Глава 3.

По улице шли драконы, сложив крылья. Другие спускались сверху, устремляясь к арене, пока знать стекалась смотреть сегодняшнюю гонку. Наверху мужчины и женщины были одеты в свои льняные наряды, но мой взгляд притягивали немногие в классической, изящной одежде, которую носили только наездники драконов. Эти костюмы с чёткими линиями и резкими силуэтами, с редкими вспышками золотой нити в плечах и высокими кожаными сапогами, выделялись даже для меня, которой легче было различать породы драконов, чем модные тенденции. Наездники драконов не следовали меняющейся моде высшего общества, по крайней мере, когда речь шла об их снаряжении для верховой езды.

Сквозь окно я наблюдала за толпой, пытаясь уловить те самые тенденции, о которых Эви с восторгом рассказывала прошлой ночью, представляя женщин, прибывающих в город на гонку.

— Смотри на шляпы. И на юбки, — говорила она.

Обычно я слишком спешила, чтобы разглядывать чужие юбки, но с заднего сиденья медленно движущегося автомобиля я поймала себя на том, что рассматриваю женщин снаружи, улыбаясь при мысли о сестре. Две недели назад она сшила себе юбку, за которую мать накричала на неё, заявив, что носить её без нижних юбок — ересь. Молодые женщины на улицах сегодня точно были без нижних юбок. Эви была права. Она говорила, что недавний переход от жёстких многослойных платьев к более свободной и лёгкой одежде связан с новой королевой, не связанной с драконом, первой за целое столетие, и она предпочитает наряды, смело отходящие от тугих корсетов и традиционных силуэтов. Из-за этого богорождённых, как мой брат называл наездников драконов, стало ещё легче заметить, их одежда так резко отличалась от популярной моды дня. Эви могла завидовать модным нарядам, а я завидовала одежде наездников. Для меня они выглядели как королевские особы.

Лорд Фэйрфакс указал в окно.

— А, вот мы и прибыли.

Мы проехали под аркой в массивных стенах, и нас окутала глубокая тень, освещённая единственной сверкающей люстрой. Спустя мгновение дверь автомобиля распахнулась, и лакей протянул мне руку. Я сглотнула и приняла его руку в перчатке. Каменный потолок возвышался над головой, а с обоих концов тоннеля внутрь лился яркий солнечный свет. Гул двадцати тысяч голосов поднимался из глубины арены. Моё сердце бешено колотилось в груди, и я не смогла сдержать улыбку, растянувшуюся на моём лице.

Лорд Фэйрфакс обратился к кругу слуг, окруживших нас.

— Мисс Миро сегодня моя гостья. Проводите её в Розовую комнату и убедитесь, что у неё есть всё необходимое. Начните с платья.

Прежде чем я успела что-либо сказать, он уже удалился, и несколько слуг последовали за ним.

Мой взгляд снова опустился на мою поношенную юбку и блузу. Ещё один автомобиль, тоже чёрный, но с открытым верхом, въехал в широкий тоннель, и из него вышла женщина. Широкополая шляпа скрывала половину её лица, пока она резко не повернула голову в мою сторону, открыв удивлённое выражение.

Слова «кто это» прошипели сквозь стук каблуков по камню, пока женщина уплывала прочь, держась за руку крупного мужчины в строгом костюме. Возможно, платье и правда было бы кстати.

— Сюда, мисс, — сказала женщина, ненамного старше меня. У неё были ярко-рыжие волосы, и на ней была ливрея служанки.

Следующие полчаса пролетели как во сне. Меня одели в самую роскошную одежду, к которой я когда-либо прикасалась, мои волосы уложили в аккуратный пучок на макушке, и меня вывели в одну из верхних лож арены, место, о котором я раньше только читала в газетах.

Лорд Фэйрфакс владел одной из самых больших лож, расположенной на вершине массивных стен арены и возвышающейся над всеми зрителями, заполнившими трибуны внизу. По краю балкона витые каменные колонны поддерживали потолок, расписанный под рассвет. Пол, гладкий, как стекло, ловил свет и отражал потолок почти без искажений, так что казалось, будто я ступаю в пустоту. Словно могла бы взлететь. Десятки тысяч привилегированных жителей Каварии заполняли это огромное пространство. У меня слегка закружилась голова, когда я посмотрела вниз.

