизкий.
Командир отряда козырнул по старой привычке и пошел вдоль причаливших катеров, отдавая команды своим зычным голосом. Бойцы засуетились, отложили оружие. Часть занялась стаскиванием трупов в кучи, чтобы затем их сжечь, другие бросились таскать ящики с оборудованием для укрепления пляжа.
Граф стряхнул кровь с мечей, сунул их обратно в ножны за плечами, вытер лицо и руки и вытащил из планшета на груди древнюю заламинированную карту. Ему пришлось немало потрудиться, чтобы раздобыть ее в архивах города Нанкин, куда двести лет назад хлынули японские беженцы после разрушения их домов. Подкупил с десяток китайских чиновников и дворян, чтобы вывезти карту из Поднебесной Империи.
На клочке пожелтевшей бумаги была отмечена деревня кузнецов, где и жил искомый мастер.
Воронов взглянул на поредевший лес. Ландшафт сильно изменился с тех пор, как нарисовали эту карту. Но он все равно выполнит задуманное, добьется своего. Вороновы никогда не отступают.
— Если кто-то из вас еще хоть раз скажет слово на букву «а»… — грозно потрясала в воздухе кулаком Лиза.
Выглядела она не только грозно, но и весьма сногсшибательно. Словно современная представительница древней страны этого мира — Амазонии. В моей рубашке, застегнутой только на верхние пуговицы, босая и в мужских брюках, которые свисали с ее узкой талии, слегка обнажая линию загара ниже пупка.
Я взглянул в сторону своей комнаты. Дверей у нас все еще не было, так что широкий проход открывал хороший обзор на ее внутренности. На накрытый алхимический стол, на заправленную кровать, пару стульев, шкаф с одеждой, половину которого занимали склянки, шкатулки, пакеты и коробки с ингредиентами. Как раз недавно пришла новая поставка от Листницкого, так что шкаф был забит битком алхимией.
Однозначно нужен склад. И где-то поблизости.
Ладно, Лиза не была дурой, а мне не хотелось, чтобы она считала меня мутантом или монстром, который превращается в каменного истукана и с трудом себя контролирует. Расскажу им, кто я такой. А если посмеют хоть с кем-то обмолвиться хоть словом об этом…
— Хорошо, — сказал я, поднимаясь со своего места, и встал под аркой между комнатой и всеми остальными. — Это был не адреналин…
— Я уж догадалась… — скрестила Лиза руки на груди и остановилась прямо передо мной. Заглянула в глаза с вызовом. — Я одна в этой комнате, кто ничего не знает, верно, адреналинщики?
Роман сделал вид, что ничего не слышит, и продолжил пить молочный розовый коктейль. Еще один любитель сладкой бурды. А Славик виновато потупил взгляд.
— Твой брат только догадывается, — ответил я. Он видел, как я применял зелья, видел мой пояс, но был слишком занят спасением сестры, чтобы разбираться со мной. — Так что, перед тем как поведаю правду, вам стоит кое-что знать. Если истина покинет пределы этого жилища по вашей вине, то я вас уверяю: ваши жизни будут сломаны на веки вечные.
— Так уж и навеки! — самоуверенно хмыкнула девушка.
О да, любопытная моя, мне известно множество способов продлить ваши мучения.
Похоже, эта мысль промелькнула в моих глазах, потому что Лиза осеклась и отступила на полшага.
— Ладно-ладно, не надо на меня так смотреть… — зябко поежилась она, на миг напомнив, как испугалась меня после сражения с Витамином.
Жаль, не хотелось такого эффекта. Попробую это исправить.
Я развернулся, подошел к своему столу и сдернул с него покрывало. Лиза ахнула, Славик уставился во все глаза. Под тканью скрывалась почти вся моя лаборатория: ящики с ингредиентами, штативы, колбы, стойка с мензурками, поблескивающая металлом старенькая реторта, а над всем этим высился сияющий медью перегонный куб. В центре стола стояла склянка с магическим зельем из цветка Последней воли, которое я так и не успел выпить.