Два дворянина и одна женщина беседовали с Фэйрфаксом в центре балкона, рядом с парой диванов и несколькими креслами с высокими спинками. Однако большинство мест здесь пустовало, если никто больше не появится. Мужчина с маленьким блокнотом ходил среди немногочисленных гостей, делая быстрые пометки, и его лицо не менялось, оставаясь бесстрастным. Пока лорд Фэйрфакс был занят, я воспользовалась случаем и осмотрелась. На балконе, помимо роскошной мебели, стояли небольшие столики, уставленные свежими цветами, и небольшой куст в горшке, подстриженный в форме взмывающего в полёт дракона. Серебряные кувшины, покрытые каплями от жары, стояли на двух буфетах рядом с графинами и стеклянными бутылками, наполненными всевозможными янтарными напитками. Огромные ягоды клубники были разложены веером на одном блюде, а на другом возвышалась целая гора сыров.

У меня заурчало в животе. Я пропустила завтрак, чтобы вовремя добраться до логова герцога Ковингтона.

Лакей, тот самый, что помог мне выйти из автомобиля, настороженно посмотрел на меня из-за громкого звука. Я прикусила губы. Я понятия не имела, как вести себя среди этих людей, что можно говорить и что делать.

Мужчина наклонился чуть в сторону и прошептал:

— Скоро он пригласит гостей угощаться.

Я кивнула, благодарная за подсказку не набрасываться на еду сразу.

— Ваша очередь, — сказал лакей, подталкивая меня вперёд, когда лорд Фэйрфакс слегка поднял руку в жесте, смысла которого я не поняла.

— Что мне делать?

— Поблагодарите его за приглашение, — прошептал он.

Я прошла вперёд и неловко присела в реверансе.

— Спасибо, что пригласили меня сегодня на гонку, — сказала я, не уверенная, не слишком ли это многословно или, наоборот, мало.

Он одарил меня щедрым кивком.

— Спасибо, что стали моей гостьей сегодня, мисс Миро.

После этого никто со мной не заговорил, но и моё присутствие здесь никто не ставил под сомнение. Я не до конца понимала, чего добивается Фэйрфакс, но была благодарна, что оставила своё испачканное платье позади. В этих одеждах я была невидимой. Я была одной из них.

Затем ко мне подошёл мужчина с блокнотом.

— Делаете ставку сегодня, мисс?

Я моргнула, глядя на него.

— Нужна минута, чтобы ознакомиться с буклетом? — он кивнул на стол, где лежала небольшая книжечка с гербом Фэйрфакса. — Пожалуйста, не торопитесь.

Хотя я не собиралась делать ставку, любопытство всё равно потянуло меня к буклету. Я пролистала страницы, сначала немного растерявшись из-за таблиц и пытаясь разобраться в прочитанном. Но имена драконов были мне знакомы: я слышала их на улицах и в логове Ковингтонов, не говоря уже о том, что всю неделю читала о них в газетах. В этом буклете содержалась родословная каждого из сегодняшних участников, а также таблица с их победами и поражениями и официальными временами в каждой гонке, в которой они когда-либо участвовали. Я заметила имя Миранты в нескольких родословных, уходящих корнями во времена, когда Кавария ещё не была официальным государством.

Рядом с именем каждого дракона был указан его владелец.

Мой палец скользнул по имени Ковингтон, напечатанному под именем главного претендента сегодняшней гонки, цевнала по имени Тьюрон, брата молодого дракона, которому я помогла ранее.

Рядом с каждым именем дракона были напечатаны фамильные гербы, указывающие на владельцев. Герб герцога Ковингтона значился только рядом с Тьюроном; однако имя Миранты встречалось в четырёх родословных, а в двух я узнала Райлика, дракона, проданного герцогом Ковингтоном несколько лет назад за самую высокую на тот момент цену. Из девяти участников крупнейшей в мире драконьей гонки Ковингтоны либо владели, либо участвовали в разведении более чем половины.

Мужчина с блокнотом снова подошёл ко мне, когда я отложила буклет.

— Готовы, мисс?

Я покачала головой, чувствуя, как к лицу приливает румянец, который он, вероятно, принял за отсутствие денег, а не за раздражение. Мужчина вежливо поклонился и удалился.

— Мудро, — сказал лорд Фэйрфакс, заставив меня вздрогнуть, когда он подошёл сзади.

Он кивнул в сторону края балкона. Остальные его гости уже выстроились у стола с угощением. Я последовала за ним к перилам, щурясь, когда солнце ударило в лицо.

Несмотря на всю странность происходящего, на то, что я оказалась среди знати, я не могла подавить нарастающее внутри волнение.

— Вы посмотрели? — спросил Фэйрфакс, обернувшись в сторону стола с буклетом. Я кивнула. — Хорошо. Значит, вы, возможно, кое-что заметили.

— Почти все драконы либо принадлежат Ковингтону, либо выведены им.

— Быстро же вы это увидели.

Он слегка покачнулся, положив руку на живот.

— Самое странное в том, что это видят все, и никто ничего с этим не делает.

Мой взгляд скользнул по каменным стенам арены, украшенным длинными знамёнами с гербами знатных домов, чьи драконы участвовали сегодня в гонке. Бордовый и серебряный, синий и жёлтый, золотой и коричневый. Я остановилась, заметив ало-золотые цвета Дома Ковингтон.

Фэйрфакс резко повернулся ко мне.

— Я хочу это изменить.

На мой недоумённый взгляд он улыбнулся и приподнял брови.

— Думаю, вы именно тот человек, который мне нужен, чтобы доказать одну мысль, которую я пытаюсь донести уже почти десять лет.

Тише он добавил:

— То, что вы сделали в логове, доказывает, что вы именно та, кого я ищу. Кстати, как вам удалось так свободно чувствовать себя рядом с драконами, мисс Миро?

Он сделал глоток своего напитка.

Жар залил мои щёки.

— Я… всегда была ими увлечена и… работа в логове Ковингтонов показала мне, что они не такие страшные, как думают некоторые.

Дворянин несколько долгих секунд изучал меня.

— У вас и правда не было с ними никакого опыта до этого?

Скепсис зазвенел в его голосе.

Я пожала плечами.

— Я читала о них.

Он даже поперхнулся.

— И как, позвольте спросить? Учитывая, что книги о драконах, ну, за исключением вымышленных историй, предназначены только для связанных наездников.

Его поза, лёгкая складка между бровями ясно давали понять, что мой ответ должен его впечатлить, иначе он просто отмахнётся от меня. И почему-то мне казалось, что ложь, какой бы искусной она ни была, не подойдёт.

Сделав глубокий вдох, я призналась:

— Когда библиотека в Бельвиле сгорела пять лет назад, я… возможно, взяла несколько книг из-под обломков.

Об этом знали только мама и Эви. Даже Беннет не знал, но этот человек собственными глазами видел, что я знаю о драконах больше, чем большинство нижних жителей. Он не выглядел тем, кто донесёт на меня за лишние знания, но я не могла быть уверена. Я не сказала ему, что взяла книги из закрытых разделов библиотеки, из тех залов, куда допускались только богорождённые. Он, вероятно, и сам мог это понять.

Плечи Фэйрфакса затряслись, и через мгновение тихий смешок перешёл в громкий смех.

— Скажу вам, вы, должно быть, действовали быстро. Власти оцепили всё место ещё до того, как окончательно потушили пламя.

Он замолчал, будто ожидая, что я продолжу. Я не стала, лишь положила руку на перила балкона и перевернула ладонь вверх, где поблёскивали шрамы.

Его сдавленный смешок дал понять, что он всё понял.

Слева от нас девять драконов вырвались из проёма в стене и взмыли в воздух, описывая фигуру восьмёрки. К их сёдлам были прикреплены длинные узкие знамёна разных цветов, отсюда казавшиеся тонкими лентами. Моё сердце подпрыгнуло при виде наездников, прижавшихся к шеям своих драконов. Внизу толпа взорвалась оглушительным рёвом.