— Алхимик? — спросила Лиза.
— Настоящий? — усомнился Славик.
— Да, — коротко ответил я.
— И ты тоже об этом знал? — оглянулась Лиза на Романа, а он продолжал делать вид, что не слышит. — Эй, страж закона! Я к тебе обращаюсь!
— А? Что? — с самым невинным видом обернулся мой друг, посмотрел, куда указывал перст Лизы, и тут же изменился в лице, очень сильно удивляясь. — Макс! Ты что, алхимик⁈ Как ты мог⁈ Я не верю своим глазам!
Лиза, глядя на его актерские потуги, только тяжело вздохнула:
— Кто-нибудь, дайте ему статуэтку киноакадемии. Он ее заслужил. Ладно, ясно все с вами… Спасибо, что обрек нас на смерть, Максим Исаев. Теперь, если кто-то узнает, чем ты тут занимаешься, нас казнят.
— Вообще-то, мое зелье вам жизнь спасло в бою с Витамином, — парировал я. — Иначе лежать нам там под руинами, разорванными на части этим чокнутым парнем. Но кстати, насчет смерти. Лиза, у нас есть к тебе одно предложение…
Мы с Романом быстро изложили суть дела девушке. Уговаривать ее даже не пришлось, стоило только сказать, что под ударом находятся девушки-сироты вроде нее, как она согласилась, не дав нам договорить. Готов поспорить, что перед ее глазами мигом встали все те девчушки, которых они с Тренером обучали в приюте «Северянка». Я там был всего раз, чтобы полюбить этих детей, а Лиза с братом там все детство провели.
Неудивительно, что она близко к сердцу восприняла эту историю. А вот Славик яростно сопротивлялся ее решению, потому что только-только немного укрепил отношения со своей сестрой. Можно сказать, вновь обрел ее, как опять появился риск потерять. И нельзя обвинить его в малодушии — опасность действительно велика.
Так что теперь мы с другом со стороны наблюдали за жарким спором брата и сестры.
— Я сказал, ты никуда не пойдешь! — стоял на своем Славик.
Стало так жарко, что я даже открыл окно, впустив холодный воздух с улицы.
— Мы только что тебя спасли, а ты сразу снова хочешь рисковать собой! Это же ловля на живца…
— Ой, не надо ля-ля, братец, — тыкала в него пальцем Лиза. — Я и без вас прекрасно справлялась. Порвала веревку и сама почти всех одолела, когда вы заявились.
— Ты бы не ушла от Витамина с его костюмом.
— Показала бы сиськи, и пока он в себя приходит…
Спор разгорался все ярче и грозил перейти в братоубийство. Или сестроубийство. Смотря, кто кого одолеет. И я затруднялся сказать, на кого бы поставил: Славик выше, руки длиннее, но Лиза умело использует свой небольшой рост, к тому же ловкая и быстрая. Пока ее брат наносит один хороший удар, она уже прописывает двоечку.
— Мне кажется, надо вмешаться, — шепнул Роман, на коленях которого пригрелся мелкий засранец Огрызок.
— Пожалуй, ты прав… — согласился я и встал с табуретки. — Хватит! Вячеслав, эти негодяи охотятся за красотками, вроде твоей сестры. Лишь вопрос времени, когда их наметанный глаз упадет на нее. Так же, как и Витамин, они выследят ее и похитят. Или опоят своим зельем в баре, где она захочет пропустить стаканчик. Не буду лукавить, мы хотим того же самого, но с одним отличием — мы будем готовы. В противном случае нам может не повезти с поисками Лизы, как вчера.
— Вот! Понял? — Лиза снова ткнула пальцем в грудь Славика, затем подмигнула мне. — И спасибо за комплимент, Исаев.
— Вячеслав, — продолжал я. — Для тебя тоже есть место в нашем плане. Ты будешь подстраховывать сестру. Но издалека, так, чтобы никто не заподозрил, что вы вместе. Чуть что, сообщишь нам. Телефон тебе купим. У этих ребят свои люди даже в полиции, поэтому действуем мы тайно.