Мне стоило огромных усилий не раскрыть рот от изумления. Эти драконы были настоящими акробатами, и их наездники должны были обладать силой, чтобы так уверенно держаться в седле, даже с ремнями, фиксирующими их ноги.

Фэйрфакс пообещал продолжить наш разговор после гонки и, извинившись, направился к своему месту среди остальных гостей. Я поспешно набрала на тарелку сыра и фруктов и устроилась на одном из позолоченных кресел, едва сдерживая себя, колени подрагивали, сердце колотилось.

После нескольких минут наблюдения за выступлением драконов мужчина в старомодном фраке и цилиндре вышел к краю другой ложи, расположенной прямо в вершине изгиба арены. Он поднял руки по сторонам, и толпа затихла.

— Добро пожаловать на двухсотую ежегодную Королевскую гонку. Для меня честь объявить, что сегодня среди нас присутствует королева.

Он указал рукой на самую большую ложу на противоположной стороне арены. Женщина в белых перчатках и шляпе изящно помахала толпе. Её встретили в основном аплодисментами, хотя несколько низких голосов выразили недовольство. Королева опустила руку, и объявляющий продолжил:

— Сегодня будет достигнута слава. Сегодня будет создана история.

Когда аплодисменты стихли, он выкрикнул:

— Да начнётся гонка!

Его голос разнёсся над ареной, которая взорвалась рёвом, словно река, прорвавшая плотину.

Воздух наполнился энергией, и моё сердце забилось втрое быстрее. Участники сбросили ленты с сёдел, и ткань извивалась, словно живая, падая на пол арены. Наездники описывали круги по огромному пространству, крылья били, хвосты рассекали воздух. В движении они были прекрасны, каждое их действие было наполнено грацией и силой. Моя тарелка звякнула, когда я поставила её дрожащими пальцами.

Девять драконов выстроились в одну линию, не по горизонтали, а по вертикали, рядом с высокой белой колонной по ту сторону перил балкона. Ветер от взмахов их крыльев отбрасывал волосы с моего лица. Блики солнца на их чешуе слепили глаза. Казалось, я могла протянуть руку и коснуться их.

Мужчина во фраке поднял в воздух небольшой пистолет. Кожаные сёдла, снабжённые ремнями, удерживающими наездников, поскрипывали, пока те устраивались поудобнее, сгибая ноги и прижимаясь к спинам своих драконов. Я видела решимость на их лицах, напряжение в побелевших костяшках пальцев.

Улыбка озарила моё лицо.

Затем раздался выстрел, и драконы сорвались со старта. Я вскочила на ноги, чтобы смотреть, как они несутся вдоль арены, но никто на балконе больше не поднялся. Я заставила себя снова сесть, наклонившись вперёд настолько, насколько могла.

Участники последовали изгибу арены и вскоре снова появились в поле зрения.

Я ахнула от увиденного. Драконы проносились друг над другом и друг под другом в безумном клубке, борясь за верхнюю позицию. Я читала об этом, но наблюдать оказалось куда напряжённее. Самая верхняя позиция считалась выгодной, потому что оттуда можно было устремиться вниз и получить дополнительное ускорение за счёт силы тяжести. Но верхнее место в вертикальной гонке имело смысл только в том случае, если удерживать его до последнего круга, когда победитель мог камнем ринуться к финишу, отсекая соперников.

Гонщики пронеслись мимо балкона, и поток воздуха накрыл нас.

Восемь кругов должны были завершиться за считанные минуты. Я едва могла дышать.

Мои ноги подпрыгивали, а кулаки стучали по коленям, пока драконы завершали второй круг. К этому моменту золоточешуйчатый дракон Ковингтона, Тьюрон, вышел вперёд, паря над остальными так, будто это пространство принадлежало ему. В полёте он выглядел величественно, каждый взмах крыльев был настолько выверен, что казалось, он танцует, а не участвует в гонке.

Но дракон под ним, принадлежащий человеку по имени граф Элмор, как я вспомнила из буклета, не уступал ему, летя так близко, что я боялась, что они столкнутся. После второго круга дракон графа вырвался на самую верхнюю позицию. Толпа взревела, а несколько дворян в ложе королевы выкрикнули проклятия.

Мои пальцы коснулись губ. Три круга.

Четыре. Прозвучала труба, отмечая середину дистанции.

— Давайте, — сказал лорд Фэйрфакс, указывая на перила балкона.

Я метнулась вперёд, перегнувшись через перила, чтобы наблюдать, как гонщики входят в поворот на дальнем конце арены.

Повороты были завораживающим зрелищем. Крылья расправлялись широко, почти направленные к земле, и драконы скользили по дуге, каждый немного проседая вниз под действием силы тяжести.

Все, кроме одного.

Тьюрон точно рассчитал момент, входя в поворот не вниз, а вверх. Когда драконы выровнялись и яростно забили крыльями, набирая скорость и высоту, он снова оказался на верхней позиции.

Я постучала кулаком по перилам, надеясь, что дракон графа всё же сможет вырвать победу. Драконы Ковингтона всегда выигрывали. Пора было кому-то другому стать чемпионом.

К седьмому кругу зелёный дракон, который шёл позади, набрал скорость и начал догонять Тьюрона, и у меня сердце готово было выскочить из груди.

Дракон герцога Ковингтона издал глухое рычание, когда гонщики вошли в восьмой и последний круг. Он взмахнул крыльями, поднимаясь выше, отрываясь от дракона, который боролся за скорость под ним. Первый поворот пройден. Остался ещё один.

Затем он сорвался с верхней позиции, словно пуля, направленная к земле. Он набрал такую скорость, что оставил остальных драконов позади. Один корпус. Два.

К последнему повороту рядом с Тьюроном уже не было никого, кто мог бы его догнать.

Дракон герцога пронёсся через финиш прямо у меня перед глазами, и ветер от его пролёта бросил мне волосы на лицо за секунду до того, как мимо пронёсся дракон графа.

Трибуны взорвались криками. Люди внизу размахивали маленькими флажками над головами, показывая, за какого наездника болели. Большинство флагов были алыми и золотыми.

Фэйрфакс снова подошёл ко мне у перил балкона. Он стоял, сцепив руки на поясе, почти так, будто ему было скучно.

— Ну, что скажете?

— Это было невероятно!

Он взглянул на меня.

— Ах, но так ли это?

Смущённая его словами, я обернулась и увидела, как остальные дворяне покидают ложу, с улыбками на лицах и с лёгкой поспешностью в шагах.

— И это всё? — спросила я, сердце всё ещё грохотало в груди.

Через плечо Фэйрфакс наблюдал, как они уходят.

— О, они вернутся к следующей гонке. Полагаю, с нетерпением ожидая забрать свой выигрыш.

— Они поставили на Тьюрона, — сказала я просто.

Он кивнул.

— Как и хотел герцог.

Я напряглась.

— Вы хотите сказать… гонки…

— Подстроены. Да.

Фэйрфакс отошёл обратно к центру балкона, поднимая тот самый буклет, который я просматривала.

— Я недавно понял, что если хочу что-то изменить, нужно действовать отсюда. Понимаете? Прямо отсюда.

Он поднял книжечку.

— Бить туда, где больно.

Я не понимала. Совсем.

— Кого бить, сэр?

— Вот это! — он уронил буклет на стол с глухим хлопком. — Всё это, — он взмахнул рукой в воздухе, — должно измениться.

— Драконьи гонки?

— Да! — прогремел он.

Весь обслуживающий персонал тоже покинул балкон. Мы остались одни.

Я вздрогнула, но он этого не заметил, направляясь налить себе ещё один напиток.

— Пора уже кому-то что-то с этим сделать. Я ведь не единственный, кто всё понял.

— Что гонки подстроены?

— Да, дорогая моя. Да.

Он поставил графин на стол с такой силой, что я испугалась, как бы стекло не треснуло.

— Герцог Ковингтон вовсе не тот благородный представитель королевской семьи, каким его изображают во всех газетах. Он подстраивает гонки, и я намерен это доказать. Более того, я считаю, что это должен сделать кто-то вроде вас. Кто-то вашего положения, чтобы показать всем, что драконы могут связываться с кем угодно, а не только с представителями знати. Единственная проблема в том, что, кроме меня, в это никто не верит ни в то, что касается герцога, ни в то, что нижние жители могут связываться с драконами.