— Продажными ментами ты меня не удивил… — процедил он сквозь зубы, а Роман, услышав реплику, только рукой махнул. — Ладно, я согласен. Слышала, сестра? Я буду рядом.
— Обрадовал… — вздохнула Лиза. — У меня только один вопрос. Если эти ребята опаивают девчонок монофелином, получается, и мне надо его выпить? Но он же меня вырубит, разве нет? Не хочу вновь оказаться в плену и быть привязанной к какой-нибудь очередной балке.
— Я не позволю тебе снова попасть в беду, — ответил ей. — Приготовлю зелье, которое ускорит твой метаболизм на время. Будешь пить его по капле каждый вечер, перед тем как идти на охоту. Когда тебе подсыпят монофелин, почувствуешь сонливость, но не более. Притворишься, что он подействовал, и позволишь увезти тебя туда, куда они свозят всех похищенных девушек. Мы знаем, что они доставляют жертв на лодках — скорее всего, пункт назначения где-то на островах рядом с городом. Мы с Романом будем дежурить на арендованном катере, чтобы вовремя проследить за ними по воде.
— Можно на полицейском катере… Они быстроходнее, а я могу достать такой один, — предложил Роман.
— Тогда о нас узнают твои коллеги, а, как заметил Слава, мы не всем можем доверять.
— Тоже верно… — с долей печали в голосе согласился друг.
— Ладно, звучит как план, — согласился Вячеслав. — Только один последний вопрос: вам известно, кто за всем этим стоит?
Мы с Романом переглянулись. Он безмолвно спрашивал, стоит ли им говорить. Я считал, что да. Они шли на большой риск ради моих целей, так что заслуживали знать правду. Поэтому, сев на свой рабочий стул и развернувшись к ним, я произнес:
— Давид Воронов.
У Лизы на миг остановилось дыхание, но затем она медленно кивнула, снова задышав. А вот Славик… Высокий парень, выше меня на целую голову, вдруг стал белее первого снега, отступил на шаг и, напоровшись на край моей кровати, сел на нее. Потерял опору под ногами.
— Отменяй… — едва слышно прошептал он. — Отменяй все! Мы не пойдем против Воронова.
— Нет, пойдем! — возразила Лиза и передразнила брата: — Ты же будешь со мной рядом… — Затем будто забыла о существовании Вячеслава. — Давай свое зелье, Исаев. И я хочу посмотреть, как ты его готовишь. Все равно надо ждать, пока моя одежда высохнет.
— Видимо, в этой комнате я один спать хочу… — пробормотал тихо и пощупал ноющие ребра.
Впрочем, ничего против я не имел. Люблю свою работу. Чем скорее дам им зелье, тем быстрее меня оставят в покое.
Зелье Edax Calorium было простым в изготовлении, не требовало магии и отличалось эффективностью. Правда, имелся от него один побочный эффект — не особо полезный и нужный, но что делать. Такое уже случалось.
Через полчаса манипуляций с тигелем, конденсатором и перегонным кубом передо мной на столе стояло две склянки. Одна со зловещей черной жидкостью — густой, как деготь, с серебристыми червячками маленьких искр внутри. Вторая — с ярко-алой, похожей на кровь эссенцией.
— И помни: только по одной капле! — напутствовал я Лизу, снабдив склянку специальной пробкой с пипеткой. — Иначе умрешь от обезвоживания.
— Ничего себе! — присвистнула девушка, осторожно беря в руки зелье. — Спасибо, что предупредил.
Славик мрачно следил за ее действиями. Роман снова сидел в одном из кресел и чесал за ушком млеющего кота. Мне показалось, или его мутный глаз ехидно прищурился, когда я их заметил?
Р-р-р… зараза пушистая!
— А это что? — спросила Лиза, беря в руки вторую склянку.
— Это? Да так, — пожал плечами. — Обычный эликсир бессмертия.