Моя челюсть отвисла, руки бессильно опустились вдоль тела.

— Только богорождённые могут установить связь, — сказала я, чувствуя, будто что-то упустила.

Фэйрфакс поднял палец и произнёс тоном, каким в моей старой школе зачитывали уроки истории:

— Только богорождённые могут связываться с драконами из-за следов крови древних бессмертных в их жилах. Чепуха. Бессмертные — это из сказок, а не из учебников.

Он усмехнулся, когда мои глаза раскрылись ещё шире.

— Но старого Фэйрфакса никто не слушает. Я для них слишком странный.

Его слова звенели у меня в голове.

— Но любого человека не из знатного рода, пойманного при попытке установить связь с драконом, сажают в тюрьму.

— Верно. Но ты сама сказала, что ты воровка.

Он усмехнулся и вытащил длинностебельную розу из одной из цветочных композиций, понюхал её и отвернулся с недовольным звуком.

— Вся эта система похожа на эту розу. Выглядит красиво, даже безупречно, но у неё есть шипы, которые ранят до крови, если попытаться вырвать её с корнем.

Он снова вдохнул её запах.

— А если подойти ближе, понимаешь, что она пахнет, как теплица.

Он протянул розу к моему лицу и подождал, пока я подойду достаточно близко, чтобы понюхать. У цветка и правда был странный запах, не такой, как у рододендронов в лесу, а какой-то искусственный, с едва уловимой примесью чего-то ненатурального.

— Моё предложение таково, мисс Миро. Мне нужен кто-то достаточно смелый, чтобы попытаться установить связь с драконом.

Он поднял палец, когда я уже открыла рот.

— И поступить в лучшую гоночную программу страны в Колледже Кардан Лотт. Ах, вам придётся поработать над выражением лица, мисс Миро, если вы хотите сотрудничать со мной.

— Кардан Лотт? Школа для связанных наездников? Там ведь лишь немногие студенты действительно участвуют в гонках.

— Именно. Но во всей этой системе гонок есть что-то, что для меня пахнет, как теплица.

Он упёрся костяшками пальцев в талию.

— И знаете, кто ещё начинает учёбу там в этом году?

Когда я промолчала, он добавил:

— Младший сын герцога, Рашленд. И можете не сомневаться, герцог не позволит своему сыну проиграть ни одной гонки. Не после тех скандалов, которые этот юноша уже навлёк на имя Ковингтонов. Если герцог жульничает, а я в этом уверен, вы выясните, как именно он это делает. А когда выясните, сможете его обыграть.

— Вы хотите, чтобы я шпионила?

— Собирать информацию, — поправил он.

Роза крутилась у меня перед глазами, её тёмно-красные лепестки напоминали о багровой крови, которую я видела этим утром на драконе герцога и на его сыне. Попытаться разрушить гоночную империю Ковингтонов звучало как попытка сдвинуть гору киркой.

— Зачем, сэр? — пискнула я, не в силах справиться со страхом, волнением и шоком, бегущими по моим жилам.

Фэйрфакс прижал свой короткий хрустальный стакан к щеке и уставился на гудящую арену.

— Потому что кто-то должен. Все там сегодня сделали ставки, и, хотя они думали, что рискуют, выбор за них уже был сделан вашим работодателем. А это, моя дорогая, не тот порядок, по которому должен жить мир. Люди пытались его остановить, но никто не может к нему подступиться. Я хочу попробовать другой путь. Вместо того чтобы публично разоблачать его махинации, я просто хочу его победить. Доказать, что это возможно.

Мои плечи опустились, когда я выдохнула.

— Но я не из знати. Я даже не могу установить связь. Не говоря уже о том, чтобы выиграть гонку у дракона Ковингтонов.

— Я думаю, что можете.

Его слова выбили меня из равновесия, и я нервно фыркнула.

— И самое лучшее в том, что если вам это удастся, вы докажете, что связь с драконами не принадлежит только знати. Даже если вы проиграете гонку, мисс Миро, вы всё равно выиграете лучшее будущее для всех, кто похож на вас.

Он пожал плечами, словно говоря: что ещё вам нужно?

Это звучало так просто, и в то же время, как утверждение, что сама система гравитации и физики испорчена и её нужно отменить только потому, что люди тоже должны уметь летать. Я мечтала участвовать в гонках с самого детства, но мечта не делала это возможным.

Разве что у тебя достаточно глубокие карманы.

Осторожно я подняла взгляд и посмотрела на лорда Фэйрфакса. Его густые брови игриво дёрнулись, пока он делал очередной глоток напитка.

— Ну так что скажете? Установите связь с одним из моих драконов, если сможете, и я оплачу вам год обучения в Колледже Кардан Лотт. Взамен вы выясните всё, что сможете, о том, как Ковингтон всегда выигрывает.

Я сглотнула. Программа обучения была предназначена для самых богатых наездников страны. Вторые сыновья, наследницы, люди без бремени управления родовыми домами. Каждый великий чемпион был выпускником Колледжа Кардан Лотт. Попасть туда само по себе было подвигом. Нужно было быть связанным с драконом, во-первых, и иметь покровителя из знати, достаточно богатого, чтобы оплатить не только обучение, но и вступительный взнос для финальной гонки года. Даже среди высшего общества обучение в Кардан Лотт считалось привилегией.

Пот стекал по моей спине, вискам, а сердце билось так, словно участвовало в собственной гонке. Это было больше, чем я когда-либо осмеливалась представить, и всё это мне предложили за считанные минуты.

Должен быть подвох.

Я посмотрела на шипы роз, вспоминая его слова.

— Вы сказали, что система ранит тех, кто попытается вырвать её с корнем.

— Ах да. Вы хотите знать о рисках. Умная девочка.

Он бросил розу на ближайший диван.

— Я не буду притворяться, что путь, который я предлагаю, будет лёгким. Ни одна империя не любит, когда её пытаются свергнуть. Но я сделаю всё, что в моих силах, чтобы вы были в безопасности. Если кто и пойдёт ко дну вместе с этим кораблём, так это я.

В его голосе исчезла прежняя лёгкость, а выражение лица впервые стало ровным и твёрдым. На балконе становилось всё жарче, солнце поднималось выше.

— Я прошу всего один год в Кардан Лотт. Если всё пойдёт хорошо, вы выясните, как выигрывают его драконы, но помимо этого докажете то, что, по моему мнению, должно быть доказано. В конце года мы раскроем миру вашу истинную личность, и тогда никто уже не сможет отрицать, что драконы могут устанавливать связь не только со знатью. Это изменит наш мир, мисс Миро.

Его слова легли на мои плечи, словно мантия, которую я не была достаточно сильна нести. На мгновение я уставилась на одинокую розу.

— Сэр, — сказала я, поднимая взгляд. — Вы сказали один год в Кардан Лотт. Программа длится три года.

Фэйрфакс кивнул, вновь устремив взгляд на арену, где толпа уже редела.

— Именно. Но условие таково: победите сына герцога или не возвращайтесь на второй год.

Он поднял бокал.

— Считаете это жестоким? Моя дорогая, если станет известно, что вы из нижних жителей, а это обязательно произойдёт к финальной гонке года, на вас появится мишень, которую, боюсь, я уже не смогу стереть. Поэтому моё предложение рассчитано только на один год. Узнайте для меня, как герцог жульничает. И для себя, для нашего мира, докажите, что такая, как вы, без обид, может стать наездницей дракона.

Я шагнула вперёд так резко, что Фэйрфакс едва не поперхнулся следующим глотком.

— Я сделаю это.

Он поднял руку, словно успокаивая меня, как норовистую кобылу.

— Ну-ну. Мне не нужен ответ прямо сейчас. Вам стоит подумать несколько часов, прежде чем принимать столь поспешное решение. Скажем, до завтрашнего утра, к девяти?

Он опустил руку.

— Договорились?

Пожимая ему руку, я сказала:

— Да. Договорились.

— Прекрасно. А теперь пойдёмте, по традиции великие дома поздравляют победителя.